Это будет наш с тобой секрет

      На субботу был запланирован поход в Хогсмид для учеников. Это было четырнадцатое февраля. Несмотря на странную дату, Белла решила действовать. Когда детей ещё потом отпустят в деревню.       Сначала она думала, что просто накроет стол у себя на кухне в комнате в Хогвартсе, но... девчонка смогла действительно её удивить. И она пока не знала, как ей это удалось, но была намерена выяснить.       И так-то Белла тоже умеет удивлять.       Ранним утром в субботу она собралась, надела поверх платья классическое чёрное приталенное пальто в пол, так как утро было морозным, и вышла из своих покоев.       Замок спал. Ни одной души, ни живой, ни мёртвой, не встретилось ей на пути к выходу.       Взмахом палочки она бесшумно отперла огромные дубовые двери замка и сделала пару шагов вперед. Стук каблуков прекратился, ноги увязли в снегу, который выпал за ночь и ещё не был никем расчищен.       Ещё один взмах палочки, и двери также бесшумно закрылись, а снег, лежащий на дорожке, разлетелся в разные стороны, и стук каблуков женщины возобновился по мощёной каменной дорожке.       На улице было достаточно светло, однако солнце только начинало подниматься. Дорога до деревни встретила Беллу свежим морозным рассветом. Встающее солнце придавало снегу неистово белоснежный блеск. Она шла и вдыхала воздух полной грудью, несмотря на то, как он обжигал лёгкие своей свежестью.       Вот на горизонте виднеются заострённые крыши домов.       Блэк миновала арку Хогсмида и уже идёт по заснеженным улочкам. Жители только просыпались и начинали очищать тротуары от снега. Магазинчики и заведения готовились к открытию.       Белла свернула в переулок и подошла к одному маленькому скромному кафе, протянула руку в перчатке и открыла скрипящую дверь, над которой сразу раздался звон колокольчика.       Помещение было достаточно маленьким. Это явно был первый этаж жилого дома, переделанный хозяином под кафе. Деревянная стойка и четыре столика, рассчитанные не более, чем на четверых человек. Однако Беллу привлекали два маленьких столика на улице.       Она подошла к стойке, из-за которой тут же показался пожилой мужчина невысокого роста с седыми волосами и бакенбардами.       — Доброе утро, мистер Гибсон, вы открыты? — деловым тоном спросила Беллатрикс.       — Мисс Блэк, — послышался из-за стойки добродушный мужской голос, — для Вас всегда открыты. Кофе, как обычно?       — Да, и, если можно, круассан с яблоком и корицей. Я посижу на улице? — она положила на стойку несколько золотых галлеонов, а когда хозяин потянулся в карман, прибавила, — сдачи не нужно.       — Конечно, мисс, располагайтесь, я всё принесу, — он улыбнулся, взмахнул палочкой и удалился. Когда Белла вернулась на улицу, оба столика и стулья рядом были очищены от снега.       Она села, и вскоре перед ней появилась дымящаяся чашка безумно ароматного кофе и горячий с пылу с жару круассан, потрясающе пахнущий пряностями.       Белла пила кофе, ела чудо французской кулинарии и наблюдала за суетящимся деревенским народом.       Напротив было кафе мадам Паддифут. Полноватая хозяйка внутри взмахивала палочкой и активно жестикулировала, видимо, украшая всё внутри бантиками и оборочками. Беллу чуть не стошнило от этого зрелища, потому она поспешно отвернулась. Её представления о романтике никогда не совпадали с розовым цветом и лепестками роз.       Вся улица, которую можно было видеть с переулка, суетилась, готовясь к наплыву школьников. Многие, проходя мимо Беллы, почтительно здоровались. Мадам Розмерта, спешившая откуда-то в своё заведение даже остановилась, чтобы завести диалог. Слава Мерлину, что Белла уже дожевала круассан.       — Доброе утро, Беллатрикс, решила отметить праздник у нас? Вас сегодня ждать привычной компанией? Будет всё битком, но я могу оставить столик..       — Привет, Розмерта. О нет. Такие праздники точно не по мне. У тебя, конечно, лучше, чем... — она многозначительно перевела взгляд на кафе напротив, где хозяйка теперь колдовала над конфетти, — но толпа школьников меня не привлекает, да и я одна тут. Просто выходные вне школы, — пожала она плечами, — но.. может быть, я заскочу к тебе взять что-нибудь выпить.       Мадам Розмерта улыбнулась и с раскрасневшимися от холода щеками поспешила дальше к Трём Мётлам.       Беллатрикс допила кофе. Стоило ей подняться из-за стола, как посуда тут же исчезла.       