The day you lied to me

How could I forget The day you lied to me

Капельки дождя начали барабанить по оконной раме, заставляя Минхо резко проснуться. Несколько раз моргнув, он поднял голову с парты и, прищурившись, осмотрелся – всё та же аудитория, в которой обычно проходят лекции по искусству танца. Потерев холодными ладонями глаза, чтобы прогнать остатки сна, темноволосый потянулся. Он был один. Судя по всему, лекция закончилась какое-то время назад, и все его одногруппники разошлись по домам. С их стороны было «очень любезно» оставить заснувшего Минхо в аудитории, не удосужившись хотя бы дотронуться до его плеча, чтобы разбудить. Но парень привык к этому. Университетских друзей у него не было, да и, если честно, он не очень-то и хотел их заводить. На потоке были либо любители «оторваться» (а потом проснуться непонятно где и с кем), либо какие-то фрики, державшиеся, как правило, вместе. Были ли он фриком? Нет. В его случае лучше подойдёт слово аутсайдер. Минхо частенько задумывался о том, почему ему не удалось найти свою компанию в этом многолюдном месте, но он так и не понял причины. Лишь иногда слышал от нескольких ребят из своей группы, что он выглядит «пугающе», «странно» и «настолько холодно, будто вместо сердца у него кусок льда». Как и подобает личностям с тонкой душевной организацией, эти слова ранили его, но только на первом курсе. Сейчас, будучи без пяти минут выпускником, он, можно сказать, очерствел: слова других людей, кроме преподавателей, он пропускал мимо ушей. В перерывах между парами выходил покурить на улицу перед университетом, стараясь спрятаться от лишних глаз в переулках. В столовую не ходил, ведь терпеть не мог огромное количество потных тел, сконцентрированных в одном помещении. Ли старался покупать что-нибудь в небольшом магазинчике в соседнем от университета здании и перекусывать, сидя на лавочке в безлюдном сквере. Если материальное положение не позволяло ему излишеств, то он, превозмогая голод, старался заниматься и не думать о еде. Иногда, конечно, отсутствие нормального рациона пагубно сказывалось на его организме и занятиях: выкладываясь по полной на очередной репетиции танца, он мог упасть в обморок по дороге домой или уже находясь дома. Один раз, кстати, упав без чувств посреди городского парка поздно вечером, его обчистили – забрали все деньги и недавно купленные наушники. Забрали бы и телефон, если бы, по счастливой случайности, Ли не забыл его в репетиционном зале. Одним словом, Минхо был сам себе на уме, и его такая позиция устраивала. Зачем что-то доказывать другим? Для чего убеждать их в том, что он вовсе не пугающий и не странный, если они уже сделали выводы, даже не пообщавшись с ним лично? Ли не из тех, кто станет растрачивать себя просто так. Это мерзко, больно и не приносит ничего, кроме травмирующего опыта. Поэтому, быстро скинув свои вещи в рюкзак, темноволосый поскакал вниз по лестнице, направляясь к выходу из помещения. Задрав рукав кофты на левой руке, он бросил взгляд на часы – 20:37. – Чёрт, – тихо пробормотал Ли и ускорил шаг. Его смена в круглосуточном магазине начнется через двадцать три минуты, а ведь туда ещё доехать нужно. На бегу выуживая сигарету из маленького кармашка в рюкзаке, парень несильно сжал её в руке. Успеет ли он покурить перед тем, как подъедет автобус? Толкая огромную деревянную дверь от себя, Минхо оказывается на улице. В лицо сразу бьёт поток холодного вечернего воздуха, и парень жалеет о том, что не взял с собой бомбер. В конце концов, на улице уже не лето – а осень, и она, как на зло, жутко холодная и промозглая в этом году. Быстро шагая к автобусной остановке, Минхо