Слияние алой и белой розы

Тихое утро. Огромные облака полностью заслонили за собой все небо, включая уже тусклое для всех солнце. Все листья с деревьев давно уже пали на землю, что могло быть видно по их оголенному и темному, словно ночь, цвету. Листья под растениями уже полностью накрылись грязью, что не давала выбраться даже самому сильному жуку. Вся ночь проходила в беспрырывной работе. Может быть, будь утро чуть ярче, все казалось бы не настолько плохо? Очередной клубок дыма в сторону окна. Газообразное вещество немного застывало на окне, словно туманом закрывая ужасную уличную погоду. Безжизненные глаза вновь устремлялись вдаль природы, раздумывая о следующем шаге. Товарищи так и не объяснили, что они выяснили из их "разговора". Однако Яэ Мико не было видно на обширной территории мафии. Это слегка напрягало главу, однако удачного шанса спросить не было. Практически всегда они не были в огромном здании мафии, однако глава не мог отвлечься от бумажной работы ни на малейшую секунду, ибо время в те времена были слишком сложными для того, чтобы отвлекаться на мелочи. Практически все сейчас держалось на одном лишь ,ослабленном от работы, Камисато. Сегодняшний день снова должен был проходить в бескрайней бумажной работе. Однако перерыв на, казалось бы, единственное успокаивающее его дело, никто не запрещал. Да и не посмели бы никогда в жизни. Среди небольшой организации даже начали ходить странные слухи про их главу. Практически все говорили об одной и той же новости - странный, неприветливый характер Аято. Говорили, словно он стал слишком закрытым, начал носить с собой пистолет, даже внутри организации. Это ужасно напрягало как самого Камисато, так и его подчиненных, которых осталось не так уж и много. Практически каждый старался сторониться главы, особенно при личной встрече по самому любому поводу. Ну, а мы вновь углубляемся в недолгое повествование, однако уже персонажей. Конечно же, слухи дошли и до правого руки главы и тому, кто как раз таки рассказал о слухах самому Камисато. Но, даже несмотря на огромную преданность к великому человеку, что спас его в тот день, который изменил желтоволосого до нынешнего состояния, он начал как можно сильнее отстраняться от главы. Это привело к последствиям в виде того, что парень начал носить с собой раскладной нож, что когда-то достался ему в наследство от того, чье имя он никогда бы в своей и без того ужасной жизни не хотел вспоминать. Однако тут и сегодня он явно не для того, чтобы вспоминать все это. Тот, кто стал ему хорошим другом и ,по совместительству, напарником в данной мисии объявил встречу 3 человек, которые все будут связаны с этим делом. Сам Итэр, Кадзуха, а то есть его напарник, и кто-то третий и неизвестный, которого обозвали как "информатор". Даже несмотря на весь невероятный риск, желтоволосый поверил своему недавнему другу. Вот, вдали показались двое странных на вид людей. Один из них, парень, что своим несчастным ростом явно не похож на взрослого, по голову был покрыт в ткане, закрывающей его молодое тело от взора прохожих. Второй же, чудик что сопровождал того самого человека, был уже в более официальной и важной, черной одежде. По белым волосам Итэр догадался, что его сейчас будет ждать. И вот, троя наконец собрались в одном темном переулке. Сложив руки у худощавой груди, желтоволосый бросил взгляд на Кадзуху, явно с небольшим недопониманием происходящего. Слегка и звонко с тонкой стыда усмехнувшись, тот принялся за разговор. — Я понимаю, ты явно в недопонимании и думаешь, что Я привел черт знает кого, однако он может помочь. По крайней мере, поможет всем чем может, — Голос звучал с небольшой,однако видимой неуверенностью, из-за чего беловолосый и не давал гарантии на то , что таинственный незнакомец сможет полностью помочь. — Однако он просит много денег, но для такой организации как вы это же не является проблемой, да? Достаточно добрый и доверчивый тон просто не давали сказать о том, что столь важная организация на грани распада. Слюна словно ком в горле не давала проговорить и слова, Из-за чего Итэр лишь отвел взгляд, кивая. Незнакомец словно смеялся в топазовые глаза желтоволосого, думая как поднять цену, оправдав это любыми возможными способами. — С тебя... — Звучание столь неожиданного и противного голоса было молодым, звенящим и слегка хриплым, словно в нем отразились все черты характера, что явно не дали бы уйти Итэру быстро. — 10000 моры. За каждую информацию о сектах. Самое важное продам за 20000. Словно поперхнувшись, светлый отошел на два небольших шага назад, глаза так и сверлили шоком, словно стараясь заставить "торговца" Снизить цену. Тут же гримаса изменилась, выстроив такую злобу, что даже могло показаться, как парень начинает нервно трястись, протягивая