Своей твёрдой уверенной походкой она пошла по улочкам деревни. Белла действительно любила Хогсмид. Деревушка не могла не вызывать симпатии хотя бы потому, что в ней жили лишь волшебники. Хотя, наверное, немалую роль играло то, что во времена учебы в Хогвартсе походы сюда ассоциировались с праздниками, счастьем, приятными посиделками с друзьями, кучей покупок и некой свободой. Ещё тогда Белла решила, что хочет иметь тут дом, чтобы оставаться на ночь, потому что местные гостишки не внушали доверия. И вот, когда она начала работать в Хогвартсе, в тот же год она осуществила свою маленькую мечту.       Беллатрикс уже прошла все оживлённые места и приближалась к краю деревни. Тут было что-то вроде спального района без пабов, и школьники сюда обычно никогда не ходили.       Она подошла к двухэтажному домику с заснеженной крышей, как и у всех соседних, взмахнула палочкой и зашла внутрь, закрывая за собой дверь. Ещё один взмах, и везде загорелся свет. Ещё один, и все окна мгновенно застелили занавески и шторы.       На первом этаже находилась кухня, совмещенная со столовой, и прихожая, где Белла и оставила своё пальто с перчатками, проходя ближе к кухне. В голове, как всегда, чётко готов план.       Она садится за стол. Взмах палочки, и перед ней перо и пергамент.       Через минуту письмо было закончено. Взмах палочки, и оно запечатано так, что никто кроме Грейнджер не сможет его открыть.       Белла положила письмо в карман, затем встала и резко произнесла:       — Кикимер.       В воздухе раздался хлопок. Маленький сморщенный эльф с набедренной повязкой возник посередине столовой.       — Мисс Беллатрикс! Кикимер очень рад Вашему вызову. Чем я могу быть полезен?       — Приведи дом в идеальное состояние. И мне нужен будет ужин на двоих. Тарелку ассорти сыров пармезан, гауда, дорблю, горгонзола с трюфелем и камамбер. К ним мёд и виноград. Какую-нибудь мясную красивую нарезку и что-нибудь с французской кухни... Можно нисуаз и фуа-гра, думаю... в идеале с картофельным гратеном. Эльфийского вина у меня тут, вроде, достаточно.       — Без проблем, госпожа. Ваша любимая французская кухня будет на высшем уровне, а дом в полном порядке.       — Спасибо, Кикимер. Стол должен быть накрыт к пяти часам.       — Всё будет, госпожа.       — А. И ещё. Ни слова Сириусу и вообще кому-либо об этом.       — Кикимер всегда рад хранить секреты мисс Беллатрикс.       Довольная собой, Белла вышла в прихожую. Окинув взглядом себя в зеркале, она вновь оделась и вышла на улицу.       Первым делом она пошла на почту. Выбрав неприметную сипуху, она привязала письмо к лапе и взглянула на часы на руке. Как раз к завтраку.       Сова гордо расправила крылья и вылетела, направляясь к замку.       Беллатрикс вышла на улицу и направилась в Три Метлы. Как раз паб только открылся, а школьники ещё в замке.       Зайдя внутрь, она обнаружила почти пустое заведение.       — Всё таки решила заглянуть? Твой друг тоже. Тут с самого открытия.       Белла подняла бровь в изумлении и огляделась. За угловым столиком рядом с камином, в самой глубине заведения, сидел Рабастан.       — Надо же, — задумчиво ответила она хозяйке паба и направилась прямиком к раннему посетителю.       — И что это мы тут делаем с утра пораньше? — саркастичным голосом, но улыбаясь при этом, спросила Беллатрикс, нагло садясь рядом, даже не спросив разрешения.       — Привет, Белла. Не ожидал тебя встретить тут так рано. У меня к тебе встречный вопрос.       — Да просто выходные провести в тишине хочу, вот и решила выбраться сюда до наплыва малышни, чтобы прогуляться.       — Да, обычно ты не ходишь сюда в дни, когда отпускают школьников. Особенно в такие праздники, — усмехнулся он, — я тоже выбрался развеяться. Руди с Барти на работе. Разбираются с какой-то сверхурочной фигнёй. Ой. Что мы сидим-то так, позволь тебя угостить. У Розмерты просто божественная медовуха, — сказал он, когда к их столику как раз приближалась хозяйка паба.       — Можно нам ещё пару бутылочек на стол и ещё бокал для дамы, — учтиво попросил он.       — Конечно, — отозвалась Розмерта и удалилась в сторону бара.       — Ты пьёшь с утра?? — неподдельно удивилась Белла. Она заметила, что друг выглядит поникшим, но пытается это скрыть.       — Да просто была тяжёлая неделя. Я хотел выпить ещё вчера вечером, но сил не хватило. Пришлось перенести на сегодня, — пожал он плечами, неловко улыбаясь, — но медовуха действительно вкусная.       Мадам Розмерта вернулась с двумя бутылками и бокалом, который поставила перед Беллой. Поставив всё остальное, она удалилась.       Рабастан налил напиток Белле, затем подлил себе, поднял бокал и осушил сразу чуть ли не половину.       