Потому что Судьба

Предисловие. В середине лета, с разницей в один день, в не самый дорогой отель на острове Оаху, штата Гавайи, заселились трое парней. Общего между ними было только то, что все они оказались корейцами, прилетевшими на заморский отдых из Сеула, но в родной Корее они ни разу даже не пересекались. Работники отеля встречали их, как и всех прибывших туристов: широкими улыбками, неизменными «Алоха!» и яркими цветочными гирляндами, надеваемыми на шею в качестве подарка, означающего, что их очень рады видеть. Спустя трое суток, каждый из парней был ненавязчиво опрошен на предмет неизлечимых или хронических болезней мужчиной, представившимся медицинским работником отеля. В тот же вечер, за ужином в ресторане, все трое парней получили от раскланивающегося официанта по бокалу слабоалкогольного, как их убеждали, коктейля — «за счёт заведения». Напитки были восхитительны, но их необычный вкус был лишь прелюдией к тому, что должно было произойти. Ни в первом, ни во втором случае ни один из парней не заподозрил ничего необычного, решив, что в данном отеле так обслуживают всех посетителей. Однако… *** Сокджин вдруг резко проснулся и сел, приоткрыв один глаз ровно настолько, чтобы попытаться найти свой телефон, узнать который сейчас час. Ощупав пространство возле себя, толком не проснувшись, парень недоумённо огляделся, не понимая где он и что происходит. В предрассветных сумерках, в незнакомых и непонятных очертаниях предметов вокруг, он тщетно пытался узнать обычный номер обычного четырёхзвёздочного отеля, в котором заснул накануне. Однако, чувство самосохранения сразу подсказало Джину, что данное помещение вообще ни разу не его уютный гостиничный номер. Голова противно ныла, мысли разбегались, паззл никак не складывался. Сидеть на «ложе» было ощутимо жестковато и комковато. И вообще, вот это вот всё было очень подозрительно! — Может, это просто гадский сон? — с надеждой пробубнил вслух парень и, зажмурившись, рухнул на кровать. Где-то под ним и тонким матрасом жалобно скрипнул деревянный каркас, и Джин озадаченно нахмурился, по ощущениям понимая, что то, на чём он сейчас лежит, даже и кроватью назвать нельзя. Но даже теперь он лишь мысленно отмахнулся от происходящего. Слишком хотелось спать, глаза закрывались сами собой. Изо всех сил надеясь, что вчера он, видимо, крепко перепил и ему всего лишь снится сейчас кошмар, парень устроился поудобнее и, заставив себя отключиться от всех мыслей, забылся беспокойным сном. Спустя примерно час он сладко потянулся и, постанывая, открыл глаза. В неярком свете солнечных лучей, пробивающихся сквозь узкие, забранные мелкоячеистой сеткой окна где-то почти под потолком, кружились сотни пылинок. Свежий воздух, попадавший сквозь окна внутрь, пах дождём. Джин сел и удивлённо обвёл взглядом довольно просторное помещение, обставленное старой разномастной мебелью. «Значит, это не сон!» — пронеслось в голове. Вдоль стены напротив, слева от массивной входной двери, располагалась кухонная зона: пара серых шкафчиков кривенько висели над старой газовой плитой; стол-тумба, раковина, и замызганный, вздрагивающий от собственного дребезжания холодильник — завершали «гарнитур». Перед всем этим кухонным «великолепием» стояли стол, и три табурета. Справа от двери располагались прикреплённые к стене деревянные полки, на которых стопками лежали какие-то вещи, полотенца, и далеко не новое постельное бельё. Там же, сиротливо пылились несколько кусков мыла, и стояла большая коробка с нарисованным красным крестом. Вглядевшись вглубь помещения, Сокджин заметил кучу каких-то вещей на полу и рядом, весьма обшарпанную дверь, за которой, как он надеялся, скрывался санузел. Чтобы переварить