руку к карману в его внутренней части куртки. Словно по мгновению, как оттуда просматривается раскладной и сверкающий нож. Уже сейчас тот подходил к персоне, протягивая нож слегка вперед и смотря на черный капюшон, скрывающий цель от парня. Тут же резкое движение руки схватило незнакомца за одежду, отчего нож уже сверкает прямо перед глазами "торговца". Однако беловолосый, что и привел сюда персону стоял в стороне, не предпринимая никаких серьезных действий, словно зная чем это окончится. В усмешку, незнакомец снял с себя "маску" , показывая лицо. Под столь жестоким и насмехающимся голосом скрывался подросток, что лишь смотрел на белоснежное острие ножа, словно подливая масла в огонь, коим являлась злость Итэра. — Чертов щенок, ты играть со мной вздумал?! — Поднося все ближе к горлу парня приговаривал желтоволосый. Однако в ответ подросток лишь ухудшил ситуацию своим легким смешком, что прошел так быстро, однако казался вечной насмешкой — Ты хоть знаешь что это за цены?! Даже беловолосый в стороне начал посмеиваться над ситуацией, словно сам был настроен против Итэра. Однако сейчас взгляд был устремлен только в незнакомца, что так и улыбался, уже смотря в глаза желтоволосого. — Мое имя - Скарамучча, однако я скрываюсь под многими из имен. Однако за раскрытие моей внешности и имени, ты должен будешь платить в два раза больше. Будешь дальше настаивать на своем, или остановишься, пока не поздно? — Под длительным монологом голос уже казался менее хриплым, но он словно звенел и скрипел, так и показывая молодость черноволосого, который собирал кучи моры из-за таких, как Итэр — Ну, можешь рискнуть, оборвать мою жизнь и потерять все. Связь с мафией, деньги мафии, даже свободу. И самое главное - доверие твоего главы к тебе. Нож уже касался горла раздражительного подростка, дрожа в руках желтоволосого. Однако мелкий был слишком хорошим лжецом и манипулятором, именно поэтому тот перестал чувствовать давление острия под горлом, пока Итэр лишь отвел взгляд в сторону. Усмехнувшись, Кадзуха сделал пару медленных хлопков, словно пьесе, что имела в себе неизмеримые кучи минусов. — Ублюдок.. — Прошипел светлый, кладя руку в обширный карман, но уже достав кошелек с около 30 купюрами по 5 тысяч моры. — Во первых, мне нужна информация об "отце" И "матушке", а также про их секты. Помимо этого, я требую полную конфиденциальность этой сделки. Надеюсь, мне не нужно повторять дважды. Вытащив из кошелька ровно 12 слегка смятых пополам купюр, в ответ послышался жадно-наглый смешок черноволосого торговца, явно проявляющего желание сотрясти как можно больше с наивного светика, который сейчас жалеет о своих бездумно отданных словах. — И это всё? — Продолжая бесконечную комедию с единственным ненасытным зрителем, Скарамучча привел уже уставшего светловолосого в очередное недоумение своим несуразным вопросом, словно пожирая его выросшую неуверенность в торговце, пока Кадзуха мотает головой по сторонам в идеальной смеси разочарования и смирения, когда смех сменяется азартом. — За конфиденциальность данного диалога вам придётся малость доплатить, юный светлячок. Ваши детские капризы будут исполнены за очередные 10000 моры. Полагаю, вы достаточно богаты, чтобы пережить такой небольшой нюанс. С наслаждением проводя по ошеломленному блондину пустотными глазами, неприятный всеми в радиусе 5 метров торговец словно давил атмосферу, нагло пытаясь заставить ныне ошеломленного Итэра бездумно проронить как можно больше фатальных для денег ошибок, оставив последнего на мели. Вместо очередной злобы и возмущения столь ненавистным предложением, светловолосый молча протянул еще 2 купюры к остальным, сминая их пополам в небольшую изогнутую стопку, позже нервно протягиваемая к самому ухмыляющемуся тёмноволосому. Приняв столь ожидаемый юношей дар, в качестве некого немого утешения Кадзуха слегка похлопал обозлённого светляка по спине, пытаясь выражением своего лица обойтись без каких-либо слов, пока торговец с наслаждением пересчитывал мору. Жадная и душная ухмылка распространилась на лице, словно ненавистная всеми зараза в симбиозе с человеком. Тон резко поменялся с ласково-дразнительного, поняв что мафиозник не сможет предложить ещë. — Я был бы доволен видеть больше, но если это максимум вашей организации, то будет так. — Словно выводя светлого потратить ещё больше, Скарамучча закинул банкноты куда-то под одежду, отрекаясь от своих ненасытных мыслей о трате столь приятно пахнущих бумажек, затуманившие его разум на время — Значит, я не уверен что данная информация будет вам полезна, но все же расскажу вам абсолютно всë. Начнем с батюшки, которому все яйца готовы лизать ради своеобразного благословления среди них. Их организация, если еë можно так назвать, вовсе не строится