Белла отпила немного своего напитка и с беспокойством уставилась на друга. Его как будто начинало вести, хотя медовуха была не очень крепкой.       — Рабас, у тебя точно всё нормально?       — Белл, да, я просто устал, давай закроем тему.       — Ладно, — она видела, что друг недоговаривает, но решила дать ему время, — да. Хоть я и не любитель медовухи, эта действительно вкусная.       Прошло ещё около часа до момента, пока обе бутылки были опустошены. Белла взглянула на часы и встала из-за стола. А Рабастан схватил её за руку. Только в отличие от Снейпа, он не делал ей больно, почти не прилагая усилий.       Белла выгнула бровь, уставивишись на этот жест, не свойственный другу.       — Ты спешишь? Давай ещё посидим...       — Не то что бы спешу. Сейчас сюда ворвётся толпа школьников и увидит, как я пью с тобой в день влюблённых. Представь себе картину.       — Пошли в кабанью голову? Её для такого праздника дети точно не выберут.       — Ладно.. Думаю, ты прав.       Рабастан рассчитался с Розмертой, после чего они вышли на морозный воздух. В начале улицы уже мелькали кучки студентов. Беллатрикс развернулась и быстрым шагом пошла в сторону кабаньей головы, сворачивая с главной дороги.       — Приветсвую, Аберфорт.       Они прошли и расположились за столиком. Рабастан снова заказал выпить. Вскоре перед ними возникли два бокала.        Спустя ещё долгое время посиделок и разговоров Рабаса начало уже конкретно так вести. До Беллы дошло, что он абсолютно ничего не ел всё время. Но когда она уже собиралась ему это сказать, он наклонился ближе к ней и, понизив голос, начал:       — Белл, честно, я восхищаюсь тобой..       Беллатрикс на этот раз подняла обе брови, но тоже наклонилась ближе к другу и приготовилась слушать.       — Как тебе удаётся... ты столько работаешь, при этом уже столько времени одна... Я не могу... у меня просто заканчиваются силы... начальник отдела.. наследник великого рода... какой в этом вообще смысл, когда не можешь быть с тем, с кем хочешь? — он поднял на неё глаза, ища сочувствия.       На секунду сердце Беллы пропустило пару ударов. Если бы он только знал, насколько сильно она понимает его. Что всё это звучит ровно так, как её мысли в моменты когда... Но ему нельзя это знать. Соберись, Белла.       — Рабас... почему ты... что тебя останавливает?       — Она наполовину вейла... родители никогда в жизни такое не одобрят, а я не могу так расстраивать их на старости лет.       — И ты не думаешь, что...       — Нет. Крауч с Руди тоже говорят, что это именно из-за её особой магии. Но нет, Белл, поверь. Они достали меня с этим, а я знаю, что это не так. Крауч утверждает обратное, а Руди вообще говорит забыть её к черту. Мы часто ссоримся из-за этого.       — Да, верю... — она взяла его за руку.       — Что бы ты сделала на моём месте?       Ох. Если бы она знала.       — Не знаю, Рабас. Знаешь, я бы наверное встречалась тайно с ней... на твоём месте. У тебя же есть возможность. Для тебя вокруг целый мир, не тупи. Франция, Германия, Швейцария, Амстердам.. Ты можешь встречаться с ней где угодно, и не обязательно в это кого-то посвящать. Так что... развлекайся, узнавай лучше, будь счастлив в моменте. И не пей на голодный желудок. А когда дело дойдёт до свадьбы.. до того времени ещё многое может поменяться.       — Чёрт, да, ты права, чего это я...       Дверь в паб распахнулась, и на пороге, недалеко от них, показалась высокая мужская фигура. Белла тут же отдёрнула свою руки от Рабастана и резко выпрямилась.       — Ага. Вот ты куда делся. Так тааак... — протянул Рудольфус, с насмешкой подходя к столу вальяжной походкой, — вот как, значит. День всех влюблённых отмечаем?       — Боже, Руди, не неси эту чушь, меня сейчас стошнит, — возмутилась Белла, возвращая тону привычную язвительность.       — Да ладно тебе, подруга, вы так романтично держались за руки.. может, я помешал? — почти смеясь продолжал он.       — Заткнись, Руди, — огрызнулся на него брат, а Белла уже поднималась с места и подходила к незваному гостю.       — Тише, Беллс, не думаю, что Аберфорту понравится мой труп в его заведении, я же пошутил.       Белла подошла к нему и посмотрела снизу вверх испепеляющим взглядом, но через несколько секунд перекинула руки, обвивая ими шею Лестрейнджа. Он же в ответ приобнял её за талию, по-братски прижимая ближе к себе, после чего отпустил.       — Так вот, если вы закончили рома... Ай! трапезу, Белла, трапезу, позвольте пригласить вас в более оживлённое место. Рабас, ты помнишь? Нас Эйвери ждёт, там будет много те... девушек.       