Трудности выживания в Тейвате

— Вот ваша комната. Освободите её ровно в шесть часов вечера. В дальнейшем сотрудничестве Верр Голдет просит вас привести ваши документы в порядок. Приятного отдыха, господин Ван Хэпин. Хорошо отдохните и больше не перенапрягайтесь, — официантка поклонилась и поспешила вернуться к своей работе. Саша в оцепенении проводил взглядом девушку, скрывшуюся за дверью его номера. После приятного ужина под открытым небом, официантка подошла к его столику, чтобы забрать посуду и поинтересоваться, не хочет ли дедушка поселиться в их гостинице. Растерявшись, он неловко кивнул, вжавшись в стул, словно забитый щенок, не сразу осознав, что его приняли за старика. Официантка попросила проходящую мимо её коллегу проводить «дедушку» до ресепшена, а сама поспешила обслужить другого гостя. Подошедшая официантка поздоровалась с Сашей и положила свою руку ему на спину, помогая другой, аккуратно обхватив его за локоть, встать. Тёплая ладонь обожгла его сердце, бешено стучавший в грудной клетке, словно несчастная пташка, жаждущей свободы. Его забила мелкая дрожь. Он нехотя встал из-за стола, и девушка, не убирая руки, помогла дойти до ресепшена. Всё происходило так быстро, что парень не заметил, как оказался у стойки и его несколько раз спросили, на сколько он снимает номер и в какую стоимость. Паника росла, дышать становилось всё трудней. Держа себя из последних сил, Александр трясущейся рукой положил кошелёк на стол, случайно прихватив из сумки ещё какие-то бумажки. В голове туман, ноги еле держали, всё тело била сильная дрожь, лишь тёплая ладонь на спине связывала его с этим миром. Пришёл он в себя только услышав щелчок дверного замка. Из-за удачно сложившихся обстоятельств, когда он доставал из сумки кошелёк, те бумажки, которые случайно прихватил, оказались очень важными документами, удостоверяющие личность. К счастью, его не просили снять капюшон и показать лицо. Видимо, он помимо хорошего бегуна ещё и неплохой актёр. Или это он так сильно постарел из-за стресса, что изображать ничего не пришлось. Быстро закрыв дверь на ключ, парень опёрся на неё спиной, съехав вниз. Скинув капюшон и маску, Шура глубоко задышал, вытирая рукавом пот на лице. Хиличурл просидел не менее получаса под дверью с закрытыми глазами, не веря в происходящее. — Н-ну и ну… — еле слышно просипел Саша. Опешив, он схватился за горло. «У меня голос давно не пропадал во время паники» — удручённо парень поднял одно колено, чтобы упереться в него лбом. Шура понимал, нужно всего лишь переждать. Спустя ещё час, успев немного подремать, его пробуждению послужили чужие шаги за дверью, проходящие мимо его двери. Резко подорвавшись и накинув капюшон, он с опаской уставился на дверь, словно вот-вот и его обман раскроют. Только шаги затихли, Саша облегчённо выдохнул и попытался вспомнить последние события, как он, не вызвав отвращения и паники, очутился там где он сейчас есть. На спине по-прежнему чувствовалась тёплая ладонь, и это трепетное ощущение приятной щекоткой отозвалось в его сердце и чуть ниже грудной клетки. Впервые он испытывал подобное. «Надеюсь как-нибудь рассмотреть эту девушку и отблагодарить. Может подарить ей цветы или угостить?» — чувство заботы и интереса заполонили все мысли Саши, наполняя решимостью. Выдохнув, он снял обувь, отряхнул от пыли, и аккуратно поставил их у стены. Перед ним в центре комнаты располагалась одноместная кровать с белым постельным бельём, небольшой узкий шкаф светло коричневого оттенка, такого же цвета круглый стол в центре комнаты и стулом с квадратной высокой спинкой, и дверь, ведущая в другую комнату. Саша, со спокойным выражением лица, смотрел в пространство перед собой, не двигаясь с места, словно баран перед новыми воротами. Сняв плащ, бережно повесив его на спинку стула, он с разбегу плюхнулся в кровать, словно собака осенью в кучу листьев. Александр обнял подушку, укутался в одеяло, глубоко вдыхая аромат свежепостиранного белья. От удовольствия у него даже помутнело в глазах. Александр ещё некоторое время повалялся, но вспомнив важную деталь, быстро подбежал к окну, немного полюбовавшись широкими и живописными краями чудесной страны, резко задёрнул шторы. Лучше никому его не видеть. В наступившей тьме, он плюхнулся обратно в постель, раздеваясь догола. Хоть он провёл большую часть времени полуголым, но ощущать мягкую свежую постель лучше на обнажённое чистое тело. Вот только ему стало немного стыдно, ибо парень давно не мылся (плесканье в речке не считается). Хоромы были хоть и скромными, но самыми шикарными для Саши. Тихонько приоткрыв дверь в другую комнату, Шура чуть не закричал от счастья. — Ванна! — закрыв рукой рот, он был приятно поражён, что голос вернулся. На полке в горшке росли светяшки. Освещение слабое, но создавало очень интимную и чарующую атмосферу, но даже если этого не хватало, рядом стояли керосиновые лампы. У стены красовалась деревянная ванна небольшого размера. Механическая длинная ручка, очень напоминающая железные высокие колонки у дорог, из которых дети пили воду, чтобы домой не бегать. Нажав на рычаг, из крана полилась тёплая вода. Захохотав, словно дитя малое, Шура принялся набирать ванну. Пар и тепло наполнили комнату. Набрав воды чуть больше половины, Саша довольно выдохнул и погрузился в неё по плечи. Воду он рассчитал правильно, и она не вылилась за край. — Господи, как хорошо, — нырнув с головой, Шура немного задержался под водой. Выныривая, его волосы хаотично облепили лицо. Оперевшись грудью об край, скрестив руки на бортике, положив на них голову, он с наслаждением прикрыл глаза, довольствуясь своему успеху. Давно ему не было так хорошо. Даже в своём родном доме он никогда не принимал ванны из-за её отсутствия, моясь только под холодным душем, а если хочется тёплых водных процедур, грей на печке воду в тазике. Усмехнувшись, он заметил, как к его руке прилипла травинка. «Видать, она пряталась в волосах», — Саша отлепил растение, бросив на пол. У груди он почувствовал едва заметное ощущение чего-то колющего. Отодвинувшись от края ванны, он заметил едва заметный небольшой осколок зелёного цвета. — Как? Это когда я в ящике лежал порезался? — аккуратно доставая осколок, парень положил его на полку. Из раны появились капельки крови, тут же смешавшись с водой. Погладив грудь, он с шоком уставился на незначительные порезы на всём теле, которые успели почти зажить, оставив лишь красновато-розовые полосы, но не столько они его удивили. Соски, что находились в вечном спрятанном положении, торчали, будто он только и занимался, что массировал их. Обычно они показывались, когда он был очень возбуждённым, и то, не всегда те высовывались наружу. Дотронувшись до одного, Саша почувствовал лёгкое жжение и покалывание, словно сосок до этого зажимали в тиски. Он точно не знает, каково это, но думал, что ощущение идентичные. Очень неприятные. — Значит, пора заняться тем, что так давно не мог сделать, — ехидно сказал парень, понимая, что тело само подсказывает ему, что нужно делать. Саша поудобней сел, оперевшись на край ванны, положил ладонь на член, пару раз погладив его по длине. Его лицо перекосила разочарованная гримаса, ибо никакого вожделения и трепета, как обычно, он не почувствовал, лишь неприятные ощущения, словно он только и делал что дрочил днями напролёт. Член как был вялым, так и остался, словно выжатый лимон, а неприятное жжение убивало весь настрой. Ужасная мысль поселилась в его голове. Вспомнив события последних дней, он мучительно закрыл глаза. — Альбедо, тварь! Он же мне, помнится, что-то вколол. Возможно, из-за него… да точно из-за него у меня что-то со здоровьем! — зарычав, Саша ударил кулаком по краю