Тайное желание

      В долгожданную пятницу наконец прозвенел звонок, возвещая о завершении учебного дня. Хината не могла не обрадоваться, что ещё одна школьная неделя позади, и впереди выходные. Она была особенно взволнована, поскольку завтра Ханаби исполняется шестнадцать, и она была рада отпраздновать день рождения сестры в кругу семьи и со своим парнем. Ещё одной причиной радоваться выходным для Хинаты было то, что это гарантировало пару дней вне школы, а значит, не надо беспокоиться о постоянных косых взглядах, перешёптываниях и тыканье пальцем, когда она проходила по коридору. Они с Саске официально встречались уже больше месяца, и она надеялась, что со временем всё уляжется. Но, чем дольше они были вместе, тем хуже всё становилось.       Хината знала, что не стоит этого делать, но регулярно проверяла блог сплетен и засиживалась допоздна, перечитывая снова и снова ужасные посты и комментарии о себе. В одних строили предположения, почему Саске выбрал именно её, и большинство из них сводилось к интимным подробностям или к чему-то тому, что она таковыми считала. Однажды она поискала в интернете значение неизвестного ей термина, и ей стало так противно, что она поклялась больше никогда этого не делать. Трижды сайт был заблокирован, и каждый раз Хинату наполняла надежда, что вот всё наконец закончится, но он обновлялся вновь с новыми постами о том, что это именно Хината пытается и не может заставить их замолчать. И хотя наличие этого блога уже было достаточным унижением, она стала находить угрожающие и оскорбительные записки в своём шкафчике и на электронной почте. Во время одного из уроков физкультуры из её сумки украли одежду, оставив на её месте записку, где её называли шлюхой, которой лучше не прятаться и ходить голой. Ей даже пришлось сменить номер телефона, потому что он разрывался от постоянных звонков и сообщений с неизвестных номеров.       А недавно дело дошло и до физического проявления. Пару раз ей ставили подножки и толкали в спину, когда она была одна. После нескольких таких случаев она старалась каждую секунду дня, когда это было возможно, находиться рядом либо с Тентен, либо с Саске. При них никто не осмеливался даже пытаться что-то сделать. Тентен знала о постах и некоторых записках, но Хината не рассказала ей об остальном. Втайне ей было стыдно, что она так долго позволяла этой травле продолжаться. Она держала это в себе, зная, что если покажет хоть каплю страха, на неё просто набросятся. И её мучители бесились именно потому, что она до сих пор держалась стойко внешне. Не важно, что она чувствовала внутри, Хината повторяла себе, что обязана не опускать голову и стоять прямо. Ей казалось, если она будет вести себя так, будто её это не задевает, и игнорировать их, они сдадутся и отстанут. К несчастью для неё, это лишь злило их ещё больше и заставляло писать посты о том, что она ведёт себя, словно лучше всех. Саске она держала в полном неведении обо всём, думая, что так будет лучше. Между ними всё складывалось замечательно, и Хината не хотела расстраивать его и вынуждать срываться, защищая её. Ей также не хотелось, чтобы он чувствовал, будто это его вина. Ведь всё было связано с завистью других, а не конкретно с ними.       Однако Хината начинала с ужасом думать о каждом новом учебном дне и уже считала в уме дни до выпускного. Если бы она не была так счастлива с Саске, она бы, возможно, подумывала о том, чтобы просто всё прекратить. Но их связь крепла с каждым днём, и потребовалось бы нечто гораздо большее, чем кучка завистников, чтобы её разорвать.       Хината зашла в туалет перед тем, как покинуть школу вместе с Саске, который ждал её у машины. Она уже собиралась выйти из кабинки, когда в туалет вошли две девушки и прямиком направились к зеркалу поправлять макияж. Хината замерла, услышав, как они начали говорить о ней.       — Ты видела Саске, стоящего у машины? Он такой сексуальный, я просто не могу. До сих пор не верю, что из всех девушек в нашей школе он выбрал эту Проститунату.       Хината поморщилась, услышав одно из коверканий её имени. Её называли «Проституната», «Потаскуната», «Хината Шлюга», и это лишь немногие из не слишком оригинальных имён, которыми её награждали в последнее время.       — Знаю, это полная бессмыслица. Максимум, на сколько он интересовался девушкой, — две недели. Что в ней такого особенного? Она даже не такая уж и симпатичная.       — Я слышала, это потому, что она позволяет ему делать с собой всё, что он захочет. Говорят, они трахались в каждом закутке школы, о котором только можно подумать. Я слышала столько всякого, что даже произносить мерзко. Все в шоке, что такая милая и добрая девочка оказалась такой шлюхой.       — А я слышала, что она забеременела и согласилась на аборт, только если Саске станет её парнем.       — Похоже на правду. С чего бы ещё ему соглашаться быть её парнем.       Хината не могла поверить в то, что эти девушки говорили о ней. Даже думать о том, что она могла бы пойти на что-то настолько ужасное только ради парня, вызывало у неё тошноту. Она могла бы остаться в кабинке и слушать, как девушки рассказывают всё новые выдуманные истории о ней, но Саске ждал. В этот момент всё, чего она хотела, — быть с ним и убраться как можно подальше отсюда. Она глубоко вздохнула и снова нажала на слив, чтобы предупредить девушек, что они здесь не одни. Их головы дёрнулись в сторону кабинки, и Хината распахнула дверь с такой силой, на какую только была способна. Она не знала этих девушек лично, да ей и не было дела до них; она отказалась удостаивать их даже мимолётным взглядом, когда решительно прошагала к раковине и вымыла руки. Чувствуя их взгляды на себе, словно они пытались прожечь дыры в её спине, она старалась не показывать спешки, чтобы не доставить удовольствия видеть, как они её задели. Она была уверена, что как только вышла из туалета, они снова начали обсуждать её. Хината шла по направлению к парковке так быстро, как только могла, и, пробегая мимо учеников к выходу из школы, почти не сомневалась, что услышала, как кто-то обозвал её шлюхой.       Когда она вышла, то сразу же увидела Саске. Его машина была припаркована в центре стоянки, а он стоял, прислонившись к капоту и пролистывая что-то в телефоне. Ей пришлось согласиться с теми девушками: даже когда он не старался, Саске выглядел сексуально. Будто почувствовав её взгляд на себе, он поднял глаза от телефона и усмехнулся, увидев, что она на него смотрит. Хината ничего не могла с собой поделать и огляделась. Вокруг было полно учащихся, спешащих домой или просто болтающихся поблизости и общающихся с друзьями. Она была уверена, что кое-кто из девушек здесь тоже пялился на Саске, но кто бы ни смотрел на него, он смотрел только на неё. Рядом с ним Хината всегда чувствовала себя увереннее, держалась немного прямее, ощущала себя чуть храбрее и смелее. Она всё ещё была расстроена после того, что услышала, и к тому же её нервировали все эти взгляды, которые она ловила на себе, пока шла по парковке.       Она подумала, что раз они всё равно будут глазеть, она могла бы дать им что-то, на что действительно стоит посмотреть. Саске выпрямился, когда она приблизилась.       — Ты гото…       Хината оборвала его, положив руку ему на затылок и приподнявшись на цыпочки, чтобы поцеловать. Саске не был любителем публичных проявлений чувств, но в тот момент ему было совершенно всё равно, кто их видит, поэтому он обнял её и углубил поцелуй. Когда они наконец оторвались друг от друга, Хината не осмеливалась смотреть куда-либо, кроме как на Саске. Он был единственным, кто имел значение в эту минуту.       — Я не жалуюсь, но что это было?       Хината пожала плечами, не желая разрывать их объятия.       — Просто захотелось. — Она снова потянулась к нему за поцелуем.       Саске не знал, что на неё нашло — она никогда не была настолько ласковой с ним в школе, — но он не собирался жаловаться на поцелуи со своей девушкой.       — Тогда, может, поедем к тебе и продолжим там?       Хината была уверена, если бы сейчас кто-то стоял достаточно близко и подслушал их, это только подлило бы масла в огонь циркулирующих слухов о её распущенности.       — Я бы с удовольствием, но сперва нам нужно забрать подарок для Ханаби.       Они сели в машину, и Саске гнал так быстро, как только мог, но был раздражён, очутившись в длинной очереди на кассе. Когда они наконец вышли из магазина, он всё ещё надеялся, что они успеют добраться до её дома и у них будет немного времени побыть наедине. Но все его надежды на хоть какие-то уединённые шалости с Хинатой рухнули, как только он припарковался перед домом Хьюга, а в этот же момент туда подъехала машина Неджи.       — Неджи приехал! — Хината не могла скрыть радости от возвращения брата, которого не было почти три месяца, и она была счастлива, что он пробудет дома несколько дней.       Хотя Саске и решил оставить прошлое в прошлом, когда дело касалось Неджи, он всё ещё не был в восторге от того, что его ждало в ближайшие пару дней. Неджи был той ещё занозой в заднице, когда они с Хинатой были просто друзьями, и Саске понятия не имел, чего ожидать теперь, когда он встречался с его младшей сестрой.       — Класс…       Хината же надеялась, что теперь, когда Саске стал её парнем, она сможет использовать эти несколько дней, чтобы полностью наладить отношения между ним и братом.       — Звучит не радостно.       — Твой брат не раз давал мне по лицу, думаю ты понимаешь, почему я не в восторге.       — То было раньше. К тому же, когда я рассказала Неджи, что мы встречаемся, он не разозлился.       — Хината, я присутствовал в тот момент, когда ты созванивалась с ним по видео-чату и сказала: «Ой, кстати, мы с Саске теперь встречаемся», а он простонал и ответил: «Фу, ты могла найти кого-то получше».       — Да, но он сказал это без злобы. А потом добавил, что рад, если я счастлива.       Саске слышал ту часть разговора, но не счёл нужным указывать, что после этих слов Неджи также добавил: если Саске сделает хоть что-то, что сделает её несчастной, он лично позаботится о том, чтобы о Саске больше никто никогда не слышал.       — Думаю, вам двоим нужно провести время вместе теперь, когда мы ничего не скрываем. Уверена, вы снова подружитесь.       Саске сильно в этом сомневался, но не видел необходимости разрушать её иллюзии.       — Ну, может, иногда и невозможное возможно.       Хината улыбнулась и, потянувшись, поцеловала Саске в щёку, прежде чем выйти из машины и побежать к брату, чтобы крепко его обнять.       — С возвращением, Неджи!       На лице Неджи сияла улыбка, когда он обнимал сестру.       — Я скучал, Хината.       Но его улыбка померкла, как только он увидел Саске, приближающегося к ним.       Саске заметил, что Неджи так же не рад его видеть, как и он сам его, но всё равно произнёс:       — С возвращением, Неджи.       Хината встала между двумя парнями, боясь пошевелиться на случай, если что-то произойдёт. Сначала Неджи выглядел недовольным, увидев Саске, и, вероятно, так бы и стоял, сверля его взглядом, если бы не Хината, молча умолявшая его глазами вести себя прилично. Неджи вздохнул и протянул руку.       — Да… рад тебя видеть, Саске. — Его слова прозвучали немного натянуто, но Саске всё равно пожал его руку.       Неджи достал свою сумку с заднего сиденья машины, но внезапно указал пальцем в сторону припаркованной машины Саске.       — Чья машина стоит за твоей?       Хинате даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, на какую машину он указывает. В последнее время это стало привычной деталью у её дома.       — Это машина Конохамару.       — Что ещё за Конохамару?       — Друг Ханаби. Он приходит к ней делать домашку.       Неджи закатил глаза.       — А, тот мелкий пацан из её класса? Удивлён, что он уже дотягивается до педалей.       Саске и Хината быстро переглянулись, следуя за Неджи в дом. Было очевидно, что Неджи давненько не видел Конохамару, который за последние несколько месяцев пережил скачок роста и теперь был почти наравне с Саске. А ещё они знали, что Неджи не подозревал о симпатии, которую Ханаби и Конохамару питали друг к другу. Хотя ни один из них пока не признался в этом другому, что Хината находила странным, ведь для неё это было так очевидно.       Войдя в дом, все трое направились к кухне, но замерли, проходя мимо гостиной. Они остановились, заметив Ханаби и Конохамару, целующихся на диване.       — Ханаби?! — Услышав голос брата, Ханаби резко оттолкнула Конохамару, и всё её лицо залилось ярким румянцем.       — Неджи?! Т-ты р-рано вернулся.       Конохамару, выглядя не менее потрясённым их внезапным появлением, попытался скрыть волнение, проведя рукой по волосам и выпрямившись.       — Неджи, рад тебя видеть, давно не виделись.       Неджи проигнорировал его любезности.       — Что здесь происходит?       Ханаби нахмурилась от тона, с которым говорил её брат.       — Мы просто занимались учёбой.       — Это не было похоже на занятия учёбой! Мне даже не показалось, вы целовались!       Хината не могла сдержаться и взволнованно взвизгнула, поскольку это был важный момент для её сестры.       — Ханаби, это же твой первый поцелуй! Я так рада за тебя!       Конохамару шокирующе отреагировал на это заявление.       — Это был твой первый поцелуй?       Ханаби на мгновение смутилась, глядя на него.       — Возможно…       Неджи был не так рад этому моменту, как Хината.       — Тебе не следует приглашать парней, когда родителей нет дома, особенно если вы только притворяетесь, что делаете уроки.       Она указала на раскрытые учебники и тетради на столе перед ними.       — Мы не притворялись, мы делали уроки! Просто устроили небольшой перерыв!       Саске склонился к Хинате и прошептал ей на ухо:       — Целоваться в перерыве между уроками — кто вообще так делает?       Хината не смогла сдержать улыбки в ответ, но постаралась не засмеяться, легонько толкнув Саске локтем.       — Ты, как обычно, слишком остро реагируешь, Неджи. Хината всё время приглашает Саске к себе, и они часами находятся в её комнате с закрытой дверью.       Саске закрыл глаза, не желая видеть убийственный взгляд, с которым, как он был уверен, сейчас Неджи повернулся к нему. Хината вмешалась, пытаясь разрядить обстановку.       — Ладно, ладно, не нужно тут обсуждать, кто, где и с кем. Извините, что прервали ваши занятия, мы лучше оставим вас двоих в покое.       — Она ещё слишком мала, чтобы оставаться наедине с парнем! — Неджи покачал головой, настаивая на своём.       Однако Хината не собиралась позволить Неджи и дальше портить этот момент для Ханаби.       — Неджи, давай поговорим на кухне. — Он открыл было рот, чтобы отказаться, но она твёрдо добавила: — Сейчас же.       Неджи неохотно последовал за Хинатой на кухню. Саске плёлся позади них, мечтая, чтобы они приехали на пять минут раньше, тогда они уже были бы в комнате Хинаты наедине и им не пришлось бы со всем этим разбираться. Как только они оказались на безопасном расстоянии от гостиной, Хината повернулась к брату и сильно ткнула его пальцем в грудь.       — Неджи, как ты посмел испортить такой момент для Ханаби! Это был её первый поцелуй, и он случился с парнем, который ей очень нравится!       Неджи смутился от явного чувства вины.       — А что мне было делать? Я был в шоке, понятно?       — Ты обещал, что постараешься успокоиться, когда дело касается твоей чрезмерной опеки как старшего брата. Это относится и к Ханаби.       — Я не был готов к Ханаби. Я только начинаю свыкаться с мыслью, что ты взрослеешь, и думал, у меня будет больше времени с Ханаби.       Хината вдруг начала испытывать сочувствие к нему. Должно быть, тяжело быть старшим братом для двух сестёр. Она знала, что он просто хочет защитить их и оберегает обеих, но иногда, как сегодня, выражает это не совсем правильно. Внезапно входная дверь дома открылась и закрылась, а через несколько секунд в кухню влетела Ханаби.       — Надеюсь, ты доволен, Неджи!       Ханаби выглядела расстроенной и была почти на грани слёз.       — Что случилось?       — Неджи спугнул Конохамару! Он просто сбежал отсюда. Теперь сомневаюсь, что завтра он придёт на праздничный ужин.       — Я уверена, он всё равно придёт. Он знает, что ты хочешь его видеть.       — Не важно, чего я хочу. Он понял, что Неджи его не одобряет. Я наконец нашла парня, которому, как мне казалось, я нравлюсь, а теперь, благодаря тебе, он больше не хочет иметь со мной ничего общего. — Ханаби отвернулась от них, пытаясь скрыть слёзы.       Неджи почувствовал себя в миллион раз хуже, услышав, как она шмыгнула носом; она никогда не плакала, и быть причиной её слёз лишь усиливало его чувство вины.       — Ханаби, прости. — Он попытался положить руку ей на плечо, но она тут же сбросила её.       Саске, который по большей части молча наблюдал, почувствовал необходимость вмешаться и сказать что-то Ханаби, с которой у него начала зарождаться дружба за то время, что они проводили вместе. Он положил руку ей на плечо, и её Ханаби не стала сбрасывать.       — Эй, если бы твой брат был способен распугивать парней, которым нравятся его сёстры, я бы сейчас здесь не стоял. Конохамару просто немного испугался, но я уверен, он всё обдумает и завтра придёт к тебе. Иначе он полный идиот.       — Спасибо, Саске. — Ханаби шмыгнула носом, смахнула слезу и выставила вперёд кулак.       Он кивнул, довольный тем, что его слова, похоже, помогли, убрал руку с её плеча и стукнул своим кулаком о её. Это был их недавний ритуал, и Хинату переполняла радость от того, что они сближались.       — Я пойду к себе.       Хината хотела пойти следом, просто чтобы убедиться, что с сестрой всё в порядке. Она взглянула на Саске, прежде чем последовать за Ханаби, которая уже направилась к лестнице.       — Я отлучусь на пару минут?       Саске перевёл взгляд на Неджи, который сидел за столом, свесив голову и обхватив её руками.       — Ладно, только не задерживайся.       Хината пообещала, что быстро вернётся, чмокнула Саске в щёку и побежала наверх в комнату Ханаби. Когда они остались вдвоём, Саске отошёл в гостиную, к месту где, как и в его доме, стоял хорошо укомплектованный бар. Он налил два стакана с крепким алкоголем и вернулся на кухню, пододвинув один к Неджи и сев напротив. Неджи поднял взгляд сначала на стакан, а потом на него.       — Подумал, тебе это сейчас нужно, — пожав плечом, сказал Саске.       Неджи на мгновение замешкался, но схватил стакан, и пробормотал:       — Спасибо.       Наверху Ханаби сидела на кровати, всё ещё расстроенная и крайне раздражённая ситуацией.       — Почему парни такие идиоты?! Они неделями ведут себя так, будто ты им нравишься, а потом убегают сразу после того, как ты их поцелуешь.       Хината забралась к ней на кровать.       — Так это ты его поцеловала?       — Да. Мы решили отдохнуть после домашки, и просто разговаривали. Я так устала ждать, когда он хоть что-нибудь сделает. Он ведёт себя так, будто я ему нравлюсь, постоянно делает всё то, что, по словам Саске, делают парни, когда кто-то им нравится, но так и не решался на шаг. И когда он спросил, что я хочу на день рождения, я думала только об одном, поэтому поцеловала его.       Хината изо всех сил старалась сохранять спокойствие, потому что Ханаби была явно расстроена, но ей ужасно хотелось начать прыгать на кровати от радости за сестру.       — Это так мило! Жаль, что мы вошли и испортили момент.       Ханаби вздохнула и понурила плечи.       — Наверное, это расплата за все те моменты, когда я застукивала вас с Саске. Просто жаль, что Неджи тоже пришлось это увидеть.       — Я считаю, ему не стоило кричать, но он отреагировал так, потому что был просто шокирован. Ты его младшая сестрёнка, и не думаю, что он уже готов увидеть, как ты целуешься с парнем. Но могу сказать тебе точно, он чувствует себя ужасно из-за этого.       Ханаби отвела взгляд и вытерла рукавом несколько слезинок.       — Так ему и надо. — На мгновение она замолчала, снова обдумывая произошедшее. — Наверное, это не полностью его вина. Если бы я действительно нравилась Конохамару, он бы остался и выдержал всё это, как Саске, когда Неджи донимал его.       — В защиту Конохамару скажу, что Неджи может быть очень пугающим. Мне кажется, он просто растерялся и решил, что лучше уйти. А в защиту Неджи добавлю, что он не напал на него. Мы обе знаем, что всё могло закончится куда хуже.       На лице Ханаби появилась лёгкая улыбка.       — Тут ты права. По крайней мере, он ему не врезал.       — Вот видишь, он учится.       — Ладно, дам ему поблажку, но только в этот раз. Нельзя, чтобы он снова перегибал палку.       Хината знала, что их брат напортачил, но по сравнению с тем, как он повёл себя, когда увидел, как Саске её целует, Ханаби ещё легко отделалась.       — Думаешь, я всё ещё нравлюсь Конохамару?       — Конечно. Я же до сих пор нравлюсь Саске, а Неджи бил его не один раз.       — У вас всё по-другому. Саске влюблён в тебя.       Настала очередь Хинаты смутиться. Она почувствовала, как её щёки запылали от одного лишь упоминания Саске и слова «влюблён» в одном предложении.       — Н-нет, это не так.       Ханаби закатила глаза. Она думала, что теперь, когда они официально встречаются, они перестанут отрицать свои чувства.       — Ой, да ладно тебе. Вы оба влюблены. Я вижу это, когда вы смотрите друг на друга. А в последнее время окончательно в этом убеждена. Да Саске практически живёт у нас.       Саске и правда проводил много времени в их доме с тех пор, как они начали встречаться, и Хината была рада, что её парню рады и его присутствие поощряют. Она не собиралась отказываться ни от одной возможности побыть с ним рядом. Но Ханаби была права. Хината осознала, что с момента их первого свидания она влюблялась в Саске всё сильнее и сильнее. Каждый поцелуй, каждое прикосновение, каждый взгляд заставляли её влюбляться в него ещё больше. Она считала, что после расставания с Наруто никогда больше не испытает подобного, и чуть не заплакала, когда впервые поняла, что это снова происходит.       — Как думаешь, это не слишком рано? — спросила Хината.       — А кто установил временные рамки для того, чтобы влюбиться в кого-то? Ты счастлива — это всё, что имеет значение.       Саске и правда делал её очень счастливой. Настолько счастливой, что она даже терпела травлю ради того, чтобы быть с ним. Те моменты, когда люди были жестоки к ней, забывались, стоило ей увидеть его или почувствовать его объятия или услышать, как он зовёт её по имени. Если это не доказательство её влюбленности, то она не знала, что это.       Тишину в комнате нарушил звонок телефона. Ханаби резко потянулась к нему, но замерла, вслушиваясь в рингтон.       — Это Конохамару.       Хината отчаянно замахала рукой в сторону кармана.       — Ответь!       Ханаби всё ещё немного колебалась, но вытащила телефон, нажала кнопку принятия звонка и включила громкую связь.       — Алло?       — Эм… — Конохамару на другом конце провода звучал очень нервно. — Слушай, прости, что убежал вот так. Я просто испугался, когда нас застукали. Это был и мой первый поцелуй.       Хината ахнула и прикрыла рот рукой. Ханаби поднесла палец к губам, призывая Хинату молчать.       — Правда?       — Да. Именно поэтому я не целовал тебя раньше, хотя очень хотел. Я сильно нервничал и думал, что у меня плохо получится, потому что я никогда раньше никого не целовал. К тому же, когда твои брат с сестрой застукали нас, было немного неловко. Не говоря уже о том, что Саске сверлил меня взглядом не меньше, чем Неджи, а когда двое таких парней смотрят на тебя убийственными взглядами, это очень пугает.       — Понимаю, после такого любой мог бы выбежать за дверь.       — Мне стоило остаться. Прости, что зациклился на своих мыслях и ушёл. Надеюсь, ты сможешь меня простить, и надеюсь, у меня будет ещё один шанс поцеловать тебя снова. Надеюсь, очень скоро.       Ханаби подняла взгляд от телефона и увидела, как сестра улыбается, и хотя было приятно видеть, что она рада за неё, Ханаби хотела поговорить с Конохамару наедине и жестом показала, что Хинате пора уходить. Хината поняла намёк и покинула комнату, оставив Ханаби одну.       Внизу Саске и Неджи молча выпивали, пока внезапно Неджи не произнёс:       — Тебе повезло, что у тебя нет сестёр.       — Ага, я это давно понял. — Снова повисла тишина, и Саске, возможно, так бы её и оставил, но он знал, что Хината хотела, чтобы они ладили лучше. Он сделал глоток и попытался: — Но тебе повезло, что у тебя очень хорошие сёстры.       — Да. — Неджи ненадолго замолчал, делая ещё один глоток. То, что Ханаби была расстроена, действительно его задевало, но не меньше его задевало то, как положительно она отреагировала на поддержку Саске. — Просто поверить не могу, что ты приятен моей сестре больше, чем я.       — Ну, ведь мы с ней встречаемся.       Неджи прищурился на саркастичное замечание Саске.       — Я имел в виду Ханаби.       — О, ну тогда определённо. — По злобному косому взгляду Неджи Саске понял, что тот не настроен на юмор. — Шучу. Ты её старший брат, и не важно, насколько я лучше тебя, в конечном счёте она всегда будет ждать твоей поддержки. Просто сейчас ты облажался, потому что испортил её первый поцелуй.       — Как думаешь, она меня простит?       — Ханаби крепкий орешек, но она во многом похожа на Хинату, а у сестёр Хьюга есть дар прощать. Всё, что тебе нужно сделать, — это извиниться и признать, что ты вёл себя как придурок. И поскольку ты реально придурок, то легко справишься.       Неджи усмехнулся.       — По себе судишь, полагаю.       Саске поднял стакан.       — Выпьем за это.       Хината вернулась на кухню как раз в тот момент, когда стукнулись их стаканы.       — Похоже, вы здесь неплохо проводите время. — Она подошла ближе к столу. — Но вы уверены, что выпивка — хорошая идея… после прошлого раза…       Неджи залпом опрокинул стакан и стукнул им об стол.       — Я пью один. Как там Ханаби?       — Успокоилась, особенно после того, как уладила всё с Конохамару. Но тебе всё равно стоит поговорить с ней позже, извиниться и пообещать быть добрее к Конохамару завтра.       