Точка невозврата

Домовладелец явился через час. К этому времени на столе уже красовались помытые и красиво разложенные фрукты на одной круглой доске для закусок вкупе с небольшим ассорти из нарезанных кубиком сыров уже на другой такой же круглой доске. Не была забыта и музыка – она звучала задним фоном, тихая и расслабляющая. Мира с приятной улыбкой поприветствовала его и помогла снять куртку. После чего пригласила для начала за стол. Налив в бокалы вино, она предложила для начала выпить и слегка перекусить. Первые возражения наигранно торопившегося по каким-то делам мужчины, и без того несильные, были отвергнуты, как и последующие две, ещё более слабые. Затем они перешли к разговорам на общие темы. В процессе девушка как бы невзначай всё время касалась его или накрывала своей рукой ладонь мужчины. Не забывала она и про лёгкий искренний смех в нужный момент или взгляд ему прямо в глаза. Неожиданно для Андрея Иннокентьевича и ожидаемо для себя, так как всё же помнила о своей безысходности и окончательно и бесповоротно принятом решении, Мира осмелилась в подходящий момент положить свою руку ему на паховую область. Его глаза, округлившись, посмотрели на неё и её столь томный взгляд в этот момент. - Понимаете, Андрей Иннокентьевич, у меня сегодня украли кошелёк в транспорте… с зарплатой… а это были все мои деньги, за исключением небольших сбережений в виде пары сотен… и я… я… - Поняв, что чуть растерялась и выходит заминка, но надо что-то сделать или сказать, Мира сжала ладонь на паху. - Понимаю, какого… это… очень жаль… что так произошло… - с трудом сказал он, сглотнув в нервном возбуждении. А её рука уже расстегнула ремень и пуговицу, спустив молнию. Ладонь девушки, перед этим мысленно решительно вздохнувшей, начала забираться под резинку трусов. - Правда? Тогда… может… в качестве платы или её отсрочки… я буду …? – Продолжила глядевшая на него всё так же томно Мира низким грудным голосом, уже вынув торчащий пенис и вместо повисшего в воздухе не заданного до конца вопроса просто обхватив его ладонью. Перекинув одну из своих длиннющих ног через него, Мира уселась на коленях Андрея Иннокентьевича, начав медленно водить по стволу рукой. Затем, всё так же не давая ему продолжить, опустилась лицом вниз и обхватила его достоинство ртом, облизав головку и резко проглотив ствол целиком. Приподнялась немного, выпустив его и вернув член на место, прикрыла его джинсами. Затем встала с него с немым вопросом в глазах после своеобразной демо-версии. Дальше всё уже было ясно и без высказанного вслух ответа хозяина дома. Приняв решение, он встал и, приблизившись к Мире, стал целовать её в шею и обнажённое плечо, пока руки опускались всё ниже по стройной талии к её попе. Расположившись там, они начали мять ягодицы через джинсовую мини-юбку, затем приподнялись чуть выше и стали медленно и аккуратно поднимать вверх тёмно-синий топик, пока не дошли до её плеч, сразу обнажив вывалившуюся наружу крупную, но крепкую грудь без бюстгальтера, который был снят заранее. Андрей Иннокентьевич опустился чуть ниже, припав губами к ним и начав посасывать и кусать зубами сосок одной груди, другую же не забывая мять рукой. Мира лишь с небольшой печальной улыбкой откинула свои длинные тёмно-русые волосы назад, молчаливо наблюдая за его действиями и легонько поглаживая его голову. В голове мельтешили противоречивые мысли, часть которых так и кричала прекратить это безумие, пока не поздно и можно хотя бы постараться решить всё как-то иначе, а другая часть глушила их и толкала её только вперёд. Мужские руки тем временем снова сосредоточились на её ягодицах, пока он, зарывшись лицом в грудь, продолжал ласкать её ложбинку губами и языком. Вскоре к туфлям Миры упала юбочка, а