ванны. — Так, спокойно! Заживёт, пройдёт. Скорее всего, это средство вызвало у меня временную импотенцию. Я надеюсь что временную, ибо я найду этого ублюдка и поимею ему мозг, чтобы всё вернул и вылечил! Стараясь не думать о плохом, парень сидел в ванной, закрыв глаза, вдыхая запах сладких цветов и дерева. Мысль о проблеме интимного характера не отпускало его голову, но Шура, уже привыкший к злоключениям в своей жизни, лишь устало выдохнул. Намылив макушку, он нашёл в прядях волос маленькие веточки, прочую грязь и маленькие крупицы стекла. Три часа проведя в ванной, пока та не остыла, он нехотя вылез из неё, смыв воду и грязь, а также убрав за собой мусор. Полотенце лежало на полке узкого шкафа. Халат и тапочки, к сожалению, отсутствовали. Высушившись и обернув в полотенце волосы, как это делала мама, он вновь наполнил ванну водой, постирал свои вещи и повесил сушиться, где пришлось — кофта на спинку стула, на столе перчатки, штаны сушились на дверце шкафа и плащ на двери в ванную комнату. Ботинки он решил лишь протереть тряпкой от пыли, что нашёл на полке шкафа, ибо те выглядели поношенными жизнью, и никакая стирка им уже не поможет. Набедренная повязка, которую Саша уже видеть не мог, решил выбросить, но так, чтобы работники гостиницы не увидели. Он, конечно, опасался, что когда мир «онлайн» запустится, вся его одежда исчезнет, а повязка либо окажется снова на его талии, либо нет, однако решил рискнуть. Подумаешь, какой-нибудь задрот увидит его с голой задницей. Его первая ночь прошла неспокойно. Тело по-прежнему ныло, к члену было неприятно прикасаться. Подрочить, как он планировал, не вышло, хотя интимная обстановка очень подходила для уединения. В два часа ночи он проснулся от кошмара, где за ним летел журавль-мутант с тремя головами, с зубастым клювом, пытаясь сожрать его. Однако, несмотря на неприятные моменты, Саша был невероятно счастлив, проведя ночь с комфортом и уютом. Умиротворённый, полный энергией, пребывая в бодром настроении, на следующий день, полдня провалявшись в постели, он достал из сумки деревянную расчёску и полчаса пытался распутать узлы в волосах. Расчесав грёбанную гриву, он матеря всё на свете, достал нож из сумки, желая отрезать к чертям собачьим её, но в его номер неожиданно постучалась горничная, говоря о скором выселении. Пожалев, что вчера он полдня сидел на полу и в ванной и не удосужился изучить карту и зелья, махнул на это рукой, мол «успею», и спустился вниз, изображая хромую походку, поддерживая образ старика. Благодаря тёплому климату вещи быстро высохли и источали цветочный аромат. Больше Шура не чувствовал себя прокажённым вонючим бездомным, что не могло не радовать. Официантки поприветствовали его, одна из них подошла к нему, так же положив руку на спину, провожая до столика. Притвориться немощным ради нежного и заботливого прикосновения стоило того, хоть где-то внутри скребла своей когтистой маленькой лапкой совесть. Он, как и в прошлый раз заказал что-нибудь выпить, но на завтрак, хотя время было уже обеда, он решил попробовать блюдо — на рисунке в меню нарисованы дольки яблока, листья салата, отварной картофель, а в центре расположено яйцо всмятку. В ожидании своего заказа, его голову охватили тревожные мысли. Что делать, если он серьёзно заболеет, как выжить, чтобы снова не оказаться в плену. Его тело исхудало настолько, что было жалко на себя смотреть. Проблема интимного характера так и не прошла, и это удручало, но Шура верил, что его организм справится с этим. Официантка принесла заказ, поставив перед ним на стол поднос, выдёргивая его из своего тревожного мира. При виде еды у него заурчал живот, от чего тот стыдливо сжал руками его. Слюноотделение увеличилось, а глаза в восторге уставились на шедевр кулинарии. — Приятного ап- девушка резко замерла, словно статуя, чем напрягло Сашу. Он посмотрел на её лицо, придерживая капюшон, чтобы та не заметила его маску. От осознания, что случилось, Саша захотел выть. Девушка как сквозь землю провалилась, мир покрылся зелёной сеткой, а небо превратилось в белое полотно с символами. Салат и чай исчезли. Мир преобразился. Все люди вокруг словно манекены — красивые, но больше походили на роботов с одними и теми же командами. — Значит, обойдусь без завтрака, — недовольно пробубнил Саша, скрестив руки на груди и закидывая ногу на колено. Бояться за свою маскировку в данный момент не имело смысла, если только на горизонте не появится игрок. Люди в «офлайн» отличались друг от друга чертами лиц, взглядом, походкой и прочим, что делает их индивидуальными и живыми, но в мире игры те снова превратились в однотипных персонажей, отличающихся лишь незначительными деталями. Встав со стула, Саша направился на охоту, понимая, что этот мир очень богат на монстров, за убийство которых можно получить не только всякое барахло, но и деньги, которые либо валялись на земле и исчезали, либо улетали в неизвестном направлении. — Что ж, теперь я знаю, для чего мне эта ваша мора. На минутку он почувствовал себя тем самым мерзким меркантильным бандитом из нулевых, готовый на ужасные поступки ради бабла. Однако он вспомнил, как эти монстры «дружелюбны» по отношению к нему, тут же закатал рукава, натягивая перчатки. Достав карту, он с разочарованием понял, что она показывает лишь часть региона, выглядящий как каменный водоворот. Огромная дыра в центре земли и никакой растительности вокруг. На карте были отмечены места чёрными чернилами, и лишь один обведён в круг рядом со статуей. — Не думаю, что мне туда нужно. Эта карта бесполезна, — он только хотел скомкать её, как вовремя заметил рисунок на обратной стороне. Рисунок карманных часов на цепочке, на крышке которого был изображены силуэты двух возлюбленных. Мужчина в странной одежде, больше напоминающий костюм для фигурного катания — очень изящная, украшенная узорами и камнями, целовал в губы, вытянутые в бантик, своего возлюбленного, одетого в простую рубаху, штаны и поверх надет фартук, из кармана которого торчал молоточек. По краям было что-то написано, язык Саша не понимал, да и местами чернила потекли. — Интересные, однако, часики, — задумчиво протянул Саша, глядя на рисунок. Письмена он всё равно не понимал и не старался хоть что-то понять, но возможно это просто рисунок, не имеющий ничего общего с крепкой мужской дружбой. Просто мастер, который создал их, хороших приколист. *** — И ты за это барахло требуешь такую сумму? Пять миллионов и на этом точка, — мужчина стукнул кулаком по одному из ящиков, нависая над девушкой. — От товара, как и от тебя, воняет помоями. Ты жалкая крыса ещё и смеешь завышать цену?! — Что ж, спорить не буду, — Сяомин лишь повела плечами на оскорбление, по-прежнему улыбаясь, облокотившись на ящик, — коль вы не хотите покупать, тогда я найду другого, кто точно знает цену этим тканям, — девушка устало закатила глаза. — Чёрт, зря только до вас добиралась, могла сразу на чёрный рынок прилететь. — То есть, ты зря тратишь наше время и ещё смеешь при нас говорить о продаже другому человеку? Да за кого ты нас принимаешь, крыса?! — он направил мушкет на девушку. От злости у мужчины ярко засиял красным глаз из-под бинтов. — За тех, кто купит товар не меньше ста миллионов моры. Мне дорого стоило, чтобы добыть их, — девушка зевнула и потянулась, скучающе смотря на Фатуи. — Вот был бы у меня хиличурл, вы бы молили меня, лишь бы я его вам продала. Встреча с людьми из Снежной состоялась рядом с разломом ночью, и, учитывая опасность обнаружения миллелитами, девушка спокойно пролетела с грузом без приключений. В пути, когда она после крепкого сна проснулась с головной болью и вонью из рта, обнаружила, что хиличурл и её сумка с важными документами и морой