Птичка в клетке

      «Воронье Гнездо» ослепляло алыми софитами, воняло чем-то липко-сладким и вызывало дикое желание убраться отсюда поскорее. Учитывая, что это место считалось самым престижным стрип-клубом в штате, если не в стране, многие могли не согласиться с этим описанием, но Эндрю выворачивало от нахождения здесь. Обычно у него не было проблем с ночными заведениями, он даже был постояльцем одного такого на окраине города, но всё, связанное с Морияма, вызывало в мужчине тупую ярость и тошноту. Внешне, однако, он был по-обычному пуст.       Его напарники стояли рядом, привалившись к бару, и все втроём они выглядели уместно настолько, насколько вообще могли выглядеть три копа под прикрытием. Обычно они не работали вместе, более того, Эндрю большую часть времени и вовсе работал один, но капитан был непреклонен, отправляя их вместе на «неизведанную территорию вражеского логова».       Накануне вечером Ваймак позвал их троих в свой кабинет, плотно закрыл дверь и объявил, что их дело на Морияма снова забраковали и нужно продолжать искать. «Продолжать искать» — так он это называл. На деле после каждого отозванного дела им приходилось возвращаться к началу. Каждый раз.       Они были всего лишь небольшим отделом отбросов, как говорили газеты, «сворой жалких лисиц», не способных закрыть ни одного дела, не разругавшись в пух и прах. Но также они, вероятно, были единственными неподкупными копами, которые упорно продолжали попытки добраться до Морияма. Старшая ветвь была недосягаема — по многим причинам, но побочная могла бы быть им по зубам. Рико Морияма, второй сын главы крупного мафиозного картеля, поддерживаемый своим дядей, обосновался в Южной Каролине, создав стриптиз-клуб «Воронье Гнездо», куда стекались сливки общества, жаждавшие посмотреть на сиськи, снюхать пару белых дорожек с плоского животика стриптизёрши и, между делом, ввязаться в разные противозаконные вещи. Отдел Ваймака не раз предъявлял Гнезду обвинения разной степени тяжести, но каждый раз Морияма всё сходило с рук, и лисы обтачивали об них свои зубы.       Эндрю собирался покинуть кабинет на этой чудесной ноте — его смена закончилась, и эта новость хоть и была внезапной, но всё же не стоила того, чтобы задерживаться, — когда Ваймак остановил его. Миньярд нахмурился. Внезапный вызов его, Сета и Мэтта, почти секретная обстановка и до странного не огорчённый капитан, несмотря на то, что коррумпированные судьи опять подтёрлись его работой. Всё это к чему-то вело, и Эндрю это не нравилось.       — У нас есть новый информатор, — Ваймак уронил голову на сложенные в замке руки, заслоняя нижнюю часть лица. — Нет никаких гарантий, но сейчас он — всё, что у нас есть.       Сет, сидящий на диване в углу комнаты, недовольно пробормотал что-то о том, что они просто гоняются за своими хвостами, и пора бы уже оставить это гиблое дело. Он всегда был оптимистом.       — Зовут Нил Джостен, — игнорируя трёп своего подчиненного, сказал Ваймак. — Ждёт нас в «Вороньем Гнезде».       Капитан замолчал и поднял глаза на подчинённых, осматривая их по одному. Мэтт первый подал голос.       — Больше никакой информации? Как его найти?       — Никакой, — Ваймак раздраженно откинулся на спинку стула, — Спросите на баре, используйте дедукцию. В общем, просто сделайте свою сраную работу.       — У нас всё ещё есть мотив Рико, — Эндрю отзеркалил позу капитана, недовольно постучав по столу пальцем. — Мы не можем полагаться на призрачные показания человека, который даже не настолько умён, чтобы назначить место встречи не под носом у пернатых, — не было ни малейшего шанса, что в Гнезде они найдут что-то полезное. С другой стороны, выбор и впрямь был невелик.       Ваймак со стоном закатил глаза.       — Чтобы подать в суд на Морияма нужен не мотив, а целая симфония! — он вздохнул, сбросив возмущение, как что-то бесполезное сейчас. — Кроме того, у нас с Нилом… сделка. Если он заинтересован в исполнении моей части уговора, то он так же заинтересован в том, чтобы выдать нам всё, что знает о делах Гнезда.       — А это больше, чем мы имеем сейчас, — задумчиво подытожил Мэтт.       — Это, возможно, больше, чем мы имели когда-либо, — нехотя согласился Ваймак. — А теперь хватит просиживать штаны на моём диване. Метнулись в Гнездо и принесли мне хорошие новости, — его взгляд задержался на Эндрю, — или хотя бы не создали плохих.       И вот теперь они здесь, пытаются сойти за приятелей, охотящихся за сиськами.       Мелодия сменилась на другую, люди медленно стали стекаться ближе к подиуму с пилонами, некоторые предпочитали кучковаться под огромными навесными птичьими клетками, в которых на жердочках крутились полуголые танцовщицы. Эндрю старательно отвёл от них взгляд: он надеялся, что его не будет рядом, когда они сорвутся вниз. Кроме того, это почти разочаровало: вот так они решили обыграть всю эту тему с гнездом и птицами? Если на баре они не подают куриные крылышки, игра не стоит свеч.       Нарочито лениво окидывая взглядом округу, Эндрю подмечал всё, что можно было узнать об этом клубе от простого созерцания, потому что, несмотря на всю их упорную работу, у лисов не было почти никаких сведений о внутреннем устройстве гнезда, и это удручало. Тем временем очередь перед ними рассасывалась, и Сет почти покачивался на носках от нетерпения. Бар находился недалеко от лестницы, ведущей наружу, и всё же воздух здесь был значительно тяжелее, так что невозможно было сказать наверняка: распалился так Гордон из-за возбуждения или всему виной была духота.       Настроение напарника уловил Мэтт, который не смог устоять от соблазна подколоть коллегу и заговорщически понизил голос:       — Элисон не заревнует?       Сет странно посмотрел на него, отмахнувшись.       — Она слишком уверена в себе для такого дерьма. Что-то про то, что лучше неё у меня никогда никого не будет.       Мэтт хмыкнул, узнавая стиль Элисон, и больше ничего не прокомментировал. К этому моменту один из барменов уже освободился и теперь мрачной статуей взирал на клиентов. Достаточно внимательно, чтобы у неопытного копа вспотели ладони и он выдал себя с потрохами. К счастью, они были кем угодно, но не новичками.       Поняв, что делать заказ они явно не торопятся, бармен скривился.       — Что вам нужно?       Его взгляд остановился на Эндрю, и, когда он понял, что его анализируют в ответ, глаза бармена враждебно сузились. Миньярд медленно проследовал путь от тёмных тяжёлых кудрей до шрама у рта, недовольно чувствуя, как взгляд бармена липко отслеживает его действия. Эндрю мог сказать, что они оба уже составили мнение друг о друге, и его заключалось в том, что если кто-то из них закажет у бармена коктейль, тот непременно в него плюнет.       — «Секс на пляже», — оскалился Сет.       Бинго.       Бармен высокомерно сморщился, явно не оценив выбор клиента. Он в последний раз взглянул на Эндрю, и, встретив прямой взгляд последнего, сдался, капитулируя из их невербального сражения. Он обернулся к Мэтту, ожидая заказа. Тот непринужденно облокотился на стойку, ближе наклоняясь к бармену.       — Нил Джостен. Знаешь, где найти?       Бойд улыбнулся, как вполне улыбаются те, кто пришёл сюда ради сисек и выпивки, — крайне подходяще, несмотря на то, что сейчас он интересовался прямо противоположным. Парень у стойки окинул их ещё более прилипчивым взглядом, чем до этого. Прежде чем он ответил, его губы бесшумно зашевелились. Что-то французское осталось в воздухе.       — Я передам, чтобы он к вам подошёл, — он отвернулся приготовить коктейль и по готовности поставил его на стойку, даже не попытавшись натянуть на своё лицо улыбку.       Сет сразу же довольно присосался к стакану, а Эндрю с почти садистским удовольствием наблюдал, как бармен в усмешке кривит губы. Похоже, секретный ингредиент в напитке всё же был.