она откинула её чуть в сторону ногой, сбросив потом попутно и обувь со своих ног. Его руки тем временем начали ощупывать тонкие серые лосины, начав затем стаскивать и их вместе с кружевным розовым бельём под ними. Мира присоединилась к нему в этом деле, оставшись в итоге в одном лишь топике. Затем она нагнулась к члену и, обхватив его ртом, засосала внутрь настолько глубоко, что сначала чуть не поперхнулась. А Андрей Иннокентьевич, взяв её за волосы, начал самолично и бесцеремонно задавать ритм, несмотря на её спазмы рвоты и мелкие всхлипы. Всё пошло немного не по сценарию и планам Миры, но она решила терпеть. Тем более, что и деваться ей было некуда, разве что на улицу. Посчитав, что она достаточно поработала ртом, он уложил её на диван и, сев спереди, попросил сделать ему приятное. Немного подумав, Мира положила свои босые ступни ему на член и, приноровившись, начала медленно массировать ствол то ими, то лишь одними пальцами ног, пока он поглаживал её голени. - Вам хорошо? – Неожиданно спросила Мира, не забывая продолжать работать ступнями. - Да. – Последовал незамедлительно ответ. – Но знаешь, хочется проверить ещё одно твоё место. Так сказать - испытать. Без резинки. А за это – будет не отсрочка или снижение стоимости, а полное отсутствие платы за этот месяц. Не беспокойся, внутрь тебя не попадёт ни капли. - А если только это и минет? – Спросила с надеждой приглушённо девушка, на коротенький миг поддавшись желанию и мыслям отступить. - Или с резинкой? - Можно. В глубине души вспыхнул огонёк надежды, что всё-таки можно ограничиться хотя бы только этим. - Но тогда это только половина стоимости. И отсрочка, так и быть. Искра надежды погасла вмиг. Закусив нижнюю губу в задумчивости, решившись окончательно и бесповоротно, Мира молча кивнула в согласии, ведь этого она и хотела – разобраться с оплатой жилья. На данный момент целью номер один было жильё. Кивок послужил сигналом к дальнейшим молчаливым действиям хозяина квартиры и он, переместившись вперёд, к раздвинутым стройным ногам, начал вводить свой пенис меж них – ещё не до конца, но уже был внутри, меж её половых губ его головка. Это окончательно поставило жирный крест на отступлении. Точка невозврата. Пути назад нету. Мощный и резковатый толчок всухую во влагалище, сдавленный стон Миры, остановка, выход из неё после короткой паузы и ещё толчок. И так несколько раз. При попытке дёрнуться или хоть чуток сменить позу она получала звучный и звонкий шлепок по белоснежному бедру, моментально отозвавшему на такие действия покрасневшей кожей. Но всё же в конце концов они сменили позу и вот уже Андрей Иннокентьевич лежит на спине, а Мира, оседлав мужчину и положив его руки себе на грудь, работает тазом, смотря сосредоточенным и немного безучастным взглядом куда-то вдаль. На качество её работы это не влияет – сжатое меж её бёдер тело довольно, оно счастливо улыбается. Тем более, что ещё и её организм, пусть медленно и слабо, но начало отзываться, реагируя твердеющими сосками и выделяющейся смазкой – сказывались ещё молодое тело, физические потребности которого так просто не откинуть, да давнее отсутствия секса за неимением партнёра. Зато – хотя бы его орган легче скользит в мокрой щели, не причиняя боль, как всухую в начале. При следующей позе уже Мира лежала на диване, а он напротив неё, лёжа рядом сбоку, приподняв и держа в согнутом положении одну из её ног, снова толчками проникал в неё, не забывая при этом губами держаться за её грудь и играться с соском. Поддаваясь ему, она при этом всё так же была с отстранённым взглядом и лицом. Снова новая поза и вот Мира стоит раком, а Андрей Иннокентьевич со словами «Потерпи немного, моя девочка, скоро будет очень сладко» немного подразнил