Растворись во мне

Лэндон Бархатистые волосы шоколадного цвета лежали на моей грудной клетке. Мои пальцы то накручивали пряди, то поглаживали поверхность, то подносили локоны к носу, вдыхая сладкий аромат. Ее лицо было прижато к моей коже достаточно сильно, чтобы я мог чувствовать каждую ее улыбку, от моих прикосновений. Она тихо сопела мне на ухо, что придавало мне комфорт и спокойствие. Рядом с ней я дома. Моя девушка лежала в моей толстовке на моей постели в моем доме. Она наконец-то стала моей. Мы с Флоренцией провели несколько дней вместе, в нашем новом и более официальном статусе «пары». Лучшие три дня в моей жизни. Раньше, я и подумать не мог, о том, что обычная девушка может вызвать у меня такой спектр эмоций. Хотя и Флоренция не обычная, она волшебная. Прекрасное сочетание красоты, ума, чувства юмора, таланта и способности любить в одном человеке. И этот человек, среди миллиона других парней, выбрал меня. Флори поежилась в моих объятьях и задрала голову наверх, ее сонное личико было, как всегда, прекрасно. Я прикоснулся кончиками пальцев до ее подбородка и губами до ее носа, она вздрогнула. Я подтянул ее выше, и теперь, когда наши лица находились на одном уровне, поцеловал ее в губы. Отстранившись, мы просто лежали и смотрели друг другу в глаза. Этот зрительный контакт был безумно долгий, но я наслаждался каждой секундой, проведенной в таком положении. Флоренция уткнулась носом в мою шею из-за чего я вздрогнул. Я чувствовал ее теплое дыхание, что сводило меня с ума. Крыша ехала конкретно. И либо она не понимала, что делает, либо понимала слишком хорошо, ведь следующее ее действие было засунуть ладонь под мой свитер и разместить на торсе. Я накрыл ее ладонь своей сквозь вязаный трикотаж и прижал, чтобы она не смогла двигать ей, не вверх, не тем более вниз. Ведь я знал, что она попытается, и даже чувствовал, что пытается. Интересно, у нее тоже сносит крышу от меня? Чувствует ли она хоть долю той любви, которую я ей даю? Ну или стараюсь дать, стараюсь изо всех сил. Слишком тяжело показывать свои эмоции действиями, меня постоянно преследует ощущение, что я делаю недостаточно. Флоренция рассказала мне подробности о своих прошлых отношениях. Теперь я должен показать ей что я она достойна любви, настоящей, чистой, искренней любви. — Знаешь, чего я сейчас хочу? — Чего же? — пролепетала она. — Хочу чтобы мы вместе приготовили ужин, — наши руки переплелись, я поднял их вверх и начал разглядывать. — А потом вместе поужинали. — Голодный? — Не особо, а вот ты — да. Поэтому пошли на кухню. Я взял Флоренцию крепко за талию и плечи и поднял ее на руки. Я отнес ее на кухню и посадил на столешницу, а сам ушел исследовать холодильник. Открыв дверцу, я вздрогнул от нежных рук, неожиданно охвативших мою спину. — Что бы ты съела? — Не понравится тебе мой ответ. — Хихикнула она. — Я серьезно, что ты хочешь? — Не знаю. — Флоренция отстранилась от меня и отошла в сторону плиты. — Где у тебя крупы? — Вон там. — Указал пальцем я. Флоренция открыла длинный шкафчик и пробежала глазами по полкам. — О, есть идея, — Флоренция показала синюю пачку макарон, — Лазанья? Я улыбнулся и задержал свой взгляд на ее улыбке. — Лазанья. Я промывал говяжий фарш, в то время как Флоренция перемещала сливочное масло в сотейник, после чего она поставила его на конфорку. Могу предположить, что он готовит соус. — Умеешь готовить? — Скорее всего это был вопрос, но звучал он как утверждение. Я и правда умею готовить, интересно как она это поняла. — С чего ты взяла? — Да так, простые догадки. — Она посмотрела на меня и наклонила голову в бок. — Выглядишь как человек, который умеет. Я засмеялся: — Какие же критерии выдали меня? Флоренция пожала плечами и окинула меня мимолетным взглядом. Я освободил свои руки и подошел к девушке, отталкивая ее от плиты. Наши языки незамедлительно переплелись. Я держал ее хрупкое тело в своих руках, так нежно, так аккуратно, будто если я приобниму ее чуть сильнее, она сломается как хрустальная кукла. Хоть и очень хотелось. Хотелось крепко прижать ее, чтобы она не смогла отстраниться. Я приподнял ее за попу и посадил на столешницу. Разместившись меж ее ногами, я прижал ее еще ближе, теперь, между нами, кажется, не осталось ни миллиметра. Отлично, это именно то, чего я хотел. Я автоматом начал углублять поцелуй, сопровождая свои действия ласками руками. Они начали блуждать по ее телу, пока она не остановила меня. Флоренция слезла со столешницы и вернулась к плите. Я был в тупике. — Я сделал что-то не так? — Лазанья. — Ну, конечно. — Девушка издала смешок. Мы вернулись на свои места и продолжили готовить. Устроило ли меня это? Честно, нет. Но и заставлять ее я не буду. Поэтому к черту. В любом случае у нас есть еще целая жизнь впереди. Я взял морковь, терку и доску. Это, наверное, мое самое нелюбимое дело в готовке. Флоренция в свою очередь просеяла муку в сотейник, параллельно нагревая молоко в другом. Я наблюдал за каждым ее шагом, за каждым движением руки. Она так грациозно делала буквально все, что мне захотелось отложить все дела и просто наблюдать за ней. Она именно тот фильм, который я хочу пересматривать без перерывов. Та книга, которую я вечно буду перечитывать, и каждый раз будет ощущаться как первый. Ее фотографию мне хотелось повесить в рамке и молится на нее каждый день. Все мои мысли заполнились ей, все мои сны были о ней. Она без каких-либо сожалений снесла мне крышу и продолжала делать это по сей день. По сию секунду. Разве что-то может испортить наше притяжение друг к другу? Тишину прервал телефонный звонок. Я обернулся и увидел свой телефон, который лежал на столе, рядом с моей девушкой. Мои руки были влажные, поэтому я попросил Флори о помощи: — Можешь посмотреть кто звонит? — Конечно, — девушка быстро посмотрела на экран, — Алан. Ответить? — Да, давай. Алан очень спонтанный человек, от него можно ждать чего угодно. Как же жаль, что я не понял это сразу. — Привет, занят? — Привет, вообще да. Что-то важное? — Я звоню исключительно по важным вещам, вообще-то. — Ну да, конечно. Слушай, я действительно не могу сейчас говорить, поэтому выкладывай уже. — Да я так, просто хотел спросить, как там у тебя с той пришибленной? Рейн говорил между вами что-то есть? Я вздрогнул. — Говорил то, что никогда и ни за что… Флоренция кинула ложку, находящуюся в ее ладонях, на стол и убежала. Черт, черт, черт. Я подбежал к телефону и сбросил звонок, в этот раз я ее не упущу. Я выбежал за ней, но от девушки как след простыл. Я вышел на лестничную площадку и успел лишь увидеть ее силуэт в лифте, когда двери закрылись и ее уже не остановить. Она ушла и вряд ли уже вернется.