подкурил сигарету и сделал первую тяжку. Задержав дыхание, он позволил горькому дыму проникнуть максимально глубоко, а потом выдохнул. Курящий танцор – это не совсем хорошо, но и нервы у Ли одни. Он уже давно раздумывал над тем, чтобы бросить курить, но с каждым разом находил всё больше причин этого не делать. Дойдя до остановки, которая, к слову, была безлюдной, Минхо встал недалеко от края дороги и задумчиво уставился в небо, продолжая курить. Сейчас он едет на смену и будет сидеть там всю ночь. С утра придёт напарник и подменит его, а ему придется галопом нестись на занятия. Если удача будет на стороне Минхо, он успеет забежать домой и хотя бы сходить в душ. Летая в облаках и строя планы на следующий день, темноволосый не заметил проезжающую на большой скорости машину, которая окатила его грязной водой из лужи. Сигарета в руках потухла, а Ли обессиленно прикрыл глаза и сжал руки в кулаки. Хотелось покрыть этого водителя трехэтажным матом или просто заорать на всю улицу, но он сдержал себя. Как раз и автобус подошёл, поэтому он, мокрый, с надутой моськой, зашел в теплый салон и встал у окна. Было бы не совсем правильно садиться, ведь он мокрый. Достав из кармана джинсов наушники, он неспешно подключил их к старенькому плееру и прикрыл глаза. Послышались первые биты, затем прибавилась лирика. Визуализируя себя на сцене, Ли кивал головой в такт музыке, на ходу придумывая новую связку, которая должна отлично вписаться в почти завершенную танцевальную композицию. До показа танца оставалось меньше недели, поэтому парень решил для себя, что обязан попробовать её как можно скорее. Распахивая глаза, Минхо понял, что чуть было не пропустил свою остановку, поэтому без промедлений вылетел из закрывающихся дверей автобуса. Переводя дыхание, он увидел знакомую потрепанную вывеску круглосуточного. Он потянулся рукой к ручке двери и осторожно открыл её. Раздался легкий звон колокольчиков, и он проклял их: хозяин магазина поднял голову. – Семь минут десятого. Ты снова опоздал, Минхо, – проворчал седовласый мужчина, выходя из-за прилавка. – Простите, господин Чхве, – кланяясь, начал оправдываться Ли, – было много занятий. Тяжело вздохнув, владелец скептически осмотрел его с ног до головы. – Ты почему мокрый? – Меня облила машина на автобусной остановке, – довольно тихо добавил парень. Подойдя ближе к Минхо и слегка похлопав его по плечу, мужчина слегка улыбнулся. – Ты беда-парень, Минхо. Иногда задумываюсь о том, отчего на твою долю выпадает столько неприятностей, ведь ты, вроде, хороший, – хозяин круглосуточного постарался поддержать Ли, но вышло у него, мягко говоря, не очень. – Всю сознательную жизнь об этом думаю, и всё никак не пойму, – уныло пробормотал Минхо, натягивая улыбку, – Я приступлю к работе. Мужчина кивнул, забрал некоторые вещи и оставил парня наедине с собой. Наконец вздохнув полной грудью, Минхо направился в сторону помещения для персонала. Отрыв давно забытую и, как он считал, потерянную толстовку, он радостно натянул ее на себя и прошёл обратно к прилавку. Потянувшись к рюкзаку, он вытащил из него зарядное устройство. Едва не свалившись со стула, Ли всё-таки дотянулся до розетки и воткнул туда вилку. Людей пока что не было, поэтому он принял решение отработать ту самую связку, придуманную в автобусе. * Стрелка часов перевалила за два часа ночи, когда в магазин залетел кто-то. Минхо всё ещё тренировал свой танец, поэтому он не сразу заметил нежданного гостя. – Вы должны мне помочь, – человек прикоснулся к локтю темноволосого и сжал его, потянув за стеллажи с закусками. Ошарашенный Минхо ещё не до конца понял, что произошло, но