Odazai week-2022

      В Вооружённом детективном агентстве обеденный перерыв.       Детективы сидят сейчас в кафе на первом этаже. Сквозь панорамные окна отлично просматривается небольшое уютное помещение, накрытые скатертями столы и расположившиеся за столами люди.       Вон там слева Кенджи-кун – сияет, словно маленькое солнышко, увлечённо размахивает руками, рассказывая что-то. Может, урожай описывает? Рядом с ним Рампо и Йосано: он лежит на столе, наверняка снова с леденцом в зубах, она слушает Кенджи, улыбаясь его бурным эмоциям.       Напротив получает очередную психотравму бедняга Танидзаки, вновь безуспешно пытающийся отбиться от любящей сестры. Куникида косится на них, сдвигается незаметно ближе к противоположному краю стола, но не выпускает из рук блокнота. Перерыв перерывом, а планы сами себя не напишут.       Не хватает ещё нескольких человек.       Но долго ждать не приходится: Кенджи прерывает рассказ, оборачивается и машет рукой, Куникида поднимает глаза от блокнота, чтобы кивнуть подошедшим, даже Наоми перестаёт тискать брата… по крайней мере, в зоне видимости других.       Сакуноске и Акутагава присоединяются к коллегам.       Коллектив детективов принимается за обед. Все они выглядят невероятно органично рядом друг с другом, словно детали одного паззла, и кому угодно уже сложно представить, что в агентстве вообще можно кого-то убрать или заменить…       Сложно — если не знать, что всё должно было быть по-другому.       Дазай смотрит на них из-за тонированного стекла припаркованной неподалёку машины. Противоположная сторона улицы – вот самое близкое расстояние, которое он может себе позволить в этой жизни, чтобы хоть на короткое время побыть рядом со своим прошлым рабочим местом, с прошлыми коллегами… со своим прошлым другом.       В груди что-то коротко колет.       Одасаку жив.       Он никогда не был в мафии. Он воспитывает пятерых приёмных детей, уже, впрочем, ставших подростками. Он наконец начал писать свою книгу. Он пережил прошлого себя на четыре года и не знает об этом.       Ему уже двадцать шесть.       И ради того, чтоб Оде Сакуноске исполнилось двадцать семь, двадцать восемь, двадцать девять – сколько угодно, лишь бы исполнилось! – Дазай Осаму перестроит целый мир и закрепит этот договор своей кровью.       Детективы в кафе дружно смеются над чьей-то шуткой.       Чёрная машина с другой стороны улицы трогается с места, медленно проезжает мимо кафе и скрывается вдали. Сакуноске почему-то провожает её взглядом.