День рождения смерти

Солнце стояло в зените. Широкий канал окружали исторические здания. Над ним гулял ветер, принося с собой запах вереска. Хотя вероятно затуманенному уму Разумовского только так казалось. Он до конца не осознавал своё местоположение, и в какой стране в принципе находится. Но ему было не до этого. Недавно он (а может и не он) отыскал старый дневник в какой-то куче барахла. Дневник то и привёл Сергея в чувство, и сейчас он ощущал себя яснее, чем во все прошедшие дни. Даже птица не так уж сильно шептал в голове. Дневник был украден у кого-то из детдома. Сам Разумовский не помнил его содержания, но знал, что тот был сделан перед появлением Волкова в его жизни. Это и страшило. Сергей сел рядом с широким каналом, от которого веяло прохладой и склонил свою голову над дневником. Большая его часть состояла из различных зарисовок маленького Серёжи. Мне попалась в руки книга, в ней так много картинок. На первой странице был изображён сам Серёжа. У него была ярко-красная поношенная футболка с крупным логотипом посреди груди и темно-синие шорты. Ноги были босыми. Сергей, как вчера вспомнил, как холодно было ходить по ледяному кафелю. История ребёнка в шортах и без ботинок На другой странице корявым почерком были описаны все радости жизни Серёжи. Как воспитательница приносила шоколад и раздавала всем по дольке. Как ребята весело обнимались после спортивной игры. Как учитель по шашкам хвалил Серёжу за хорошую игру и сообразительность. Его даже любили, иногда даже нянчили. Но вскоре все воспоминания стали омрачаться. С милых бесед с незнакомцами, до перепалок и вовсе драк. До прямого обзывания Серёжи ребятами. До синяках на руках и ногах. Но боли в побитых рёбрах. До жуткой ненависти. До разбитой вазы, а рядом избитого Серёжи. Отчаяние передалось и читающему, он сжался в комок, когда ветер слишком сильно подул по волосам, разворошив их в разные стороны. Все ранее испытываемые чувства и демоны воскресали в памяти, хотя казались давно утерянными. Он помнил до сих пор Пашу из параллельного класса с кучкой ребят, не любящих его из-за слишком длинных волос и странного свитера. А накосячит – не били, его просто хуячили Местами некорректный рассказ начал подходить к самому желанию завести дневник. Сам он был (как оказалось) украден у одной из нелюбимых воспитательниц, а фломастер взят у ненавистного Паши. Правда пришлось постараться с этим, но оно того стоило. Птица на краю сознания зашептал, что это прекрасный поступок, а Разумовскому пришлось яростно от него отмахиваться. Особенный день. Он как-то взял и поник Украл фломастер в магазине и завёл себе дневник Сергей вздохнул и отвлёкшись, начал рассматривать водную гладь, по которой мирно плыла утка. Само осознание нахождения дневника, начинало радовать. Но вот написанное в нём не симпатизировало Серёже. Он открыл дневник вновь и продолжил прочтение. Где-то после плана по нахождению дневника, текст стал путаться. Некоторые страницы и вовсе оказались неряшливо вырваны, а остальные были мятыми. Сергей осознал, что многие в детдоме озадачились его тайной и желанием что-то писать. Именно поэтому страдала книжка. И никому не показывал, всё время что-то скрывал Сергей улыбнулся тому факту, что единственный из всего мира смог вновь прочитать эти записи. Но я знаю что – я прочитал Рассказы про детдом и разные ситуации шли своим чередом. Но Сергей припомнил, что скоро что-то изменится. А что и впрямь поменялось. Появился Птица. Сам Разумовский уже давным-давно позабыл первую встречу с Ним. Но дневник всё помнил и рассказывал позабытые факты. В первый раз Птица с Сергеем встретился во сне, в кошмаре. Вновь был горящий дом родителей. Вновь пламя, поедающее всё внутри Серёжи. Но появился Птица. Он потушил пожар и обнял Серёжу. Хотите – нет, хотите – верьте Вчера я был на дне рождения Смерти Из этого сна тот с точностью помнил, тот момент, когда сидел около Птицы за широким столом и тот рассказывал ему о возмездии. Говорил, что рад рождению. Говорил поистине жуткие вещи. Она меня посадила за свой праздничный ужин Сам маленький Серёжа внутри прозвал её Самой Смертью. Таковы были ассоциации. А вот Разумовский из будущего мог только печально вздыхать. Вскоре сон закончился и оставил после себя неприятный остаток отчаяния, мусора и своего бессилия. И не убила – даже ей я не нужен! Ворох мурашек прошёлся по всей длине тела Разумовского. Он оглянулся на рядом стоящую лавку и обнаружил там Птицу, гордо восседавшего на подлокотнике и сверлящего взглядом спину Сергея. Сущий кошмар Разумовского шепчет страшные слова об смерти и возмездии. Если раньше это казалось нереальным, то здесь и сейчас кажется жестокой действительностью. Сергей закрывает уши и бежит в ближайшее здание, и на этом его воспоминания обрываются, а сам он падает в глубокое забытье в недры своего сознания. *** Сергей не чувствует грани между реальностью и миром мыслей. Вроде бы Сергей Разумовский - создатель соцсети Вместе, миллионер и так далее. Но вот он же - замученный студент смотрящий на своего единственного друга детства, уходящего по своей воли на эшафот. Наёмничество! Армия! Это прямая дорога к смерти. Сергей ощущает отчаяние, не понимает Олега. Непрошенные слёзы просятся наружу. А Волков с толикой тоски наблюдает за этим. Как будто не сам ступил на эту дорогу! После этого наступает непроглядная темень, а сам Сергей скорбит по ушедшему Олегу. Появляется силуэт Птицы и всё тот же отвратительный шёпот о горестях жизни, о предательствах, о возмездии и смерти. Разумовский отнекивается и входит в некий транс. Сколько он пробыл на краю своего разума? Он не знает. Никто никогда не узнает. А отчаяние воет над подкорки сознания. Сергей открывает глаза. Всё тело немного потряхивает, как будто после истерики. В руках лежит старый дневник. Оказывается, он стоит и смотрит в какое-то панорамное окно, открывающее вид на широкий проспект с пробками из машин. Привычная картина каждого города успокаивает. Но воспоминания о уходе Олега, о приходе Птицы, о бессилии и невозвратном прошлом. Кто-то взрослеет и кем-то становится Такое ощущение,что последние лет десять минимум все события пролетают мимо Сергей. Каждый к чему-то движется, а он просто сидит и ничего не делает, толком. А для кого-то время как бы остановится Разумовский бесстрастно продолжает разглядывать марки на машинах, хотя они размываются пред его взором. В одну минуту он оседает на пол и из равнодушных глаз вытекают слёзы отчаяния. Слишком долго он сдерживал свой плач. Кажется ещё с избиений мальчишками из детдома. И он садится на корточки, закрывая глаза Сергей раскрывает до боли жалкий дневник из детства и вчитывается в бессвязные строчки. И читает как мантру свои же слова Птица вновь появилась рядом с Разумовским. Он взглянул на неё равнодушными красными глазами, а она лыбилась и приобнимала его, сдирая своими когтями кожный покров. Сергей усмехается, что только Птице, он и необходим. Ну, хоть кому-то я нужен Птица шепчет на ухо неприятные с детства слова. Разумовский медленно сдаётся, отдаваясь ей на попеченье. Ну, хоть кому-то я нужен Как никак Птица всегда была с ним. Ну, хоть кому-то я нужен