Тепло твоих рук

      Начало мая. Солнце лениво просвечивает сквозь молочную пелену тумана и нехотя просыпается. Промерзшая земля с жадностью впитывает каждый скудный лучик и набирается сил, предвкушая скорое наступление лета.       Запретный лес, шелестя молодой листвой, наполняет округу свежим чистым воздухом и отдается приятным пением всевозможных птиц.       Казалось бы, всё в этом мире должно быть наполнено спокойствием и умиротворением... Но, к сожалению, это не так.       Сегодня ни солнце, ни воздух, ни скорое лето не приносили никакой радости. Даже долгожданная победа над Тёмным Лордом отошла на второй план для тех, кому повезло остаться в живых. Траур и опустошенные взгляды, словно кислотная, ядовитая субстанция заполнили окрестности Хогвартса и сознания волшебников всего мира.       - Не смотря на личное участие в группировке Пожирателей Смерти, активное содействие в преступлениях, направленных на завоевание и подчинение волшебного сообщества... что в настоящее время карается самым суровым из возможных методов... - холодный, беспринципный голос металлическим эхом разносился по судебному залу.       - Драко Малфой... - ледяной пот едва проступил на белоснежном лице подсудимого.       - Всё же внёс вклад в победу над Лордом Волдемортом и его приспешниками. Приняв во внимание заявления свидетелей, в том числе преподавательского состава Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, Драко Люциус Малфой признаётся не виновным, - глухой стук молотка судьи практически полностью растворился в своре недовольных криков и споров.       Мертвенно-бледный парень даже не помнил, как добрался до стен одинокого замка. Вроде это Макгонагалл привела его. А может, ему просто показалось и это был кто-то другой. Всё происходило слишком быстро. Первое утро после битвы. Слёзы матери. Проклятия отца. Осуждающие взгляды. И неимоверно долгий суд.       Даже не зная, радоваться ли ему или плакать, он просто жалел о том, что его не убили ещё тогда. Мать, как и Драко, оправдали несмотря на угнетающие мольбы толпы. Однако, ей ещё с месяц предстояло находиться в заключении для более детальных разбирательств. Во многом им помогли свидетельства Поттера, которого всё это время буквально разрывали на части многочисленные корреспонденты и адвокаты.       Люциус же был первым в списке приговоренных к заключению с рассмотрением смертной казни в качестве высшего наказания.       В один миг Драко потерял всё, что у него было: власть, статус, друзей, семью, смысл существования, да и в принципе желание жить.       Большинство студентов, участвовавших в битве, сразу отправились домой к семьям. Однако, были и такие как Малфой - проводящие первый вечер освобожденной жизни в заключении каменных стен и беспорядочных мыслей. Те, кто потерял то, что могло хоть как-то помочь выбраться из этой липкой каши усталости, безнадежности и пустоты.

      

      Наверное, это уже вошло в привычку - убегать... Раньше она избегала плохих оценок и всего того, что могло сделать её слабой в чужих глазах. Затем она скрывалась от пожирателей, так яро желающих её смерти. А теперь... Теперь... Теперь она избегала последствий последних лет и собственные чувства, убранные в самый далёкий шкаф.       Даже в такой важный день волшебница не могла ничего с собой поделать и вместо того, чтобы вместе со всеми разгребать тот ужас, оставшийся после сражения, Гермиона просто сбежала.       Да, никто её не осуждал. Все понимали, что победа далась с огромным трудом. Но разве это что-то меняло?        Он сидел на пыльном полу опустелого коридора, когда впервые услышал пронзающий женский крик. Словно вынырнув ото сна, Малфой почувствовал, как по телу пробежала неприятная дрожь.       Боль, буквально сочащаяся из воплей и всхлипываний, невидимым ножом кромсала грудь. Всё так же не двигаясь, он отчетливо слышал, как многочисленные заклинания летели во все стороны, то и дело, обрушая и без того разрушенные стены.       - Ненавижу! Ненавижу!! Ненавижу!!! - этот отчаянный вопль он мог узнать из тысячи. Грейнджер. Сердце сжалось до размера грецкого ореха и категорически отказывалось выполнять свои функции.       Однако, буквально за доли секунд, погром и крики сменились напряженной тишиной и едва уловимыми всхлипываниями. Не зная, что вообще делать в этой ситуации, Драко понимал лишь одно - он не тот, кто имеет право хоть как-то к ней подходить, тем более сейчас, после всего что произошло...

