Убийство на пять минут

На следующий день после дня рождения Сириус должен был идти в школу. Честно говоря ему это не очень хотелось. Ведь он знал своих друзей, «крутых» альф, и был уверен, что его девственность сразу же станет новым заданием спора на деньги. Поэтому не в шибко хорошем настроении он пошёл в школу. По пути его догнал Джеймс, он проходил практику в школе Сириуса. А уже со следующего года должен был стать полноправным учителем средней школы. Дэвис был рад тому, что хотя бы Вильям будет нормально к нему относиться. И был он таким до момента, пока Джеймс не сказал: — Сири, давай пока прекратим наше общение. — Что? Почему? — не понял парень и похлопав глазами посмотрел на Джеймса. — Это сложно объяснить, — протянул парень, пытаясь подобрать правильные слова. Но Сириус оказался быстрее. — Тебе просто не хочется дружить с омегой, да? Ну и хорошо, — вспыхнул, как ёжик, парень и пошёл быстрее. Джеймс не успел понять, что происходит. Зато понял одно, Сириус не правильно его понял. — Блять… — выругался альфа и поспешил за другом. Сириус, придя в класс, недовольно бросил рюкзак на стул, но умерив свой пыл забрал его и сел на него сам вздыхая. Он не мог поверить, что такой человек, как Джеймс мог такое сделать. Отказаться от их дружбы в пользу второго пола. К нему подошли два его друга альфы. — Привет, ну что? Кто ты теперь? — спросил один из них, Генри Байрон. — Тебя можно приписывать в наш клуб? — Нет. Я омега, — сказал Сириус. Второй друг присвистнул, это был Эрик Свифт. — Чего? Ты омега? Да ладно, весь в мамашу, — хмыкнул парень, Сириус замер. Генри подтакнул. — Видел его недавно, опять потомство вынашивает? — спросил альфа. — Вы доигрались, — прошипел Сириус и встал, стул упал на пол. Эрик получил в нос, в то время как Генри в пах. — Никто не смеет так говорить о нем. Тем более не вы, трусливые, гнилые, отвратительные аль… Кто-то поднял Сириуса в воздух и Генри, скорючившися от боли в паху и спине, с Эриком, что держался за нос и живот, поспешили убраться. Сириус попытался выбраться, но ничего не получилось. — Успокойся и прекрати барахаться, — сказал Джеймс и отпустил его. — Что это только что было? — спросил он. — Тебе то какое дело?! — воскликнул парень и схватив портфель поспешил на выход с класса и школы. Джеймс хлопал глазами смотря ему в след. — И чего он такой неравный? — прошептал альфа и повернулся к остальным ребятам. — Что случилось? — Те двое начали наезжать на Сириуса, и если не ошибаюсь, что-то сказали о мистере Дэвисе. Ну, тот что омега, — сказала одноклассница парня. Джеймс выругался себе под нос и пошёл искать Сириуса. Парня нигде не было, в доме тем более. Вару хотел было в полицию позвонить, но Джеймс отговорил его это делать. Правда после этого пошёл в полицию. В участок где работал когда-то Артур, теперь же он работал главой полиции, в совсем другом месте, но Сириусу не это нужно было. В этом Джеймс был уверен. Как оказалось он был прав. Сириус сидел и писал заявление на одноклассников, ещё приписал, что защищался, чтобы в разе чего к нему не было претензий. Зайдя в отделение через минут пять Джеймс увидел Барти, что разговаривал с Сириусом. Он что-то объяснял ему, а после обнял и они пошли куда-то. Джеймс выдохнул. Возле Барти Сириусу возможно станет лучше, так что парень вернулся в школу. Сириус сел на стул в кабинете Вероники. — Значит, так. Почему же все считают, что если ты стал омегой, то всё, ты слаб и ничего кроме потомства в этот мир принести не сможешь? — начала миссис Таббс. — Это пошло ещё с древних времен, когда альфы охотились, показывая свою силы, а беты и поделились. Девушки беты рожали альфам и бетам детей, а парни беты охотились вместе с альфами. Омеги же только рожали. Честно говоря, тогда их вообще возвышали. Ведь это в те времена было очень важно. А дальше мир начал развиваться, но люди продолжали видеть омег, как тех кто могут только рожать. Если беты ещё поделились, то про омег и слова не может быть. Потом случилась великая революция, где беты показали факи всем остальным и объявили о том, что они и без остальных смогут справиться. Альфы тогда были злы, ведь им вказали на их место, в то время как в омег зарождается огонь. Они начали по крупицам выстраивать баланс. И огромнейший