Сон

-мх, Крейг? — шепотом говорит едва проснувшийся Твик— ты чего?.. У Крейга понятие о личных границах, по ходу, врожденное.Крейг Такер не из тех, кто будет присаживаться на чужую постель, пока на ней кто-то спит. А вот сейчас сел зачем-то и сидит, глаз не сводит. Темных красивых почти черных глаз.Блондин как-то раз заглянул в них и охуел — будто провалился, будто ночь наступила и где-то далеко во тьме — костры. Не страшно, конечно — это же Крейг его парень, он не укусит и другим не позволитно. Вот и сейчас то же самое, как степь распахнулась, бесконечная и беззвездная. —Т-ты чего, Крейг? -повторяясь сказал Твик — Твиккк Никто не знает — а от этого перекатывающегося на языке «к» тает, как лед на солнце. Главное, чтоб Крейг этого не понял. — К-крейг? Рука на бедре — нет, серьезно? Гладит поверх одеяла, а потом уже — под ним, теплая на горячей со сна Твиковой коже. От поясницы вверх, по ребрам, потом обратно на бедро, едва заметно цепляя пальцем резинку трусов. Случайно? Конечно, случайно, не может же Крейг без его согласия такое делать. Крейг может.Такер откидывает одеяло и гладит Твиков живот и внутреннюю сторону бедер, там, где помягче и щекотно.Блондин выгибает, он запрокидывает голову и больше не видит темных глаз, не видит, что Крейг делает, и кусачий поцелуй в живот становится полной неожиданностью.Голубоглазый вытягивается, как пружина, до треска сжимает в руках простыню, дышит, дышит и ни о чем больше не спрашивает. Он обязательно спросит — потом. Сейчас он не станет ничего портить, что бы это ни было. Губы Крейга прикасаются к его коже короткими быстрыми поцелуями, будто воск капает со свечи.Твик дрожит и сжимает зубы. Крейг не прекращает, Крейг тянет резинку вниз, и дыхание блондина сбивается, он прихлопывает лодонью рот и широко открывает невидящие глаза.Единственное о чем думает Твик так это «что за пиздец творится?! " Да, понимает он, когда головка оказывается между теплых, чуть влажных губ, да, Крейг действительно делает это. С ним, с Твиком. С Твмковым членом. Как в его самых оглушительных фантазиях, о которых Такеру знать необязательно. О них никто не знает, разве что Твикова подушка и душевая лейка. Никто не знает, что он уже очень давно дрочит на Крейга так, что давно бы руки стер, будь такое реально возможным. Но как же Крейг догадался, откуда он знает, как Твик любит, как додумался мягко, вдумчиво облизать головку, а потом забрать сразу на всю длину — как это вообще у него вышло, Твик на размер не жалуется, не тренировался же он… А может, тренировался, мелькает в голове дурацкое, у спортсменов это в крови, отработать элемент, прежде чем выходить с ним на публику… боже, блядь, Такер, что же ты творишь!.. И тесно, и быстро, и невообразимо, Твик стонет в голос, почти кричит — да, Крейг, да, вот так, еще, блядь, еще… Он хочет запустить руку в темные волосы, погладить, сжать, но сил хватает только на то, чтобы держаться за простыню, как за последнюю опору. Тело горит, дышать абсолютно нечем, Блондин хватает воздух между стонами, как рыба на берегу, Твику хочется, хочется, хочется, длинно выдыхает он, выгибаясь от лопаток до пяток навстречу рту парня. Тот берет до конца, утыкаясь носом в живот, сгребает в горсть яйца, легко сжимает, и Твик с криком кончает.Крейг поддерживает его за бедра, пережидая дрожь и сбивчивые, захлебывающиеся стоны, потом отстраняется и гладит покрытый горячей испариной бок.