      Толпы нахлынувших добровольцев заполнили заваленные залы и окрестности, в надежде как можно скорее отыскать пропавших. Не смотря на позднее время, замок светился пуще прежнего, озаряемый сотнями волшебных палочек.       Стараясь как можно лучше структурировать работу, люди организовывали поисковые отряды. Члены министерства магии под руководством Хагрида и местных кентавров постепенно штудировали Запретный Лес, преподаватели и добровольцы из других школ постепенно расчищали запутанные коридоры, остальные же обыскивали округу. Но ни совместные усилия, ни бесконечные поиски, ни магия не могли остановить нарастающее волнение от каждого найденного трупа.       Казалось, тысячи сов пролетели мимо остроконечных крыш за эти сутки и ещё десятки тысяч только собирались посетить школу за ближайшие пару недель.              Вернувшись в более-менее уцелевшую спальню, Малфой всё никак не мог перестать слышать крики. Её крики. Прямо в одежде он изнемождённо грохнулся на замерзшую постель. Укутавшись поглубже в многочисленные покрывала, в надежде хотя бы так закрыться от этого мира, он даже не заметил как уснул. Но и в недолгой беспокойной дрёме волшебник видел только Грейнджер... Непослушные волосы, худощавые плечи и громкие дикие вопли, истекающей кровью гриффиндорки.       Наверное, именно в тот день, когда её пытали в фамильном поместье, Драко и осознал весь ужас своих поступков. Наблюдая за каждым выведенным порезом, каждым вздохом боли и отчаяния и не имея никакой возможности сделать хоть что-то, он впервые так резко почувствовал свою никчёмность и всё сильнее себя возненавидел.              Ночь была мерзкой. Мрачная спальня стала совсем не похожа на ту волшебную комнату, которую Малфой так обожал в детстве. Наверное, словно старое разбитое зеркало, она отражала состояние своего хозяина.       Забытая, пыльная, опустелая. Без надежды на тёплый огонь хотя бы одной свечи. Вещи в ней разбросаны, словно беспорядочные мысли. Казалось, сама жизнь давным-давно покинула это место, оставив после себя лишь опустевшие руины.       Проснувшись в холодном поту чуть позже полуночи, Драко всё же решил присоединится к поискам пропавших. Вероятнее всего, просто стараясь хоть как-то заглушить воспоминания и крики, так и не вылетающие из головы. В тот момент он и не подозревал, что именно тогда началась его новая жизнь.       - Ты точно этого хочешь? - знакомый голос заставил блондина поёжиться. Малфой шёл в сторону завалов, рядом с которыми вчера сражался, когда случайно услышал обрывки диалога.       - Я нужна здесь, Рон, - не понимая почему, он буквально застыл на месте, всё внимательнее прислушиваясь к отдалённой беседе.       - Там будешь ты и Гарри, и все остальные... Пойми меня пожалуйста... Я очень люблю твою маму, но... Но когда я на неё смотрю, я понимаю, что мои родители сейчас даже не знают о моём существовании... Это убивает меня... - девушка, периодически срываясь на плач, всё же старалась держать себя в руках.       - Ты нужна мне, Герм, - по голосу Рона было слышно, как отчаянно он пытался ухватиться за подругу.       - Мне нужно время... - сдавленные всхлипывания были явно приглушены объятьями. Не став дожидаться кульминации, Драко тихо продолжил путь.              Если начистоту, то он не был уверен в своих догадках, но всё же хотел лишний раз удостовериться, что все, кто стоял рядом во время взрыва, всё же успели скрыться.       Наконец-то, найдя те самые рухнувшие колонны, он медленно, камень за камнем, начал расчищать завал. Клубы пыли вздымались в воздух. Валуны, то и дело, норовили расколоться налету. Казалось, он уже целую вечность разгребал обломки, однако работы меньше не становилось.       С первым взмахом палочки и до последнего изнеможённого вздоха, он действительно старался изо всех сил. Но, даже сильному волшебнику со всеми безграничными возможностями магии было физически тяжело управляться со столь масштабными объёмами.       Спустя час беспрерывной работы, он всё же бессильно рухнул на грязный пол. Дыхание сбилось, руки дрожали, по лбу стекали пыльные капли пота. Но это его не волновало. Главное, что крики хотя бы ненадолго но стихли.       Наконец-то, утонув в поглощающей тишине, он следил лишь за дыханием и бешенным биением сердца.       