× × ×

      Пять. Нет, шесть? Эндрю немного отвлёкся. Они сидели тут около часа и шест уже успело объездить пять танцовщиц. Или всё-таки шесть?... Миньярд запомнил бы лучше, не будь они все девушками.       С каждой минутой становилось всё скучнее, время растягивалось, вспышки света утомляли глаза, толпа людей нервировала, и парень медленно закипал. Его коллеги, кажется, этого настроения не разделяли: Сет заводился с каждой новой стриптизёршей всё больше, громко крича и соря деньгами (Эндрю втайне надеялся, что слюна бармена была ядовитой, и ему недолго осталось это терпеть). Мэтт, кажется, не проявлял такого яркого интереса к девушкам, пока не объявили следующую — Хэннесси. Он провожал взглядом каждое её движение, похоже, даже задержав дыхание от концентрации. Для Эндрю это тоже было хорошо — если повезет, этот идиот окочурится вслед за напарником, умерев от удушья.       Хэннесси закончила танцевать и — внезапно — посмотрела прямо на них. Эндрю инстинктивно напрягся, но её взгляд проследовал дальше и остановился на Мэтте; она властно улыбнулась. Миньярд напоследок окинул её оценивающим взглядом. Ничего необычного, просто стриптизёрша, заприметившая себе податливый кошелёк.       Диджей заглушил звук, как только туфель Хэннесси ступила со сцены.       — Леди и джентльмены, — заголосил парень, чье лицо не было видно из-за софитов, — и другие сказочные твари, — мужчина в платье и с поразительно ярким макияжем в первом ряду отсалютовал бокалом, — тот, кого вы все сегодня так долго ждали! Поприветствуем Феникса нашего Гнезда — Натаниэля!       Люди взорвались овациями, словно это было выступление именитого танцора, а не стриптизёра, и Эндрю поморщился от волны громкого звука, пропустив момент, когда внезапно стало тихо и на подиуме появился Феникс. Когда включилась музыка — не похожая на ту, что играли раньше: плавная, тягучая и молчаливая, — Миньярд поднял глаза, и будь он проклят, если уподобился Мэтту и задержал дыхание.       К пилону подкрадывался парень; медленно, плавно. Его рыжие волосы озарялись софитами и точно пламенные языки мягко колыхались от каждого движения. Он обхватил руками пилон, сделав переворот — лёгкий, отрицающий всякую гравитацию, — затем зацепился ногами за основание, подтянулся наверх, коротко раскрутился и, нырнув головой вниз, медленно начал стекать по шесту. От этого зрелища у Эндрю закружилась голова: на какое-то мгновение ему показалось, что Феникс схватился за ось Земли и раскручивает ее, уводя всех присутствующих на свою орбиту.       Голова Феникса замерла в сантиметрах от подиума, он сменил вектор тяжести, выгнулся и, приземлив ноги рядом с головой, плавно выпрямился, выходя из мостика. Когда он вновь взлетел вверх по шесту и, использовав руки для фиксации, продемонстрировал шпагат, Эндрю стало жарко, душно, и в какой-то момент он осознал, что сжимает край столика до побелевших пальцев.       Чтобы стряхнуть наваждение, Миньярд оторвал взгляд от подиума и перевел на своих коллег. Неожиданностью было то, что все, кто попадали в его поле зрения, завороженно наблюдали за парнем на шесте. Даже Сет, уверенно заявляющий о своих гомофобных взглядах, сейчас тихо сидел, следя за движениями Феникса. Всё это было похоже на какой-то мираж, гипноз, в который их ввел парень, очаровав одним своим присутствием. Эндрю прерывисто выдохнул, возвращая себе контроль. Было нечто странное в рыжем танцоре, сумевшем пленить весь клуб своим представлением, нечто, заставившее внутренности Миньярда перевернутся и оборонительно ощетиниться. Феникс был похож на змея, который, мягко покачиваясь перед своей добычей, для начала вводит её в транс.       