¿Juntos? Hasta el final.

      Спустя немалое количество времени, я всё таки собралась с силами, и стала собирать свои вещи. Их было не так много, так что все они влезли в маленький рюкзачок. Нож я положила в карман штанов, волосы стянула в тугой хвост, дыбы не мешали на случай чего либо.             «В случае стычки с гриверами?»       Я старалась не думать о плохом, потому что на душе и так скребли сотня кошек. Они будто пытались разорвать мою грудную клетку и добраться до самого сердце, но увы пока что безрезультатно.       — Рэйчел, у нас проблемы! — в комнату влетел запыхавшийся Томас.       — Что на этот раз? — вздохнула я, закатив глаза.       — Там Галли… — и больше он не успел сказать и слова, потому что я опередив его, выбежала из хижины.

***

      Я нашла его рядом с картохнанилщем. Он стоял облокотившись на балку, его брови были нахмурены сильнее обычного, а пальцами он сдавливал переносицу и что то яростно доказывал Минхо и Ньюту.       — Что здесь происходит? — я встала посередине, дабы огородить парней друг от друга, потому что как мне показалось, и они накинутся на строителя с кулаками.       «Ещё одной драки на не хватало».       — А ты послушай, что говорит твой дружок со своей свитой. — буквально выплюнул эти слова Минхо, а затем скривился, будто вместо утренней каши, ему предложили лимон.       — Ну и? Я внимательно слушаю.       — Мы никуда не пойдём. — сказал Галли, и эти слова как молнией ударили меня где то в районе затылка.       — В каком смысле не пойдёте? — я не понимала, это у него такой искромётный юмор с утра, или он говорит это действительно серьёзно.       — Ты всё правильно услышала Рэйчел, вы уходите, а мы остаёмся здесь. Глэйд наш дом, и я не хочу рисковать людьми. Вы хоть знаете точный путь, и гарантии что всё пройдёт так, как надо? Не встретим ли мы гриверов по дороге? Выживем ли мы вообще? Нет. Ты не сможешь вывести всех этих людей незаметно, и кто то с вероятностью в девяносто девять процентов умрет. Я не хочу так понимаешь? Они не хотят.       — Подожди, — я остановилась, надеясь что это всё глупая шутка, и сейчас все начнут смеяться, говоря: «да как ты могла на это повестись?» Но ничего подобного не происходило. Я взглянула на азиата, и по его глазам всё стало сразу понятно. Галли не лжёт, он правда так считает. — Предлагаешь остаться здесь? Сидеть до конца жизни? Себя вообще слышишь? Тогда зачем нужно это всё? Зачем парни бегали каждый день в лабиринт, пытаясь вытащить нас отсюда? Зачем рисовали и запоминали карты? Для чего? Что бы когда у нас наконец появился шанс, просто просрать его? Ты боишься смерти? Она в любом случае тебя настигнет, будь ты здесь или бегая по лабиринту. Мы должны выбираться.       — Да как ты не понимаешь? Это и есть наш дом! Мы в безопасности. — крикнул парень, разводя руки в стороны.       — Нет Галли, это ты не понимаешь! Наш дом там, за пределами этого лабиринта. Нас поместили сюда, забрали память, забрали всю жизнь! И теперь ты говоришь что это место наш дом?       — Я всё сказал Рэйчел, нечего не выйдет, и я не хочу идти на смерть. — после чего он махнул рукой, мол разговаривать больше не о чем.       — Хорошо, никто из присутствующих тебя уговаривать не будет, но смотри не пожалей об этом решении в будущем. — развернувшись, я направилась к медакам.