пропали. Обрушивая проклятия на всё и вся, Сяомин успокоила себя тем, что документы она ещё добудет, поймав где-нибудь ещё одного торговца, а мору она получит при продаже груза. За хиличурла обидно, ценный товар. — Что за шум, а драки нет? Мисс, у вас проблемы? — из тени скалы вышел высокий парень, поправляя красный шарф. — Сергей, убери оружие. Разве так нужно вести торговлю? — Офицер! — удивился мужчина, опуская оружие. — Эта женщина жульничает и предлагает несусветную сумму за свой товар. Такой крысе место в канализации Фонтейна! Прикажете убрать её? Тарталья приблизился к пиро мушкетёру, обнимая того за плечо, обескуражив последнего. Остальные Фатуи в оцепенении продолжили наблюдать, чем всё закончится. — Ну и ну, Серёжа, тебе нужно выпить ромашкового чаю, — с добродушной улыбкой, он с силой сжал его плечо, вызвав у мужчины тихий болезненный стон, — здесь патрулируют миллелиты, а вы разборки тут устроили, — злобно прошептал он тому на ухо. — Д-да, сэр! — выпрямился он по стойке смирно, как и остальные Фатуи. — Н-но сэр… Эта женщина, она предлагает нечестную сделку…. Тарталья отпустил многострадальное плечо подчинённого, улыбнувшись и подмигнув девушке. — Эх! Вот ничего сделать сами не могут, — шутливо произнёс мужчина, подходя к девушке, — всё самому приходится делать! Вы уж простите за грубость, мисс… Как вас мне называть? — Ничего страшного. Вижу, на сделку привели нужного человека. Сяомин, — она сделала шаг к нему, поправляя косичку. Она обвела того взглядом сверху вниз, и облизнув губы, улыбнулась. — Сяомин, какое прекрасное имя. Так сколько вы предлагаете за ваш товар? — он сократил между ними расстояние. — Хм, если угостите тарелкой лапши, то соглашусь на небольшую скидку, — девушка, положила свою руку на грудь Тартальи. — Восемьдесят миллионов моры. — Да, это дорого за ткани, но не для меня. Я покупаю, — Тарталья положил свою ладонь поверх её руки, легонько сжав её. — А где документы на товар? — Случился небольшой конфуз. По пути на меня напали хиличурлы и документы безвозвратно испорчены. — Пф! Ах, какая неприятность! — подыграл ей Тарталья, изобразив на лице удивление, приложив пальцы к губам. Девушка приложила тыльную сторону ладони ко лбу, изображая печаль. Тарталья явно видел фальшь в словах и действиях девушки, но вовремя удержал прущий наружу смех. — Не то слово! Глаза навыкат, зубы словно бритвы, из носа и рта хлещет кровь- — Глаза? — Тарталья искренне заинтересовался. — Нос? Это что за хиличурл такой? — Ну, если вы пригласите меня на чашечку чая, расскажу всё, даже больше, — девушка погладила его по волосам, томно смотря на него. Фатуи, не зная, куда себя деть, продолжали с распахнутыми глазами смотреть на небо, на скалы, на светлячков, кружащих над цветами, лишь изредка поглядывая на офицера. Они не желали смотреть на него не из-за чувства смущения. Стать свидетелем такой интимной сцены для обычного подчинённого всё равно, что смотреть за полётом ракеты в свою сторону. Лучше притвориться, что ничего не видишь и не слышишь. — Ну не знаю, — капризно произнёс он, убирая её руки от себя, — у меня так много дел. Весь в делах! Да чего там, наверняка у хиличурла морда страшная. — Вовсе нет! — воскликнула та, улыбаясь. — Очень редкий экземпляр. Лицо подобно человеческому, но глаза являются жемчужиной, как и у всех подобных монстров, если их видно. Правый серый, словно пасмурное небо, а левый карий, словно кора сосны. — Вот оно что, — протянул Тарталья, — и вправду интересно. Я бы с радостью пригласил бы вас на свидание. Лицо девушки, победоносно смотрящей на Тарталью взглядом влюблённой дурочки, сменилось на гримасу ужаса. Её живот пронзила обжигающая боль, от которой та упала на колени, болезненно застонав. — У н-нас же б-был уговор… — прохрипела та, — что вы никого из наших не т-трогаете. Кха! Вы хоть знаете, что больше никто из разбойников не станет с вами связываться… — Это если кто-то о тебе узнает, — надменно отозвался офицер. — Чего-то не вижу никого, кроме тебя. Я слышал, как у границы между Мондштадтом и Ли Юэ нашли тела воров в куче бутылок элитного вина. Твоя работа. Не хотела делиться, значит, расплатишься здесь сполна, — он поднял её голову за волосы, прожигая ту взглядом. — Ты хоть знаешь, чьи ткани ты и твои дружки испортили?! — разжав руку, её голова упала на землю, и Тарталья ударил её тыльной стороной в шею. — Сергей! Фатуи вздрогнули, но повинуясь, вперёд вышел мужчина с прямой спиной, готовый внушать приказу. — Да сэр! — Свяжи её у дерева. Пусть миллелиты с этим разбираются. Ткани сжечь! — он отошёл от девушки, брезгливо смотря на ящики с товаром. — Товарищи, в следующий раз я не буду так милосерден. Я выполняю свою работу, вы свою, так что разберитесь с этим, а у меня дела. Вам всё ясно? — Да сэр! Как прикажете, сэр! *** — Вот примерно так прошла встреча, — хохотнув, мужчина подпёр подбородок кулаком. — Вернули твои ткани, но учитывая, как варварски с ними поступили, я принял ответственное решение сжечь их. Вино и мясо жалко, — сделав глоток чая, Тарталья радостно поведал свою историю. — Перехватывать на чёрном рынке украденные ткани, а затем сжечь их, сделанные потом и кровью, называется ответственным решением? — мужчина напротив нахмурился, словно хозяин над нагадившим котом, осуждающе смотрел на собеседника. — Царицы ради, я ни за что не позволю тебе носить те тряпки, над которыми надругались те мрази. Неизвестно что они с ними делали! Ой, да ладно тебе, Чжун Ли, я куплю тебе новые! — офицер состроил милое лицо, виновато смотря на Архонта не из чувства вины. — Их очень тяжело достать. Ткани сразу раскупают. Я несколько месяцев откладывал деньги, чтобы купить их и вино. Даже попросил Ху Тао помочь мне с сохранностью сбережений. — Бедная девочка, — грустно выдохнул Тарталья, — возложил на неё непосильную ношу — сохранить твои деньги от бессмысленных трат. На это Чжун Ли ничего не ответил, продолжив молча осуждать рыжего паренька. Они сидели в кафе рядом с прудом, людей вокруг было немного, позволяющее Тарталье разглагольствовать о своих делах. — Ты уверен, что она не врала про хиличурла? Те, у которых виден хотя бы один глаз это уже чудо природы, а чтобы «лицо как у человека» звучит не слишком правдоподобно, — поинтересовался Чжун Ли. — Сяньшен, я знаю, когда мне врут. Она говорила правду, но мне до лампочки. Подумаешь какой-то там монстр, — предвестник Фатуи важно посмотрел на свои ногти, переведя ехидный взгляд на собеседника. — То, что ты водил меня за нос со своей через чур трагичной и пафосной фальсификацией смерти не считается. — А вот мне не всё равно, — Чжун Ли поднял чашку, делая глоток, — и гибель Гео Архонта для жителей Ли Юэ в порядке вещей считать трагичной, и она не пафосная. Тарталья удивлённо уставился на учителя. — Упасть с небес на дорогой праздничный стол в свою честь перед людьми и перед Волей Небес группировки Цисин и самой влиятельной женщиной Ли Юэ — это ни капельки не пафосно. А ещё меня выпендрёжником называют, — усмехнувшись сказал рыжий парень. — И чем же тебя так заинтересовал этот монстр? — Тарталья облокотился на стол, положив на ладонь голову, внимательно смотря на Архонта. — Дела в том, что я уже видел подобного хиличурла, и он может представлять некоторую опасность. Думаю, у меня появились дела, — Чжун Ли встал из-за стола, смотря на Тарталью. — Но я только пришёл, — возмутился мужчина, — неужели какой-то там монстр стоит внимания больше, чем я? И сейчас ночь, разве вам не пора спать, сяншен? — Нет, но я никуда тебя не прогоняю. Можешь прогуляться со мной до постоялого двора Ваншу? Мне нужно проведать одного моего друга. — Навестим того отчуждённого парня? Ох, да ладно! А нельзя его позвать к нам? Тебе