Неджи заметил напористость в голосе сестры. Впервые он обратил на это внимание чуть раньше, когда она непривычным тоном потребовала, чтобы он вышел на кухню. И это была не единственная перемена, которую он увидел; он замечал во время их видеозвонков, как Хината становилась всё увереннее и в том, как она говорила, и в том, как двигалась. А теперь она проявляла настойчивость — черту, которую раньше показывала редко. Он думал, что это просто связано с её взрослением, но по тому, как Хината смотрела на Саске, Неджи полагал, что именно Саске влиял на неё. Хотя он ещё не был готов признать это вслух, он начинал думать, что, возможно, их отношения не производят впечатление чего-то ужасного.       — Да, я так и сделаю. Не хочу в ближайшее время снова быть в ссоре с сестрой.       Неджи извинился и поднялся к себе, оставив Хинату с Саске вдвоём на кухне. Как только Хината услышала, что шаги брата стихли, она обвила руками шею Саске и потянулась за поцелуем.       — Спасибо.       Саске притянул Хинату, и она оказалась между его ног.       — За что?       — За то, что пытаешься ладить с моим братом и за то, что поддержал Ханаби.       — Я знаю, что ты хочешь, чтобы я поладил с твоей семьёй. Это меньшее, что я могу сделать, видя как тебя любит моя семья.       Услышав, как Саске произносит слово «любит», сердце Хинаты забилось быстрее; она не могла не задаться вопросом, полюбит ли Саске её когда-нибудь. Однако её мысли оборвались, когда она вспомнила, что был один Учиха, который вряд ли её любил.       — Думаю, твой отец не очень хорошо ко мне относится. Странно осознавать, что спустя столько лет он меня ненавидит.       — Он не ненавидит тебя. Он ненавидит меня за то, что я с тобой. И я рад, что его не было дома несколько недель и мне не приходилось слушать его комментарии.       Хината тоже была этому рада. Она не видела Фугаку с той ночи, когда стала свидетельницей того, как он орал на Саске, и не сильно хотела его видеть. К несчастью, он возвращался именно сегодня и завтра будет присутствовать на дне рождения Ханаби. Как бы сильно ей ни хотелось избежать общества Фугаку, ещё меньше ей хотелось, чтобы рядом с ним оставался Саске.       — Слушай, почему бы тебе не остаться на ужин? А после мы могли бы включить какой-нибудь фильм в моей комнате и… не смотреть его, — предложила она.       Саске, свободно обнимавший Хинату за талию, опустил руку ей на поясницу и притянул ближе.       — Звучит как идеальный вечер, но я не могу. Сегодня мама хочет, чтобы я был дома на ужине.       Хината скользнула руками вниз по его плечам, затем по груди, нащупала его галстук и медленно прошлась по ему пальцами.       — Может, я могу пойти с тобой и поужинать у вас? Думаю, твоя мама не будет против.       — Ей бы это очень понравилось. Но сегодня вернулся твой брат, и я уверен, твои родители хотят, чтобы вы собрались все вместе.       — Ладно. — Хината старалась не показывать, насколько она расстроена, но это было очевидно. Особенно заметно стало, когда она опустила голову, избегая его взгляда.       Саске понимал, почему она хотела, чтобы они провели вечер вместе. Он был уверен, что к тому моменту, как доберётся до дома, его отец уже будет там. А она по-своему пыталась защитить его от неизбежной ссоры, которая непременно должна случиться.       — Со мной всё будет в порядке, Хината. — Она ничего не ответила, и Саске понял, что его заверение её не успокоило. Он приподнял её голову за подбородок, чтобы встретиться с ней взглядом. — Всё будет хорошо. Но если тебе от этого станет легче, обещаю, что если случится что-то плохое, я позвоню тебе. Не могу пообещать, что захочу много говорить — или вообще говорить — но я был бы не против услышать твой голос.       Теперь его слова подействовали, и Хината обрадовалась, что даже если он не позволял ей быть рядом с ним физически, он предложил другой способ поддержать его. Она кивнула и придвинулась ближе для объятий. Саске был доволен, что они смогли прийти к соглашению, и крепче прижал её к себе. Пока они стояли в объятиях друг друга, он размышлял о том, что пока он с Хинатой, что бы ни думал его отец, это не имеет значения.