***

      Аккуратно открыв деревянную дверь, я вошла в хижину. В нос тут же ударил такой родной запах. Не сказать, что он был приятным, скорее приевшимся. Но ощущался буквально кожей. Внутри было пусто, парни уже собрали все свои вещи и покинули это место.       Подойдя к полке с различными лекарствами, я стала собирать с рюкзак необходимые медикаменты на случай чего. Рука поднялась в воздух, что бы взять коробочку, но что то меня вдруг остановило.       «Я не хочу твоей смерти Рэй!»       Брать или не брать эти таблетки? А вдруг они понадобятся кому то, когда мы выберемся, хотя, было бы лучше, если бы никто не прибегал к их помощи. Но всё же пересилив себя, я запихнула голубую пачку в рюкзак и застегнув молнию, обернулась на соседнюю койку.       Там, тихо и мирно лежал Алби, его лицо было таким спокойным и умиротворённым, что на мгновение мне показалось это довольно странным. Препараты которые снимали эту адскую боль и агонию мы ввели вчера вечером, после чего он сразу же расслабился и уснул. Но действие должно заканчиваться через 7-8 часов, а уже просто больше 12-ти. Подойдя ближе, я обнаружила, что его грудная клетка не вздымается от каждого вдоха и выдоха. Будто он задержал дыхание. Нет, нет, нет. В голове сразу же стали крутиться нехорошие мысли, и я поднесла ладонь к его лбу. Он был словно лед, такой обжигающе холодный, что я резко одернула руку, и переместила её на изгиб шеи, где должен быть пульс, но его не было. Мандраж рук стал ощущаться ещё сильнее, а паника окатила меня волной в ног до головы.       Это просто какая то ошибка. Не может быть. Рука снова опустилась на пульс, но уже на запястье, и снова нечего.       «Неужели он… Он умер..?»       Нет, Алби никогда бы не бросил нас так. В один момент мне снова показалось, что это очередной розыгрыш, и сейчас всё будет хорошо, но вожак не дышал, не подавал никаких признаков жизни. Его сердце больше не билось.       Шок — первая реакция на известие о смерти. Я чувствую себя оглушённой, просто неспособна поверить в произошедшее. Следующий этап — отрицание, когда кажется, будто всё происходящее нереально, словно кошмар, который вот-вот закончится. Отчаяние приходит ко мне немного позже, когда я уже точно ощущаю потерю такого близкого мне человека.       Я начинаю понимать, что он больше никогда не будет сидеть за завтраком по утрам, никогда больше не будет ругать бегунов за то, что они вернулись позже положенного времени, никогда больше не будет заботиться о нас и защищать. Этого больше не будет.       Что остаётся, когда вся надежда исчезла? Только тишина, холодная и беспощадная, окружающая меня со всех сторон. Но я продолжаю дышать, потому что иначе не умею, хотя и не вижу смысла в каждом вдохе и выдохе. Отчаяние сжало мою грудь, превратившись в тяжёлую гирю, тянущую вниз, не давая подняться над болотом страданий.       И вот я стою посреди комнаты, пустой и холодной, слушая, как бьётся моё одинокое сердце, ощущая каждую клеточку тела, наполненную горечью и разочарованием. Мне хочется кричать, плакать, убежать куда-нибудь далеко, но ноги не двигаются, руки бессильно висят вдоль тела, душа замерла в ожидании чуда, которого, возможно, никогда не случится.       — Эй Алби! Алби вставай слышишь?! Мы без тебя не справимся, пожалуйста, очнись!       «Твою мать, ну как же так?»       Я села на край кровати рядом с лидером, и попыталась унять рвущиеся наружу слёзы, что было особенно проблематично. Плечи затряслись и тихий всхлип вырвался из моего рта. Руки стали дрожать ещё сильнее, и воздуха резко стало не хватать. Дыхание стало каким то учащенным и прерывистым. Сново паника. Перед глазами стали появляться черные круги, и мне пришлось смять кусок покрывала, дабы не свалиться на пол.       «Чем я заслужила такие страдания?»

***

      — Ну, что предлагаешь делать с Галли? — спросил Ньют, заходя в картохранилище вместе с Минхо.       — А что ты предлагаешь с ним делать? Это же Галли, он уперся как баран и будет стоять на своём пока ему это не надоест. — азиат развел руками, мол уже поздно что то предпринимать.       — Рэйчел была расстроена, тебе не показалось? — спросил Ньют и тут же напрягся. В прошлый раз когда он заговорил о девушке, то получил несколько раз по лицу.       — Скорее она была раздраженной, последние несколько дней знатно её помотали, но она как всегда держится. — в его словах не было какой то агрессии, он скорее намекал другу, что Рэйчел настрадалась по большей части именно из за него.       — Она справиться. — ответил блондин, и сложил руки с замок на груди, но потом резко их расправил, и тоже принялся помогать со сборкой карт.       — А что если нет? Вдруг в один момент она опустит руки и больше не сможет нечего сделать? Пойми наконец, она всего лишь маленькая девчонка.       Минхо всегда её ценил и уважал, просто не показывал этого, но в тайне искренне восхищался этой боевой девушке. Она была сильная не только на словах, но и деле.       — Я просто верю в неё Минхо, вот и всё.       — Да, когда то она так же верила и в тебя. — ответил он, и скрылся за дверью.