же не составит никакого труда, — раздражённо выдохнул Тарталья, следуя за Чжун Ли. — Не составит, но так интересней, — улыбнувшись, сказал Архонт. — Ночь в этом сезоне особенно прекрасна. *** Прошёл не один час, пока Саша «играл» в «офлайн», делая набеги на ничего не подозревающих хиличурлов и слаймов. Лучше всего выбирать небольшие лагери, где не было митачурлов. Таких, к сожалению, было не так много. Помимо растущего кошелька, который набивался монетами, рос и его уровень. Шура даже не смотрел вверх, чтобы побольше набить число, и потом приятно себя порадовать. Раз за разом нападая на монстров, он только и успевал ловить мору и класть к себе в сумку, которая к счастью не доддавалась логике игрового мира и спокойно открывалась, помещая в себя награду. Мора, которая не успевала ловиться, улетала куда-то по воздуху. Сначала Саша злился по этому поводу, но потом понял, что так он может определить, в какой стороне сейчас игрок. Если тот где-то поблизости, то мора летит к нему, если далеко, то деньги продолжают лежать на земле, пока не исчезнут. Его тело переполняла энергия, которая так и летела в его сторону сияющими сферами. Чувство могущества увеличивалось пропорционально уровню. Однажды он немного увлёкся и не заметил, как два монстра сами на него наткнулись. Озверев, два пиро-хиличурла зажгли свои дубинки, и подобно бешенному мулу, понеслись на парня. Уже сталкиваясь с подобным, он понял, что те не очень поворотливы и ловко увернувшись, Шура хотел было убежать, но чувство азарта взяло верх. Парень вспомнил, как хиличурлы поднимали камни с земли и бросались в него. Он пошёл в атаку, бросая в хиличурлов булыжники. Раз за разом, не торопясь и уклоняясь от огненных дубинок, он снизил здоровье врагов на минимум, и понёсся с кулаками на врагов. Одолев монстров, рассыпавшихся в пыль, над его головой зелёным сиянием загорелась цифра. Чувство счастья и гордости переполняли его дух, но терпение уже было на минимуме и, не сдержавшись, он поднял голову. — Пятнадцать! — закричал парень, высоко прыгнув на месте с вытянутым кулаком, словно Марио. — А совсем недавно был на пятом уровне. Геймер вышел из мира. Поправив капюшон, Саша приготовился ко сну, найдя где-то в поле одинокое плодовое дерево без единой души вокруг. Парень подложил под голову сумку, снимая маску с лица и перчатки. Так приятней и легче дышать. Вокруг него лежали фрукты, но они больше не радовали его как прежде. Он скучал по тёплой постели и горячему супу с мясом. Ему было обидно, что Саша заплатил за свой гребаный салат и чай, который так и не смог съесть. Наверняка официантка была в ужасе, когда «старик», которому она принесла заказ, вдруг испарился. Александр даже подумывал вернуться, но решил, что теперь вернётся с полным кошельком моры и снимет номер на неделю, а может даже на месяц. Тяжко без знания языка, однако юноша был уверен, что чем больше он будет проводить время с людьми, то в скором времени освоит его. С мыслями о счастливой богатой и сытной жизни он уснул под сияющим звёздным небом. Казалось бы, путь к светлому будущему наконец показал себя из тёмного тумана стресса, мрака и мыслей о жалком существовании, но этот туман продолжал следовать за ним, протягивая когтистые холодные руки, готовые в мясо разорвать его тело. Утро встретило его неприятными холодными каплями дождя. Саша съёжился от неприятного холода, укутался в плащ, обнимая колени. Проснувшись, он чувствовал себя к разочарованию уставшим и сонным, хотя был уверен, что проспал должное количество времени. Хиличурл поднялся с земли, прижался к дереву, дабы скрыться от дождя под кроной дерева, надевая маску и перчатки. Пальцы ледяные и не слушались, как после уборки двора от снега без перчаток в февральские морозы. — Блядь, как холодно… Вот тебе и доброе утро, — Саша подул в ладони, разогревая замёрзшие пальцы. Он мотнул головой, прогоняя наваждение после неприятного сна, где за ним в тёмной и узкой пещере гналась самая страшная птица, которую он когда-либо представлял. Из её тела лезли личинки мух, из клювов сочилась кислота, разъевшая камни. Три головы на тонких длинных шеях, да и сама птица напоминала не то цаплю, не то журавля. Что-то зачастили ему сниться птицы. — Нужно найти местечко потеплее, — попрыгав, как боксёр перед боем, он надел сумку на плечо. Однако ему не пришлось куда-то идти что-то искать — геймер вернулся. Мир вновь превратился в площадку для развлечения для человека. Саша про себя выдохнул с облегчением, ибо мучающий его холод перестал сковывать. Как же вовремя входит игрок в этот мир, главное чтобы уровень врагов не так быстро повышался. Шаги и свистящий звук застали парня врасплох. Хиличурл едва успел увернуться от стрелы, пролетевшей в нескольких сантиметров от головы. С распахнутыми глазами, он с шоком посмотрел на людей, напавшие на него. Тот, что был с арбалетом, напоминающий Недо-Робин-Гуда, вновь зарядил оружие и прицелился в парня. «Обычно люди не нападают на других людей», — Саша спиной отступал назад, не сводя глаз с людей. Двое накачанных мужчин, в руках одного из них была большая кувалда для ковки оружия или забивания очень больших гвоздей, вызывал больше всех тревогу и даже внушал какой-то страх. Руки парня мелко затряслись, а сердце ускорило ритм. «Да что это со мной? Я его уже где-то видел?» — Саша не мог отвести взгляд с высокого мужчины в чёрной маске, закрывающая нижнюю часть лица. От резкой боли в висках и затылке, Саша болезненно зашипел, закрыв глаза. Мимолётные и размытые воспоминания вызывали тошноту. Александр не мог ничего разобрать, лишь смазанные пятна, на долю секунды приобретающие замысловатую форму. Сильный толчок отбросил хиличурла на землю. Мужчина с молотом пошёл в атаку и в момент замешательства монстра, удачно нанёс удар. Саша быстро поднялся с земли. Голова по-прежнему ныла, это даже не смотря на то, что он в «онлайн». Хорошо, что враги на этом аккаунте слабей. Всего лишь десятого уровня. Снова стрела полетела в него, и Саша, не желая умирать, увернулся и пошёл в атаку. — Я уже устал от вас! — подпрыгнув, Шура с воздуха нанёс удар кулаком арбалетчику. Арбалетчик упал на землю, также быстро поднимаясь, как ни в чём не бывало, заряжая арбалет. Со спины разбойник вновь замахнулся молотом, но хиличурл быстро перекатился по земле, заходя за спину мужчине, ударяя ногой в спину. Мужчина повалился на землю. Наблюдая, как тот плашмя полетел в траву, Саша вновь почувствовал мучительную головную боль. Мелькающие изображения стали отчётливей. Что-то тычется ему в лицо, давит, а громкий крик пугает до седины. — Какого чёрта? — прошипел от боли хиличурл, едва успевая уклониться от стрелы. Он с ненавистью вглядывался в мужчину, будто надеялся увидеть ответ на свой вопрос. — Вы, твари… — разгоняясь, он понёсся к арбалетчику. — Разве вас не учили, что стариков нужно уважать?! Молодёжь совсем не уважает старших! Для большего унижения, он замахнулся для пощёчины. Холодный воздух вылетел из его ладони, заморозив голову мужчины. Разбойник с громким стоном покинул этот мир. Ошеломлённый и полный шока, Саша с разинутым ртом и выпученными глазами посмотрел на ладонь, покрытую тонким слоем инея. — Вот это я аху- Договорить он не успел, как кубарем вперёд полетел лицом на землю. Ещё один повод порадоваться маске. — Ах ты! — Саша с разбегу, побежал на разбойника, ударяя его ладонью по лицу. — Язва поджелудочная! Мужчина напоследок болезненно простонал, испустив дух, и испарился в воздухе. Голова раскалывалась от боли, а тело онемело от холода, исходящее изнутри. Устав сопротивляться, он просто сел на колени, отдавшись воле случая. Картинки проносились одна за другой, разобрать что-то по-прежнему выходило сложно, но