***

      Когда Саске добрался до дома, он почувствовал присутствие отца ещё до того, как открыл дверь. Оно было почти удушающим, словно способным высасывать воздух из комнаты. Он почти подумал развернуться и отсидеться в машине, но решил, что лучше покончить с этим сейчас. Как только он переступил порог, из гостиной выглянула мать.       — Саске, ты вернулся! — Она повернулась в сторону гостиную. — Фугаку, Саске дома.       Он глубоко вздохнул, прежде чем войти в гостиную и посмотреть на отца, сидящего в своём любимом кресле. Хотя он и был дома, выглядел он так, будто не хотел здесь находиться. У его ног лежала стопка папок, и он перелистывал одну из них на коленях. Очевидно, у него была ещё куча работы, но мать настояла на семейном времени, раз уж он так долго отсутствовал. Это явно было компромиссом, который Саске принимал, ведь в данный момент Фугаку занимался очень громким делом.       — Здравствуй, отец.       К его удивлению, Фугаку оторвал взгляд от бумаг, которые просматривал.       — Здравствуй, Саске. Как твои дела?       — Нормально.       Микото вмешалась, недовольная его односложным ответом.       — Саске, не скромничай! Он снова получил одни пятёрки, и пребывает в прекрасном настроении благодаря его новой девушке, Хинате.       Фугаку снял очки, понимая, что не сможет вернуться к работе так быстро, как ему хотелось бы.       — Да, твоя мать сообщила мне, что пока меня не было вы с Хинатой начали встречаться.       Саске ничего не ответил. Он не собирался говорить с отцом о Хинате. Микото ярко улыбнулась и сжала плечо Фугаку.       — Разве это не чудесно? — Из кухни донеслись пикающие звуки, и Микото убежала проверять ужин.       — Кажется, она счастлива, что это происходит.       — Как и все остальные, — пробормотал Саске себе под нос, неловко переступив с ноги на ногу, с противоположной стороны гостиной.       Фугаку всё равно услышал его бормотание.       — Удивительно, но это так. Когда я обсуждал это с Хиаши, он тоже казался довольным.       — Ты обсуждал это с Хиаши?       — Да. Я пытался убедить его пересмотреть ваши отношения и повлиять на Хинату, потому что ты слишком упрям, чтобы прислушаться ко мне.       Внутри Саске будто щёлкнул переключатель, когда он услышал, что его отец пытался разрушить его отношения. Внезапно он почувствовал, как в нём закипает ярость, ему захотелось преодолеть, разделяющее их с отцом расстояние и крикнуть ему прямо в лицо.       — Как ты смеешь совать нос в мою личную жизнь?!       Не привыкший к такому отношению, Фугаку в гневе захлопнул папку и швырнул её на стопку, поднимаясь с кресла.       — Ты не будешь говорить со мной в таком тоне, Саске. Я твой отец, и я имею право голоса в том, с кем встречается мой сын. Особенно когда ты делаешь это назло мне.       — Мы вместе, потому что оба хотим этого! К тебе это не имеет никакого отношения!       — И поэтому ты начал встречаться с ней после того, как я велел тебе всё прекратить. Не думай, что ты такой уж умный. Возможно, так ты пытаешься отомстить мне за то, что неверно истолковал мои слова в наш последний разговор.       Саске очень не хотелось обсуждать тот разговор; он и так жалел, что упомянул об этом перед Итачи.       — Не знаю, как можно было это неверно истолковать.       — Видишь ли, я имел в виду, что твоя мать хотела второго ребёнка, когда я планировал только одного. Однако, когда мы узнали, что она снова беременна, и что будет мальчик, я быстро свыкся с мыслью передать наследие двум сыновьям. — Фугаку говорил так, будто произносил заключительную речь в зале суда, очень профессионально, но всё же с долей эмоций, которые Саске казались напрочь фальшивыми. — Вот почему я твёрдо убеждён, что из ваших отношений с Хинатой не выйдет ничего хорошего. Я знаю, ты любишь воображать меня каким-то монстром, но я пытаюсь уберечь тебя от унижения, которое неизбежно наступит, когда Хината тебя бросит.       Они едва начали говорить, но Саске уже был на пределе. В своём представлении о мире Фугаку считал, что он лучше всех знает, что правильно. Они могли бы бесконечно спорить об этом, но Саске знал, что отец никогда не уступит, поэтому решил закончить это за них обоих.       — Мне плевать на твои убеждения. Ты не знаешь её и уж точно, чёрт возьми, не знаешь меня. И это последний раз, когда мы говорим на эту тему, потому что ты ничего не сможешь сделать, чтобы заставить нас с Хинатой расстаться. — Он видел, что отец собирается что-то добавить — ему всегда нужно было оставить последнее слово за собой, — но Саске быстро покинул гостиную и поднялся по лестнице. Оказавшись в своей комнате за закрытой дверью, он вытащил телефон и набрал номер Хинаты.