поспешил отдернуть свою руку. – Ты чего делаешь? – насупившись, поинтересовался он. Перед ним стоял высокий парень, натянувший капюшон своего худи до самых глаз. И все же, зоркий глаз Ли заметил светлую прядку, выбившуюся из общей массы волос. – Меня преследует компания нелицеприятных парней. Пожалуйста, помоги мне спрятаться тут, а я… куплю что-нибудь в твоём магазинчике, – быстро пробормотал незнакомец, бегая глазами туда-сюда. Входная дверь открылась: зазвенели колокольчики и послышались чьи-то голоса. Оленьи глазки незнакомца расширились, и единственное, до чего додумался Минхо – это толкнуть его в помещение для персонала и закрыть на ключ. Пытаясь сделать расслабленное выражение лица, он вышел к покупателям. – Доброй ночи, – Ли поклонился, – что желаете приобрести? Кофе? Выпечку? – Послушай, милашка, – начал один из парней, от которого за километр несло перегаром, – сюда не заходил такой… ну светленький, в белом худи? – Нет, уважаемый, не заходил, – жестко проговорил парень. Он терпеть не мог, когда люди придумывали ему клички, вроде этой слащавой «милашки». Особенно не любил, когда такие вещи ему говорили отвратительные пьяные люди, вроде этих парней. – Не хочешь прогуляться? – вдруг спросил второй, мерзко улыбаясь. – Нет. Либо покупайте что-нибудь, либо я звоню в полицию, – для большей уверенности Минхо потянулся рукой к стационарному телефону. Компания парней усмехнулась, один из них подмигнул ему, но все же они ушли. Нахмурившись, Ли опустил взгляд на сжатые в кулаки руки. Чёртовы нервы, совсем сдают. Быстро проследовав к закрытому помещению для персонала, он прокрутил ключ и выпустил парня на волю. Тот, в свою очередь, опустил капюшон и распрямился. Перед Минхо открылся взор на высокого блондина с ангельской внешностью. Его карие глаза, до этого беспокойно бегающие из стороны в сторону, с благодарностью уставились на него. На пухлых розовых губах играла легкая улыбка. Парень несколько раз поклонился. – Спасибо, вы спасли меня от неминуемых проблем, – начал он, протягивая свою руку, – Меня зовут Хван Хёнджин. Осмотрев блондина с ног до головы ещё раз, Ли остановился на его глазах. – Бывает. Покупать что-то будете? – проигнорировав вытянутую руку, Ли поплелся к прилавку, в очередной раз вставая за него. Хёнджин не сразу, но сообразил, что руку ему жать не будут, поэтому поспешно опустил её и подошёл ближе к парню. – Что Вы хотите, чтобы я взял? Могу угостить Вас чем угодно за своё спасение, – неловко потирая шею и всё ещё улыбаясь, вымолвил он. – Берите то, что хотите, – с тяжелым вздохом ответил Минхо, потирая переносицу. Он просто хотел вновь остаться наедине с собой, в этой умиротворённой тишине и мыслями о танце. Хёнджин закусил губу: ему была слегка непривычна манера общения парня напротив, но он не придал этому большого значения. Задумчиво бродя мимо стеллажей, он потянулся к самому верхнему и достал целую коробку шоколадок. Без тени сомнения он поставил ее перед Минхо и достал кошелек, на котором были нарисованы мишки. – Сколько с меня? – лучезарно улыбнувшись, поинтересовался он. Минхо слегка оторопел: этот симпатичный парень так просто купит целую коробку шоколадок? Ещё и его любимых… с ореховой начинкой и тонким слоем карамели. Подняв озадаченные глаза на блондина, Ли прикусил губу. Ему тоже хотелось когда-нибудь так просто зайти в магазин и купить всё, что вздумается. – Шестьдесят шесть тысяч вон, – медленно проговорил темноволосый. Хёнджин приложил карточку к аппарату и взял коробку в руки. Покрутив её из стороны в сторону, Хван протянул её Ли. – Это моё спасибо, – насильно кладя её в руки ошарашенного Минхо, Хёнджин