её промежность, затем вошёл туда и снова вышел. После чего раздвинул её ягодицы и погладил анус. Остановился и прошёлся рукой по её длинным волосам. Мира, не удержавшись, схватила своими губами пальцы ладони, несильно укусив их. Вновь другая рука снова активировалась у ануса, начав его обрабатывать пальцами. - Нет. – Выдохнула напряжённо Мира, выпустив изо рта его пальцы, которые посасывала. – Н-нет, пожалуйста. Только не туда, я не… я не готова. Я не рассчитывала на анал этим вечером. - Туда к тебе ни разу не лезли, что ли? Ты там девственна? - Нет, не… пару раз… но я не готова…. - Полтора…. Слышишь, полтора месяца без оплаты…. Заодно, если не успею вытащить, не залетишь железно…. - Нет. Нет, нет, нет. К тому же… там… ведь там грязно, я не… надо заранее чистить клизмой… не есть за полусутки или сутки… - А ты подкованная в этом, я смотрю. – Ухмыльнулся Андрей Иннокентьевич. – Но не напрягайся, я не боюсь испачкаться. А тебе – почти пара месяцев каникул от оплаты. Думай, Мира, думай. Времени очень мало. Она действительно начала взвешивать все за и против. Второе перевешивало. Но единственное первое… оно такое весомое в её ситуации, к тому же… да и что ей терять, тем более, что её и так пользуют. Мира тяжело вдохнула и выдохнула, после чего, дрожа, так же молча кивнула ему. - Молодец. Ты не пожалеешь, я буду аккуратным. Эмм… если у тебя есть смазка или вазелин на худой конец…. Они прервались на минутную возню, после чего он получил требуемое и вновь принялся гладить и мять ягодицы. Мира послушно и тихо стояла на четвереньках в позе собаки, стараясь расслабиться под его действиями. Вскоре сзади почувствовался до омерзения холодный лубрикант и палец между расслабившихся от массажа ягодиц. К нему понемногу добавлялись ещё пальцы, как и куча смазки – он явно тоже не был новичком в этом деле. И вот вскоре Андрей Иннокентьевич затолкал свой член и туда тоже. Несколько поначалу тяжёлых и долгих проникновений даже при умелой обработке, их прекращение. Потом Мира снова дёрнулась от толчка, выдохнув весь воздух, как при ударе от падения плашмя. И ещё одного толчка, затем пауза, ещё выдох от толчка. С каждым разом её попа всё больше привыкала к чужеродному предмету внутри себя, к боли, растягиваемому всё больше тугому отверстию, и легче принимала этот самый предмет в свои глубины. Удары участились из-за увеличившегося количества фрикций, хотя он не забывал по-прежнему дразнить девушку периодически остановками. А она всё продолжала услужливо подставлять своё тело под него, но уже стараясь работать внутренними мышцами, чтобы не отпускать орган и заодно, по возможности, приблизить конец этих самых фрикций. Андрей Иннокентьевич, к её с трудом скрываемой досаде, словно не ощущал этого, продолжая держать её за бока для стабилизации положения и проникать в девушку. Она часто и быстро - иначе было сложно - дышала под аккомпанемент шлепков взмокших тел при его мощных проникновениях, от которых так сильно колыхалась маятником её висевшая грудь. - Ну как, может перестать тебя так мучить, дорогая? – Неожиданно спросил он, прижав голову ставшей пунцовой от напряжения и сдавшейся Миры к мягкому подлокотнику дивана. - Да, хорошенький мой, пожалуйста. Пожалуйста, Андрюшенька. – Сдавленно проговорила Мира под его поцелуями в щёку и шею. - О… Андрюшенька, значит?.. Да ещё и «пожалуйста»?... Постараюсь, но… обещать не могу… - Ухмыльнулся он с довольным лицом, влепляя звонкую пощёчину её ягодице, на которой тут же возник багряный след от его руки. Шлепки его лобка об неё продолжились. Продолжались и её тяжёлые вздохи, сопровождавшие их фрикции. И вот вскоре Андрей Иннокентьевич, как следствие, задрожав в экстазе, начал стрелять зарядами горячей спермы прямо в