тихий вечер (сборник)

Я уснул, как обычно, на злобу дня. Злобный день хохотал мутно-жёлтым цветом. Я бежал от реальности, как от огня. Пламя жгло до кости всё живое следом. Я лежал на кровати, наверно, век. Искривлённый, как ветка, скрипел позвоночник. Я проснулся — уже не совсем человек. Человек был во мне. Он стал камнем почек, он стал раком в разросшейся ткани глуши, стал родимым пятном на пропащей коже, стал спокойной гнидой безумной вши, стал убогим похуже любых убожеств. Человек измельчал, словно в коме мозги. Рыхло, дрябло расплавился круг круглых суток. Обросла мясом тьма: не видать ни зги. Я, не видя, себя могу с тьмою спутать. Человек и возрос, словно башня в степи, как галактика-рот с нервных звёзд зубами. Человек — это я. Я в себя вступил, рекурсивно подёргался, понял, замер. Оглянулся — вокруг моей комнаты нет. Я — внутри, утопаю в телесных звуках, а снаружи кривится оконный свет, и на полках пыль умирает в муках. Там тоска и тупой застарелый бардак, телевизор старый застрял в помехах. Я там жил, как простой идиот и дурак, но теперь — в себя полностью переехал. Как по улицам нищим беспечно шагал, затирая до дыр тротуар шагами, так и буду блуждать по себе. Устал я всегда быть разрозненными кусками. Я когда-то от скуки в ночи немел, как конечность-культя без себя фантомной, а теперь — буду вместе с собою цел, дальше спать в биомассы скоплении тёмной.