резонанс сделал муж короля Тимура, Никита Эльфорд. Он стал главным, забрав у мужа и его сестры корону. Тогда все поняли, что омеги тоже могут чего-то. Никита стал одним из самых великих правителей тех времен. Где-то с тех времен омег и прекратили считать, как простое тело для вынашивания потомства. — И не обезательно бить тех, кто застрял во времени, — добавил Барти. — Но… — парень посмотрел на крестного и бабушку. — Они сказали, что мама это простой инкубатор для вынашивания потомства. — В таком случае ты можешь врезать, — хмыкнул мужчина. — Но лучше будет сказать обо всём самому Вару, или учителю. — Хорошо, — протянул Сириус дуя щёки. Вероника потрепала его по волосам. — Иди, и не думай о тех идиотах, — сказала она. — Эх, какая я хорошая бабушка. — Не то слово, ба, — хмыкнул парень. Он встал со стула. — Ладно, тогда я пойду. Но домой. А вы напишите в школу? Ну, пожалуйста. — Иди давай, подлиза, — хмыкнул Барти и дал крестнику лёгкого щелбана. Сириус убежал домой. Родителям он сказал, что просто подрался и кто-то вызвал полицию. Барти забрал его в участок, сделал выговор и уехал. Хоть взрослых это и не устраивали они решили, пока что не лезть в дела сына. Мало ли, что он хочет скрыть. Вечером к нему зашёл Вару, они немного поговорили о том, что сегодня случилось, и мужчина пожелав спокойной ночи ушёл. Сириус много крутился, ему не спалось. В голову лезли всякие мысли. Одна странней второй. Когда же ему в голову влезла картинка их с Джеймсом недопоцелуй, что чуть не случился несколько лет назад, он сел. Парень набрал того, кому мог пожаловаться всегда. Барти. Нет, это могли быть и родители, но ему не хотелось их огорчать. К тому же, Вару был беременным. Лишние волнения ему ни к чему. «— Слушаю, — послышалось на той стороне трубки. — Привет, дядя Барти. Я не могу уснуть, — пожаловался парень. — Пробовал под музыку уснуть? — Да. — Колыбельную? — Тоже да. — Может попросить Джеймса, чтобы он пошёл и уложил тебя? — предложил Барти. — Нет, не нужно, — пытаясь не выдавать волнения и смущения сказал Сириус. — Тогда, прости, милый, у меня нет идей как помочь тебе. Может окно откроешь? В детстве тебе иногда это помогало, — сказал Вильям, он лениво перебирал волосы мужа, что лежали у него на груди. — Хорошо, сейчас, — сказал парень и встав открыл окно. На него повеял ветер. Парень притянул стул, одеяло и сел. — Ну как? — Не знаю хочу ли я спать, но вот так вот посидеть хочу, — сказал Сириус. Барти тихо рассмеялся. — Хорошо, тогда сиди, но не долго. Холодает таки. Спокойной ночи, Сири, — сказал мужчина и сбросил трубку.» Сириус поджал к себе ноги и смотрел в окно. За ним он увидел несколько парочек, что шли со или на свидание. По парку, что находился напротив дома, пробежали белочки. На лице парня заиграла сонная улыбка. Положив голову колени он продолжал наблюдать, так и уснул, чудом не упав с кресла. Утром Сириус вспомнил о том, что сегодня день рождение его отца. Он быстро достал подарок и пошёл к маме, папе в спальню. Парень подумал, что все будут дарить отцу что-то, что ассоциировалось бы с беременностью мамы, он решил быть не таким как все и подарить нечто другое. Парень постучался и услышав сонное войдите вошёл. Вару всё ещё спал, в то время как Пик сидел на полу. Видимо ночью его опять сбросили на пол. Сириус хихикнул. — Не смейся, — фыркнул мужчина как можно тише. — Хорошо, хорошо. С днём рождения, я тебе подарок принёс, — сказал парень. — Правда я не думаю, что он тебе понадобится в ближайший год, но не знаю, увидем. — Почему мне не понадобятся коньяк с апельсинами и вино с шоколадом, так ещё и белым? — спросил Пик открыв коробку. Сириус лишь улыбнулся. — Поверь, оно тебе не понадобится, — сказал парень. Со стороны Вару послышалось недовольно и требовательное мычание. — Вот сам же сбрасывает, а потом ещё ноет, что я не обнимаю его ночью, — фыркнул Пик и встал. Он лёг возле мужа, приобняв его и мычание прекратилось. Сириус улыбнулся смотря на родителей и опять поздравив ушёл на кухню. Сегодня должны были прийти Стейси, дядя Барти с дядей Оливером и Джеймс. В животе скрутило после мыслей о альфе. Парень уткнулся в колени прикрыв глаза. В нос пробрался запах цитрусов. Сириус открыл глаза и оглянулся. — Утро доброе, молодой человек, — сказал