Уже намереваясь закончить с самостоятельными поисками, Малфой неожиданно услышал тихий, едва заметный стук, доносящийся из самого недра руин. Волна адреналина окатила с головой.       Моментально подскочив, блондин с ещё большим рвением продолжил расчищать развалины. Усталость отошла на второй или даже на третий план. Было важно лишь одно. Спасти.       - Я здесь! Я вас слышу! Не бойтесь! - сам того не замечая, произносил он между многочисленными заклинаниями. Драко чувствовал, как с каждым обломком становилось всё тяжелее... Однако медлить было нельзя! Он просто не имел на это право.       - Вингардиум левиоса, - голос уже срывался на крики, но громадный монолит не поддавался.       - Вингардиум левиоса! - ещё громче и ожесточённее произнёс он. Легче не стало. Нервы были на пределе.       - Вингардиум левиоса! - звонкий женский голос прозвучал за спиной.       Переместив совместными усилиями многотонную глыбу, они переглянулись. Девушка уверенно кивнула. Так же ничего друг другу не говоря, ребята продолжили убирать оставшиеся обломки.       Наконец-то, стало видно, откуда именно ранее доносился стук. Счастливице действительно повезло, что взорванные колонны буквально куполом накрыли её. Вся израненная и покалеченная, девушка бездвижно лежала посреди этого "домика".       - Нам не справиться вдвоём, - Гермиона оценила сооружение.       - Если уберём что-то одно, то всё сразу ...       - Я вижу... - они снова переглянулись.       - Я не уверен, есть ли у нас время кого-то ждать... У тебя хватит сил продержать конструкцию в воздухе буквально минуту? - гриффиндорка с сомнением окинула взглядом многотонные обломки и неуверенно перевела взгляд на Драко.       - Это слишком рискованно, Малфой. Ты можешь пострадать, - однако, парень уже приготовился.       - Я в тебя верю! Три! Два! Один! Давай! - за себя он сейчас боялся меньше всего.       - Вингардиум левиоса! - как только валуны оторвались от земли, Драко наложил на девушку заклинание, предотвращающее повреждения при переноске, и, собравшись с последними силами, взял её на руки.              Он слышал, как вся конструкция оглушающим ударом грохнулась на пол, когда бежал в больничное крыло. Они справились.       Лишь передав полумертвую девушку в руки медиков, он обессиленно рухнул. Драко обязательно расшиб бы себе что-нибудь, если бы Гермиона во время не поймала его.       - Мы спасли её,- всё что успел произнести парень, смотря во встревоженные глаза волшебницы.       - Фред Уизли мертв?! - Малфой очнулся только спустя пару дней. Всё ещё не открывая глаз, он в полусне прислушивался к шёпоту.       - Вчера были похороны... - видимо, медсёстры обсуждали последние новости.       - Какой кошмар! Этой семье пришлось столько пережить! - больничный запах неприятно наполнял лёгкие.       - Говорят, его брат... ну... близнец... сошёл с ума... - на последних фразах противный голос женщины стал ещё тише.       Сплетни перебил громкий стук входных дверей. Словно чувствуя неладное, Минерва Макгонагалл - новый директор Школы Чародейства и Волшебства, требовательно взглянула на отдыхающий персонал. То ли побаиваясь её, то ли стыдясь собственного бездействия, разговорчивые дамы молча направились по своим делам.       Через силу по очереди открыв правый и левый глаз, парень, наконец-то, увидел скромную ширму и заставленный всякими медицинскими флаконами столик.       - Я рада, что вы пришли в себя, Драко, - строгий, но по-своему заботливый голос дал понять, зачем профессор оказалась здесь.       Слегка отодвинув белую загородку, женщина присела на хлипкий стул. Малфой было хотел поклониться для приветствия, но сморщенная худая рука нежно его остановила.       - Поберегите свои силы, - и без того возрастное лицо Макгонагалл, после войны казалось ещё старее. Подбирая нужные слова она ненадолго замолчала.       - Я рада, что не ошиблась в вас, Драко, - наконец-то добавила женщина усталым голосом. Не зная, как на это реагировать, парень лишь слегка кивнул.       - Мисс Грейнджер рассказала мне о вашем поступке. Признаюсь, это было... героически... Но, прошу вас, больше так не рискуйте... Если захотите и дальше помогать в замке, то... - директриса с трепетом проговаривала каждое слово. - то можете присоединиться к отряду Гермионы, когда она вернётся с похорон мистера Уизли.       Всё ещё переваривая информацию, он так же неуверенно кивнул.       - Вот и славно, - растерянная женщина нервно улыбнулась и прикоснулась к щеке слизеринца, словно родная бабушка. Многозначительно вздохнув, она наконец-то сказала то, что так долго держала в себе.       - Мне очень жаль, Драко, что никого не оказалось рядом, когда мы были вам так необходимы. Надеюсь, вы когда-нибудь сможете нас простить, - смахнув с лица слезу, она оставила его наедине.       В больничном крыле Малфой пролежал ещё пару дней. Более-менее восстановившись, он ещё раз выслушал монолог о том, что ему нельзя пользоваться магией до полного восстановления и наконец-то покинул палату.       День был теплее и ярче предыдущих. Сочные солнечные лучи просачивались сквозь ажурные узоры окон и наполняли жизнью омертвевшее место.       - Они заплакали! Полумна, они заплакали, когда я рассказал им о победе! - голос Невилла, подобно майскому солнцу, так же тепло отражался от каменных стен длинных коридоров.       - Ох... Невилл... - девушка совсем расчувствовалась.       - Вряд ли им когда-нибудь станет лучше... но знаю, они правда поняли, что всё кончено! - воодушевленный гриффиндорец буквально излучал счастье, рассказывая о недавнем походе в Мунго.       - Я уверена, они гордятся своим сыном! - голоса постепенно приближались к месту, где Малфой, оперевшись на подоконник, одиноко наблюдал за пушистыми облаками.       Ещё минута, и пара вышла из-за угла, сразу замолчав при виде слизеринца. Лишь неловко обменявшись кивками, они так же растерянно продолжили свой путь. Да, многие уже были наслышаны о том, что совсем недавно он кого-то спас. Однако один хороший поступок не мог так просто загладить годы издевательств и унижений.       - Луна! Невилл! Постойте! - знакомый звонкий голос прервал возникшую тишину и из-за угла вылетела растрёпанная, запыхавшаяся гриффиндорка.       - Малфой, ты тоже здесь! Замечательно! - парни с недоумением переглянулись.       - Гермиона! Ты вернулась! - будто не замечая возникшей неловкости, заключила Луна.       - Да! Привет! Фух... - она всё ещё с жадностью вдыхала воздух.       - Все уже, надеюсь, слышали, что мы в одном отряде поисковиков? - ребята неуверенно кивнули.       - Отлично! - девушка наконец-то отдышалась.       - Тогда, если у вас нет важных дел, прошу поскорее собрать свои вещи! - непонимающие взгляды стали ещё более непонимающими.       - Нам выделили место в уцелевшей башне старост, - практически все спальни факультетов были разрушены, поэтому желающим поучаствовать в поисках пропавших и в восстановлении замка приходилось спать в палатках. Если не знать о случившемся, вполне могло показаться, что в окрестностях Хогвартса проводится финал чемпионата по Квиддичу.       - Моя спальня вроде как це... - начал было Малфой, но Грейнджер прервала его раньше, чем он успел закончить.       - Дело пойдёт намного продуктивнее, если все будут в одном месте... - учтиво, но настойчиво добавила она.       - Можно ли там развесить обереги от нарглов? - Полумна, скорее всего, сама того не замечая, снова разрядила накаляющуюся атмосферу.       - Конечно! - Грейнджер слегка улыбнулась.       - В общем, буду ждать всех в гостинной через полчаса! Пароль: Яблочный щербет!              Гермиона скрылась так же спешно, как и появилась. Делать было нечего, он сам согласился пойти на это. Жаловаться на что-то не имело никакого смысла, да и желания.       Спешно покидав в чемодан стопку белых рубашек, мантии и другую одежду, Драко аккуратно упаковал учебники и единственную фотографию семьи, оставив всё остальное в корзине для мусора. Старые письма отца, дорогие подарки, бесполезные грамоты так и остались доживать свою жизнь в пустой одинокой спальне.              - Ты действительно доверяешь ему? - встревоженный шепот встретил его сразу, как только Драко переступил порог.       - Я готова дать шанс, - кажется, никто не заметил его возвращения.       - Он же самолюбивый придурок, Гермиона! Ты уже успела забыть, кто такой Малфой?! Я напомню! Предатель! Убийца! Обманщик! Пожиратель смерти, в конце-концов! - уже более уверенно произнёс Лонгботтом.       Блондину не особо хотелось слышать продолжение.       - Бывший, - давая о себе знать, добавил он, всё так же неуверенно маясь у входа в гостиную.       Растерянный гриффиндорец даже поднялся от неожиданности.       - Бывших пожирателей не бывает! - Невилл был холоден.       - Я не обязан перед тобой отчитываться! - не зная, как себя вести, Малфой терял контроль.       - Ты так думаешь? - зачиналась драка.       - Мальчики, хватит! - Гермиона машинально встала между ними.       - Сейчас есть более важные дела, чем выяснение отношений, - все снова вспомнили, зачем вообще они тут собрались.       Напряженную тишину снова прервала Лавгуд, которая случайно врезалась в Малфоя, почему-то решив зайти спиной вперёд.       - Прошу прощения, - кротко прошептала девушка. Её светлые глаза напугано изучали потревоженного блондина сквозь смешные огромные очки.       - Хочешь талисман от мозгошмыгов? В твоей голове их очень много... - так и не поняв, что она имела ввиду, Драко всё же растерянно взял в руки небольшое, видимо, самодельное сооружение из разноцветных перьев и пуговиц.              Так как работы было много, а шанс найти выживших уменьшался с каждой минутой, ребята решили поделиться на пары. Невилл с Полумной сегодня остались патрулировать в дневную смену, а Драко с Гермионой - в ночную. Спорить по этому поводу даже не пришлось, ведь нарглы, которых блондинка так старалась избегать, очень любили шкодить при свете луны...       Если бы вдруг возникли ситуации, требующие помощи, всегда можно было подать знак через талисманы Лавгуд (по принципу фальшивых галлеонов Отряда Дамблдора).        Они справились быстро, поэтому, уже буквально через полчаса, Лонгботтом с подругой отправились в запустелый лабиринт замка.       - Иди поспи, ты ещё не полностью восстановился... и... вот... - Гермиона неловко протянула блондину небольшую шоколадку.       - Лучшее лекарство при упадке сил, - Малфой неуверенно развернул золотистую фольгу.       - А ты не идёшь отдыхать? - парень сам удивился своей заинтересованности.       Грейнджер устало улыбнулась.       - Ты не поверишь, сколько сов с просьбами об интервью прилетает каждый час. Нужно скорее написать план ответов и выбрать самые достоверные источники, пока всякие... кхм - казалось, она чуть не выругалась, - пока всякие лживые журналисты не исковеркали всё что только можно.       Конечно, она понимала, что со временем всё обязательно порастёт слухами и выдумками тех, кто даже не участвовал ни в битве, ни в сопротивлении. Однако, всё же лучшее что она могла сделать - рассказать всю правду тем, кто действительно умел с ней обращаться.       Пусть основная битва закончилась, но информационная война будет ещё долго терроризировать общество.              Так и просидев за письменным столом до самого вечера, девушка то и дело перечитывала личный дневник, стараясь как можно чётче вспомнить минувшие дни. Всё казалось таким далёким, словно страшный, безумный сон.       Даже тонна шоколада не могла спасти её от накатившей печали. Лишь заметив крупные мокрые пятна на пергаменте, Гермиона поняла что плачет. Нервы снова сдавали.       Если честно, на этой неделе не было ни единого дня без панических атак. Уже зная, что её ждёт, девушка медленно села на пол и оперлась спиной о холодную стену. Тело становилось ватным и начинало дрожать.       Непроизвольных дикий страх заполнял каждую клеточку пространства и затуманивал разум. Как бы она ни старалась отвлечься, думать о чём-то другом, щипать себя, разглядывать узоры на ковре, эмоции брали верх. Жадно вдыхая воздух, она проклинала всё что только можно. Хотелось кричать и плакать... Но больше, наверное, всё-таки умереть...       Лишь лёгкая вибрация перно-пуговичного кулона хоть как-то связала её с настоящим. Всё-таки сумев восстановить дыхание, она взяла себя в руки. Наспех вытерев слёзы, девушка пошла на дежурство.       Ночь предвещала быть долгой. Если бы Гарри знал, куда делась карта Мародёров, всё было бы намного проще. Но, к сожалению, события сменялись слишком быстро. Возможно, она выпала во время одной из битв, возможно, была потеряна ещё в лесу, возможно, просто затерялась среди вещей. В любом случае, многочисленные поиски пергамента не дали никаких результатов.              Уверенные шаги приглушенным эхом отражались от холодных стен. Они молча шли к подземельям. В скудном свете палочки и редких факелов Грейнджер выглядела ещё более изнемождённой чем раньше. Лишь растрёпанные кудрявые волосы как и прежде падали на хрупкие плечи, укутанные тёплой мантией.       