на бесконечном насилии и их методы менее жестоки. Это и является их главным отличием от матушки, которую можно назвать ебаной сукой. Из-за пизданутой веры в неë, я теряю все больше людей. Они признаются, сдавая себя и напарников. Уебки конченые. Если батюшка хоть дает грань свободы, то матушка - анальный блять диктатор. На удивление, даже так слухи об их связи так и не были отвергнуты ни одним из них. Насчёт устройства организации. Здесь всë как в церкви, чем ближе к "богу" , тем больше прав. А в чем заключаются данные права - понятия не имею. И самое главное. Пусть я и понятия не имею насчет местоположения матушки, но узнал возможное расположение батюшки. Сегодня вечером он придет туда, для каких целей мне уже неизвестно. Может, ебется в жопу анонимно. Остальное на вас, юный светлячок. Уже привыкший к неуважаемому прозвищу, неприличной манерой разговора и ничуть не ошеломленный столь точной информацией Итэр внимательно выслушал каждую букву из хитрых уст странника, осознавая что тот наверняка осмелится попросить столь сокровенные 5000 купюры за повторение своей информации, что делать было бы отнюдь невыгодно. Светик прекрасно осознавал, насколько сильно ему нужно передать новую заветную информацию дорогому Аято, столь уставшему и одинокому, что пожирал сам себя мыслями, однако также в его голове промелькала сильная и растущаянеуверенность. Нужно ли нагружать его еще сильнее, заслуживает ли он столь ненавистных мучений? Естественно, топазоглазый знал о невероятной трудности положения босса сего, прекратившего курить вообще после недавней "встречи" с клоном бывшей подруги, и полностью потерявший любовь среди давних подчиненных к нему. Неутолимый стресс буквально и огромными порциями пожирал бывалую идеалую внешность, превращая тело сего в худощавого и тонкого скелета с красными от усталости глазами и бесконечными под океаноподобными очами мешками. Поведать нову правду для Итэра являлось усугублением ситуации к тому, чьë имя отзывалось глубочайшим уважением для его мозга. Приговор выдан. — Кадзуха, дорогой друг. — Начал светловолосый с ноткой искренней маловероятной решимости, что неимоверно трескалась от мыслей того, чтобы сказать боссу не прекрасную правду, пока тëмноволосик наблюдал за дивным цирковым оркестром перед ним, состоящий из беловолосика и светика, скрестив худощавые руки у груди и переплетывая пальцы от стресса ожидания. — Прошу. Расскажи боссу о том, что я отправился к батюшке лично. Я постараюсь выиграть достаточно времени для того чтобы вы смогли прийти полным отрядом. До тех пор - ты единственная надежда. И прошу. Скажи ему сразу. Не намекай. Лично боссу. Я уверен что среди нас будут и те, кто работает на батюшку. Внезапная рука на плечо словно вывела Кадзуху из беспокойного сна, полностью раскрывая чистейшие намерения светлячка. В ответ немедленно последовал быстрый кивок и резкая смена выражения лица на более понятливое. Внимание нервного светловолосика снова в темпе перевелось на ныне незаинтересованного торговца, что уже снова накидывал плащ, собираясь уйти. — Так, где говоришь находится батюшка? — Словно поражённый Скарамучча остепенел, выдавая небольшой тихий смешок из наглых уст и протягивая ладонь, изредка пожимая ее как намëк. Ну конечно же он воспользуется забывчивостью ради еще одного преувеличения баланса. Зная, что время поджимает очень, медовоглазик вновь достал 4 купюры и с хлопком отдал их мальчугану, позволяя прочувствовать очередную прибыль. — заброшенное здание церкви. Они хотят ее переустроить для собственных нужд, но чую отъебут тебя там знатно, юный светлячок. Если вернешься каким-то хуем живым, буду рад продолжить совместную работу. С неким раздражением светлый закатил глаза, пока странник закинул очередные купюры под одежду, выдав легкий смешок на немой жест топазового. В ответ Кадзуха решил не продолжать сие клоунаду эмоций, протянув руку с уже знакомым самозарядным пистолет Шенбергера. Приняв предложение беловолосого, медовоглазый схватился за пистолет, слегка сжимая его в руках от нарастающей идеи от того, что тянуть время нужно будет любым способом. Легкий гул ветра заключил тишину, оружие резво было отправлено под верхнюю одежду, заканчивая приговор. — Полагаю, прощай. — срываясь от тяжести молчания, Кадзуха слегка открывает нерешительные уста. И конечно же, в ответ последовал очередной кивок от бледного, словно луна, Итэра, полностью забравшийся в мысли свои и разгребая их. Сцена окончена, актëры расходятся. Блондин направился к одному из выходов из переулка, пока взволнованный беловолосый провожал последнего глазами, выражая тонкую эмоцию грусти. Ужасное предчувствие. — И вам тоже, господин Скарамучча. Благодарю за информацию. Опомнившийся торговец грациозно кивает, с громким стуком