происходящее, следовало бы посетить «уголок задумчивости», но, игнорируя сигналы организма и понимая, что произошло что-то из ряда вон выходящее, Джин наконец вскочил на ноги, озираясь вокруг. Простой деревянный пол под ногами и странные стены, конусом уходящие вверх — наводили на мысль, что данное помещение уж очень напоминает ангар, но довольно скромных размеров. Сверху, на длинных спиралевидных проводах свисали несколько пыльных светильников. Кроме них, да нескольких вышеупомянутых окошек высоко над головой, других источников света не наблюдалось. Захотелось подбежать к двери и распахнуть её настежь, впуская солнечный свет и воздух, но парень подавил и это желание, краем сознания отметив, что не следует поступать так опрометчиво, ибо мало ли, кто или что скрывается там, за дверью? Обстановка вокруг была настолько удручающей, что Джин невольно зажмурился, отчаянно желая, чтобы всё происходящее оказалось всего лишь дурным сном. Но, открыв глаза через пару мгновений, он окончательно убедился, что всё происходит на самом деле. «Что за хрень здесь творится?!» Заметив, что на нём футболка и штаны цвета «хаки» вместо любимой пижамы, в которую он облачился несколько часов (?) назад, Джин проорал в пустоту: — Эй, какого рожна? Где я? Естественно, ему никто не ответил. Но слева и справа от себя он наконец заметил ещё два подобия кроватей с лежащими на них телами, в таких же костюмах, как у него. Через мгновение тела зашевелились и почти одновременно сели, сонно моргая глазами. — Что за вопли? — пробурчал темноволосый парень лет двадцати трёх. Второй, щурясь и приглаживая пшеничные завитушки на лбу, удивлённо окидывал взглядом помещение. Выглядел он на пару лет старше темноволосого. Парни переглянулись и, растерянно кивнув друг другу в приветствии, уставились на Джина. — Где это я? Что вообще происходит, а? — жалобно спросил светловолосый. — Всем здрассти. У меня те же вопросы. Только ответов нет, — встревоженно посмотрел в сторону двери Джин. — Так, короче, будем решать проблемы по мере их поступления. Для начала, не мешало бы познакомиться. Я — Ким Сокджин. Ещё вчера вечером я лёг спать в номере отеля на острове Оаху, штата Гавайи, куда приехал в отпуск. А сейчас я нихерашеньки не понимаю. — И Джин по очереди, вопросительно уставился на сидящих рядом парней. — Меня зовут Пак Чимин. Я также прилетел недавно на Оаху по туристической путёвке, — растерянно сказал светловолосый и сник, понимая, что случилось явно что-то очень нехорошее. — Я — Чон Чонгук, — отозвался второй парнишка, откидывая пятернёй тёмные волосы. Несколько дней назад я дорвался до Гавайев, намереваясь недельку — другую провести на расслабоне в компании загорелых местных красоток, на разрекламированном пляже Вайкики. А ещё собирался вдоволь подайвить среди коралловых рифов… И посёрфить заодно. — Так… Дело ясное, что дело тёмное, — подвёл итог Сокджин. — Получается, что пока мы спали, нас каким-то образом похитили? Или, может, нас занесло во временную дыру, потому что наш отель — это завуалированный портал в другой мир? В общем, шутки шутками но, не знаю как вы, а я сейчас же намерен выяснить, что за хренотень тут творится. Парень встал и бодро направился к раковине. Открыв кран, он обнаружил, что вода течёт только холодная, и напор не так чтобы очень… Но это фигня, подумал он, ведь главное — вода всё-таки была! Напившись, он шумно умылся и, сняв с гвоздя ветхое, но на удивление чистое полотенце, вытер лицо и обернулся к новым знакомым. — Ну вот, теперь я свеж, как огурчик. Так как, вы идёте? Закивав, Чонгук и Чимин кинулись умываться, и пару минут спустя решительно потянулись к выходу, вслед за Сокджином, даже не пытаясь о чём либо спрашивать