Красное солнце Дракона

      Селена собрала вещи, готовясь к отплытию в Дорн.       Чувства смешались. Облегчение от того, что Эйгон больше не посмеет тронуть ее. Но Эймонд… Селена не хотела верить, что ей придется расстаться с ним, что завтра она увидит его в последний раз.       И то, если…       Отец запретил ей видеться с Эймондом.       Девушка пыталась достучаться до отца, она кричала, плакала и молила послушать её, но тщетно. Мартелл не слушал…       «О чем ты думала, Селена?»       «Мы просто проводили время вместе».       «У тебя есть суженый, а ты проводила время с его братом?»       «Да, отец! И я не буду оправдываться!»       «Слухи уже добрались до короля, Селена. Тебя нарекут…».       «Шлюхой?»       «Я хочу тебе счастья, дочь моя».       «Я люблю его. Я люблю Эймонда!»       Мартелл был сражен наповал от признания дочери. Он замер от удивления и смотрел на Селену, широко открыв глаза.       Но дорниец уже принял решение и менять его не собирался.       «Завтра мы уплываем домой».

***

      Селена очнулась от воспоминаний, услышав тихий скрип.       Девушка недоумевала, ведь она смотрела на единственный вход в ее комнату — и дверь была закрыта.       Селена обернулась. Старинное большое зеркало мастерски было замаскировано под тайную дверь, у которой стоял Таргариен.       — Эймонд? — девушка была удивлена появлению принца больше, чем тайной двери.       — Простите, что испугал вас, Селена, но через парадную дверь меня бы не впустили, — Эймонд говорил тихо, не отводя глаза от девушки. Его пронзительный взгляд, казалось, пытался запомнить каждую деталь, каждое движение принцессы и ее мимику. — Я говорил с отцом, но он не хочет слушать меня.       — Мой отец не исключение. Он уверен, что вы вчера… — Селена прикусила язык. — Он не поверил, что это Эйгон пытался… — и снова она замолчала. — Теперь я недостойна будущего наследника Железного трона, и мы уплываем завтра домой. Отец боится, что теперь меня не возьмёт замуж ни один приличный лорд Семи Королевств и… — Селена умолкла, опустив голову.       — Это моя вина, Селена. Я не должен был позволять себе думать о вас, мечтать о вас, желать вас…       Эймонд подошел к принцессе.       — Я не имел права влюбляться в вас, — прошептал принц.       Селена закрыла глаза. На душе скребли кошки от отчаяния.       — Вы жалеете об этом?       — Я жалею, что подверг вас осуждению. Мне стоило держать свои чувства при себе.       Она отстранилась от Эймонда и подошла к окну.       — Я завтра уплываю домой. Вы женитесь на леди Ланнистер, а я выйду замуж за лорда, который согласится взять меня в жены. — Селена обратила внимание на безоблачное вечернее небо и полную серебряную луну. — Это наше будущее, Эймонд, — с горечью произнесла девушка.       Принц подошел и тыльной стороной ладони коснулся щеки Селены.       — Простите, что я пришел так поздно.       — Вы пришли вовремя.       — Царапины быстро заживут. Мазь, которую принес мейстер, сможет исцелить неглубокие шрамы, — принц горько улыбнулся, — мне, к сожалению, она не смогла помочь.       Раздался стук в дверь. Эймонд успел спрятаться за ширмой, пока в комнату не вошел Мартин Мартелл.       — Хорошо, что ты еще не спишь. Я поговорил с лордом Тиреллом, у него есть сын, и он согласен взять тебя в жены. Поэтому завтра мы сразу отплываем в Простор, — Мартелл успокоился после их последнего разговора, ведь его дочь не останется порочной старой девой.       Селена посмотрела на отца с безразличием в глазах.       — Тиреллы — великий дом, дорогая, и он готов…       — Ему нужны деньги Дорна, — перебила отца Селена.       — И пусть! — воскликнул дорниец. — Зато ты будешь при муже, и вскоре все забудут о грязных сплетнях.       — Сплетнях? — удивилась принцесса. — Но ты все равно принес мне зелье и требовал, чтобы я его выпила, — воскликнула Селена.       Мартелл молчал и недовольно смотрел на Селену.       — Завтра мы отплываем в Хайгарден. Собирай вещи.       И поспешил уйти.