шагая к тому же выходу, куда только что ушёл светловолосый. И вот, лишь последний остался в недолгом ступоре, прежде чем моментально покинуть местность и направиться к Аято, коему необходимо поведать обо всëм. Находящееся ближе к горизонту, слегка затухающее от пряток своих солнце прямо кричало о недостатке времени, поэтому ныне спокойный темп сменился быстрыми умеренными шагами. Секунды сменялись минутами, а минуты - десятками минут, пока беловолосый пытался не забыть, сказанное странником и светлым. Около заброшенного здания показалась знакомая подростковая фигура. Это Скарамучча. В голове проскочила мимолетность, кричащая о том, как странно встретиться снова, учитывая что шли они в разные стороны из переулка. Однако слегка подводившая из-за количества дел память заставила нервного от недостатка времени Кадзуху решиться. Он пойдет и попросит торговца пройти к Аято вместе с ним для полного объëма информации, сказанную ранее. Конечно же, вопрос об оплате такого жадного до моры юноши был решён сразу, так как был записан на долг Итэра и мафии в целом в голове красноглазого. Нервно сглотнув горькую субстанцию, что встала поперёк горла, Казах вынес решение. Подойдя ближе к тëмноволосому, последний моментально развернулся. — Ну наконец-то нахуй. Я даже окрестности обойти успел, пока вы там хуйней маялись. — Резкий недовольной тон прошелся по телу следователя зарядом тока, заставляя чувствовать вину за то, что он не делал. — А где педик то твой? Несмотря на нарастающее чувство вины, последний вопрос выбил Казаха из эмоций, так и предлагая вновь почувствовать ненасытную ничем тревогу, что распространялась по мозгу, как болезнь. — Ты о чем? Мы же виделись буквально чуть меньше получаса назад. — Подрагивающий голос словно не хотел признавать правду, что высыпалась внезапно. Хотелось верить, что торговец просто забыл о встрече, но в ответ незамедлительно последовал наглый и надоедливый смех, переменяющийся со словами — Ты чё, совсем еблан? Я пришёл только 40 минут назад, начал осматриваться в поиске вас и вернулся только щас. Иди проспись, долбаëбина. С каждым словом тревога нарастала и продолжала пожирать мысли. Шок и паника охватили тело, заставив руки слегка потрясывать. Их обманули. Нагло обманули и забрали деньги. Прямо перед их доверчивыми лицами. В неустанной голове Кадзухи уже перебирались варианты того, кто мог так хорошо отыграть Скарамуччу, так еще и дать информацию насчёт секты. Осознание пришло резко и без стука, выламывая дверь, пока тëмноволосый закатывал глаза на поведение следователя. Махнув рукой, тот сложил руки у груди, ожидая пока беловолосый оклемается. Итэра уже ждут. Легко трясущаяся трава под последними лучами солнца расстилалась под ногами светлого, закрывавший взор их от апельсинового неба, когда потрескавшиеся и засеревшие ворота церкви показались прямо перед светловолосым, с глухим звуком постукивающему по запертой в ткане одежды руке, сложив их у несколько худощавой груди. Он на месте. От здания отдавало некоторой ноткой настольгии, пусть и сам светляк прекрасно знал, что он здесь никогда не был и вряд ли вернётся опять. Набрав в лëгкие побольше воздуха и испустив углекислый газ мафиози слегка пнул ворота, проверяя их состояние. На удивление, открыто. Грубый ветер продолжил путь ограждения во внутреннюю сторону со скрипом, в то же время сдувая косу желтоволосого на его плечо, что слегка сменило внимание светлого. Атмосфера так и давила камнем на голову, вынуждая пробудиться легким ноткам страха, восставшие из-за открытых ворот и павших остатков православного здания, кои так и рисовали картину секты. Сглотнув непонятно как образовавшийся ком в горле, выставлявший себя препятствием, Итэр осторожно начал пробираться внутрь, смотря под ноги и оглядывая внешнюю обстановку. Тихий гул ветра так и кричал о том, что он здесь один, пока оставшиеся игривые лучи солнца весело провожали путь его, словно так и указывая на манящую дверь внутрь церкви. Парень все ходил вокруг здания, прислонившись ухом к стене. Абсолютная тишина. Казалось, словно Итэр пришëл поздно. Зайти внутрь становилось всë более и более привлекательной идеей для незадумчивого медовоглазого, что закончил свой обход вокруг. Ручки на входе, к сожалению или счастью, не было. Придëтся выбивать, как бы громко данная идея не звучала. Обстрив слух, сердце забилось быстрее от нервов, светлый достал из под одежды оружие, сжимая в худощавых от недостатка сна пальцах. Резкий выпад телом и старинный проход поддается, отворяя внутренность свою для очей неблагодарных. Дым достаточно закрывал неблагоприятный вид, пока парень проходил внутрь, прислушиваясь к каждому шуму внутри, что в основном состоял из обломков дерева и мрамора под ногами светлого. Дверь казалось