ещё. Тяжёлая железная дверь открылась с противным скрипом, явив взору троих парней буйные заросли тропической растительности, окружавшие ангар со всех сторон. — Ну и джунгли, — пробурчал Чонгук, пытаясь взглядом найти хоть какую-то тропинку. Таковая обнаружилась у боковой стены ангара и привела к закрытому со всех сторон навесу, в котором оглушительно тарахтел большой генератор. Там же стояли в ряд несколько десятков алюминиевых канистр, вероятно, с бензином. — Ну, хоть без света не останемся, если застрянем тут на какое-то время, — заметил Джин, сунув нос в одну из канистр и завинчивая затем крышку. Обогнув навес, парни набрели на просвет среди деревьев, где обнаружилась небольшая полянка. Они медленно пошли вперёд по чуть примятой траве, внимательно осматриваясь по сторонам. Впереди, насколько хватало глаз, тянулись заросли кустарников и тропических растений. Где-то высоко шумели пышной листвой пальмы, между ними густо росли необычные и оттого немного странные, серо-зелёные раскидистые деревья. Ветви их были усыпаны красными цветами. Щедро умытая прошедшим ночью тропическим ливнем зелень, блестела и искрилась в пробивающихся сверху солнечных лучах. Землю под ногами пышным ковром устилали травянистые папоротники и мхи… Лианы, свисавшие отовсюду длинными зелёно-коричневыми змеями, кое где существенно затрудняли проход. Джина, задевшего рукой огромный куст древовидного папоротника, тут же осыпало сотнями маленьких капель, словно россыпью мелких бриллиантов. — Ну вот, теперь штаны влажные, — пробурчал старший и оглянулся на шедших позади Чимина с Чонгуком. — Осторожнее там! А то вымокнете до последней нитки, суши потом вас! — А хён-то, заботливый! — не удержавшись хихикнул Чимин, осторожно обходя, насколько это было возможно, большие изумрудные кусты с дрожащими на них дождевыми каплями. Пробираясь через заросли, парни вскоре вышли на заросшую травой местность и продолжили путь, прислушиваясь к различным звукам кишащей вокруг фауны. Частенько оглядывался назад Чимин, пытаясь запоминать дорогу, а то мало ли… — А-ай! — замахал он руками, когда с огромного валуна, уже нагретого солнцем, на него вдруг прыгнула юркая, ядовито-жёлтого цвета ящерка. — Хыыы, — смеясь, оглянулся Чонгук. — Это же просто ящерица! — Так, мелкие, не орите мне тут! — нахмурился Сокджин. — Ещё неизвестно, что или кто обитает в этих непролазных джунглях! И, кажется, я понял. Мы по прежнему на Гавайях. Но в том, что этот остров — не Оаху, я уверен совершенно точно! — Ну, если это Гавайи, то всё не так плохо, — оптимистично заметил Чонгук. Чимин только молча вздохнул, с тоской подумав, чего ему не сиделось дома. С какого перепугу он решил поехать в путешествие один и именно на Гавайи? Ах, ну да, путёвку организовала мама, чтобы сын слетал в отпуск и «развеялся», как сказала она. Нет, Чимин, конечно, безумно ей благодарен за заботу, но почему острова? Мало, что ли, на свете красивых мест?! Поди разберись теперь тут, как выбираться из этой задницы, куда его забросила Судьба-редиска. Парни упорно продолжали идти вперёд, внимательно оглядываясь по сторонам. Наткнувшись на дерево с гроздьями округлых, светло-коричневых фруктов, они решили воспользоваться случаем и перекусить, так как уже изрядно проголодались. Чонгук, спеша показать свою ловкость, вскарабкался на очередной валун и, обхватив рукой ствол, дотянулся до висящей грозди. Он срывал самые крупные плоды и передавал их в руки Джина. Разрезав предусмотрительно прихваченным из ангара охотничьим ножом фрукт, Чонгук по привычке сначала понюхал его. — Думаю, это съедобно, — подмигнул он товарищам. Вгрызаясь в яркую, жёлто-оранжевую мякоть, парни с удовольствием поглощали сочные ломти. — Фкуфно, — с