Что имеем не храним

Спустя 5 дней Кеннеди удивлённо оглядывал шикарную базу отдыха где планировалась не только сама церемония, но и банкетный ужин. Сегодня же был репетиционный ужин и губы мужчины скривились: как будто бы такую простую вещь как церемония бракосочетания и последующий ужин необходимо репетировать. Это так помпезно и глупо.... Жених и невеста весело общались с гостями, переходя от одной группы к другой. И чем счастливее выглядела младшая Редфилд, тем несчастнее чувствовал себя светловолосый агент. Одиночество. Вот что его ожидает впоследствии. Вряд ли будущий муж Клэр сможет понять такие редкие, но все же необходимые ночные звонки, которыми они обменивались, когда становилось совсем плохо или кошмары возвращались слишком часто. Теперь у девушки будет муж, на которого она всегда может опереться, а Кеннеди останется совсем... один. Впрочем, вполне заслуженно. Монотонное бормотание в его голове становилось громче, мужчина все еще не различал слов, и даже пришла злость, что этот приятный голос не может замолчать... Ближе к концу вечера, когда Кеннеди, наплевав на гордость, пригласил Клэр на танец, мужчина позволил себе немного больше: он увел свою подругу из пафосно украшенного банкетного помещения, на улицу, затерявшись с ней в тени экзотических деревьев. Глаза младшей Редфилд в скудном свете луны мерцали больше обычного, красное вечернее платье облегало фигуру девушки, словно вторая кожа и Леон был готов поклясться, что больше никому на свете не подходит красный цвет так, как он подходит Клэр. - Ты счастлива? – спросил Кеннеди. Его подруга рассмеялась: беззаботный, лёгкий смех. - Конечно. Возможно, все несколько быстрее, чем я ожидала, но я счастлива... - И тебе ничего не хочется изменить? – странный, но по мнению мужчины, все же необходимый вопрос. - О чем ты? – губы Клэр растягиваются в соблазнительной улыбке. - А если... Впрочем неважно – отступает мужчина. - Если, что... Леон? – девушка подходит немного ближе. Стрекот цикад и сверчков просто оглушает. - Если бы я – Кеннеди делает глубокий вдох – если бы я предложил тебе сбежать... Со мной... Только ты и я... вместе... Как... раньше. Голова девушки опускается ниже, она рассматривает свои руки и кольцо с большим бриллиантом. - Знаешь – грустно говорит она – было время, когда я бы очень многое отдала, чтобы услышать это от тебя... но сейчас... после стольких лет холодности с твоей стороны, именно в тот момент, когда я наконец-то счастлива, ты хочешь дать нам шанс? Уже поздно – она грустно улыбается, позволяя своей руке прикоснуться к щеке мужчины – но я желаю тебе также найти свою любовь и стать счастливым как я... Возможно мы могли бы дружить семьями... Такая абсурдная мысль и Кеннеди хочется встряхнуть Клэр, но он обхватывает ладонь у его щеки и прижимает намного ближе, целуя теплую кожу. - Поедем со мной, пожалуйста... Клэр мягко высвобождает руку и позволяет себе приподняться, целуя холодную щеку мужчины: - Слишком поздно Леон, к тому же я... беременна... Кеннеди чувствует, будто весь кислород экстренно покинул его лёгкие. Клэр, такая живая, теплая, заботливая, наконец-то нашла свой кусочек счастья, она наконец-то воплотила свою мечту и собирается стать матерью, а он тянет ее в пучину своей темной и беспросветной жизни... Мужчина позволяет себе обнять хрупкое тело, притягивая девушку как можно ближе и вдыхая цитрусовый запах ее волос. - Поздравляю тебя... Ты станешь прекрасной матерью. Кеннеди наклоняется и целует девушку в уголок губ: не настоящий поцелуй, но их губы все же соприкоснулись и даже это приятное ощущение он будет помнить всегда... А потом он разворачивается и уходит... Впрочем, как и всегда. Монотонный голос в его голове становится громче, но странным образом начинает приносить успокоение... Занимая весьма скромное место на скамье в церкви Кеннеди слушает торжественную музыку. У алтаря, рядом со священнослужителем, стоит неуверенно улыбающийся жених. Двери церкви распахиваются, и органная музыка продолжает играть: сначала входит маленькая девочка-цветочница, с улыбкой раскидывающая лепестки белых цветов. А потом в церковь вступают 2 фигуры. Первая – одетый в парадную военную форму Крис Редфилд. Это так ожидаемо, он заменил Клэр отца после смерти родителей и в этот торжественный день также выполняет его роль. А рядом с ним движется грациозная невеста. Леон скорее знает, что это Клэр, чем видит ее: плотная фата с большим количеством