Белла кинула взгляд на Рабаса. Тот сделал вид, что только этого и ждал и начал собираться.       — Беллс? Ты с нами?       — О нет, такие развлечения не по мне.       — Нууу, это я для Рабаса. Парни там тоже будут. Ну или, на крайний случай, если тебе никто не понравится, там буду я, — он самодовольно усмехнулся.       — Ох, какой соблазн, кажется, я еле-еле могу устоять, — саркастично ответила Блэк и рассмеялась, — нет, простите, у меня в планах одиночество и покой. И, может.. — она повернулась к барной стойке, — Аберфорт, у тебя есть бутылка огневиски Блишена?        — Осталась одна в личном запасе, — послышалось издалека, а затем раздались шаги.       Белла подошла к стойке и выложила на неё горсть золотых монет. Рабастан подошёл к хозяину, чтобы расплатиться за их напитки, а Белла повернулась к двери, увидев ухмыляющуюся физиономию Рудольфуса. Она подошла ближе, и он стал помогать ей надеть пальто и в моменте наклонился к уху подруги.       — Нееет, мать, в это может поверить Рабас, но не я. Никакого одиночества у тебя сегодня не запланировано.       Накинув пальто на плечи, она повернулась к нему и с надменным видом заявила:       — Что за бред, Руди, ты же знаешь, что я всегда пью этот виски либо одна, либо с вами.       — Да. Но не сегодня. И я понял это отнюдь не по виски, — вновь усмехнулся он, глянув прямо в глаза подруге и не дав ей возразить, открыл дверь. К ним присоединился Рабастан, и все троё вышли на улицу.       Они попрощались. Лестрейнджи трансгрессировали, а Белла двинулась вглубь деревни.       Пошёл снег. Белоснежный, он падал контрастом на тёмные волосы. Походка была уже не столь твердой, а в голове крутились мысли. Она всегда относилась к Рабасу как к младшему брату, хотя они были одного возраста. И он абсолютно всегда её поддерживал. А потому она могла испытывать сострадание в его сторону, хотя многие думали, что едва ли она вообще знает о таких чувствах. Хотя кому, как ни ей его понимать.. Но Руди... какого чёрта он решил... Как понял?       Она зашла в дом и захлопнула дверь. Наконец-то сухо и тепло. Она взглянула на себя в зеркало. Растаявший снег забрал у волос презентабельный вид. Взгляд упал на часы. Без четверти четыре. Отлично.       Поднявшись наверх, она приняла душ и привела себя в порядок.       Почти пять. Ведьма прошла в гостиную. Немного поразмыслив, она взмахнула палочкой и наложила пару заклинаний от непрошенных гостей. Будет неловкая ситуация, если пьяные Руди, Рабас или Барти завалятся к ней, а она ужинает со студенткой...       Ровно в пять стол полностью заполнился едой.       В три минуты шестого раздался стук в дверь.

***

      Субботним утром Гермиона проснулась раньше всех. Почти как и всегда. Настроение было прекрасным в предвкушении весёлых выходных. Пускай сегодня и был дурацкий день всех влюблённых, который она проведёт с друзьями, а не как нормальные люди со второй половинкой, но страдать по этому поводу было явно не в её планах.       Пока ещё было время до завтрака, она решила принять ванную.       Собрав с собой вещи, девушка направилась в ванную старост.       Скинув с себя всю одежду, она открыла множество кранов, из которых тут же полилась вода. Добавив любимый грушевый аромат, она решила добавить корицы.       Вдоволь накупавшись, расслабленная девушка вернулась в комнату. Соседки уже просыпались и собирались на завтрак. Выйдя из комнат девочек вместе с Парвати, в гостиной она встретила Джинни и пошла с ней на завтрак. Вскоре к ним присоединились Гарри с Роном. Поттер вручил какой-то подарок Джинни, а Гермиона смотрела на Рона. С утра он как всегда был заспанный и недовольный, но это, видимо, из-за праздника. Хотя, когда рядом с ним села Лаванда Браун и начала что-то говорить, его физиономия приобрела более довольный вид. Гермиона отвернулась. В этот самый момент прилетели почтовые совы, и прямо перед ней опустилась с гордым видом сипуха. Узнав знакомый почерк на конверте и ещё раз посмотрев на Рона с Лавандой, Гермиона решила, что не голодна. Тем более впереди весь день в Хогсмиде.       Пока все были заняты своими предметами воздыхания, она вышла в коридор под предлогом того, что уже пошла одеваться.       Пара незамысловатых движений, и вот перед ней вновь знакомый почерк.       Захочешь получить обещанное, приходи сегодня в пять.       Ниже был написан адрес, по всей видимости, дома в Хогсмиде... Дома??? Это же точно не паб и вряд ли какое-либо публичное место. Гермиона стояла в полном замешательстве, однако сердце уже радостно колотилось от волнения.

