Сердца алых драконов

Она не выходит, ведь кожу сожжёт Безумное солнце ей жить не даёт Поёт, она всегда поёт Пока солнце не взойдёт И когда поздно и все легли спать — беги Ты так хотела всё посмотреть — смотри Книжка всё круче, ты вышла из дома — зачем? Утро так скоро и ты вернешься ни с чем .............................................. С соседкой мы съездили в травмпункт. Там нас ещё раз убедили в том, что нога сильно повреждена и на восстановление уйдёт много сил и времени, и то, ничего может и не получиться... Вечером приехала мать. Всё же, эта дама снизошла до того, чтобы посетить своих детей. О, как она добра. Я сидела в своей комнате, читая книгу. На ноге уже белел гипс, у кровати стояли костыли, которые мне выдали в больнице. Мать выглядела какой-то потерянной, но злой и грустной. К сожалению, злоба перекрывала все прочие эмоции, так что хорошего ждать не следовало. Я нехотя оторвала от страниц романа глаза и перевела взгляд на мать в дверях. —Ну что, допрыгалась? —прекрасное начало диалога. —Здравствуй, мам. А ты допрыгалась до чего? Что ж ты вернулась? Как там твой хахаль? —я даже не стала сдерживаться. Словами не передать, насколько я была на неё зла. Женщина, которая разрушила семью, бросила собственных детей. После моих слов её лицо вытянулось, а глаза чуть не вылезли из орбит. —Да как ты смеешь так разговаривать с матерью?! Я пришла специально для тебя, а ты, такая нахалка, даже не можешь нормально меня встретить?! — я демонстративно закатила глаза и уткнулась в книгу. Господи, вот бы она поскорее свалила отсюда. —Значит так, я, как настоящая мать забочусь о вас! Так что, ты, поедешь в интернат! Серёжа для тебя всё сделал... Мы вместе! Твои братья теперь тоже будут жить в специальных школах, так что дом будет свободен для нас..—она ухмыльнулась. Как же это, чёрт возьми, было мерзко! Этот Сергей, её новый муж, так сильно изменил ее. В плохую сторону. Отдать всех детей, буквально выгнать из дома! Вот ж сука.... —Собирай вещи. Серёжа тебя отвезёт послезавтра. Братьям своим передай это же. И она развернулась, гордо уйдя из комнаты. Меня просто распирала ненависть. Я прошептала, хотя хотелось прокричать: ~да чтобы с лестницы упала, идиотка. Подавись своим домом... И Господи, кто бы ожидал, что через миллисекунду после сказанного мной, женщина спотыкается, падает на три ступеньки вниз и закашливается! Поразительно... Я радостно вылупилась на встающую и потирающую бок женщину, которая что-то бурчала под нос. ............................................... Минут пять я лежала на кровати и пыталась всё осмыслить. Расстаться с братьями и бросить дом? Неужели это и есть моё исполнение новогоднего желания "сделать жизнь ярче, необычнее и красочнее". Ну, прекрасно. У двери стоял чемодан, явно заранее заготовленный. На нём виднелась бирка с моим именем. Большие изящные зеленые буквы, выведеные зелёным маркером. "Марго" гласила надпись. Никогда не любила своё имя, и считала, что оно мне совершенно не подходит. Я с трудом затащила чемодан в комнату, и решила сходить умыться холодной водой, дабы прийти в себя. Доковыляв на костылях до ванной комнаты, я щелчком включила свет, и опираясь на раковину поймала равновесие. Я взглянула в слегка запачканное зубной пастой зеркало. В отражении была, как ни странно, я. Светло русая с пепельным оттенком, как и вся моя семья, девушка, с волосами чуть ниже плеч. Чёрные глаза, веснушки, покрывающие все лицо от щек до лба. Лёгкий румянец, неровный нос, из-за того что в детстве по мне прилетели качели. Я усмехнулась, включила кран и умыла лицо холодной водой. Мне было страшновато покидать дом, в котором я выросла, научилась ходить, сказала