хохотнул, – Кстати, ты красиво танцуешь и похож на котёнка. Ещё увидимся! – бросив улыбку на прощание и не дождавшись ответа, блондин выскочил из помещения. Ещё несколько секунд был слышен звон колокольчиков. Минхо покраснел до кончиков ушей: этот… Хван Хёнджин видел, как он танцевал? Он подарил ему целую коробку его любимых шоколадок? Ли чувствовал себя максимально неловко. Он буквально не знал, куда себя деть, поэтому так и просидел на стуле, смотря в одну точку, лишь пару раз обслужив посетителей. Из транса его вывел пришедший напарник. Перебросившись с ним парой слов, Минхо быстро убежал домой. У него есть лишь час, а успеть нужно многое. * С того дня прошла почти неделя. Минхо практически не думал о парне, влетевшем в магазин посреди ночи. Лишь беря в руки одну из шоколадок, он вспоминал длинные блондинистые волосы и глупую улыбку на лице Хёнджина. Сейчас, стоя посреди «гримерки» и рассматривая свой костюм в небольшом зеркале, Ли мысленно готовился к предстоящему выступлению. Его руки слегка подрагивали, отчего он посильнее сжал их. Он обязан быть лучшим сегодня. Желание быть лучшим на сцене – не просто прихоть. Минхо хотел сиять, хотел показать себя во всей красе. Искренне хотел гордиться собой, ведь только ему известно, сколько труда и сил он вложил в этот танец. И не только сил – он вложил всего себя. Плюс ко всему, сегодня в зале будет присутствовать комиссия, которая отберет двух лучших танцоров. Выбранные студенты смогут бесплатно посещать занятия с практикующими танцорами и впоследствии либо присоединиться к трупе, либо выучиться до хореографа и преподавать. Это был шанс Минхо на лучшую жизнь, и он не собирался его упускать. Последний раз пробежавшись глазами по своему костюму, Ли вышел из помещения. По пути к концертному залу университета он встретил нескольких своих одногруппников, но предпочел просто пройти мимо них. Смотря себе под ноги, парень не заметил человека, стоящего впереди, поэтому врезался в чью-то спину. Потерев ушибленное плечо, он поспешил поднять взгляд – какого было его удивление, когда напротив себя он увидел уже знакомую белую макушку. – Танцующий парень из магазинчика, похожий на котёнка? – весело спросил Хван, разворачиваясь лицом к парню. – Хёнджин? Ты… что здесь делаешь? – удивленный, Минхо даже забыл извиниться. – Вообще-то учусь, – хихикнув, вымолвил блондин, – Ты выступаешь сегодня? – кивнув головой, как бы указывая на костюм, поинтересовался он. – Да… поэтому, пока, – быстро выпалив это, Ли поспешил удалиться. – Я приду поддержать тебя, парень, похожий на котенка! – это было последним, что услышал Минхо, прежде чем скрыться за углом. Свет софитов. Минхо слышит, как ведущий мероприятия объявляет его выход, поэтому, в последний раз выдыхая, спешит на сцену. Хёнджин, сидевший в первый рядах, расплылся в улыбке. Мало того, что парень выглядел изумительно, стоя посреди сцены, так теперь он ещё и знал его имя. Ли Минхо. Легкая мелодия наполнила зал, и Ли начал свой танец. Его движения были плавными, словно течение реки. Медленно двигаясь, его композиция приобретала все больше и больше страсти. Биты стали громче и отчетливее, движения резче – он резал без ножа, заставляя всех в зале смотреть лишь на него одного. По затемненному помещению блуждал шепот, а также вздохи, охи и ахи, когда парень, словно птичка, перепрыгнул самого себя и изящно лег на пол. Его разум полностью отключился, и говорило лишь тело. Идеально попадая в такт, он завершил свой танец той самой связкой, которую усердно отрабатывал ночью в круглосуточном магазинчике. Замирая в финальной стойке, Минхо позволяет себе выдохнуть и наконец открыть