***

      — Ты Рэйчел не видел? — Томас подбежал к Минхо, явно запыхавшись.       — Нет, а что такое? Она ещё не пришла? — странно, ведь они договорились на точное время, и она пообещала бегуну, что не опоздает.       — Как думаешь, если бы она была здесь, я бы задал тебе этот вопрос? — спросил брюнет, изогнув бровь.       — Извини шанк, но я не умею читать мысли, — вздохнул азиат, и развел руками, сил на шутки у него похоже не осталось и вовсе. — Возможно, она у себе в хижине, собирает последние вещи, либо у медаков.       — Я схожу за ней, а ты пока контролируй, что бы все кто хотел прийти, пришли. — кивнул Томас, и трусцой побежал в сторону хижин.

***

      — Меня зовут Алби, а ты помнишь своё имя? – поинтересовался он.       — Нет, — я медленно покачала головой. — Что происходит? Где я? Вы можете ответить хотябы на один вопрос?!              — Так спокойно, без криков мне тут, ты в Глэйде шнурок, добро пожаловать! — он сказал это с таким спокойствием, как будто каждый день это всем подряд говорит.       Воспоминания с нашей первой встречи, наших ссор, наших шуток и подколов калейдоскопом проносятся в моей голове. Его слова, которые я никогда не забуду, его заботу, которую он не так рьяно показывал, но всё же присматривал за мной каждый день. Он стал мне ближе чем просто друг, он занял отдельное место в моём сердце, где он будет находиться всегда. Я запомню его таким. Добрым, иногда вспыльчивым, но готовым стоять за покой и справедливость. Скольких ещё близких мне людей заберёт смерть? Сколько мне прийдётся пережить? Что нас ждет за стенами лабиринта? Может все были правы и я обычная слабая девчонка, не способная сделать что либо? Я так хочу помочь всем, отгородить всех от бед и горя, но кто поможет защитить меня от всего этого?       Я не могу остановиться плакать. Сидя на полу, рядом с его кроватью, я понимаю, это не сон. Его действительно больше нет с нами. Он ушел тихо, как будто правда просто уснул.       — Ты научил меня жить, но ты не научил меня как справляться без тебя, Алби. — я снова всхлипываю, готовясь к новой порции боли в сердце, но тут дверь резко распахивается и забегает Томас.       — Рэйчел! Ты чего тут расселась? Все наши уже у ворот, что ты… — но его слова застревают в горле, как только он видит меня.       — Том, он умер. Понимаешь, умер! Твою мать, как нам теперь быть? — крик срывается с моих губ вместе со слезами и я просто бросаюсь и бегу в его объятья.       — Тише, тише маленькая, всё будет хорошо, слышишь меня? Вот увидишь, у нас всё получится. Я обещаю тебе. — он начинает медленно гладить меня по спине, пока я трясусь в его руках.       — Не смей так говорить! Не смей! Алби тоже так говорил, а сейчас он умер, не надо. — я отстраняюсь, поднимая на него глаза. В них наверное сейчас столько мольбы, что он просто не может нечего сказать.       — Я обещаю что я не умру.       Блядь. Это такие громкие слова, но ни я ни он не можем поручиться за то, что это будет правдой. Нас всех может не стать в любой момент, и я наконец осознала это.

***

      Ньют шел по направлению к хижине медаков вместе с Минхо. Сначала Рэйчел куда то подевалась, а теперь ещё и Томас.       — Слушай, может они решили уединиться, а мы сейчас разрушим их идиллию? — шепчет Минхо, когда они подходят в деревянной двери.       — Сейчас не время для твоих шуток, неужели не ясно? — фыркает блондин и рывком открывает дверь.       Оба протискиваются в помещение, и замирают. Маленькая хрупкая девушка рыдает навзрыд, пока высокий темноволосый парень нежно прикасается своей большой ладонью к её макушке, медленно поглаживая. Её трясет так, что кажется ещё секунда и она просто упадет на пол и будет биться в конвульсиях.       — Куколка, что случилось? — Минхо быстро побегает к Рэйчел, отрывая её от Томаса и начинает осматривать. — Ты поранилась? Что то болит? Ну не молчи же ты, скажи хоть слово!       — Минхо… — Ньют понял всё сразу, даже не пришлось складывать два плюс два. Он неподвижно смотрел на тело Алби, медленно осознавая что же послужило причиной слез девушки.       «Мы не смогли тебе помочь».