Некогда заполненные коридоры, казалось, окончательно омертвели. Казалось бы, всего лишь один день. Один ужасный майский день, который разделил всё на до и после.       Драко и Гермиона лишь спустя двадцать минут пришли к месту, где до этого работали Невилл и Полумна. Глаза уже полностью привыкли к полумраку, а звук капающей воды перестал вызывать неприятную дрожь в животе.       Уткнувшись в заваленный проход, они оценивающе обвели взглядом масштаб работ. Три на три метра сплошных камней и щебёнки.       - Тебе всё ещё нельзя пользоваться сложными заклинаниями, - Драко даже вздрогнул от неожиданного нарушения тишины подземелья.       - Но... - если честно, Малфой не намеревался так тщательно слушать указания медсестёр. Однако девушка даже не дала возразить и холодно продолжила.       - Здесь не так много работы. Нужно только немного укрепить стены и убрать в стороны оставшиеся обломки. Я справлюсь! - он снова неуверенно перевёл взгляд на полностью заваленный коридор с высокими потолками.       - Здесь дохуя работы, Грейнджер... - пропустив мимо ушей ругательства, она лишь потушила свет своей палочки. С непривычки всё вокруг растворилось во тьме.       - Вот так работать будет в разы тяжелее, - Малфой безуспешно всматривался в то место, где ранее стояла Грейнджер.       - Поэтому всё что от тебя сегодня требуется - освещать! Так уж и быть, в следующий раз мы обязательно поменяемся! - её тихий, ледяной голос заполнял всё пространство. Блондин машинально сделал шаг навстречу. Не выдержав полной дезориентации, Малфой достал палочку.       - Люмос, - он смотрел чётко в её глаза. Вероятно, в темноте девушка тоже инстинктивно приблизилась к партнёру, потому что между ними сейчас оставалось едва ли около полуметра. По телу словно прошлась волна бушующего электричества.       Задержав взгляд друг на друге чуть дольше, чем обычно, они наконец-то пришли в себя.       - Во так и свети, - с тем же холодом произнесла Гермиона и сразу же начала накладывать многочисленные заклинания на груду обломков.       Прошло наверное чуть меньше часа. Малфой отрешённо сидел на пыльном полу, оперевшись спиной о большой валун обвалившегося потолка. Всё ещё являясь единственным источником света, он старался особо не двигаться. Однако рука уже была готова отвалиться вместе с палочкой.       Гермиона же, казалось, имела в распоряжении какой-то портативный источник нескончаемой энергии. Не смотря на внушающий масштаб работ, она с тем же упорством распределяла каменные плиты. Её сосредоточенность завораживала и... пугала. И всё же, спустя ещё полчаса, даже она решила передохнуть.       - Ты не против? - гриффиндорка подошла к Драко и жестом указала на соседнее место. Он растерянно кивнул.       Всё ещё не понимая, как вообще ему нужно вести себя с людьми, парень лишь молча наблюдал.       Пушистые запутанные волосы покрылись тонкой пеленой серой пыли. Руки слегка дрожали. Находясь впервые так близко, Малфой с удивлением заметил, как же сильно она изменилась. Бесившая ранее улыбка, казалось, исчезла уже очень-очень давно. Лицо уставшее и измождённое не выражало абсолютно никаких эмоций. Губы искусаны в кровь и неприятно шелушатся. В холодном свете одинокой палочки Грейнджер казалась ещё худее, чем раньше.       Забыв про ноющую боль в руке, он внимательно разглядывал каждую деталь.              - Хочешь? - знакомая золотая фольга снова блеснула в хрупкой ладони.       - Спасибо... - шоколад и правда придавал сил.              Они сидели молча. Опустошенные взгляды бездумно бродили по каменным завалам. Подземный холод неприятно просачивался сквозь мантии, но вставать всё равно не хотелось. Не хотелось вообще ничего.       Их привёл в чувство лишь пронзающий крик из самой глубины завала. Детский крик.       Мгновенно подскочив с места, ребята испуганно переглянулись.       - Всех несовершеннолетних вывели ещё до начала битвы, ведь так? - мертвенно-бледная Гермиона с силой сжала волшебную палочку и не медля ни секунды продолжила разбирать проход.       - Я хочу помочь! - Малфой не мог стоять в стороне.       - Зови помощь и продолжай светить! - стараясь как можно скорее расчистить дорогу, девушка уже не уделяла так много внимания укреплению стен. Буквально за пару секунд подземелье наполнилось облаками пыли и летящей во все стороны щебёнкой. Уверенный, строгий голос отражался от старых стен. С каждой минутой детские крики становились всё ближе.       