глаза. Слегка прищурившись, он рассматривал лица людей, которые буквально взорвались аплодисментами. Особенно бурно жестикулировал Хёнджин, который, по завершении танца Минхо, первым подорвался со своего кресла и начал хлопать в ладоши. Счастливая улыбка окрасила лицо темноволосого, когда он заметил Хвана в зале. Поклонившись, он поспешил скрыться за занавесом. Теперь оставалось дождаться результатов. Ходя из стороны в сторону, Минхо старался думать о чем угодно, кроме результатов. Ему было по-настоящему страшно. Боги внемли его молитвам: его нашел Хёнджин, которому не терпелось рассказать о своих впечатлениях. – Минхо! – крикнул блондин, приближаясь к темноволосому, – Ты был просто великолепен! Я клянусь, я не мог оторвать от тебя взгляд и на какое-то время забыл, как дышать. Ли вздрогнул всем телом, настороженно оборачиваясь. – Спасибо, – нервно проговорил он, слегка кланяясь. – Ты очень талантливый парень, правда. Я восхищен твоим владением тела и экспрессией. Уверен, что комиссия заметила тебя и обязательно взяла на заметку, – добродушно улыбаясь, продолжал Хван. – Не мог бы ты… пожалуйста, не говорить мне этого, – как-то особенно тихо пролепетал Ли, – мне очень жутко, и я не хочу тешить себя надеждами. Если они не оправдываются, бывает очень больно. Хван на мгновение оторопел от слов парня, но уже после стиснул его в самых крепких и теплых объятьях. – Послушай, ты и правда очень талантливый. Не думай о неудаче. Я уверен, что ты станешь одним из победителей, а даже если и нет, я готов поддержать тебя. Я стану твоей опорой, – вдруг выпалил блондин. Он не боялся открыто выражать свои чувства и искренне хотел придать Минхо веры в себя. Плюс ко всему, ему приглянулся этот милый котик. Он был как будто с другой планеты, и это нравилось Хёнджину. Минхо застыл в объятьях, словно статуя. Он не понимал, как именно должен реагировать и с чего вдруг едва знакомый парень обнимает его и предлагает стать опорой. Однако он сдался: ему, по правде говоря, очень не хватало человека в жизни, вроде Хёнджина – готового поддержать его и, если нужно, крепко прижать к себе. Именно поэтому он поддался неизведанным ранее эмоциям и осторожно прижался к парню в ответ, располагая свои руки на его спине. И так прошло полгода. Жизнь Минхо перевернулась на сто восемьдесят градусов. В тот день его действительно заметила комиссия и он стал одним из победителей. Ли успешно окончил университет и сейчас практиковался вместе с ведущими танцорами. Его финансовое положение улучшилось, поэтому нужды работать на господина Чхве в небольшом круглосуточном магазинчике больше не было. Придя туда в последний раз, он преподнёс своему работодателю небольшой сувенир – книгу, которую мужчина искал несколько лет, и все никак не мог найти. Минхо пришлось попотеть, чтобы достать давно вышедшую из печати историю, но он таки смог это сделать, чем очень порадовал господина Чхве. Мужчина, пораженный таким подарком, даже не сдержал слез, а также наговорил парню много напутственных вещей и искренне пожелал удачи. Нельзя не отметить и того, что Минхо смог позволить себе снимать квартиру побольше. Это была небольшая, но очень уютная однокомнатная квартира, в которой он любил коротать свободные от дел вечера за просмотром любимого аниме или дорамы. Минхо искренне верил, что ничего из этого никогда не случилось бы с таким неудачливым парнем, как он, если бы не Хёнджин. Высокий блондин с самой милой на свете улыбкой стал для него лучиком света – вовремя протянутой рукой, которая разделила его жизнь на до и после. С тех самых объятий началась их история. Поначалу они просто иногда пересекались в университете, либо