Твик захлестывает любовью и нежностью. — К-крейг, — слабо говорит он и тянется ладонью к размытому лицу. — я… — Что, Твик? — спрашивает Крейг, и что-то здесь не так. На лоб ложится тяжелая прохладная ладонь, и Твик открывает глаза. — Крейг?! — Да Твик милый это я.Тебе что опять кошмар приснился? ты уснул и я услышал что ты стонешь, и зашел посмотреть. Твик оглядывается. Знакомая комната, темнота за окном. Точно, они вместе с Крейгом играли в приставку, и потом Такер куда-то отошёл, и Твик видимо уснул. Блядь, а если Крейг понял, что ему снилось?! — Милый что тебе снилось? — спрашивает Крейг.Нежно гладя по голове.Твик смотрит на него в поисках ответа на свой вопрос. Понял или не понял? Врать или уже поздно? — милый — Крейг выглядит смущенным, — мне показалось, ты зовешь меня. Произносишь мое имя. Вот. Вот же. Просто скажи — нет. Нет, тебе показалось.Крейг поверит. Он всегда верит Твику, поэтому блондин и не может ему врать. — Не показалось. —Твик смотрит в сторону, и лицо под волосами заливает пожарной краснотой. — Тогда… ты можешь рассказать, что тебе снилось? Нервотик поднимает голову и отчаянно смотрит в непроницаемо темные глаза. Может. Расскажет. Он пиздец как трусит. Но это же Крейг.Самый милый, добрый, заботливый парень на земле.Он поймет. Наверное. — Мне снилось, что ты мне отсосал. Ну, а как еще, как передать все, как рассказать, что было охуительно хорошо, что он бы душу и все кружки с кофе заложил, чтобы только Крейг на самом деле… Как это объяснишь? — Ну это же сон. Мне шестнадцать, у меня гормоны, я дрочить задолбался… А что дрочу на тебя Крейг, это неважно, с кем не бывает. Что сны с ним вижу, и не только порнуху, а иногда просто про то, как живем вместе, как волосы ему ерошу, как он готовит что-то, как нам хорошо, как… — Детка …А вот сейчас все кончится, верно? Карета превратится в тыкву, Твик в озабоченного пидора который только и думает о сексе, а Крейг — в бывшего лучшего парня. Внутри обрывается все, что было прикреплено нервами, венами и сухожилиями, и летит к хуям в черную дыру. Что он наделал, зачем сказал, врать надо было напропалую, Крейг все равно бы поверил… — Твик Может, еще не поздно отмотать назад, прикинуться идиотом, тупым шутником, верным учеником Клайда Донована? Который постоянно прикалывался и иногда сам не понимал в шутку он это сказал, или же всерьёз. — Милый а если бы я сделал это не во сне? — Ч-что? — переспрашивает Твик — Не во сне? Это как? Твик думал что Крейг сейчас пошлёт его.А тут такое — Вот так, — отвечает Крейг, накрывая ладонью его член под одеялом. В его глазах ночь и костры, и у Твика снова перехватывает дыхание. Он больно щиплет себя за руку и ойкает. Такер смотрит вопросительно. — Проверяю, — поясняет Твик. — Вдруг снова сон. Но нет, не сон. Самая охуительная явь. — Я не буду против, — отвечает он на предыдущий вопрос. — И будешь стонать мое имя? — Крейг наклоняется ближе, и блондин с головой тонет в его ночи, но не боится — подается навстречу. — «Крееейг» — так? — с вызовом выдыхает в губы. — С ума сведешь, Твики, — в тон отвечает Такер.Как пазл — сложилось. Утром в школе.На Твика и Крейга все странно пялится.Но Крейгу до этого небыло дело, от слова совсем.Что не скажешь о Твике — У него засос, — задумчиво замечает Токен — Нннна нем живого места нету— хмыкает Джимми. — Может, пойдем в столовую? — предлагает Клайд. Все молча соглашаются, что столовая — это неплохо. Коридор потихоньку пустеет.И все уже кажется забывают об этом случае.