Не могу простить

Комиссар направлялся в поселение сейчас, закончив все дела в городе. Полностью погружённый в мысли, Дейв не мог не думать обо всём сразу. На улице смеркалось в его планах было добраться домой и провалиться в безмятежный сон, в надежде на более спокойный завтрашний день. Совсем скоро начнутся комендантские часы, Лололошка шёл быстро, вечерняя суматоха в какой-то степени успокаивала комиссара. По крайней мере, не он один сейчас спешит куда-то. От беспокойных мечтаний отвлёк до боли знакомый силуэт. Блондинистые волосы и костюм поэтессы с жёлтыми вставками зацепил взгляд парня. Он решил отвлечься от насущных проблем и незамедлительно подбежал к подруге. Хотя назвать её так было достаточно сложно. Можно сказать, они были квиты. Тори обманывала Лололошку, на что он ответил тем же, воспользовавшись ей. На деле, его до сих пор терзали сомнения на счёт девушки. Блондинка и правда симпатизировала комиссару, и он знал, что поэтесса следила за ним не по собственной воле. Дейв сильно волновался по этому поводу, ведь он и правда мог доставить девушке столько проблем из-за того выступления. Комиссар окликнул Тори, подойдя ближе. Она озадаченно смотрела на Ло, и, подумав пару секунд, ответила. — Ох, вы наверно за автографом? Извините, я сейчас очень спешу... Давайте в другой раз? Девушка мило улыбнулась. Она выглядела так добродушно и легко, будто и правда не помнит всего, что произошло за то время. Не самые приятные воспоминания, но всё же грели в комиссаре надежду. За их знакомство он успел привязаться, олхадеть и отвергнуть несчастную Тори. Он долго думал об этом после их расставания. — Да, верно... А знаете, давайте- Он не успел договорить, как девушка уже убежала. Дейв лишь печально проводил поэтессу взглядом, застыв на месте. — Зафиксировано повышенное содержание адреналина в организме. Лололошка, ты волнуешься на счёт Тори? Внутренний модуль повторял всё так же ритмично и безэмоционально, как и всегда. Комиссар нервно сглотнул, сжимая руки в кулаки. Его охватила резкая волна сожаления. Он раскаивался перед Тори. Совершенно искренне хотел бы попросить прощения. Но она не вспомнит Лололошку, как бы тот не старался. Мироходец чувствовал всю безнадёжность ситуации и от этого становилось только хуже. Он попытался глубоко вдохнуть, после чего продолжил свой путь в поселение, успокаивая себя тем, что обдумает ситуацию уже в более спокойной обстановке. Дейв, уже лёжа на на своей кровати, старался разобраться в своих чувствах. Он был слишком прямолинейным человеком, чтобы отрицать, что и правда что-то чувствует к поэтессе, но каждая мысль противоречила следующей, путая клубок эмоций всё больше. Следующие несколько часов комиссар пребывал в состоянии апатии, совсем отклонившись от изначальной идеи, затрагивал даже темы уже очевидные. Сегодня ничего не хотелось больше. Он уже было хотел выключить настольную лампу и пропустить следующие 9 часов во сне, как в голове снова раздался электронный голос его пет-ассистенки, а перед глазами возник силуэт внешнего модуля. — Лололошка, всё в порядке? Твоё отношение к Тори можно идентифицировать, как... Привязанность. Тебе стоит... Парень молча пялился в потолок, заумные наставления Райи казались монотонными и бессмысленными. Чем больше он вслушивался в монолог своей ассистентки, тем больше Дейву казались её речи бессвязными. После прослушивания результатов всех анализов психического состояния мироходца, Лололошка перевернулся на живот и обнял подушку. Райя сменила эмоцию на дисплее на более печальную и замолчала, оставив его на едине с самим собой.