Эндрю не смотрел больше на сцену и, только когда музыка остановилась, бегло окинул её взглядом. Феникса там уже не было, и о его присутствии напоминали только крики зрителей, деньги, плотным ковром устилающие подиум, и тягучий осадок чего-то в горле Эндрю. Он нервно забарабанил пальцами по столу. Хотелось курить, спалить этот клуб к чертям и послать всех причастных к сегодняшнему дню, в особенности Нила Джостена, который, как Эндрю уже догадывался, решил соскочить со сделки и оставить их ни с чем.       Рядом завозились Мэтт и Сэт, и Миньярд уловил слабый бубнеж Гордона. Что-то о том, какой он сраный гомофоб и ему вообще не понравилось, и если бы он знал, что тут танцуют педики, ноги б его здесь не было. С Эндрю было достаточно.       Он собирался утопить этот день в стакане виски и никогда больше не оказываться здесь снова. Ни в этом клубе, ни в этой компании. Что касается Нила Джостена, что ж, невероятно огорчало, что Эндрю не мог съездить ему по физиономии лично, но, по крайней мере, он выполнил требование Ваймака и не ввязался в неприятности.       Миньярд едва успел встать, как глаза засекли движение, и он резко дёрнулся в сторону. В метре от столика, окидывая их цепким презрительным взглядом, стоял Феникс. На этот раз лёгкие подвели всех троих. Вблизи парень оказался немногим выше самого Эндрю, а его тёмное платье, в противовес костюмам девушек, скрывало большую часть тела. Но оно открывало вид на руки, покрытые ровными, почти хирургически точными рубцами, захлопывалось на шее и спускалось к стопам. Два разреза по сторонам бёдер струились вниз, обрамляя сильные ноги, также исполосанные шрамами. Всё это можно было бы разглядеть и издали, во время танца, если бы не странное иррациональное желание смотреть, а не изучать, что не имело никакого смысла, потому что все они — копы на задании. И всё-таки это было так. Вокруг Феникса клубилось что-то тёмное, затаившееся, заставляющее инстинкты кричать: «опасно!», пока сознание всё-таки цеплялось за этот образ и не хотело отпускать.       Видимо, устав ждать, когда они очнутся, Феникс скрестил руки на груди и знакомо скривился.       — Жан не сказал, что те, кто меня ищут, копы.       Резкий, недовольный тон, которым Феникс говорил, действовал отрезвляюще, словно удар по щеке. Кажется, последнее слово он и вовсе злобно выплюнул.       Первым, как обычно, очнулся Мэтт.       — Жан? — вкрадчиво поинтересовался он, сглотнув в попытке смочить пересохшее горло.       — Жан, — закатив глаза, и, видимо, раздражённый тем, что ему надо пояснять, Феникс указал пальцем за спину и отклонился в сторону, открывая вид на бармена, который взглядом метал в них молнии через весь зал, вероятно, уже успев пожалеть, что действительно не добавил яд в их напиток.       — Нил Джостен? — Сет недоверчиво нахмурил брови.       — Знаете, глядя на вас, я удивлен, что полиция до сих пор функционирует, — танцор утомленно вздохнул. Невысказанное, но очень чёткое «убогие идиоты» осталось висеть в воздухе. — Натаниэль. Назовёте меня другим именем ещё раз, и в то же мгновение я избавлю вас от тяжести языков. У вас есть минута, чтобы сказать, зачем припёрлись, прежде чем я скажу выкинуть свиней из зала, — он оскалился, — копов здесь не любят.       Натаниэль нетерпеливо топал ногой по полу, метрономом отсчитывая оставшееся детективам время. Бойд открыл было рот, но тут же его захлопнул. Как выброшенная на берег рыба, он ловил ртом воздух и не мог решить, что следует сказать. Их задание шло трещинами и вот-вот должно было развалиться обломками на их головы.       — Твой долг Ваймаку, — подал голос Эндрю.       Взгляд Натаниэля метнулся к нему, как к врагу с занесенным кинжалом, глаза опасно сузились. «Голубые», — гулко раздалось в сознании. Они играли в гляделки несколько долгих секунд, пока Сет не решил громко прочистить горло. Феникс быстро вернулся к своей расслабленно-насмешливой форме поведения.       — У меня для вас удручающие новости, кретины. Вы, три идиота, которые даже не попытались выглядеть менее свински, припёрлись в Гнездо, которым владеет Морияма, чтобы поиграть в допрос? Какой у вас был план? Мило поболтать со мной за шотом текилы, выведать о Гнезде все секретики, взять парочку интервью у посетителей и укатить восвояси? У вас хотя бы хватило ума приехать не на полицейских машинах? — Натаниэль вскинул подбородок в издёвке. О, он действительно наслаждался, оскорбляя их. — Я теперь прямо-таки переживаю за полицию штата. Уж не самые ли светлые её умы находятся сейчас передо мной? Не боитесь оставлять участок без присмотра?       Магия танца Феникса, висевшая ещё в воздухе, разрезалась острым языком Натаниэля. Былое очарование и замешательство растворялись, уступая место злости. Язык тела Натаниэля был гипнотическим, но его слова — жгучие, как хлыст. А копы не любили умников.       Сет, медленно закипая от этой тирады, начал угрожающе подниматься со своего места.       — Слушай сюда, ублюдок, либо ты прямо сейчас рассказываешь всё, что знаешь, либо…       Натаниэль хмыкнул. У них не было плана, и Сет только что подтвердил это, попавшись на уловку. Хуже всего было то, что он понял это, только произнеся угрозу, и в конце концов захлебнулся гневом, покрывшись красными пятнами позора.       — Либо что? — голубые глаза вызывающе блеснули. — Арестуете меня и отвезёте в участок? Хотел бы я посмотреть, как вы это сделаете. И всё же я не могу рассказать вам всё здесь. С таким же успехом мы могли бы одолжить микрофон у диджея и шептаться в него, — Натаниэль пожал плечами.       Досадно скрипнув зубами, Сет упал обратно на своё место. Они сами это прекрасно знали, и всё же рыжий засранец приводил в ярость, указывая на очевидный недостаток их отсутствующего плана. Они показали, что готовы прийти в логово врага ради призрачной надежды, и продемонстрировали свою уязвимость. Они нуждались в помощи. И Натаниэль не собирался продавать её задёшево.       Феникс победно хмыкнул. Не было ничего приятнее, чем смотреть, как противник терпит крах. Он посмотрел на Сета, желая в полной мере насладиться своей победой, впитать их уничтоженные выражения лиц, и почти перевёл взгляд на следующего, когда ловкие женские пальцы мягко скользнули по его предплечью, привлекая внимание.       — Феникс, — танцовщица в неоново-зелёном наряде показалась из-за плеча парня, немного наклоняясь к уху, чтобы её было лучше слышно, — кое-кто ждёт тебя, — она указала на мужчину, стоящего у лестницы, ведущей на этаж с пятью небольшими комнатами, если верить плану здания. Если верить.       Натаниэль кивнул, и от глаз Эндрю не укрылось, как напряглись его плечи, а пальцы сильнее сдавили руки. Девушка отстранилась и переключила своё внимание на лисов. В её глазах было что-то сродни торжеству дикого животного, который видит перед собой брошенную другим хищником сочную добычу. Она сканировала их, пытаясь решить, от кого откусить первым.       Сделав выбор, стриптизёрша вызывающе качнулась, подошла ближе к столику и заправила каштановую прядь за ухо.       — Не переживайте, — она легонько закусила губу и наклонилась вперед, видимо, выбрав Гордона своей главной целью, — Я скрашу ваше пребывание в Гнезде.       