Последствия вкусной еды

— М-м-м… Сяншен, я просто в восторге, — с явным наслаждением произнес Чайльд, наконец отложив палочки в сторону.

***

— Сегодня повара превзошли сами себя, — сыто выдохнул Тарталья, откинувшись на спинку стула.

***

— Сяншен, мама тут передала закрутки…

***

      Каждый день Тартальи превратился в настоящее гастрономическое счастье: то они с Чжун Ли ходили в рестораны, то были приемы в Банке, то сам Чжун Ли готовил что-то настолько изысканное, что при одном взгляде на блюдо текли слюни. Ни в какое сравнение с предыдущим режимом питания это все не шло — Чайльд раньше если ел в день два раза, то уже был праздник. Просто было как-то не до еды…       Теперь, когда Чжун Ли и Тарталья съехались, о наличии ужина дома можно было не переживать, и бывший архонт сам каждый раз напоминал забывшемуся возлюбленному о надобности наконец покушать. Проблема появилась совсем неожиданно…       Тарталья кое-как натянул свои узкие брюки, несколько раз подпрыгнул на месте. Ткань будто специально обтянула его еще сильнее. Неужели села во время стирки?.. Юноша еще несколько раз подпрыгнул, и, наконец, брюки заняли свое привычное место. А вот нужная дырка на ремне никак не хотела заниматься язычком пряжки. Выругавшись сквозь зубы, Тарталья посмотрел на себя в зеркало, чтобы опровергнуть собственные догадки. — Сяншен! — позвал Чайльд. — Сяншен, иди сюда!       Не прошло и полуминуты, как Чжун Ли на самом деле появился рядом. С немым вопросом он рассматривал Предвестника, а тот без перерыва пялился в зеркало. — Что-то случилось, Аякс? — спросил Чжун Ли, и Чайльд тут же обернулся. — Скажи мне честно. Я поправился?.. — Только если слегка, — улыбнулся Чжун Ли. — Вот же… — Тарталья поджал губы, чтобы не выругаться. Еще раз взглянул в зеркало. — Сяншен. Я разожрался. Я еле в штаны влез. На мне не застегивается ремень. Если так дальше пойдет, я стану хорошей мишенью в бою. — Ты преувеличиваешь, — миролюбиво ответил бывший архонт. Он подошел к Чайльду ближе, обнял со спины и положил подбородок на его плечо. — Поправиться при хорошем питании — это нормально. Мне, например, все нравится, — его руки поползли ниже по талии, легли на обтянутые тканью бедра. — Не заговаривай мне зубы, — фыркнул Тарталья. — Я не собираюсь перешивать форму. С этого дня я буду есть меньше. — Ох, Аякс… — вздохнул Чжун Ли. — Ты слишком привык к своему внешнему виду… Но ты уже не подросток. Это нормально, что ты немножко стал шире, потому что и внутри ты поменялся.       Чайльд шлепнул его по рукам, нахмурился. Еще несколько мгновений он потратил на разглядывание себя в зеркале, а после выпутался из объятий. — Нет. Все. Я решил. Мне нужно сбросить вес. — Твое дело, — развел руками Чжун Ли. — Мне же совершенно все нравится.       Будучи не в самом прекрасном настроении, Чайльд поплелся на работу. И, как назло, именно в этот день его желудок решил заявить о себе и потребовать нормальный завтрак. Пообедать не удалось, потому что Тарталья вызвался сбегать на небольшую миссию. Вернулся домой он к ужину. Хмурый и по-настоящему голодный. И пахло дома просто замечательно…       Чжун Ли приготовил мясо, отварил лапшу, и на столе, как всегда, были вкуснейшие булочки. Смотря на все это, Тарталья уже представлял, как наестся досыта. Только затем к нему пришло осознание: ничего из этого ему нельзя было съесть. И Чжун Ли, будто издеваясь, поставил перед Чайльдом тарелку с несоленым рисом и салатом. И вареной курицей. — Сяншен… Это выглядит, как насмешка, — пробубнил себе под нос Тарталья. — Почему же? — улыбнулся Чжун Ли. — Я себя ущемлять в еде не собираюсь. А ты, если твердо решил похудеть, то не будешь обращать внимания на мою тарелку. Или я не прав? — Прав, — обиженно сказал Чайльд.       