такой, словно не была открыта в прошлом. Возможно, Итэр ворвался рано или же торговец выдал неправильную информацию. Подросток был готов на месте прибить тëмноволосого, будь его данные реалистичным обманом. Развернувшись, тот был готов уже шастал глазами по помещению для слежки в случае если батюшка все же покажется. Однако... — Эй, Светик — Нежданный мужской голос из-за одной из колонн заставил мгновенно обернуться и направить пистолет прямо на человека, издавшего столь знакомый звук, среди которых и было прозвище Итэра. Желание закончить по быстрому медленно угасало, когда незнакомец все дальше выходил из-за колонны. Глаза засияли легким огоньком, когда цель была рассекречена. — Давно не виделись Рука дрогнула, мозг охватила путаницу воспоминаний, пока зрачки невольно расширились. Рот приоткрылся, а уголки губ неумышленно приподнялись лишь слегка, оставляя открытые уста больше как неожиданное счастье, чем шок. В тишине сердце начало захватывать пространство слуха ушей своим учащенным стуком, ныне светло-топазовые глаза начали неожиданно дрожать. Спусковой крючок дергался от трясущихся пальцев, не верящих в свое собственное действие, пока рыжий мужчина лишь ухмыльнулся на непроизвольную реакцию тела и мозга бывшего напарника. Холодок прошелся по спине блондина, заставляя мозг отключиться от рациональных мыслей. Невольно рука с оружием опустилась, придавая ситуации более чувствительный исход. Долг стоит ниже, чем эмоции. ком в горле встал самим собой, не позволяя проглотнуть себя около 10 секунд тряски и безудержных вопросов, что длились в голове подростка словно вечность. Взгляд нервно метался по телу, выискивая хоть малейший признак того, что стоящий перед ним просто обман, созданный для убийства. Парень закрыл рот, пытаясь контролировать выражение лица, что явно было невозможно сейчас. Столько вопросов и не одного ответа, хотя решение стоит прямо перед ним. Рыжий наблюдал за картиной еще немного, не скрывая интереса видеть жесты друга. Пропавший и вернувшийся. Живой. Не клон. Хотелось протянуть руку, так и убедиться что он не галлюцинация, не иллюзия, не плод воображения. Прежде чем запыхавшийся от невозможности дышать Итэр начал говорить, рыжий прервал его. — Всë-таки добрался. Я ожидал более оригинального подхода от тебя, Светик. Небось всю смекалку без меня растерял? — В ответ последовали звуки из горла подростка, пытавшихся сотворить предложение, но так и не добившихся своих целей — Встретил батюшку, да дар речи растерял? Неужели ты теперь отступишь перед тем, ради чего сюда пришёл? Не таким я тебя помню. Намекая на секунды слабости напарника, Тарталья все же дал шокированному время на подумать. Спрятанные руки за спиной словно скрывали ужасное, но Итэр не хотел верить своей рациональной стороне. Но он уже знал, что кто-то не выйдет отпустят живым, пусть и отрицал признавать это. Хотелось лишь поговорить, в очередной раз хотя бы сработаться вместе, забыть про всë и лишь спрашивать и спрашивать, пока любопытство не иссякнет полностью. Казалось, словно эмоции пойдут из глаз в жидкой форме, но светловолосый выдержал бурю чувств. Все также не желая верить в свою догадку, подросток морально застрял и не может пошевелить ногами, дабы ринуться за стену и продолжить думать там, без риска получения пули в конечность. К сожалению, руки за спиной батюшки расправились по разные стороны, открывая топазоглазому такой же вид на пистолет Шербенгера. Словно дуэль, убить в равном бою по физическим силам, но не по моральным. Резвая пуля, прилетевшая прямиком в стену, но задевшая плечо желтоволосого, являлась дружеским предупреждением. Эмоции растворились перед инстинктом самосохранения, отчего ноги мгновенно ринулись в сторону одной из стен. Лёгкие так и умоляли о большем количестве воздуха, пока Итэр схватился за грудь от адреналина. Лишь порваная одежда и небольшая царапина, из которой канула струя крови, проходящая по ткани некогда сшитой на заказ одежды. Эмоции быстро исчезли, оставив после себя лишь дозу чистого адреналина и возвращения рационального мышления, что сделал вывод мгновенно. Если он хочет ответы, то ему нужно будет выбить их из Тартальи. Мысли и тишина прервались звуками громких и уверенных шагов Чайльда, что постепенно приближался к ненадëжному укрытию желтоволосого. Глаза забегали в поиске выхода из ситуации. Пусть и церковь в основном была просторна, пару огромных проходов и широких колонн могли послужить хорошей временной защитой. Сжав пистолет в пальцах своих, рука невольно подергивалась от нежелания дуэли с тем, кто когда-то был лучшим напарником. Ринув в один из проходов, за ним был резкий поворот к более открытой части церкви, что оставалось для светика невыгодным. Ему нужно было лишь продержаться достаточно