теперь, Саша смог разглядеть что-то смутно похожее на красную розу или орхидею, что упорно и настойчиво тыкалась ему в лицо. — Это твоя вина, Альбедо- *** Из душной и шумной таверны, выйти на улицу подобно глотку прохладной освежающей воды в пустыне Сумеру. От услышанного у Итэра уши готовы были свернуться в трубочку, а Паймон находилась в благоговейном неведении — парень вовремя успел заткнуть ей уши на самом интересном. — Хэй! Паймон тоже интересно! — Паймон вырвалась из захвата путешественника, злобно нахмурив лоб. — Поверь, там ничего интересного не было, — стараясь как можно равнодушней выглядеть, но покрасневшее лицо выдавало его с потрохами. Кто бы мог знать, что торговец, помимо торговли, ещё является красноречивым рассказчиком. Прям талант. — Ну и ну, — Кэйа вместе с Дилюком вышли следом, — скучней историю не слышал. Да, братец? — Хм, — красноречиво ответил мужчина, отвернувшись от компании. Мужчины выглядели спокойно и непринуждённо. — Да? — удивилась Паймон. — Значит, ты не соврал? Ну и ну! Тогда вокруг чего такая шумиха? — нахмурилась путешественница. — Чего это люди там так охают и ахают, что аж снаружи слышно? — Ну, у торговца талант разводить из мухи слона, — маленькая капелька пота побежала по лбу рыцаря. Лучше путешественнику на время покинуть Мондштадт, пока шумиха вокруг этого инцидента не утихнет. Он беспокоился, что данная история распространится, подобно Фатуи, по всему миру, дойдя до самых тёмных уголков Тейвата. — Ну так что? Паймон и Итэру придётся ловить этого хиличурла, — девочка подлетела к путешественнику. — И наш путь лежит в Ли Юэ. — Благодарю вас, мои дорогие друзья, — одобрительно произнёс Кэйа, — Паймон, можешь Итэру купить несколько куриных шашлычков. Я вижу, он очень голоден. Сделай пока заказ. Паймон озадачено посмотрела на Итэра и Кэйю, и радостно кивнув, полетела к Саре в «Хороший охотник». Оставшись наедине, Кэйа боковым взглядом проследил, как Паймон исчезла за поворотом, приблизился к Итэру. — Теперь вы можете не волноваться по поводу опасности и агрессивности монстра. Тот, кто «помог ему» сидит у нас в тюрьме. Думаю, рыцари уже допросили его, мне нужно вернуться к работе, — Кэйа положил ладонь путешественнику на плечо, смотря ему в глаза. — Это войдёт в список «самые странные задания, что мне довелось выполнить», — неуверенно улыбнувшись, путешественник положил свою руку на плечо капитану кавалерии. — Дилюк идёт с нами? — Нет, мне нужно остаться в Мондштадте. Что-то Фатуи замыслили, а активность хиличурлов угрожает безопасности города. Команда Беннета справляется, но им нужна подмога. Удачи, Итэр, — Дилюк кивнул путешественнику, направляясь к задним воротам из города. После вкусного обеда, путешественники по быстрому пути телепортировались в постоялый двор «Ваншу». На предложение Паймон остаться здесь и попробовать здешние блюда, Итэр ответил отказом, утверждая, что все блюда, которые им здесь подавали, уже испробованы и не один раз хитрым компаньоном. Та недовольно хмыкнула, упрекнув парня в злопамятности, но недолго позлившись, она последовала за юношей, спускающийся по лестнице к ресепшену к Верр Голдет. — Приветствую вас, путешественники? Желаете снять комнату или заказать столик? — женщина радушно поприветствовала путников, не удивляясь их перемещению через телепорт. Для большинства людей то, что кто-то может использовать эти устройства, расположенные по всему миру, помимо божеств, удивляло и вызывало неподдельный интерес, так как немногие знают, для чего они созданы. Многих озадачивало, а как данное устройство появилось на постоялом дворе и кто его установил, все сошлись во мнении, что как в легенде, это устройство позволяет Алатусу по быстрому пути возвращаться в гостиницу. Многих смущал тот факт, что он способен и без телепортов свободно перемещаться по миру, но это детали, которые люди предпочли не рассматривать и оставить «а почему бы и нет?». — Привет, Верр Голдет! Мы на очень важно задании, и если кое-кто не вредничал, то Паймон с удовольствием заказала у вас что-нибудь вкусненькое, — сделав акцент на «кое-кто», она посмотрела на Итэра через плечо, немного нахмурившись. — У нас задание найти одного странного хиличурла, — Итэр проигнорировал колкость подруги, — вы случайно не замечали ничего или никого подозрительного? Итэр знал, что обычно если у постояльцев или управляющих возникали проблемы, они обязательно об этом сообщат. Обычно неприятности появлялись из-за монстров поблизости, мешающие обычным людям и торговцам. — В последнее время всё тихо, — улыбнулась девушка, — но не станем же мы тебя постоянно просить о помощи. У тебя и без нас полно забот. Наш друг помогает с монстрами, что те боятся строить свои лагеря рядом. Путешественник не знал, это была забота или намёк, что он плохо выполнял свою работу. — Прошу прощения за вмешательство, — к ним подошла горничная, несущая в руках корзину с бельём, — я невольно подслушала ваш разговор и у меня есть что сказать. Итэр даже не надеялся получить хоть какую-то наводку, но судьба явно ему улыбается. — Вчера днём съехал один очень странный пожилой господин, — девушка задумалась, нахмурив брови. — Он не был конфликтным или проблемным, как это иногда бывает, но не проронил ни слова. На нём была поношенная, но дорогая одежда, с коричневым плащом и большим капюшоном. Я не знаю, как вам это сказать, но в его присутствии у меня одолевали странные чувства. — Какие же? — с нетерпеньем спросила Паймон, внимательно слушая девушку. — Жалости, — сказала, как отрезала, — словно брошенный никому не нужный пёс. Мне было жаль его, но отвержения и неприязни не ощущала. Возможно, этого старика бросили. На последнем предложении девушка замялась, словно ей было стыдно за свои слова. Итэр не только внимательно слушал горничную, но и смотрел и следил за эмоциями. Эта привычка возникла после множества случаев, когда его попусту водили за нос. — Но не в этом заключались странности. Наша официантка, когда подавала ему заказ, рассказала, как он в одно мгновение исчез прямо рядом с ней. Бедняжка так перепугалась, что до сих пор заикается и ей дали отгул, — грустно сказала девушка, тяжело вздохнув, — Ей никто не поверил, ибо свидетелей не было, но сейчас, когда я убирала номер этого гостя, на подушке я нашла это. Девушка из корзины достала бумажный пакет и протянула его путешественнику. Они с подозрением переглянулись и неуверенно взяли его из рук горничной. Верр Голдет тоже стало интересно, и та потянулась через стойку, пытаясь заглянуть в пакет. Итэр с опасной открыл его, на дне которого красовалось что-то мохнатое с большим количеством тонких лапок. — Ааа! Паук! — закричала Паймон прямо под ухом Итэра, отлетая подальше от него. Юноша сморщился от резкого звука, но обернулся к девочке. — Это не паук, — спокойно произнёс он, немного усмехнувшись, смотря на испуганное лицо. Путешественник засунул руку в пакет, словно фокусник в шляпу, доставая, удерживая указательным и большим пальцами, запутавшийся комочек волос. Паймон с облегчением выдохнула, но тут же обиделась, увидев насмешку на лице Итэра. — Не смешно! — она скрестила руки на груди и отвернулась, задрав нос. — И что такого в какой-то кучке волос? Отвратительно! — Мой отец опытный искатель приключений, — горничная поддавила улыбку, чтобы не обидеть путешественницу, — и он многому научил меня и передал кое-какие знания. Вы знали, что хиличурлы плетут тетиву для арбалетов из своих волос, так как они не просто прочные, но и ещё легко пропускают через себя элементальную энергию. Часто те, кто владеют глазам Бога, используют лук, тетива которых изготовлена из их волос. Отец научил меня делать её, и я никогда не ошибусь, если в слепую