перекусывая в уединенном местечке, либо просто болтая о том, что произошло с ними за те дни, что они не виделись. Минхо было тяжело раскрываться перед Хёнджином, но тот был очень болтливым и невероятно терпеливым: невзирая на некоторую отстраненность Ли, он продолжал настойчиво искать его в стенах университета и выводить на разговор. По большей части благодаря его усилиям, парни поразительно сблизились и пришли к тому, где они сейчас. В голове Минхо ещё было свежо воспоминание о том, как неловко и, даже, по-детски, Хёнджин признавался ему в любви. Они сидели на крыше заброшенного здания, наслаждаясь закатом и поедая лапшу. Болтая о всякой всячине и рассказывая Хвану о том, как прошла его тренировка сегодня, Ли даже не заметил, что парень был особенно тих. Это было совсем на него непохоже. – Хей, – осторожно начал он, подсаживаясь чуть ближе к блондину, – ты чего такой молчаливый сегодня? Как воды в рот набрал, – протягивая руку к руке Хвана, он несильно сжал её. – Если я скажу что-то, что в теории может разрушить нашу дружбу, ты меня выслушаешь? – подняв свои оленьи глазки, вымолвил Хёнджин. Минхо напрягся. Что такого собирался сказать ему его единственный в этом мире друг? – Конечно. Если меня что-то не устроит, я просто поджарю тебя во фритюре при ста восьмидесяти градусах и сделаю вид, что никогда не знал тебя, – темноволосый попытался перевести всё в шутку, чтобы разрядить обстановку. Но Хвану было не до смеха. Он очень переживал за реакцию старшего и за то, к чему могут привести его слова. Взяв себя в руки, он быстро схватил Минхо за руки и крепко сжал их в своих. – Я люблю тебя, хён, – быстро выпалил он, стараясь смотреть в глаза парня и следить за его реакцией, – могу ли я стать твоим парнем? Я пойму, если ты откажешь мне и надеюсь, что это не отразиться на нашем общении. В случае чего мы просто забудем эти слова и дальше будем друзьями. Минхо отчего то хохотнул, и это заставило Хёнджина смутиться. Почему он смеется в такой откровенный момент? – И ты думал, что я откажу? – хитро улыбаясь, поинтересовался он, – Я тоже люблю тебя, Джинни. С этими словами он спешно прильнул к его губам, затягивая в сладкий поцелуй. Казалось бы, это случилось уже продолжительное время назад, а воспоминание такое яркое… Парни встречаются уже несколько месяцев, и все из них Минхо был безумно счастлив. Он научился выражать свои чувства иначе, стал более контактным – обзавелся парочкой друзей в своем танцевальном коллективе. Даже не так: он всегда таким был, просто боялся проявлять себя. Его жизнь окончательно наладилась, и он наслаждался этим, пока в один из самых обычных дней всё не поменялось. Возвращаясь домой после плодотворного рабочего дня, Минхо заскочил в магазин чтобы прикупить вкусняшек для своего парня. Они планировали провести этот день за просмотром нового эпизода их любимого аниме. Хоть и уставший, но крайне воодушевленный Ли поднялся по лестнице до своей квартиры. Хёнджин, у которого есть дубликат ключей, должен быть уже там, ведь они договорились встретиться в восемь вечера, но Хо слегка задержался. Проворачивая ключ в замочной скважине два раза, темноволосый толкает дверь. – Джинни, я дома, – бросая связку ключей и снимая обувь, кричит Ли. Хван, до этого сидевший в комнате и перебиравший их фотографии, выходит навстречу к парню. Завернувшись в серое худи, он скрепляет руки на груди в защитной позе и несмело смотрит на возлюбленного. – Привет. Хорошо, что ты пришёл. Я как раз хотел поговорить, – тихо пробормотал он. Минхо напрягся. Рассматривая парня он понял, что тот не переоделся из уличной одежды в домашнюю. Это странно, ведь