Надо было отдать ей должное — из них троих Сет был единственным, кто был способен пойти во все тяжкие и потратить все свои деньги за танец на коленях и пару скользких фраз.       Пользуясь тем, что девица уже вовсю занята его коллегой, Эндрю выудил несколько сложенных купюр из кармана и протянул Натаниэлю. Взгляд последнего медленно переходил от разочарованного к злому, пока не зацепился за край визитки, спрятанной между долларами.       — Чтобы в следующий раз палиться не так откровенно, — тихие слова поглотила музыка, но Натаниэль проследил за губами Эндрю, читая сказанное, и выгнул бровь, почти весело смотря на Эндрю.       — Визитками мне ещё не платили.       Натаниэль протянул руку и зажал купюры между указательным и средним пальцам, когда луч софита нашёл рыжие волосы танцора, скользнув по ним, и Эндрю опрометчиво отвлёкся на то, как на контрасте в полумраке вспыхнули ледяные глаза. Он не успел заметить, как руки Феникса снова оказались пустыми. Сузив глаза, на этот раз не враждебно, а так, что в них можно было прочитать подобие улыбки, Натаниэль по-птичьи склонил голову: Эндрю попал в ловушку фокусника, и они оба это знали.       Танцор, продолжая сохранять зрительный контакт, сделал шаг назад, насмешливо отсалютовал и развернулся, уходя туда, где его ждали. Миньярд следил за удаляющейся оголённой спиной, за рукой с дорогими часами, что так свободно легла на открытый участок кожи, на острую улыбку Натаниэля, пока всё это не исчезло у вершины лестницы.       Миньярд сжал руки в кулаки, концентрируясь на отрезвляющей остроте ногтей, впивающихся в ладонь. Это место пыталось украсть у него контроль, дважды ослабив его бдительность. Эндрю был готов натравить на Гнездо отдел по борьбе с наркотиками, чтобы они проверили его на наличие дури в воздухе.       Бойд, поняв, что Эндрю собирается уезжать, забрав единственный автомобиль, который у них был, буквально вытянул Сета из-под стиптизёрши, на что та оскорблённо закатила глаза и соскользнула с диванчика. Гордон рассеянно проводил её взглядом. На его щеках остался блеск с её груди, делая его вид откровенно нелепым.       Миньярд не собирался их ждать. В конце концов, они могли самостоятельно найти дорогу домой. Если нет, Эндрю всё ещё было плевать. Он сунул руку в карман, нащупав ключи, и развернулся в сторону выхода, когда дорогу ему преградила вездесущая стриптизерша, видимо, решив не сдаваться так просто.       — Эй, малыш, что между вами такое? — совершенно игнорируя убийственную ауру, девушка протянула руку в попытке провести пальцем по его груди, но Миньярд среагировал раньше, схватив её за запястье, сжимая и, скорее всего, оставляя после себя синяки на нежной девичьей коже. Опять же, Эндрю было плевать.       Стриптизёрша нахмурилась, дернув руку на себя, наконец-то понимая, что сегодня здесь ей ничего не обломится. Эндрю выжидающе смотрел на неё, отпуская руку; девушка инстинктивно прижала её к себе.       — Феникс никогда не берёт деньги, — нехотя пояснила она под тяжестью внимания Эндрю. — Не то, чтобы он когда-либо вообще замечал их.       — Разве не в этом заключается его работа? — рядом с Эндрю встал Мэтт, силком удерживая Сета на месте. — Танцевать и брать деньги?       Девушка обиженно вздернула голову, обвела присутствующих взглядом, и выцепив новую жертву за их спинами, потеряла к разговору всякий интерес. На вопрос она легкомысленно пожала плечами и нырнула в толпу позади Сета, который жалобно смотрел ей вслед.       Эндрю сорвался с места — если он проведёт в Гнезде ещё хоть минуту, он начнёт убивать. Голубые глаза в его сознании насмешливо сузились.       К чёрту это всё.