***

      Гермиона, Рон, Полумна, Невилл, чуть дальше Гарри с Джинни и рядом Парвати с Лавандой — именно такой компанией они шли по просёлочной дороге. Все разговаривали и смеялись.       Войдя в Хогсмид, все начали решать, куда пойти. Однако глаза Гермионы упали на пару волшебников, отходящих от Трёх Мётел. Она могла узнать её со спины. Эту походку, эту фигуру... Она тут с самого утра? А рядом, видимо, младший Лестрейндж.. Ну хоть не старший.       — Гермиона, а ты что думаешь? — спросила Джинни.       — А? Простите, я отвлеклась.       — Мы думаем, что, пока все сытые, пойдем гулять по магазинам. А потом уже в Три Метлы, когда намёрзнемся и проголодаемся.       — Отличная идея, — сказала девушка, наблюдая, как фигура в чёрном пальто свернула с главной улицы.

***

      В целом день проходил достаточно весело. Но Гермиона не могла дождаться вечера.       И вот наконец. Они все выходят из Трех Мётел, расслабленные направляются к замку.       — Чёрт. Ребят, я забыла зайти в Писарро, мне нужно пару новых перьев.       — С тобой сходить? — спросила Джинни.       — Нет, нет. Я хочу ещё прогуляться.. тем более, у вас праздник, а со мной всё в порядке, правда.       — Ну ладно, тогда до встречи.       — Увидимся позже.

      На часах было уже без десяти пять, а ещё нужно было найти нужный адрес. Гермиона свернула с главной улицы и направилась вглубь деревни. Так далеко она ещё никогда не заходила. Здесь не было ни одного магазинчика или паба. На улице начинало темнеть, снег усиливался. А потому, как только она нашла нужный дом, не раздумывая ни секунды постучала в дверь.       Снаружи дом почти ничем не отличался от соседних. Разве что полностью занавешенными окнами. О, это как раз в стиле профессора. Кстати о профессоре.       Дверь отворилась, и на пороге она увидела Беллатрикс. Она была в красивом чёрном платье, явно не повседневном и без корсета. Волосы, как всегда, лежат идеально, осанка ровная.       Гермиона проскользнула внутрь, и старшая ведьма заперла за ней дверь. Подумать только. Любой из студентов младше третьего курса бы потерял сознание от страха. А внутри у Гермионы всё трепетало. Она сняла верхнюю тёплую одежду, в которой выглядела совсем не так красиво и аристократично, как Блэк выглядела... во всём. На Гермионе же был нежно бежевый свитер и кремовая юбка выше колена. Образ дополняли тёплые тёмно-серые гетры.       Блэк окинула её взглядом с головы до ног.       — Добрый вечер, — поздоровалась Гермиона с небольшой неловкостью в голосе.       — Ну привет, бежевая принцесса, — Лицо Беллатрикс растянулось в смеси улыбки с ухмылкой. Гермиона переступила с ноги на ногу. Кажется, кто-то уже не очень трезвый. Гермиона же выпила всего два сливочных пива с имбирём.       Они прошли из коридора в соседнюю комнату, которая оказалась столовой, совмещённой с кухней. Наверное, ни в одном из домов аристократов такого не встретишь. Поэтому Гермиону это удивило. Но, с другой стороны, это было по-настоящему уютно. Да и вообще, сам дом не отражал ту мрачную сущность Блэк, которой был наделён каждый уголок в её кабинете и личных покоях. Гермиона с самого порога ощутила тепло и уют... почти как дома.       Посередине столовой стоял прямоугольный стол, рассчитанный человек на четырёх. При более плотной посадке, может, на шестерых. Стол был накрыт красивыми нарезками и французскими блюдами?.. В любом случае это выглядело шикарно.       — Что-то ты какая-то неразговорчивая. Надо бы.. Грейнджер, — обратилась она к студентке строже, чем обычно, — если хоть одна живая, да и не живая, душа узнает об этом, — она достала из кухонного ящика одну из бутылок, — я лично позабочусь о том, чтобы ты стала приведением, — закончила ведьма, опуская на стол бутылку и два бокала.       — А, только об этом? А про всё, что было раньше, можно идти и хоть статью в пророк писать? — усмехнулась Гермиона, подходя к столу.       — Язвим, значит, — ведьма откупорила бутылку волшебной палочкой. Взгляд Гермионы упал на дату. 1947 год. Боже. Это вино старше самой Блэк. Она явно неплохо подготовилась к ужину, — ну ничего, лучше говори, чем молчи. Я планирую сегодня ещё много от тебя услышать.       — Как и я от вас, — пожала плечами Гермиона, садясь напротив Блэк.       — Старшие вперед, — Блэк подняла бокал, и Гермиона последовала её примеру.       — Ммм.. это очень вкусно, — смакуя сладковато-кислый напиток, протянула она.       — Я подумала, оно тебе понравится. Такое же сладкое и... Кхм, — она ещё отпила и поставила бокал, закусывая кусочком пармезана.       — Французская кухня? Это намёк на романтику?       — Это намёк на мою любимую кухню.       — Мою тоже...       — Я помню, — вырвалось у Блэк, видимо, перед тем, как она это обдумала.       — Что?       — Ты говорила что-то в этом роде, когда болтала про Францию. Я подумала, какой-нибудь буйабес — это банально, поэтому вот, — небрежно ответила Блэк.       Какое-то время они обе наслаждались вкуснейшим ужином, так как почти весь день ничего не ели. Вино в бутылке убавлялось.       — Вы сказали, что я могу задавать вопросы сегодня. И даже не буду заткнута на самом первом...       — Правильно. Но не обещала, что буду отвечать на все подряд. И вообще, повторюсь, старшие вперёд. Как ты достала книгу Снейпа???       Абсолютно точно было ясно, что этот вопрос мучал её всё это время.       — Ну... если честно, всё было проще, чем вы думаете. Я взяла её не у Снейпа, а у Гарри...       — Поттер?! Как? Как получилось то, что она была у него???       — В этом году Снейпу пришлось понизить планку по зельям. Раньше он брал на курс ЖАБА только тех, у кого превосходно, а сейчас.. — Гермиона закатила глаза.       — Да, я знаю.       — В общем, Гарри с Роном не покупали учебники, попали на курс и пришлось заказывать. Пока Макгонагалл откопала им школьные запасы и дала временно... Гарри решил следовать инструкциям и резко стал чуть ли не отличником. Снейп его, конечно, всё равно валит, но с идеальными зельями это сложнее. Ну, в итоге он отдал школе новый учебник, а этот оставил себе. Теперь чуть ли не спит с ним.       — Я так понимаю, он не в курсе, чьим инструкциям следует?       — Нет, конечно. Я тоже не знала, пока вы не сказали. Снейп тоже не знает, хотя, может, догадывается...       Блэк рассмеялась.       — Я бы посмотрела на их физиономии. Так. Ты же не одалживала её у Поттера?       — Нет, конечно. Он бы и не дал, и завалил бы меня вопросами. Я устроила им свидание с Джинни и...       — Он встречается с рыжей? Я думала, она нравится тебе.       — Кчх.... кх ччто?? — Гермиона подавилась фуа-гра, брови её сравнялись с волосами. Только спустя минуту, запив всё вином, она смогла говорить, — как вы?? С чего вы взяли, что мне вообще нравятся девушки? Тем более Джинни.       — Ну да, что-то я переборщила с рыжей, очевидно же, что ты любишь брюнеток.       — Никого я не... откуда такие выводы?       — А, ну, может, ты просто приходишь пьяная к каждому встречному и лезешь в мою постель...       — ЯЯЯ??? — она не заметила, как вскочила из-за стола.       — Ну, не я же. Раз встала, принеси мне из шкафа бутылку виски. Что-то вино надоело, я его тебе оставлю. В правом верхнем, та, что запечатанная.       Красная, как рак, Гермиона дотянулась до указанного шкафа, когда сзади к ней бесшумно приблизилась Беллатрикс. Как только девушка развернулась, она обнаружила, что руки её профессора облокачиваются на столешницу с обеих сторон от неё самой. Выход заблокирован.       — А ну-ка расскажи мне поподробнее, как тебе на меня все равно, — голос её был ниже и тише. Расстояния между ними хватило бы максимум на половину живоглота. Гермиона подняла глаза, случайно задержав взгляд на алых губах, а затем столкнувшись с глазами цвета оникса. В них поблёскивал опасный огонёк.       — Ч...что вы имеете в виду? — тяжело дыша, девушка пыталась сохранить спокойный тон.       — Пора бы уже признать, Грейнджер, что ты от меня без ума.       — Это смешно, профессор, — холодно ответила она.       — Смешно настолько, что у тебя ноги подкашиваются от смеха, Грейнджер, — прошептала она девушке почти в самые губы. Её дыхание было ровным, но, пожалуй, слишком глубоким. Она какое-то время наслаждалась властью над пойманной студенткой, затем усмехнулась и резко отстранилась, забирая бутылку у Гермионы, которая про неё давно забыла.       Блэк подошла к столу и, откупорив бутылку, налила себе жидкость янтарного цвета. Гермиона вернулась за стол и взяла свой бокал.       — Кажется, ты обещала заваливать меня вопросами, а по факту какая-то молчаливая. А я ведь ещё даже не пыталась заткнуть тебе рот...       — То есть это было у вас в планах?       — В случае с тобой это всегда в моих планах, потому что ты бываешь невыносимо болтливой и любопытной, просто я обдумываю лучший вариант.       — Сделаем вид, что я этого не услышала. Так что... — она сделала пару глотков вина, — Это ваш дом?       — Да. Не единственный и не основной, но мой.       — И давно..?       — С первого года работы в школе. Нужно же было куда-то сваливать от кучи детей, чтобы хоть иногда их не видеть.       — Но вы же любите свою работу.       — Работу - да, идиотов по типу твоих дружков - нет.       — Опять. У моих друзей есть имена.       — Разве после первого урока в семестре ты со мной не согласна?       — Давайте не будем о том, как вы унижаете моих друзей.       — Грейнджер, всё их существование — сплошное унижение, и я тут ни при чём.       Гермиона сжала зубы, но промолчала.       — Итак, вы купили дом чтобы отдыхать от школы. И часто вы тут бываете?       — Раньше почти всё свободное время. Сейчас сильно реже.       — Почему?       — Да не знаю. Раньше мы часто собирались компанией и отдыхали по выходным. Сейчас у всех стало больше работы, обязанностей, проблем... Повзрослели, короче. А одна я могу и в замке посидеть.       Неужели... ведьма только что призналась в том, что ей одиноко??? Блэк, которая всегда говорит о том, как её все достали? Ну, и, конечно, она была тут с Лестрейнджами и Краучем, как это Гермиона не догадалась сразу. Даже стол на четверых.       — И многие знают про это место?       — В школе только преподаватели. Те, с кем общаюсь.       — Макгонагалл и Снейп?       — Снейп? — чуть не подавилась Беллатрикс, — ты думаешь, что мы прям друзья??       — Ну... не знаю. Я просто попыталась представить, с кем из учителей вы можете общаться.       — Макгонагалл, да. Ну, думаю, ты и сама заметила. Флитвик тоже, но тут проблема в том, что они были и моими профессорами. Так что ты можешь представить, какое это общение. С Роландой можем поболтать, кофе выпить или даже полетать немного..       — Мадам Трюк? Ого.       — Ирма тоже вполне себе сносная, когда её ученики не выводят.       — Пинс??? Вот это очень неожиданно.       — Дамблдор... сложно сказать. Никогда не рассматривала его как потенциального друга, — посмеялась Беллатрикс, — ну, твоя любимая Вектор ещё ничего и Синистра.       — А профессор Стебль?       — О нет. Не знаю. Со школы ненавидела её предмет, копаться в земле точно не про меня. А к ней как-то нейтрально всегда относилась. К Хагриду и Помфри тоже нейтрально. А вот.. Трелони, Филч и Бинс точно нет. Там любви не случилось.       — Понимаю, — хмыкнула Гермиона, а в мыслях попыталась представить себе Беллатрикс на уроке травологии по уши в земле или засыпающую на истории магии.       Спустя какое-то время Гермиона заметила, что у неё кружится голова. А бутылка вина стоит пустая. В бутылке виски Беллатрикс нет только одной четверти.       — Всё? Поток вопросов иссяк? Я думала будет больше.       — Нет. Почему вы решили, что мне нравятся девушки? — вставая с места и направляясь в сторону Беллатрикс, спросила Гермиона.       — Сначала я думала, что это Уизли. Который идиот. Но потом поняла, что для тебя он уж слишком ущербный, поэтому подумала на его сестру, она вроде ничего такая...       Брови Гермионы поползли вверх. Она вновь напомнила себе Беллатрикс, продолжая подходить к ведьме.       — Способная девчонка, я имела ввиду... Боже. В нормальном смысле. Не ревнуй, Грейнджер.       — Хорошо. А с чего вы решили, что я без ума от вас? — процитировала она.       — Ну, тут вообще очевидно. Сколько вечеров ты проторчала у меня. Глаз с меня не сводишь на уроках. К Руди ревнуешь, зубки показываешь, с Краучем провоцируешь. Целоваться лезешь...       — Я??? Вообще-то вы.       — Ладно, с последним перегнула, конечно, я. Ты-то не сможешь, смелости не хватит.       — Я бы сказала, что у меня просто инстинкт самосохранения хороший. Но не в данный момент.       Блэк выгнула бровь в вопросительном жесте.       Гермиона знала, что завтра ей захочется умереть от стыда. Но сейчас ей было абсолютно всё равно. Резким движением она взяла бутылку виски у Блэк и нахально спросила:       — Вы же не брезгуете?       — Грейнджер, что ты... — начала Беллатрикс вставая со своего места, но Гермиона уже поднесла бутылку к губам и начала пить залпом большими глотками обжигающую жидкость, она пила столько, сколько могла, пока твёрдая рука силой не забрала у неё бутылку.       — Ты совсем уже рехну... — яростно начала возмущаться Беллатрикс, но не успела закончить фразу, так как её губы были настойчиво накрыты губами наглой гриффиндорки. Она впивалась в них с неимоверной страстью, проникая языком внутрь. Беллатрикс не сопротивлялась, о нет. Она пропустила внутрь шаловливый язычок и сама заигрывала с ним своим. Она ничуть не менее жадно отвечала девушке. Они стояли так, пока у обеих не закончился кислород. Гермиона оторвалась от невероятных губ ведьмы. Голова кружилась теперь вдвойне. Какое-то время они тяжело дышали. Потом Блэк опомнилась.       — И что это было?       — Это называется, вы решили взять гриффиндорца на слабо и, очевидно, про.... — у неё вдруг потемнело в глазах. Голова кружилась так, что она уже не понимала, где пол, а где потолок.       — Гермиона?? — услышала она обеспокоенный голос и поняла, что падает, но не на пол. Налету её хватают чьи-то сильные руки.