свои первые слова. Интернат - абсолютно другое место. Там ты не один, там даже нет твоих родственников, лишь незнакомые люди. А вдруг, я с ними не сдружусь?... В дверном проёме появились два моих брата-близнеца. Мартин и Матвей, они всегда были теми людьми, с чьих лиц не сходила улыбка. Но сейчас, всё было по-другому. Парни грустные, даже, безэмоциональные, стояли один за другим и смотрели на меня из-под лба. Смотрели даже не напрямую, а через отражение в зеркале. —Ты же знаешь, верно?.. —полушепотом спросил один из них. Я развернулась, держась за раковину, и кое-как кивнула, сдерживая слезы. Близнецы подлетели и заключили меня в крепкие объятья. Они глубоко дышали, и было понятно, что тоже чуть ли не плачут. Они отстранились, держа меня каждый за одно плечо, и одновременно сказали: —Но мы всегда будем с тобой, слышишь? Никогда про это не забывай, —и они еле-еле приподняли уголки губ, изображая улыбку. Я кивнула и обняла их еще раз. ........................................................ Весь вечер я ворочилась на кровати. Чемодан, сумка и маленький рюкзак уже ждали меня у двери. Я смотрела на них, а они будто в ответ пилили меня взглядом. Когда я поняла, что уже схожу с ума пялясь на сумки, я развернулась на другой бок, накрылась одеялом с головой, и в какой-то момент уснула.... ............................................... (Сон) Темнота. Крик. Распахиваются глаза с рыжеватыми ресницами. Глаза, цвета чая, с зелёной крапинкой. Из глаз хлынули слёзы, а после и сами глаза куда-то утекли, сомкнув веки. Резкая вспышка света, огонь, и я уже будто в небе, лечу над крышами домов, кружась в воздухе. Мимо пролетали птицы, но я гордо их обгоняла. Вдруг какой-то звенящий звук и копошенье рядом:что это, что в небе может так шуршать и звенеть? ............................................. Звенело не в небе, а у меня на тумбочке. Утро, 7 часов. Лучики Солнца проникали сквозь шторы, освещая для меня в последний раз опустевшую комнату. На полу лежала заранее заготовленная мной одежда, сложенная в стопочку. Я зевнула, потерла глаза и стала одеваться, вспоминая сон. В этот день я решила надеть самую дорогую одежду для себя, совсем не в смысле цены. Платье, которое мне много лет назад подарила бабушка. Тогда оно мне было очень сильно велико, а сейчас идеально сидело на мне, подчеркивая все достатки, скрывая всё, что было не идеально. Жёлтое платье с слегка объемными рукавами. У воротника был маленький бантик голубого цвета. Оно выглядело немного детским, но таким родным. Я посмотрела на себя в зеркало. На ноге был уже не белый гипс:я зачем-то изрисовала его черными полосками, так что издалека кто-нибудь полуслепой мог принять это за полосатый чулок, а на второй был уже настоящий. Мило. Я покостыляла к двери. Там, почти одновременно со мной, из спален вышли братья. Они помогли мне спустить чемодан, а затем оценили взглядом. Их оценка была максимально позитивной! Парни сказали, что я выгляжу просто чудесно, и я не могла поспорить. В такой плохой день, я выглядела как никогда хорошо. Мы позавтракали овсяной кашей, к дому подъехала серая машина с маминым любовником. Я с братьями одновременно сморщила нос, показывая свое недовольство. Поев и убрав тарелки, мы уже готовились выходить. Последний раз мы осматривали это место. Прощались с этими комнатами, прощались друг с другом. В машине из глаз покатились слезы. Матвей и Мартин сидели по бокам от меня и пытались успокоить, но ничего не выходило. На переднем сиденье сидел Марк, и он максимально отодвинулся от водителя, сидевшего рядом. Отодвинулся так, что чуть ли не слился в одно целое с дверью автомобиля. Машина тронулась, мы уезжаем...