Наконец-то расчистив небольшой проход, девушка вместе с Малфоем пролезли в оставшуюся часть подземелья. Кровь буквально застыла, когда они увидели открывшуюся картину.              Около десяти маленьких окровавленных тел было разбросано под массивными каменными обломками. Никто не подавал признаков жизни, кроме того самого кричащего мальчика. Его ноги были полностью придавлены. Он лежал в луже собственной крови и отчаянно звал на помощь. Малфой чувствовал, как тело буквально переставало слушаться. Всё что он сейчас мог - это просто стоять на месте и смотреть.       Грейнджер же наоборот максимально быстро подбежала к выжившему.       - Я здесь, всё в порядке! - её руки бешено дрожали и совсем не слушались. Не зная, что вообще делать, гриффиндорка хаотично обводила взглядом ревущего первокурсника.       - Мама! Мама, ты пришла! Мне больно... - душераздирающие вопли заполнили весь разум. Всё ещё больше впадая в панику, Гермиона лишь машинально обняла тянущегося к ней мальчика.       - Я здесь! Не бойся, я помогу тебе... - по щекам текли крупные слёзы.       - Мне страшно! Мама! - в бреду он ещё крепче хватался за хрупкую девушку.       - Всё в порядке! Я сейчас... - Грейнджер, всё ещё паникуя, начала рыться в небольшой сумке, казалось, сама не особо понимая что именно нужно искать.       - Сейчас! Подожди! У меня есть лекарство! Всего минуту! - дрожащие руки не хотели слушаться.       - Грейнджер... - Малфой наконец-то пришёл в себя после оцепенения.       - Я почти нашла! Сейчас боль уйдёт... - девушка будто не слышала.       - Грейнджер! - блондин буквально закричал.       Только сейчас она внезапно поняла, как тихо стало вокруг. Тело будто окатило ледяной волной.       Маленький хрупкий ангел словно уснул прямо у неё на коленях, так нежно обнимая за талию. Лихорадочно проверив отсутствующий пульс она с материнской нежностью погладила его запутанные окровавленные волосы. Пронзающий женский крик можно было услышать даже в запретном лесу.       Малфой медленно подошел к гриффиндорке и присел рядом. Словно завороженный он ошарашенно наблюдал за накатившей истерикой.       - Иди сюда, Грейнджер, - Драко осторожно положил ребёнка на пол и притянул девушку к себе. Громкие всхлипывания сменились неконтролируемыми криками. Он чувствовал как её трясёт и сам терял контроль.              Машинально проводя ладонью по непослушным волосам, слизеринец постепенно растворялся в мыслях и ощущениях.       Лишь лёгкое розовое мельтешение в самой дали коридора снова привело его в чувство.       - Там кто-то есть... - тихо прошептал он Грейнджер, сам не ожидая такой резкой смены эмоций.       Гермиона, всего секунду назад рыдающая у него на плече, буквально сразу вскочила и смело направилась в темноту. Пару раз споткнувшись о мелкий гравий, он всё же быстро её нагнал.       Затерявшийся житель не заставил долго себя искать.       - Я рада встретить именно вас, Малфой! - знакомый женский голос противным скрежетом отдался в сердце. Розовый замученный силуэт вышел на свет.       - Это всё ваших рук дело? - непривычно громко уточнил блондин. Женщина самодовольно улыбнулась.       - Грязные маглорождённые выродки могли пригодиться Тёмному Лорду! Однако, этот завал... Так не вовремя... Но, если вы здесь, я так полагаю, у нас и без них всё получилось, - казалось, обезумевшая фанатка совсем не замечала Гермиону. А может, она и правда плохо видела после стольких дней, проведённых в кромешной темноте.       - Вы действительно привели на битву детей? - ледяной знакомый голос заставил Амбридж поёжиться.       - Не детей, а мерзких грязнокровок... Таких же как и вы, Грейн...       - Круцио, - Гермиона не дала ей закончить. Малфой от неожиданности выронил палочку и вся комната заполнилась лишь кромешной темнотой и дикими криками бывшего преподавателя. Ненависть буквально переполняла гриффиндорку изнутри.       Тщетно пытаясь отыскать упавший предмет, Малфой безрезультатно просил партнёршу остановиться. В итоге, просто забив на поиски, он по памяти вернулся к разъярённой однокурснице и аккуратно взял её ледяную руку.       - Ты так убьёшь её, Грейнджер, остановись, пожалуйста... - он смотрел туда, где как ему казалось, находились её заплаканные глаза. Она сдалась не сразу.       