её прямой кишечник. После чего, от души наполнив её семенем и обмякнув, лёг на Миру сверху всей своей расслабившейся тушей, поцеловав несколько раз в плечо. Напоследок чмокнув её в шею, туда он и зарылся лицом, щекоча своим тёплым дыханием. Полежав так немного, они всё же сели, хотя Мире было из-за этого немного дискомфортно и мокро сзади. Дабы хоть немного отвлечься и заодно помочь мужчине, она помогла ему найти влажные салфетки, а через ещё десяток секунд – услужливо стала сама протирать его пах после анального секса так, словно это было нормальной и обыденной вещью в их отношениях. Когда они окончательно закончили с приведением себя в порядок, вспомнив про галантность, Андрей Иннокентьевич налил в бокал вина и предложил его своей квартиросъёмщице. Она с радостью взяла его, выпив в несколько глотков. Затем потянулась за сыром. Вновь сделала пару глотков, закусив уже фруктами. Мужчина делает почти так же – но закусывая сыром и фруктами поочерёдно. Его другая рука всё это время находится на ноге Миры, поглаживая её круглую коленку и бедро, изредка стискивая её. Мира и не против этого, как и в плане того, что они оба до сих пор обнажены. Разве что только она расправила обратно всё время находившийся на ней, но в задранном наверх виде, топ, перестав светить грудью. После такой небольшой передышки и коротких диалогов по паре фраз Андрей Иннокентьевич понемногу стал распускать руки, не ограничиваясь одной только её коленкой. Начавшая было возражать, что было сложно, учитывая их голый вид, Мира всё же поддалась сильному напору и уговорам мужчины. Вдобавок сказывалось подавленное стрессовое состояние из-за событий с деньгами и, определённо, ударившее в голову вино – да ещё и столь легко из-за того же депрессивного состояния и испытанного стресса. В итоге они продолжили свой марафон, чтобы закрепить напоследок свою договорённость. И вот вскоре Мира, поддавшаяся физиологии и не имея возможности остановиться, стонет под ним, требуя иметь её глубже и побыстрее, а затем, через продолжительное время их соития и продолжившихся стонов, чувствует восхитительный спазм, сильный, яркий и сладостный, который свёл её мышцы влагалища. По всему телу прошла дрожь, заставив даже звенеть в ушах. Ноги со сжавшимися пальцами на ступнях стискивают мужчину и прижимают ближе к себе, заставляя разом и не выходить из неё, и проникать даже ещё глубже. У Миры текут слёзы, а её давно лишённый этого организм вполне счастлив, в отличие от её сознания, находящегося в ужасе от таких ощущений и того, как она расстаралась и начала совокупляться с ним ради своей цели. Андрей Иннокентьевич, чуть погодя после неё тоже дошедший до оргазма, но на этот раз изливший своё семя на её плоский крепкий животик – результат изнурительных диет и спортивных тренировок, как и всё тело Миры, - уже успел воспользоваться ванной и одеться. Достав свои ключи от дома, он попрощался с ней для того, чтобы вернуться за оплатой в следующий раз лишь через полтора месяца, как и обещал. Всё же поцеловав её в щёку после прощания, словно возлюбленную, мужчина уходит. А Мира некоторое время продолжает лежать на диване с ногами, раскинутыми одна на спинке мебели, а другая свесившись до пола, чувствуя растерянность и опустошённость. В её голове всё ещё пытается осознаться мысль о том, что она надела, причём дважды, и ради чего. А ещё вопрос, как мог её же организм так подло её предать только из-за пары бокалов вина и отсутствия мужчины продолжительное время? Надо было вставать. Надо было решить ещё немаловажный вопрос. Надо было.... Всё время это долбанное «надо» - ну почему же?!? Мира от досады и вспыхнувшей злости ударила рукой по дивану. Ещё через время всё же заставила себя встать. Ведь «надо было».