долго. Продержаться, пока не придут Аято с Кадзухой и уже тогда все наладится. Если он просто будет бегать из стороны в сторону, то можно ненароком избавиться от надобности стрелять в бывшего напарника. К сожалению, даже такая прекрасная и успокаивающая в его голове идея была опровергнута практически сразу. Бегать вечно не получится. Рано или поздно рыжий обхитрит его и тогда жертва будет напрасна совсем. Если Итэр и собирается выдать максимальную пользу от данного боя, он должен хотя бы заставить Тарталью истекать кровью, дабы позже ему не удалось скрыть свою личность. Шаги прекратились. Сердце забилось быстрее, пока страх мгновенно охватывал тело. Смерть стучалась прямиком в грудь громко и монотонно. Не нужно выходить. Просто держаться достаточно долго. К сожалению, любопытство было сильнее. Как только тело вылезло, а глаза встретились с Чайльдом, был произведён выстрел. Попадание. Мягкий звук разрывающихся тканей и выплеснувшейся жидкости из раны. Одежда порвалась, обнажая рану на правой руке, где соответственно и держалось оружие. Издав некий звук шипения, светлый сделал ответный выстрел. Промах. Попадание в колонну. Рыжий быстро скрылся за один из проходов, оставляя топазоглазового в моментах боли. Идиотское решение и последствия за него. В голове проклиная своë желание желание снова увидеть Тарталью, мафиозник перекинул оружие в другую руку. Пусть и стрельба с левой ладони была новой для светика, тот не выглядел так, словно имел обширный выбор. Благо, Чайльд не повредил ничего особо важного, поэтому план выбить ответы или же задержать его не будет остановлен. В этот раз уже сам Тарталья прятался за стенами, пока светлый обходил обширную местность комнаты. Вновь послышались ускоренными шаги. Тихий гул ветра нарушен ходьбой бывших напарников, в некоторой степени играющих в кошки мышки. Вновь почувствовалось что-то неладное. Итэр подобрал один из камней, бывше являвшихся частью церкви, на земле, бесшумно подходя ближе к стене, за которой предположительно и находился рыжий. Моментально бросив булыжник за стену, медовоглазый замер. Вслушавшись, камень врезался о что-то, издав нехарактерный звук. Не было похоже, словно ударился он о стену, соответственно топазовый решил рискнуть патронами и тут же вышел из-за стены. Стоял же там, кто бы мог подумать, Чайльд, все еще приходивший в себя после удара камня о грудь его. Выстрел. Снова разрыв кожи и мышц, вызвавший за собой шипение и дым из дула оружия. Рыжий отшатнулся, пытаясь направить на Итэра собственный пистолет, сгинясь и ухватившись за место попадания рукой. Второй выстрел. Попадание. Светик явно пользовался моментом слабости Тартальи. Второй брызг крови окрасил участок пол в красный, пока сам Чайлд уже полностью нацелился на друга, шипя и сжимая рану. Третий выстрел. Отрезвление. Светлый пал на колено, обнаружив что пуля прилетела отнюдь не в верхнюю часть тела. Понимая, что рыжий хочет сделать еще один выстрел, топазовый попробовал рывком ринуться за стену опять. Четвертый выстрел, словно финалом, пронзил Итэра практически насквозь. В горле что-то заставило откашляться. Прямиком из глотки вылетели капли крови, падая на пол. Означало это лишь одно. Внутренние органы хорошенько повреждены. Желанный адреналин словно отключил боль от пули в ноге. Светлый уже встаëт, пытаясь подавить свои чувства и не показывать противнику момент слабости. Из-за стены послышались очередные аккуратные шаги. Топазоглазовый направился навстречу, не желая больше убегать и продолжать игру на выдерживание. Прижавшись к ней, звук затих с обеих сторон, словно от ожидания. Практически бесшумно подросток ступил чуть дальше от каменного ограждения, выдыхая. К счастью, у светика всë ещë оставался нож, что будет применëн в случае приближения Тартальи слишком близко. Резкий звук и размышления вдруг исчезли на секунду пред видом улыбающегося врага. Конец. Последний выстрел. Финальное попадание. Рука выпустила пистолет из ладони, дав последнему пасть на землю. Рыжий воспользовался этим, тут же рывком отталкивая мафиозника к ближайшей стене, заставляя последнего пасть на землю от внезапного удара в спину о твёрдую поверхность, откашливаясь. — Значит вот насколько ты ослабел? Просто жалко смотреть, дружище — с ухмылкой придерживая рану, Чайльд сдерживался от удовлетворенного смеха, что явно был бы не лучшим решением с его то незавидным состоянием. В голове словно действительно присутствовало нотка сочувствия, несмотря на издевательский посыл, вложенный в слова. — Однако ты мне ещё нужен, если так можно назвать. Слишком подозрительный смысл заставил Итэра вновь впасть в мысли. Что нужно будет основателю собственной секты от того, кто узнал слишком много? Раны тела давали о себе знать с каждым новым мгновением, пока некогда