***

      Она открыла глаза. Полумрак, высокая большая кровать и тёмная шёлковая постель. Она поднялась на локтях и начала оглядываться. Вдруг слева над ухом раздался голос:       — Огневиски тут нет, можешь не искать, — она обернулась вбок и увидела сидящую на кровати рядом с собой ведьму с волшебной палочкой в руках. Очевидно, она привела её в чувство. Но ведьма не злилась, скорее ухмылялась, — Грейнджер, ты с дуба рухнула пить залпом? Это огневиски Блишена, он крепче. И вообще, ты второй раз в жизни пьёшь огневиски. Если я, конечно, всё знаю.       — Да.. Где мы?       — В моей комнате. Второй этаж.       Она что принесла её сюда сама??? Хотя, скорее всего, воспользовалась магией.       Блэк нависла над ней, всматриваясь в зрачки.       — Вроде ничего серьезного. Грейнджер? Ты что на меня так вылупилась?       — Вы такая красивая... — голова всё ещё кружилась, а вот виски походу начал действовать. Гермиона знала, что дальше кровати не упадёт, а потому вновь потянулась к губам профессора. Руки той не выдержали и она оказалась прямо сверху на ней. Гермиона жадно и неистово целовала ведьму, словно каждое мгновение боялась, что она вот-вот оторвётся, встанет и уйдёт, как уже было, когда они были в подобной ситуации. Но, кажется, Беллатрикс даже не думала отрываться. Она отвечала и отвечала со страстью. В данной позиции она явно брала верх. Впрочем, как и всегда.       Оторвавшись от Гермионы, она не отстранялась, продолжая лежать сверху. Опершись на одну руку, второй она убрала волосы с лица младшей ведьмы и чуть хриплым голосом спросила:       — Ну и что ты хотела этим доказать, глупая?       — Что меня лучше не брать на слабо, — прошептала Гермиона, смотря прямо в глаза цвета оникса.       — Ну, тогда твой план провалился с треском. Теперь я буду делать это чаще, — ухмыльнулась ведьма и вновь накрыла губы Гермионы своими пухлыми и горячими. Как жадно она её целует. В животе девушки уже, наверное, был миллион бабочек, а когда Блэк, не отрываясь от неё, переместила ногу между ног Гермионы и вплотную придвинулась к ней, бабочки разлетелись по всему телу до кончиков пальцев. Но тут Блэк разорвала поцелуй. Наверняка она почувствовала, какой горячей и мокрой была Гермиона.       — Ты так этого хочешь...       Это был не вопрос. Она провела рукой по щеке Гермионы. Девушка не выдержала и вновь впилась в губы женщины, сильно притягивая её к себе рукой, которая давно блуждала в густых волосах. Кажется, Белле сносило крышу от этого. Дыхание её сбилось, а нога плотнее прижалась к девушке... В этот момент Гермиона выгнулась навстречу приятному трению, а её бедра начали инстинктивно сжимать между собой приятный и горячий фрагмент женского тела. С губ слетел приглушенный стон, когда Блэк разорвала поцелуй и посмотрела ей в глаза.       — Нет, малышка. Ты знаешь, я не могу, — Гермиона яростно и с протестом резко задышала на подобное заявление, видимо, пытаясь возразить, но Блэк поцеловала её в шею, а затем, отстранившись, продолжила, — Не шипи на меня. Целоваться это одно, а вот всё, что дальше — уже совсем другое. Тебе нет семнадцати, поэтому нет, — сказала ведьма уже более строго и приняла вертикальное положение, вставая у кровати.       — Но мне будет семнадцать через полгода...       — Вот тогда и поговорим, как девчонка с девчонкой.       Всё тело Гермионы дико протестовало от потери контакта, но она взяла себя в руки.       — Сколько времени?? Мне же нужно быть в замке до отбоя!       — И опять же нет. Никуда ты не пойдешь в таком состоянии.       — Почему?? В смысле? — Гермиона села на кровати.       — Потому что мне не нужно, чтобы ты упала где-нибудь по дороге к замку, а ещё хуже, дошла туда и полезла целоваться взасос с Макгонагалл, — рассмеялась Блэк и толкнула девушку одним пальцем, отчего та упала на кровать, — спи. А то у Минервы будет слишком много вопросов к тому, кто так напоил её отличницу.       Спорить особого смысла не было. Тем более, что голова всё ещё кружилась. Гермиона закрыла глаза. Правда, вопреки ожиданиям, голова кружиться не перестала. Длилось это, однако, недолго, так как уже через несколько мгновений её затуманенный разум провалился в сон.