Вару с лимоном в руках. — Ты чего тут уснул? Тебе в школу не пора? — Я… Я не выспался, не хотелось, — ответил парень зевая. — Можно я сегодня не пойду в школу? Не хочу. — Хмф, ладно, — сказал омега. — Кстати, Стейси придёт с омегой. И если это истинная её не забывай, что она кактус скорее всего. Не зря же у Стейси «кактус» пишет. Кстати, я всё забываю спросить, а что у тебя? — У меня? «Цитрусы вредны для здоровья»… — протянул Сириус. Вару посмотрел на лимон и спрятал его за спину. — У тебя целая фраза, это редко, — сказал мужчина. — Хотя можно предположить тогда, что твоя судьба пахнет цитрусами. — А почему вредна для здоровья? — спросил парень. — Хм, ну, всякое может быть. Может… Может на вашем пути будет множество препятствий, может ты голову в любви потеряешь, — пожал плечами омега. Второй выдохнул и уткнулся в колени. — Иди лучше одевайся, они уже совсем скоро должны пойти. Ну и где тот Пик? Вару ушёл в спальню. Сириус переоделся у себя и спустился открыть дверь. На него сразу же налетела Стейси расспрашивая. Сириуса же заинтересовала её спутница. Рыжая девчушка, почти вдвое меньше за свою альфу и на фоне её выглядит, как хрусталь. Вот правда на язык она оказалась острой. Смотря на то как сестра ухаживает за своей омегой внутри парня опять все скрутилось. Он не подумав быстренько обулся и пошёл куда-то. По пути он встретил Барти, Оливера и Джеймса. Что явно шли к ним. — А куда это ты? — спросил омега. — Хочу пойти прогуляться, — ответил Сириус пытаясь не смотреть на Джеймса. — Я позже приду, — он обнял крестного и пошёл дальше. Альфа сказал родителям что-то о том что он посмотрит не влип ли куда Сириус ушёл за ним. Сириус уже в парке сел на скамейку. Он и не заметил до этого Джеймса, что шёл за ним. Альфа опустился на скамейку возле него. — Ты шустрый, — первое, что сказал альфа. — Чего тебе? Мы вроде как прекратили дружбу, — обиженно пропыхтел омега сверкая глазами. — Ты меня неправильно понял. Я даже не успел толком объясниться, — выдохнул Джеймс. — Я не против дружбы с тобой, но я не уверен, что смогу держать себя в руках. Ты… Ты очень сильно пахнешь пионами. — А ты цитрусами, и что? — фыркнул Сириус отведя взгляд. На щеках появился лёгкий румянец, он знал, что это значит. — И то, мы истинные. И мне уже двадцать, в то время как тебе только шестнадцать стукнуло. У нас почти четыре года разницы, — сказал альфа. — Вообще-то три с чем-то, — с нотками возмущения фыркнул омега. — Не суть важно. Важно то, что возле тебя мне тяжело держать себя в руках. И я не хочу, чтобы ты подумал, что я какой-то извращенец, — прошептал Джеймс. — А если я не буду так думать мы сможем продолжать… Дружить? — спросил так же тихо Сириус. Джеймс улыбнулся кончиками губ. — Думаю, что да, — сказал парень и омега поспешил его обнять. Альфа замер обняв его в ответ. Живот Сириуса опять скрутило, в ожидании каких-то действий альфы, но парень знал, что ничего не будет, так что лишь сел на место. Они молча сидели и не знали, что сказать. Второй пол обоих требовал, чтобы они сейчас же что-то начали делать. В то время, как Джеймс пытался как-то отгородиться от этого напоминая себе, что Сириусу только шестнадцать, Сириус же начал прислушиваться к голосу. Ведь ему уже шестнадцать! И он уже может делать, что хочет при своей согласии, по закону, по крайней мере, так точно. Омега посмотрел на альфу. Тот смотрел вдаль, на его лице было ни-че-го. Каштановые волосы переливались на солнце, в то время как светло-голубые глаза источали некоторый холод и отчуждение. Такие глаза были у парня всегда, как помнил Сириус. Ещё с детства эти холодные кристалы манили к себе. Возле них хотелось хотя-бы казаться идеальным. Он же был простым омегой. Светлые волосы, светло-карие глаза. Ничего примичательного. Таких в мире много. И как судьба решила, что он достойный этой холодной красоты? Альфа заметив на себе любопытный взгляд развернулся. Омега же этого даже не заметил. Как рассматривал его думая о чем-то своём, так и продолжил рассматривать. Вдруг он обхватив шею Джеймса притянул его к себе и поцеловал. Неумело, правда, но ничего. «В будущем научится,» — пронеслось в голове альфы когда он присунул к себе Сириуса и перехватил инициативу на себя. — Прости, — сказал смущённый