дотронусь до их волос. С уверенностью могу заявить, что это волосы хиличурла. — Аа! — запаниковала Паймон. — Хиличурл был здесь! — Аха-ха-ха! — рассмеялись девушки, но также быстро замолкли, став серьёзными. — Как вы себе можете это представить, маленькая мисс? Хиличурл, здесь? — Верр Голдет поддавила рвущийся наружу смех, прокашлявшись. — Если вы, опытные путешественники, помните, что эти монстры не способны на столь умное и спокойное поведение в присутствии людей и других рас. — Точно подмечено, — горничная мило улыбнулась, — думаю, что это просто пожилой искатель приключений по пути к нам подвергся нападению монстров. Так волосы и оказались на нём. Возможно, поэтому он так хромал… Повисла неловкая тишина, девушки переглянулись с собой, взглядам понимая друг друга, от чего стало ещё неловко. — Кхм, я думаю, если что вы больше информации о вашей цели узнаете как раз у этого странного путешественника. Он у нас был зарегистрирован как международный торговец Ван Хэпин. Не думаю, что он должен быть где-то далеко, но предполагаю, вы его найдёте быстрей, чем вашу цель. Говорят, этот монстр «хиличурл с лицом». Не знаю, насколько это правда, но желаю вам удачи в ваших поисках, — Верр Голдет доброжелательно улыбнулась. — Недавно один из постояльцев рассказал, как по дороге сюда видел под деревом в поле какого-то бродягу. Возможно это он, следуйте на юго-восток. "Ван Хэпин? Разве это не тот торговец, который сейчас в Мондштадте?" - Итэр задумался, ибо если вспомнить слова торговца, все его вещи были отобраны ворами. Возможно, этот странный гость может быть одним из выживших разбойников. Путешественники, поблагодарив девушек, спустились вниз по лифту, направляясь в указанном направлении. Только они отдалились от цивилизации, как тут же из-за укрытия напало два хиличурла. Расправившись с монстрами, он побежал, не желая терять время на ещё других встречающихся монстров. В частности, от них можно убежать, они нападают тогда, когда ничего не подозревающий путник заходит на их территорию или появляется в зоне их слышимости. Те трупы монстров, патрулирующие на этой территории миллелиты, уберут. Возникшее в поле зрения то самое дерево, под которым на земле валялись фрукты, обнадёжило путников. — Тут нет никакого бродяги, — раздосадовано сказала Паймон, пиная воздух. — Может это не то дерево? Итэр подошёл к дереву, наклонившись к его корням. Недавно прошедший дождь смыл все следы. Однако парень не спешил расстраиваться. Энергия ощущалась в этом месте, но непривычно холодная. Он первым делом подумал на туманный цветок, который скорее всего рос здесь, но никаких вскапываний или рваного стебля не наблюдалось. — Он здесь был, — спокойно, но уверено сказал Итэр, поднимаясь с колена, — И возможно у него есть крио глаз Бога. — А? Ты что-то ощущаешь? — Паймон подлетела ближе к земле, куда недавно смотрел путешественник. — Я ничего не чувствую, хотя… как-то прохладно в тенёчке. — Он должен быть где-то рядом. Путешественник был очень рад и удивлён, что слова Верр Голдет сбылись, что проще найти того, кто разбирается в хиличурлах, чем самого монстра. Активировав чувство стихий, Итэр обнаружил следы, оставленные от элементальной энергии. — Нашёл! — парень рванул вперёд. — Не отставай. Паймон моргнуть не успела, как её друг уже ускакал далеко от неё. Опешив, она быстро полетела за ним, пытаясь долететь до него. Итэр высматривал элементальные следы, становящиеся все отчётливей, что даже влажная земля и трава возле следа были покрыты инеем, что искать цель при помощи чувства стихий не имела смысла. — Вау, это выглядит так, словно крио-слайм отрастил ноги, — Паймон была очень довольная, сделав умозаключение, смотря на отчётливый отпечаток подошвы ботинок в грязи. — Да мы его в два счёта наа… Увидев резко обрывающиеся следы у высокой травы, уверенность Паймон медленно пошатнулась. Итэр активировал чувство стихий, и не найдя никаких зацепок, словно человек просто испарился в воздухе. — Хм, может его унёс анемо-слайм? — задумалась путешественница, высматривая на земле хоть какие-то зацепки. — Или он как ты научился летать, — усмехнулся Итэр. — Паймон всегда умела летать и никто её не… — девочка замолчала, и прислушалась, закрыв глаза. Итэр тоже что-то услышал, словно кто-то тихо болезненно стонет. Проводник полетела к источнику звука, совсем недалеко от Путешественника, пока не приблизилась к валуну. Заглянув за него, она с ужасом ахнула. Итэр быстро подбежал, заглядывая за валун, с удивлением обнаружив лежащего на траве человека, как его и описывали, в коричневом плаще и большим капюшоном, из-за которого не видно лица. Рядом с ним валялась сумка. Старик лежал в позе эмбриона, его тело мелко трясло, а руки, одетые в перчатки, с силой сдавливали голову, словно тот боялся, что она укатится или взорвётся. Обеспокоенно и настороженно, он наклонился к нему, встав на колено, дотронувшись до плеча. — Вы ранены? Что случилось? Слышите меня? — Итэр чувствовал себя неловко, ибо понимал, что человек в подобном положении вряд ли мог что-то ответить. Он хотел взять того на руки, но его руку перехватила чужая, крепко вцепившись в неё. Паймон испугалась, но вместо того, чтобы спрятаться, выставила палку вперёд, готовясь защищаться. Старик что-то прохрипел, путешественники едва его расслышали. Только сейчас Итэр почувствовал на своём запястье пронизывающий холод, который ощущал всё это время, пока искал цель по следу. «Это он», — пронеслось в его голове. Он вырвал свою руку из хватки, но не отодвинулся от старика. Этот несчастный промок до нитки, дрожал, а судя по голосу, возможно, находится в очень болезненном состоянии. «Старики часто болеют и могут по этому поводу вредничать», — вспомнил он чьи-то слова, и, не поддаваясь эмоциям, всё же повторил попытку помочь бедному человеку. Он же умрёт здесь. — Крарх! — попытался закричать человек, из-за всех сил отбив тянущиеся к нему руки, и вцепившись в сумку, он на шатающихся ногах поднялся. Он тяжело закашлял, словно ещё немного и покинет этот мир. Паймон попыталась ласково уговорить его дать им помочь ему, но тот не желая слушать, опираясь рукой на валун, шатаясь, пожелал уйти от них. — Прошу, мы хотим просто помочь, — Итэр не мог стоять в стороне. Человек, что по слухам знал о хиличурлах, оказался при смерти, и возможно был подвергнут нападению либо монстров, либо разбойников. Не успел старик пройти и десяти шагов, как рухнул на колени, обхватив голову, опустив её на землю. Сумка упала, и из неё вылетела мора. Паймон, осмелев, ринулась к нему, положив свою ладошку ему на спину. Итэр достал из сумки зелье ветряного барьера и протянул его несчастному. — Вот, это зелье помогает при простуде, вам может стать легче, — парень положил руку на плечо незнакомца, желая помочь тому выпить зелье. Тот не слушал его, тяжело дышал, периодически кашляя. Понимая, что медлить и церемониться нельзя, под одобрительный и решительный кивок подруги, он дал её зелье, приложив некоторую силу, аккуратно уложил старика на бок, и снял с его головы капюшон. Паймон, поджидающая момента, когда покажется лицо, чтобы напоить зельем, в ужасе отлетела и с распахнутыми глазами уставилась на маску хиличурла. «Не может быть», — Итэр поднялся, сделав шаг назад. Они с шоком наблюдали за трясущимся человеком, оказавшимся хиличурлом, узнав его волосы, тёмные длинные уши и маску. Однако к их удивлению монстр не спешил нападать на них, или пытаться сделать это в силу своей агрессивной природы, всего лишь скрючившись, лежал на боку, обнимая колени. — M-movo lata… — прохрипел хиличурл, приподняв голову с земли. Путешественники не поняли его, но Итэр чувствовал, что он не представляет опасности, и смотрел на них, прося о