Лишь когда истеричные крики закончились, они, наконец, услышали шаги отряда спасателей, которых Малфой позвал ещё полчаса назад.              Человек десять во главе с Макгонагалл быстро расчистили проход и яркий свет сразу заполнил всё вокруг.       Он смотрел на её опустошённое, заплаканное лицо и не замечал больше ничего другого.       - Это скандал мирового масштаба, Минерва, - кто-то из министерства подал голос. Всё ещё приходящая в себя директриса с ужасом изучала каждое знакомое тело.       - Это ваши люди направили сюда эту суку учить детей, - жёстко и холодно ответила Гермиона. Окинув взглядом ошарашенных представителей правительства, она жестом указала на обездвиженную Амбридж. Не дожидаясь ответной реакции, девушка быстро направилась к выходу.       Проследив за встревоженным взглядом Макгонагалл, Малфой поднял свою палочку и побежал за Грейнджер.       - Я прослежу, чтобы с ней всё было в порядке, - крикнул он напоследок, обращаясь к преподавателю и дневным сменщикам.                     Она со всех ног бежала к башне старост, словно считая, что только так действительно сможет скрыться от плохих мыслей и осознания того, что вообще только что произошло. Однако, это не помогало. Совсем.       Даже придя в тёплую просторную гостиную, она видела перед собой лишь полумёртвое детское тело. Всё ещё ощущая тепло маленьких рук, так отчаянно ухватившихся за неё, Гермиона грохнулась на колени. Малфой застыл на входе. Он сам был на грани истерики, но просто не мог оставить её в таком состоянии. Особенно после всего, что она сегодня сделала...       Руки, испачканные в крови тряслись слишком сильно. Казалось, все эмоции, что накопились в ней за последний год, решили выплеснуться именно сейчас. Она истерично смотрела на красные разводы и всё больше утопала в безысходности и чувстве вины. Драко слишком хорошо знал это состояние. Буквально на автомате он аккуратно подхватил девушку и понёс в ванную старост.       Всхлипывания переходили в крики, она смотрела на алые пятна и ещё больше ненавидела этот мир, эту жизнь и себя. Тщетно стараясь смыть с хрупких рук эти безумные следы, блондин тоже постепенно терял контроль. Кровь пропитала всё что только можно.        Не выдержав напряжения, он буквально разорвал кровавые мантии и вместе с рыдающей девушкой прямо в одежде погрузился в вечно горячий бассейн. Кожу приятно отдало теплом. Вокруг моментально расплылся серо-бордовый след.       Буквально не в своем уме Драко истерично смывал с неё и с себя эти горькие следы смерти и боли. Пена окрасилась в розовый. Волосы и майки противно прилипали к телу. Но его это не останавливало.       Как только слой пыли и крови был окончательно смыт, он отчетливо заметил этот страшный, только недавно затянувшийся шрам "грязнокровка" на её руке.       Не выдержав этого напряжения, он наконец-то крепко её обнял. Казалось, только после этого Гермиона постепенно начала приходить в себя.       Наверное, они простояли так целую вечность, пока дыхание и мысли полностью не восстановились       - Ты в порядке? - всё ещё не отрываясь от неё, спросил Малфой.       - Нет - честно ответила девушка, так же не убирая своих рук, впившихся в его плечи.       - А ты?       - Я тоже...       Всё бы ничего, но промокшая одежда начала противно холодеть на воздухе.       Постепенно приходило и осознание того, что только что произошло и с кем они сейчас находятся.       Мгновенно очутившись на расстоянии метра, они растерянно посмотрели друг на друга.       Драко снова заметил, насколько она измотана, как сильно похудела. Кожа, бледная как у привидения, ярко контрастировала с многочисленными ранами. Прилипшая майка отчетливо открывала хрупкие ребра.       Она же, в свою очередь, увидела его шрамы, метку, изрезанные предплечья...       Пара молча изучала друг друга, хотя больше казалось, что они просто смотрелись в зеркало.       Ни у кого из них не было живого места и каждому было что скрывать от посторонних глаз, но именно сейчас этого делать и не хотелось.              Впервые за это время им казалось, что они действительно понимают того, кто стоит напротив.       Однако, стало действительно холодно и Драко, в замешательстве от собственных мыслей, действий и ощущений, просто молча вышел из ванной, дав Гермионе до конца прийти в себя.