раньше, собираясь вот так, Хван всегда надевал что-нибудь из гардероба Ли и оставался на ночевку. Сглотнув, Минхо оставил пакет с продуктами на полу в коридоре и проследовал за Хёнджином в комнату. Парни сели на кровать друг напротив друга. – Что-то случилось? – осторожно начал Ли, пытаясь взять младшего за руку. Но Хван не дал ему этого сделать. – Да, случилось, – Джинни прикрыл глаза и постарался собраться с мыслями, – Как ты мог заметить, в последние пару недель мы виделись реже, чем всегда. В связи с этим у меня было много времени на раздумья, и я понял, – его глаза слезились, но он продолжал говорить, – понял, что мои чувства к тебе уже не те. Я думаю, нам стоит расстаться. Поверь, так будет спокойнее нам обоим. Из Минхо вышибло весь дух. Он подскочил на ноги, в немом шоке глядя на Хёнджина. – Что? Это потому, что мы реже виделись? Джинни, это ведь не причина, – поспешно начал он, приближаясь к парню. Хван также поднялся с кровати, отшатываясь чуть-чуть к двери. – Не только поэтому. Я просто не чувствую того, что раньше. – Давай…давай возьмем паузу? Что угодно, но не расставание. Я же люблю тебя, – глаза наполнились слезами, поэтому Ли видел слегка размыто. – Для чего, Хо?! Эта пауза отдалит нас ещё больше. Зачем оттягивать неизбежное? Я не хочу мучать ни тебя, ни себя. Пойми, я не буду играть влюбленного, потому что это ужасно мерзко. Я просто… остыл к тебе. Прости, мне правда очень жаль. И всё же, горькая правда лучше сладкой лжи, – оставив ключи и их парный кулон с совместной фотографией на тумбочке, Хёнджин поспешил удалиться из квартиры. Входная дверь хлопнула, повисла гробовая тишина. Хо тихо съехал по стене вниз, обняв колени руками, и заплакал. Он просидел так всю ночь – в темной холодной комнате, роняя слезы на пол. * Летняя ночь. Черная машина неспешно паркуется напротив жилого здания. Из нее слегка вальяжной походкой выходит Минхо – по дороге домой он решил заскочить в пекарню, чтобы взять немного булочек с кремом. Он мечтал о них буквально весь день. Идя вдоль здания, Ли рассматривает местность, пока его взгляд не замирает на одном из окон ресторана. Вглядываясь, он понимает, что за одним из столиков сидит его первая и последняя любовь – Хван Хёнджин. И не один: напротив него расположился симпатичный темноволосый парень. Они явно о чем-то беседовали, держась за руки. Минхо увидел счастливую улыбку своего бывшего, и в груди неприятно кольнуло. Замерев посреди улицы, Ли поспешил вернуться в машину. Его уже не волновали вкусные булочки – он надавил на газ и поехал куда глаза глядят. Сам того не замечая, он приехал на небольшой обрыв, с которого был виден весь ночной город. Прикрыв глаза, Минхо крепко сжал руль. Он всё ещё помнит, всё ещё любит его. Ему тяжело. Но… заметив счастливую улыбку на таких родных, но уже чужих губах Хёнджина, парень вдруг осознал, что нужно двигаться дальше. Достав из бардачка их парный кулон, Минхо начал вертеть его в руках. Смахнув слезинку и последний раз взглянув на фото, он открыл окно машины. Его лицо не выражало ничего. Хватка разжалась, и красивая подвеска упала на землю. – Ты обещал, что станешь для меня опорой. Но в тот день ты солгал, – пробормотал самому себе Минхо. Заведя мотор, он тронулся в сторону дома, переезжая кулон колесом машины. Хрупкая вещица треснула, оставляя лишь осколки – осколки их былой любви, которые ранили сердце Хо изо дня в день. Минхо никогда не узнает истинной причины их расставания, а Хёнджин никогда в этом не признается. Но разве теперь это имеет значение? Осталась лишь пыль и едва уловимый скрежет скрывшейся за поворотом машины…

인정하기 싫어 이해하기 힘어 I might as well forget