помощи. Парень аккуратно приблизился к хиличурл, готовый в любой момент обнажить меч. Возможно, это был тот самый монстр, о котором говорил Кэйа, нужно лишь проверить что у того под маской. Итэр присел на корточки рядом с хиличурлом, пытающийся дрожащими и непослушными пальцами натянуть капюшон на голову, он аккуратно перехватил его руки, крепко сжимая, и свободной рукой снял маску. На него уставилась пара разноцветных, широко распахнутых глаз, испуганно смотрящие на него. У того опухли немного веки и покраснели глаза, а на щеках остались красные дорожки от слёз. — Dala… — на последнем издыхании просипел хиличурл, перед тем как потерять сознание. Его голова безвольно упала на землю, а изо рта вышло облачко пара, словно его душа только что покинула бренное тело. — Мы нашли его! — обрадовалась Паймон, осмелев и приблизившись к телу. — Ого! Вот Верр Голдет удивится, узнав, что в её номере спал хиличурл, — глаза путешественницы озорно засверкали. — Давай, Итэр, бери его и отдадим Кэйе. Ну и ну! Как и любой хиличурл любит сокровища собирать и всякие блестяшки. Вон сколько моры. Паймон подлетела к сумке, собирая в неё вылетевшую мору. — У него лихорадка, — ни с того ни с сего сказал путешественник, сняв перчатку и положив руку на лоб монстра. Он попросил у Паймон бутылочку зелья, которое отдал ей, и приподняв голову больного, аккуратно пытался дать тому зельем. Тонкими струйками часть полилась из уголков его губ. Паймон не стала возражать или как-то упрекать Итэра. Добрая душа путешественницы, смотря на лицо пострадавшего, видела не монстра, а несчастного больного, что даже ей стало его жалко. Она попыталась взлететь, и поднатужившись, у неё это получилось, крепко держа лямку сумки. — Он весь мокрый, нужно развести костёр и высушить его одежду, — уверенно сделала девочка умозаключение, смотря по сторонам, высматривая удобное место для привала. Итэр взвалил его на своё плечо, удивившись, каким лёгким оказался хиличурл. Паймон нашла удобное место в скале, защищающее их от ветра и дождя. Небо вновь заволокло массивными дождевыми облаками, предвещая ухудшение погоды. Огонь разводить опасно в замкнутом пространстве, Итэр достал из своей сумки несколько пылающих цветков, уже не грозящие внезапным возгоранием, но продолжающим испускать тепло, разложил его рядом с хиличурлом. Бросив сумку хиличурла, Паймон принялась помогать Итэру с монстром. Мокрая тяжёлая одежда мешала, и путешественники избавили его от неё. Девочка, наученная долгими путешествиями под открытым небом, нашла несколько длинных, тонких, но крепких палок, втыкая в землю в пещере, создавая ручной работы сушилку, повесила на неё сшиться одежду. Вся одежда была благополучно снята, кроме набедренной повязки. — Может и так сойдёт? На нём высохнет? — больше требовала, чем спрашивала Паймон, с надеждой смотря на друга. — Думаю, ты права, — он потрогал низ ткани, — к тому же, она совсем не мокрая. — Вот и славненько. Переждём здесь дождь и отправимся в Мондштадт, — потянулась девочка, смотря на крапинки от дождя на земле. — А может, его лучше было переместить в чайник безмятежности? — Можно, но не хочу, — он достал верёвки, связывая хиличурла. Не хотелось бы, чтобы тот исподтишка напал. Либо Итэр желал смотреть на дождь, либо брезгует впускать этого монстра к себе. Паймон хотела задать сей волнующий её вопрос, вспомнив, что он создавал полноценную копию лагеря хиличурлов в чайнике, и этот, что, по словам рыцарей «не представляет угрозы и сам всего боится», очень хорошо вписался бы туда, но решила промолчать. Путешественники наблюдали хиличурлом, который, наконец, перестал дрожать и сладко спал, улыбаясь чему-то во сне. — Ах, скоро у нас будет мора! — мечтательно протянула Паймон, сев на землю рядом с другом, оперевшись на него. — Мы сможем наесться до отвала и купить много всего красивого и интересного. Прошло меньше пяти минут, как она заснула, мирно посапывая под боком путешественника. Несмотря на расслабляющую атмосферу, путешественник, не смыкая глаз, следил за монстром у противоположной стены. От накатившей скуки и лёгкой усталости, он лишь на секунду прикрыл глаза, и с ужасом распахнул их. Была глубокая ночь, дождь прекратил идти, а тучи рассеялись, показывая белый лик луны. «Я уснул!» — он обеспокоенно посмотрел на Паймон, мирно спящей рядом. Парень облегчённо выдохнул, потрепав легонько её по голове. Пылающие тычинки нагрели пространство в пещере, создавая комфортную температуру, но за это они потребили много кислорода, от чего так сильно хотелось спать. Перед ним, уютно устроившись, освободившись из верёвок, спал хиличурл, обнимая, словно ребёнок игрушку, пылающую тычинку. Итэр аккуратно уложил Паймон на землю, укрыв её шарфом, и тихо подошёл к монстру. Верёвки валялись рядом с ним, но почему он не предпринял попытки сбежать, а продолжил здесь спать? Парень поднял верёвку, рассматривая её, и к удивлением обнаружил, что она лопнула. «Как такой дохляк мог её разорвать?» — Итэр с опасением уставился на спящего монстра, на его тонкую кожу с торчащими рёбрами, продолжающий лыбиться и обнимать огненный цветок. Откуда-то с входа раздались звуки быстрых порывов ветра. Паймон с заспанным лицом разлепила один глаз, сонно смотря на ошеломлённого Итэра. Очередной шум полностью разбудил Паймон и не только её. — А? — широко зевнув, прикрыв рот, Саша с ещё больше заспанным лицом недоумённо уставился в пространство перед собой, а после резкого свиста ветра вовсе резко сел, продолжая обнимать тёплый цветок с широко распахнутыми глазами. Обнаружив, что он не один, а с внешне знакомым персонажем, ужаснулся, что он проспал момент, когда вошёл игрок, а на нём нет его одежды. Но ещё больше он испугался, это неизвестной белой девочке, непривычно маленькой и вызывающей опасение и эффект зловещей долины, с таким же ужасом уставившаяся на него. — Итэр, сзади! — закричала она, взлетая, вызвав крик у Саши. — А! Оно живое! — закричал хиличурл, вжимаясь в стену. И очень вовремя. Перед ним, возвышаясь, возник парень, источающий ужасающую тёмную ауру, которую словно можно потрогать. Тёмные языки энергии окружали его, а маска на лице с изображением демона вызывала ещё больший страх. Татуировка на правой руке светились бирюзовым светом, вызывая не столько ужас, сколько вопросов «а как?» — Сяо! — удивилась Паймон. — Как ты нас нашёл? — А? Вы тоже здесь? — спокойно спросил парень, снимая маску. Под ним оказалось очень молодое красивое лицо с фарфоровой кожей, больше подходящей для недавно почившего покойника, нежели живого существа. Янтарные глаза светились в темноте, прожигая душу. Тёплый свет пылающих цветов освещали его снизу, придавая ещё больше жуткий вид. — Почему ты здесь? — нашёл правильный вопрос Итэр, подойдя к нему вплотную, чтобы быть ближе к хиличурлу. — У меня приказ доставить этого хиличурла моему господину. Вопрос в том, зачем он тебе? Он причинил вам вред? — Сяо яростью золотых глаз посмотрел на хиличурла, заставив того ещё больше вжаться в стену, нервно сглотнув. — Нет-нет! — поспешила Паймон, — Рыцари Мондштадта приказали его привести. — Исключено, — отрезал Якса, — он пойдёт со мной. — Мы первыми его нашли! — разозлилась Паймон. — Не стойте у меня на пути. «Что происходит?» — в недоумённо подумал Саша, посмотрев в пространство пустым взглядом, надеясь найти нарисованный в воздухе буквы, соединяющиеся ответ. Последнее, что Шура помнил — пронизывающий холод до костей. Он боялся пошевелиться, ибо этот парень внушал страх на каком-то другом уровне страха. Одним лишь своим появлением, он вселил в него животный ужас, заставив внутри всё сжаться, лишь бы стать меньше и незаметней. Краем зрения его взгляд нашёл висящую на палке всю одежду