***

      Эймонд вновь подошел к Селена, которая смотрела в окно на ночное небо.       Принц взял руку девушки, поднес к своим губам и трепетно поцеловал.       — Я сказал, что люблю вас — и это правда, Селена. Я сказал это своим родителям. И скажу вашему отцу. Я попрошу у него вашей руки.       Селена покачала головой.       — Он не согласится. Вы слышали его?       — А согласны ли вы, Селена, стать моей женой?       Селена мягко и ласково улыбнулась.       — Да! Я хочу быть вашей, Эймонд… — взгляд дорнийки стал томным и проникновенным, — …здесь и сейчас…       Селена расстегнула пояс Эймонда, и он со стуком упал на пол.       Принц устремил вопросительный взгляд на девушку.       — Боюсь, что я не выдержу и воспользуюсь моментом, принцесса.       — Слухи ходят, что я была с вами, Эймонд. Все в это верят, — Селена сделала шаг, приблизившись к принцу вплотную. — Момент что ни на есть идеальный…       Дорнийка потянулась для поцелуя и встретила горячие губы Эймонда. Огненный и в то же время сладкий поцелуй вскружил им головы.       В этот раз Таргариен был увереннее, чем при первом их поцелуе — он смело обнял ее за хрупкую талию, а Селена неспешно расстегнула пряжки на его одежде.       Принцесса прервала поцелуй и аккуратно помогла Эймонду снять камзол, обнажив его подтянутый торс.       Ее восхищенный, и в то же время смущенный взгляд вдруг стал жаждущим и возбужденным — расширенные зрачки выдали ее желание.       Неловкость исчезла, и принцесса медленно провела рукой по рельефному торсу Эймонда. Тепло её руки обжигало, по нервам пробежал ток, когда ее ладонь приблизилась к паху.       Селена внимательно наблюдала за реакцией Эймонда. Ей нравилось вызывать в нем волнение, слышать его учащенное дыхание и видеть, как её рука оставляет шлейф мурашек на коже его мускулистой груди.       Эймонд, перехватив руку Селены, настойчиво сжал девушку в объятиях и снова завлек ее в страстный поцелуй, отчего бедрами она почувствовала неистовую готовность парня сделать следующий шаг.       Эймонд властно развернул девушку спиной к себе и, убрав волосы, начал покрывать ее оголённые плечи и шею поцелуями. От удовольствия Селена закрыла глаза и закусила нижнюю губу. Голова закружилась, и ей казалось, что почва уходит из-под ног.       Наслаждение от любого его прикосновения усиливалось с каждой секундой, от чего желание ощутить блаженство близости было все ярче.       Она была податливой и послушной — вся в его безудержной власти.       Не прерывая нежные поцелуи, принц начал расшнуровывать корсет: платье нежного бежевого цвета являлось единственной помехой к такому желанному телу девушки.       Платье бесшумно упало, Эймонд усыпал ее шею множеством поцелуев и ласкал ее упругую грудь, которая еще не знала нежности мужских рук.       Тихий стон Селены еще больше возбудил принца — Таргариен был на пределе.       Селена повернулась, и он смог разглядеть красоту тела дорнийки, которое теперь полностью принадлежало только ему.       Руки принцессы опустились ниже, и она с легкостью, распустив шнуровку на штанах, освободила его пылающего от вожделения дракона.       Селена без тени смущения задержала на нем взгляд, после чего посмотрела на Таргариена, прямо в его единственный глаз. Ее чарующий и гипнотический взгляд сводил Эймонда с ума — он был на грани.       Селена неожиданно подняла руку и сняла с принца последнюю вещь, которая еще оставалась на его теле — повязку, прикрывающую его единственный физический изъян. На нее вновь смотрел голубой до неприличия сапфир, но девушку он совершенно не беспокоил.       — Таким ты мне нравишься больше — настоящим, — Селена обвила руками шею принца.       Эймонд подхватил ее на руки и, подойдя к широкой кровати, уложил принцессу на спину. Он напористо подался вперед, но Селена внезапно коснулась ладонями его груди, останавливая принца. По ее волнительному взгляду Таргариен понял, о чем думает девушка и что хочет донести до него, хотя парень и так это знал.       — Я буду осторожен, — прошептал он.       Полная луна скрылась за появившимися ночными облаками — ей не удалось подсмотреть за блаженным танцем двух влюбленных.       Лишь молчаливое сияние свечей было свидетелем их жгучего удовольствия и страстной любви. Но они умеют хранить тайны…