кружева почти полностью скрывает невесту от всего мира. Но ровно до того момента, когда девушку подводят к алтарю и жених, улыбаясь, откидывает ее фату. Священник зычным голосом начинает вести церемонию. Единственное, что сейчас делает Кеннеди, так это пялится на тонкую фигуру невесты в ослепительно-белом платье русалке. На вкус мужчины на Клэр слишком много кружева, но если она счастлива, то и он счастлив. Или по крайней мере должен быть счастлив. Или хотя бы скрывать эмоции настолько хорошо, чтобы кислое выражение не появилось на его лице. Когда священник обращается к гостям и задаёт вопрос о причинах невозможности этого союза, Кеннеди сжимает зубы: его мнение никого не должно волновать... Трепетный поцелуй теперь уже мужа и жены встречается одобрительными возгласами среди гостей и аплодисментами. Светловолосый агент подходит к Крису и ссылаясь на мнимую работу, трусливо покидает мероприятие. Дома у него намного больше подходящей выпивки, чем здесь... С их темпами жизни, ничего удивительного, что в следующий раз встреча Леона и Клэр произошла почти через год. Мужчина собирал небольшие крохи новостей теперь уже о Клэр Романо. Их свадьба также состоялась и в Италии с большим количеством родственников ее мужа. Чета Романо обосновалась в Нью-Йорке, в каком-то дорогом и очень помпезном жилом комплексе. А потом Клэр родила девочку. И всеми этими кусочками жизни бывшей Редфилд всегда делился гордый старший брат... Теперь же, стоя рядом с Крисом, Кеннеди ожидал, когда дверь квартиры Романо откроется и хозяйка, ожидающая их визита, впустит гостей. На пороге действительно появилась улыбающаяся Клэр. Она засмеялась и заключила обоих мужчин в объятия, приветствуя их и приглашая пройти в большую квартиру. Теперь его подруга выглядела по-другому: эта была и Клэр, и вроде не она. Миссис Романо похорошела - совсем немногим женщинам беременность даётся так легко и приносит более цветущий вид, ее фигура лишь слегка изменилась, округлившись и обретя более женственные формы, что подчеркивало хлопковое домашнее платье. Волосы были собраны в растрёпанную косу. Женщина лучилась счастьем и радостью материнства, наслаждаясь обычной жизнью. Кеннеди даже почувствовал себя грязным, замаранным в крови, пересекая порог этой светлой квартиры, полной счастья. - Я правда очень скучала – проговорила улыбающаяся Клэр, направляя мужчин в гостиную – и думаю самое время познакомить Вас с моей дочерью – Клэр скрылась в коридоре, вероятно ведущим в спальни и почти сразу вернулась с розовым свертком в руках. Крис из-за своего плотного рабочего графика также впервые лично познакомился со своей племянницей, осторожно прижимая к себе малышку. Эта была такая странная картина: Кеннеди никогда не видел такого Криса Редфилда - невозможно большой и брутальный военный ворковал над своей племянницей, говоря какая она хорошенькая. А потом Клэр, обратившись к светловолосому мужчине произнесла: - Хочешь подержать ее, Леон? Мужчина кивнул, боясь, что только что образовавшийся ком в горле, не даст ему произнести утвердительный ответ. И в руки ему передали розовый сверток. Агент почувствовал, как Клэр мягко направляет его руки, чтобы ее дочери было максимально удобно в новых объятиях. Большие голубые глаза заинтересованно уставились на него. - Она хорошенькая, правда? – улыбнулась гордая мать, пытаясь поймать взгляд мужчины. - Она совершенная – такое странное ощущение. Это был не его ребенок, но это была дочь Клэр и он, априори уже любил ее – прямо как мать – добавил мужчина, чуть тише. - Ее зовут Кармина – улыбнулась Клэр, снова забирая дочь из рук мужчины. Леон удивлённо посмотрел на подругу, и она поняла направление его мыслей. - Знаю, имя необычное, но на итальянском оно означает "сладкий виноград" и оно показалось мне очень милым – небрежно пожала плечами бывшая Редфилд. А потом девочка начала хныкать и Клэр полностью переключилась на дочь: - Моя малышка рассердилась, что пришлось так рано проснуться, да принцесса? Но ты должна была проснуться, чтобы познакомиться с этими замечательными мужчина. Иногда тебе просто нужно проснуться, чтобы увидеть... Воркующий голос Клэр стал сливаться с монотонным теперь уже громким бормотанием в голове Леона, и мужчина услышал отчётливое "нужно проснуться!" А потом Кеннеди чувствует, как земля уходит у него из-под ног, исчезает точка опоры, мир начинает кружиться с бешеной скоростью и яркий свет указывает ему направление...