и лежащую рядом сумку, от чего он был несусветно рад. Лишь бы не забыть их, когда сможет отвлечь их и смыться. Ощутив на лице лёгкость, и дотронувшись рукой до щеки, он с досадой понял, почему его вновь поймали. «Грёбанная маска! Вот когда она так не нужна, её хрен снимешь, а когда нужна, обязательно куда-то укатится!» — Саша, сжал губы, панически думая, что делать. Сяо с вызовом смотрел на решительную путешественницу, которая и не собиралась отступать. Она, не испугавшись гнева Адепта, свысока смотрела на него. «Всегда поражаюсь её способности быть смелой, когда это необходимо», — удивился Итэр, встав между ними. — Не будет ссориться из-за такой ерунды, — стараясь выглядеть как можно ласковей, Итэр смотрел то на подругу, то на защитника Ли Юэ. — Сяо, нам правда жаль, но мы первыми его нашли. Это не значит, что мы его тебе не отдадим… — Чего блядь? — удивился Саша, вытянув шею, выглядывая из-за спины Адепта. Ему очень не нравился это разговор этих созданий, кем бы они ни были. Ладно обычный сброд в виде монстров или парочки обычных людей, но против ЭТОГО у него вообще нет никаких шансов. Однако то, что они не убили его сразу, уже обнадёживает. Все присутствующие посмотрели на хиличурла, и лишь Сяо недовольно изогнул бровь. Саша сдержался показать ему средний палец, ибо жизнь была важней в этом мире. — Сяо, как тебе идея пройтись до Мондштадта? — Итэр улыбнулся Сяо, — Посмотришь на культуру и места, где правит Анемо-Архонт. — Я поклялся защищать Ли Юэ- — Но не будет ничего страшного, если защитник страны немного отдохнёт. Прогуляешься, а после можешь потом забрать себе хиличурла, — парень перебил Якса, надеясь на свои способности оратора. Сяо замешкался, смотря на хиличурла и на путешественников. — Я поклялся, что буду служить своему господину и выполнять любые его приказы, — напористо сказал Адепт, стоя на своём. — Ослушаться — всё равно, что предать. — А можно мне решить, куда и с кем я пойду? — разозлившись, вмешался Саша. — Хотя бы представились, а то гулять зовёте, ни имени, ни номера телефона. — Телефона? — Сяо повернулся к нему, сверля взглядом. Саша невольно снова сжался и потерял былую уверенность, но с удивлением посмотрел на молодого юношу, который, кажется, его понимает. — Я не хиличурл и никуда с вами не пойду, — Саша медленно выдохнул, стараясь казаться уверенней и спокойней. Даже если ситуация не под контролем, то притворись что всё наоборот. — Ты его понимаешь? — Паймон подлетела ближе к монстру, с любопытством смотря на него. Саша вытаращился на неё, понимая, что как же этой малышке повезло, что появился тот, кто выглядит ещё жутче. — Да, и он какой-то странный, — жуткая аура исчезла, Адепт наклонился к монстру. — Истощавший, лицо, как и сказал господин, человеческое, а также он не нападает на нас, — словно статую на выставке, он рассматривал монстра. — Послушай, ты же понимаешь меня, я знаю, передай им, что я никого не трону. Я не хиличурл, а простой парень, очутившийся в этом теле. Мне нужна помощь, прощу, — стараясь как можно чётче, словно ребёнку, выговаривать каждое слова, Саша надеялся, что этот жуткий парень поможет ему. — Что он говорит? — девочка пыталась сама перевести хоть часть его слов, но отсутствие хорошего познания в хиличурловском языке не давало ей это сделать. — Утверждает, что он человек, — усмехнулся он. — Я отведу тебя к господину, — Сяо поднялся, схватив за локоть Сашу, выводя его наружу из пещеры. Саша сопротивлялся, пытался отцепить руку, но учитывая неравную силу, это выглядело смешно. — Ты не можешь вот так его забрать у нас! — возмутилась Паймон, вцепившись в свободный локоть монстра. — Мы были первыми! Мы отведём его к Кэйе! — Ребята, прошу вас! — взмолился Итэр, предвидя некоторые проблемы. «Кэйа?!» — ужаснулся Шура, уже не так сильно отбиваясь от Сяо, сколько от летающей девочки. Этот мороженный сутенёр стоит на втором месте в списке людей, который он хотел бы видеть в последнюю очередь. — Итэр, чего стоишь, нашего хиличурла забирают! Сяо, отныне мы не друзья! Я дам тебе какое-нибудь противное прозвище! Путешественник, не зная, что делать, побежал помогать подруге отобрать их цель, которая пыталась укусить Адепта за руку. — Итэр, не мешай мне, — скорее горестно, чем угрожающе, потребовал Якса. Он серьёзно посмотрел на того, кого считал если не другом, то тем, на кого можно положиться, учитывая, что в списке таких людей несчастно мало. Тёмная аура потихоньку окутала его, угрожающе сверкая. — Иди в Мондштадт, — раздался спокойный, но строгий мужской голос, словно гром среди ясного звёздного неба. Сяо от шока разжал руку, а Шура от страха остолбенел и со страхом посмотрел вверх, широко распахнув глаза. Паймон вжалась в шарф путешественника, дрожа от страха. Итэр радостный и счастливый, улыбаясь, обнял подругу, утешая её. Спор решён. — Отче? — Саша проглотил ком в горле, и с неба резко перевёл взгляд на Сяо. — Твой господин Бог?! — Тьфу ты блин! Зачем так пугать! — рассердилась Паймон, смотря туда же, куда и все. — Сяо? — Итэр был рад, что помощь пришла оттуда, откуда её не ожидали, но его беспокоил молчаливый силуэт друга. Адепт молчал, с распахнутыми глазами смотря на звёзды. Он молча развернулся ко всем спиной и, постояв так, пошёл вперёд в лес. — Куда ты? — поинтересовался путешественник. Сяо остановился, не поворачиваясь, ответил: — Нам было велено идти в Мондштадт. Не будем терять время, — не сбавляя спокойного размеренного шага, он исчез в тени леса. Саша, не до конца понимая, что произошло, почувствовал на плече прикосновение. Обернувшись, встретил спокойное, без брезгливости или отвращения взгляд. Итэр похлопал его по плечу, одобрительно утешая, что всё хорошо, и он протянул ему его сухую одежду и сумку. Это до глубины души тронуло Александра. Он почувствовал, как сердце, как и в прошлый похожий раз, ускорило ритм, разнося по всему телу приятное тепло, заживляющее душевные раны. Саша, поспешно одеваясь, понимал больше всех, что особо приятного другого выбора, кроме как пойти с ними, у него нет, но находясь рядом с этим парнем, он чувствует себя в безопасности. Это совсем противоположное ощущение, чем с тем странным типом, который только что ушёл, и как Саша надеялся, далеко и надолго. Идти в Мондштадт не хотелось, от слова совсем, это при том, что там живут те ещё больные ублюдки. Путешественники шли под покровом ночи по обе стороны от хиличурла, постоянно поправляющий капюшон и перчатки, словно боящийся, что кто-то его увидит или теребивший лямку сумки, словно не знал, куда деть руки. Догнать или увидеть хотя бы в зоне видимости Адепта у них не вышло. Видимо, он этого и желал и ушёл далеко вперёд. Паймон, в которой оказалось куда больше смелости, уверенно летела рядом с хиличурлом, пытаясь с ним хоть как-то поговорить. И у них это получилось. В основном Паймон задавала вопросы о еде и приключениях, откуда он, а Саша, показывая на пальцах или рисуя в воздухе картины, пытался донести до неё информацию. Итэр тоже изредка задавал вопросы, однако ему не было так интересно общение с хиличурлом, сколько Паймон. В конце концом, их разговор перешёл из «вопрос-ответ» в «Невероятные приключения путешественника и самого лучшего компаньона в мире». Саше было в радость просто молча слушать кого-то, да и ещё такие интересные истории, однако чувствовал необъяснимую тоску и холод, словно сосулька, которую как-то оказалась внутри него, всё никак не может растаять. — Надеюсь, если здесь есть Боги, они мне помогут, — тихо сказал Саша, пытаясь идти как можно медленнее к пункту назначения. Благо, Итэр не грубо, но уверенно толкал в локоть, спрашивая «Всё хорошо?», и получив робкий кивок, путники продолжили свой путь к городу свободы.