великий мафиозник лежал пред ногами "Бога", кашляя и пытаясь отдышаться. Не успев опомниться, мощная рука схватила шею подростка, прижимая последнего к стене, не давая ногам светлого коснуться земли. Смерть, что уже стояла перед Итэром, словно растягивала процесс казни, пока парню остаётся лишь надеятся на Аято и Кадзуху. Сердце забилось быстрее, но до ножа не достать из-за влияния второй руки рыжего, что схватила ладони топазоглазового в кольцо, лишая того контроля и понимания происходящего. — Ты не смог даже заставить меня удовлетвориться по настоящему в этом бою. Поэтому мы сделаем это другим путëм. — Чайльд посмеялся вновь, видя абсолютно непонимающую реакцию светлого на слова, что думал до сих пор об ужасном. — Между нами лишь 1 год разница, не считается. Поняв задумку батюшки на него, Светик предпринял попытку дать рукам контроль и воспользоваться ножом, однако в физической силе Аякс был гораздо мощнее. Придëтся теперь, пока тот не наиграется с телом светлого. Тот в свою очередь принялся впиваться в горячую шею подростка холодными губами, заставляя того ëрзать. Дискомфорт. Попытавшись дать отпор ногами, Чайльд лишь скользнул ближе к пространству между дëргающихся ног топазоглазового, лишая его возможности обороняться вообще. В голове желтоволосого образовывалась путаница из вопросов и удивления. Аято с Кадзухой явно опаздывали, что совсем нетипично для них, особенно для босса мафии. Решительные действия рыжего продолжались, пока тот потянулся к чëрной рубашке светлого, а точнее к пуговицам на ней. Мощная рука ныне не держала шею мафиозника, давая последнему отдышаться перед основным блюдом. Тот был прижат лишь отелом самого батюшки, что придерживал ноги светлого своими бедрами. В глубине беспомощности Итэр запаниковал. Если тот обнаружит нож это будет конец. Хотев уже что-то сказать дабы сместить внимание с рубашки на что-то ещë, светлый почти открыл рот. К счастью, на половине пути Аякс остановился, посмеиваясь от вида. — У нас не так много времени, а? Пропущу все прелюдии. — лëгкий страх вновь охватил тело подростка после слов Тартальи. Однако за ним последовала усмешка, после чего Итэр ответил. Былая уверенность вернулась. — Пропустить, да? А ты уверен что точно получишь удовлетворение от этого, а не букет болезней и боли? Было понятно, что Аякс не брал ничего для данного дела, поэтому мафиозник посмеивался от дополнительного выигранного времени . Звуки его были прерваны Чайльдом, что буквально выбросил светлого на землю, заставляя последнего откашливаться в крови, схватившись за шею рукой. Адская боль от каждой пули в теле нарастала с каждой секундой, пусть и сейчас был практически идеальный шанс достать нож. Противник близок, а Итэр свободен. Однако физическое состояние просто не давало ему и малейшего шанса. Уверенность пропала вновь. — Значит, я растяну твою смерть. В конце концов, это тоже будет для меня некоторым удовлетворением. — после данного утверждения, на шею светика нажала нога. Казалось, будто воздух уходит из легких, затапливаясь собственной кровью, что ещë не откашлялась. Усмешка превратилась в попытки выплюнуть алую жидкость, что скапливалась и топила. Решив это использовать, Итэр потянулся к внутреннему карману с ножом, параллельно делая вид словно бьет себя по груди для более сильного кашля. Рыжий не мог не посмеяться такому зрелищ. — Видимо, ты справляешься с этим сам. Нащупав нож в глубине одежды, светик постарался встать. Его попытка была прервана Аяксом, что вдолбил того в пол мощным ударом ноги по шее, вызывая отвратительно ужасные чувства бесконечной боли в былых ранах, что уже собирали внутрь себя несосчитаемую грязь и пыль заброшенного помещения. Подросток уже понял, что даже если он чудом выживет эту бойню, то скончается в больнице. Желудок отдавал ненавистью к пули в нëм. Нога ныла и не двигалась. Решив, что лучше будет и перерезать пути отхода Чайльду, светлый мгновенно вытащил нож, вонзив его прямиком в ногу нынешнего противника. Однако вытащить обратно и ударить еще раз не получилось. Остриë застрял в теле под негромкий раздраженный воскрик Тартальи, что уже со второй ноги пнул Итэра по груди, слегка откидывая и заставляя того задыхаться. Бросив взгляд на свежую рану, рыжий вновь а ответ усмехнулся. — Умный же. Я в тебе не сомневался. Закончим по быстрому. — Жгучая боль отобразилась в оружии, что уже направляло прицел на голову задыхающегося мафиозника. — Но по старой дружбе я все же открою тебе тайну, кто такая матушка, коя, так уж и быть, имеет любовные узы со мной. Может, даже поговорю с тобой самую малость, кто знает. В ответ на дружеские издевательства бывшего напарника парень не ответил. Вскоре слово было произнесено из уст батюшки. На секунду светик перестал дышать вовсе. Словно звон