Джеймс. Он е-ле нашёл в себе силы остановиться. — Мало, — возмутился Сириус. — Я хочу ещё. — Но, Сири… — Мне уже шестнадцать, а не только шестнадцать. Даже на законодавчем уровне мы можем делать всё что захотим, если я на это соглашусь. Так что не делай из меня пятилетнего ребёнка, которого соблазняет столетний дед, — перебил его парень. — И сейчас я хочу ещё, целоваться вообще можно в любом возрасте. — И когда ты стал таким? — выдохнул Джеймс. Он притянул к себе Сириуса и они продолжили целоваться. Правда омега пытался несколько раз пройти дальше, но ничего не получалось. Так, что было решено сказать всё партнёру, а не намекать. — Я хочу ещё. Я хочу тебя, — прошептал омега, он уже сидел на коленях альфы. — Ты не думаешь, что это как-то быстро? А ещё нас уже наверное родители обыскались, — прошептал альфа. — Им всё равно, сегодня у мамы мета рассказать папе о беременности, а это будет точно через несколько рюмок крепкого, — фыркнул парень. — Ну пожалуйста. Я очень хочу. — Ладно. Пошли, — выдохнул Джеймс. — Куда? — засветился от радости Сириус. — Ко мне, куда ж ещё? — фыркнул альфа и они, за ручку, пошли в его квартиру. Там Сириус быстренько разулся и дождавшись пока это сделает партнёр начал его целовать, так-же не умело, но более требовательно. Джеймс поднял его, опять перехватив инициативу на себя. Одежда полетела на пол, а Сириус и Джеймс оказались на кровати. Альфа очень аккуратно обрабатыватывал партнёра, при этом используя дофига смазки. — Всё, давай уже, — всхлипнул Дэвис. Он уже горел от желания, но Вильям хотел чтобы всё прошло как можно безболезненно для него. — Погоди, ещё немного, — сказал альфа и в этот раз, но чтобы Сириус так бы молвить не скучал он начал целовать, а подекуда и кусать омегу. Когда же Сириус, по мнению Джеймса был достаточно растянут, то альфа вошёл. И омега почти сразу поблагодарил боженьку за такого партнёра. Ведь как оказалось внутри гобориты альфы казались намного больше. Сириус обнял Джеймса тяжело дыша ему в шею. Альфа помалу входил в него, всё глубже и глубже. Когда же всё было готово они так лежали некоторое время, чтобы Сириус мог привыкнуть. При этом оба друг друга метели и целовали. — Давай дальше, я думаю что уже готов, — сказал Сириус. — Точно? — переспросил Джеймс, и получив кивок парень начал двигаться, медленно. Сириус откинув голову на подушку тихо стонал, а альфа тем временем решил сменить позу. Он сел, придерживая Сириуса, и уже так продолжил поднимать и опускать парня, чуть быстрее чем в прошлый раз. Сириусу такая поза понравилась. Так он получал больше и Джеймс был ближе. В какой-то момент они сцепились, поэтому просто обнимались, почти не двигаясь. Это приносило некоторую боль. Когда они расцепились, сменили презерватив, позу и продолжили своё интересное дело Джеймсу позвонили. Он не обратил на это внимание, в общем-то как и Сириус. Им явно было не до этого. Где-то через час с чем-то Сириус как довольный кот улегся, и уснул. Джеймс упал возле него и обняв омегу притянул спиной к себе. На тумбе с его стороны раздался рингтон. Это звонил Барти. Парень взял трубку. «— Привет, мам, что такое? — прошептал парень. — Вы где?! Вас не было часов пять, наверное. Сириус возле тебя? — Да, мам. Он спит, — опять прошептал альфа. — Хорошо, допустим. А вы где? — спросил Барти. — У меня, мы немного разговорились и пошли ко мне праздновать день рождение дяди Дэвиса. Сириус сказал, что вы и так не заметите, что нас нет, так будет слегка не до этого. А я как-то забыл вам позвонить, — сказал Джеймс, бессовестно прибрехивая. — Джейми, отложи ты уже телефон. Или тебе любовник названивает, — недовольно пробурчал Сириус пихая руку с телефоном подальше от альфы. — Я уже могу предположить как вы праздновали и почему трубку не брали, — фыркнул Барти с той стороны трубки. — Ладно, спокойной ночи. И чтобы завтра Сириус был дома, Джеймс Вильям. — Как скажешь. Пока, мам, — сказал парень и сбросил трубку.» Он уткнулся в шею партнёра и уснул. Утром, после ещё одного захода, как того желал Сириус они позавтракали и отправились домой. Хоть одно место немного и болело, но Сириус был счастлив до глубины души. Ещё счастливей он был, когда в то же утро статус Джеймса в инстаграмме и телеграмме изменился на: «В отношениях».