Он ковырялся в своей тарелке, будто маленький ребенок. Совершенно не хотелось есть пресную вареную еду, когда совсем рядом располагался очередной кулинарный шедевр. Курица на вкус напоминала вату, хоть Чжун Ли и ее старался сделать получше.       Завтрак на следующее утро тоже был не таким, как всегда. Впервые Чжун Ли приготовил ему кашу на воде. Уже через несколько часов у Чайльда снова заурчал живот. Он перехватил в ресторанчике недалеко от Банка тарелку салата, но и он не помог справиться с голодом. Тогда Тарталья решил больше времени уделить тренировкам и дальним вылазкам.       Без малого неделю он держался и, как специально, вокруг было столько всего вкусного, и объемы никуда не уходили. По утрам он уходил на пробежку, возвращался снова к пресной еде, на работе ел сплошные фрукты и салаты. Еще через неделю яблоки и морковь начали его раздражать. Даже смотреть на них было тошно. Штаны же оставались непреклонны и все равно налезали с трудом.       На третьей неделе терпение Чайльда лопнуло. Он отложил палочки в сторону, отодвинул от себя тарелку с вареной курицей и скрестил руки на груди. Чжун Ли склонил голову набок, улыбнулся. — Я понял, — фыркнул Тарталья. — Я не похудею. — Почему же? — спросил Чжун Ли. — Я вижу, что ты чуточку уменьшился в объемах. — Эта «чуточка» погоды не делает. Я голодный. И злой. И уставший. Я больше видеть не могу капусту, помидоры, огурцы и далее по списку. И каша меня раздражает. — Ну вот мы и пришли к тому, что ты просто так себя ущемлял, — засмеялся Чжун Ли. — Аякс, золото мое. Людям свойственно изменение веса с возрастом. У тебя поменялся обмен веществ, потому что тебе не пятнадцать и не семнадцать лет. Тебе уже почти двадцать три. Ты уже не будешь худощавым, смирись. — А ты будто и рад этому, — вздохнул Чайльд. — Мне что… И правда придется перешивать всю форму?.. — Увы, — развел руками бывший архонт. — Ниже твой вес уже не упадет, если только ты голодать не начнешь. А голодать тебе уже я не позволю. — Мир жесток, сяншен… — обиженно произнес Тарталья. Он ущипнул себя за бок, нахмурился. — Ну, что это такое?..       Чжун Ли поднялся со своего места, перехватил Чайльда за руку и повел за собой к зеркалу. Тарталья недовольно осматривал себя, поджимал губы. Руки бывшего архонта скользили по его телу, гладили бока, плечи, бедра… — Не знаю, что ты тут нашел плохого. Красивый и очень привлекательный молодой мужчина, — влюбленно шептал ему на ухо Чжун Ли. — И, наконец, я могу тебя хорошенько потискать. — Легонько он сжал пальцами бедра, и щеки Чайльда залились розоватым румянцем. — Я поддержу любое твое здоровое решение, баобей, но ты и без того прекрасен. То, что ты набрал десяток килограммов, не делает тебя хуже. — Но я не хочу их и дальше набирать, — смущенно ответил Тарталья. — Для этого у меня есть другое решение, — утробно засмеялся Чжун Ли, переместив ладони к внутренним сторонам бедер. Дыхание Предвестника сбилось, щеки покраснели сильнее. — Думаю, тебе оно тоже понравится. — Мгм… — задумчиво согласился Чайльд. — Только… Сяншен… Давай сначала покушаем?..       Чжун Ли засмеялся чуть громче, прикрыл веки. Проблема наконец была решена.