колоколов в церкви раздалось имя еë, заставив всë тело оцепенеть. Глаза вновь широко открылись, ничто больше не держало челюсть. Кровь начала выходить, омывая губы и подбородок Итэра. Очередная шокирующая новость. Смерть приближалась огромными шагами и подросток это чувствовал. Решив хотя бы спросить что-нибудь, что тревожило его с самого начала встречи, все вопросы выпадали из головы, оставляя самый главный, что мог сохранить ему такую желанную жизнь. — А она не будет зла, что столь дорогущий любовник застрелил её брата? — Пытаясь не задохнуться в собственной, казалось бы, бесконечной крови, мафиозник произнëс слова с бывалой уверенностью. Он проиграл. Ничего не осталось. В ответ Аякс нервно улыбнулся, отбросив взгляд в сторону в неком раздумии. — До этого ты не доживëшь и вовсе, а с ней я смогу разобраться. Ты же знаешь, как я умею подбирать слова. Пообщался я бы с тобой чуть больше, но знаю, что твой дружище уже почти здесь. Увидимся в аду, светик. Долгожданная пуля в лоб полностью пробила череп, пройдя через голову насквозь, словно удар мощной кувалдой по голове, заставлявший ноги пошатнуться. Тело пало ниже, полностью отбросило все попытки встать. Перед глазами поплыли образы. Свет в конце туннеля гас, оставляя за собой бесконечную тьму с топазоглазовым в ней. Образы людей, что когда-то были для него всем, исчезали во тьме смерти, пока их лица и внешность предавалась забвению все больше. Не было паники, не было страха, просто ничего. Некогда великие планы на жизнь прерваны. Забыты. Остались только вопросы, что не решатся никогда. Сознание ускользает. Смерть наступила быстро. Без боли. Некогда живое тело лежало пред глазами рыжего, показывая картину вытекающих жидкостей, которых уже не сдерживало ничего. Боль начала медленно охватывать и самого Аякса, вытерпевшего такое количество ран. Нож в ноге действительно оказался действеннее, чем тот и вовсе предполагал. Хромая, Чайльд покинул окровавленную церковь через задний вход в тишине своего действия, раздумывая об оправдании, что он вскоре должен будет сказать. Недалеко от места происшествия его должны были уже ждать участники секты. Лёгкий кровавый след преследовал Тарталью, однако вскоре исчезнет из-за стараний сектантов. Бой окончен победой в его сторону. Тело забрал прибывший на место Кадзуха, пришедший только после минуты с окончания дуэли. Тот не звал никого, пытаясь оказаться здесь как можно быстрее, но все равно опоздал. Бездыханное тело уже испустило всю кровь из себя, оставив только оболочку с органами. Беловолосый практически начал задыхаться от вины. Тело забрали от места происшествия. Осталось самое трудное. Сказать об этом Аято. Позор. Унижение. Нежеланный и неприветственный у ног главы. Его глаза пылали горьким негодованием, сверкая сквозь телесные раны трупа и душевные раны Кадзухи, выходиля наружу, на всеобщее обозрение. — Какого чëрта там произошло? — Разъяренный голос из-за непослушания, самовольного решения и следующий этому жертвы. Пробуя подобрать слова, вопросов становилось всë больше. — Почему я не был об этом уведомлëн? Пусть и чувство вины ушло от Кадзухи, слова Аято вновь делали его причиной смерти. Тот выглядел более разочарованным, чем злым. Однако по голосу так и не скажешь, насколько сильно обе эмоции преобладали в разуме голубоволосого. Выдохнув, красноглазый начал отвечать — Глава, я понимаю ваше смятение и ярость, однако нас обманули. — Рассказывать всю историю не хотелось дабы не усугублять итак ужасную ситуацию. Мужчина итак выглядел как мертвец, а, по мнению беловолосого, узнай он о причине самовольного решения так и вовсе превратится во что-то ужасное, вместо человека. — Итэр направился в одиночку. Я был не в праве остановить его, но лишь потом решился пойти за ним. Когда я пришëл... Оборвав собственный монолог, Кадзуха монотонно опустил глаза в пол, вновь чувствуя нарастающую вину в голове. Дыхание озлобленного главы было слышно даже на расстоянии. Однако тот не решил терять свою репутацию из-за срыва. В конце концов, людей становится меньше и меньше. — У вас есть 24 часа на подготовку похоронов. Все средства компенсируй из его собственного кошелька. — Бросив очередной взгляд на труп, что некогда был правой рукой главы, Аято вздохнул. Единственное самовольное решение обратилось смертью. — Даже если не хватит, мафия сможет возместить некоторые убытки. Свободен. Голубой вновь махнул рукой вперед, когда беловолосый уже схватил тело и покинул кабинет вместе с ним. С каждым днëм ситуация становилась всë хуже и хуже. Погода на улице ухудшилась вновь, солнце уже село, оставив за собой бесконечную тьмы и изредка мелькающие ярким светом звезды, не сравнимые даже на каплю с силой главного космического тела в этой системе. И когда всë стало так сложно?