набитым ртом сказал Чимин и зажмурился от удовольствия. — По вкусу напоминает сладкий абрикос, только гигантского размера. — Ага, — подтвердил Джин. — Но вот если бы на деревьях росло мясо, я был бы более счастлив. Чонгук, выбрасывая плотную кожуру в кусты, обернулся. — Хён, если в этих джунглях где нибудь растёт мясо, я обязательно добуду его для тебя! Так, шутя и даже подбадривая друг друга, троица продвинулась вперёд ещё на пару сотен метров, но вдруг, путь им перегородил огромный завал выдернутых с корнем деревьев, густо опутанных сухими лианами. Стволы были навалены друг на друга так, будто кто-то специально перекрыл проход в этом месте. Пока парни раздумывали, с какой стороны лучше обойти возникшее препятствие, сквозь шелест давно пожухших на ветках листьев, с той стороны завала что-то громко зашуршало, потом зачавкало, а затем вдруг раздался жуткий, утробный, воющий звук. И от этого леденящего душу не то воя, не то стона, ноги парней приросли к земле. Чимин, не издавая ни звука, сделал два шага назад и наткнулся спиной на застывшего на месте Чонгука. Орать он, конечно, даже не думал, но Чонгук предусмотрительно закрыл рот хёна ладонью. Джин оглянулся на приятелей и прошептал: — Да ладно, чо вы труханули то? Я слышал что иногда, бывает даже небольшая зверушка издаёт такие звуки, что, не разобравшись, обделаться можно. Храбрясь, старший подкрался поближе к завалу. Но, когда в просвете переплетённых корней, лиан и поломанных стволов он увидел нечто, охота шутить тут же отпала. Впереди стояло чудище, будто пришедшее из хренового фильма ужасов. Метра два с половиной ростом, оно было покрыто короткой серой шерстью; мощные мускулистые ноги и длинные, ниже колен, четырёхпалые ручищи с острыми когтями и вытянутая, почти лысая голова — всё это напомнило Джину виденного когда-то в кино снежного человека, йети. Чудище стояло и принюхивалось, тараща мутные белёсые глаза. Оскалив пасть, полную мелких и острых, как у киношного Венома, зубов, чудище издало теперь уже громовой рык. — Что за…?! У растерявшего боевой дух Сокджина промелькнула мысль, что сражаться с подобной тварью вообще не вариант, потому как кроме ножа, пусть и охотничьего, никакого другого оружия у них не было. А пытаться пырнуть ножом подобное страшилище — это почти то же, как воткнуть зубочистку в слона. Выйдя из кратковременного ступора парень поманил младших, приложив палец к губам и сделав страшные глаза. Чимин и Чонгук глянули туда, куда показывал хён и одновременно подумали, что лучше бы не смотрели. — Уходим, — прошипел Джин, отступая. Пятясь, парни отошли подальше и, дружно развернувшись, ломанулись, не разбирая дороги назад, к ангару. Погода резко испортилась. Свинцовые тучи заволокли небо, зависнув где-то над верхушками пальм. Поднявшийся ветер то трепал листву папоротников и гнул ветви кустарников, то, гневно взвыв, исчезал в никуда, чтобы через секунды вернуться с удвоенной силой. Как беглецам удалось в панике не заблудиться, одному богу известно. Добравшись до своего «убежища», они тут же закрылись изнутри и услышали, как снаружи хлынул тропический ливень. Рвано дыша, все наперебой заговорили: — Вот гадство! — начал Джин тараща глаза на товарищей. — Что это было, а-а? Что вообще за хрень тут творится?! — Хён, хён, мы не выберемся отсюда, нас всех сожрут эти твари, — запричитал, держась за голову Чимин. — Покажите мне того гада, который привёз нас сюда! Я ему башку откручу! — бесновался Чонгук, за возмущением пряча дрожащий от пережитого голос. — Эй, эй, мелкие, слышите меня? А ну, цыц! Отставить панику, я сказал! Вы мужики или где? — Сокджин пытался успокоить парней, хотя у самого поджилки от страха тряслись, чего уж там!