Тепло твоих рук

      Гермиона ждала заказ в углу крохотного кафе. Опустелое заведение всё так же, как и раньше, было наполнено аппетитным ароматом булочек и кофейных зёрен. Однако, сейчас это не имело никакого значения.       Мимолётная встреча нависла над душой такими же тяжёлыми и тёмными тучами, что всё гуще собирались над городом.       Вовсе не так представлялся этот момент.       Промокшая мантия неприятно давила на плечи. Безучастно наблюдая за стеной серого ливня, девушка даже не заметила, как за её столиком появился ещё один посетитель.       Драко зашёл ещё пять минут назад. Неуверенно застыв на входе, парень наблюдал за расстроенной волшебницей и спокойно ожидал, когда же его заметят. Однако, девушка с каждой минутой лишь больше уходила в себя, а взгляды со стороны продавца становились всё настойчивее.       Так и не дождавшись ответной реакции, Малфой сам подошёл к шаткому столику. Безрезультатно.       Блондин стряхнул с воротника налипшие капли дождя, беззвучно опустился на старый табурет и стал молча ждать.       Из-за того, что всё произошло так быстро, неожиданно и по-киношному трагично, он всё не мог отделаться от мысли, что увидел то, что не должен был.       Поначалу он, конечно, сам хотел подойти к паре. Особенно в тот момент, когда Грейнджер бросилась в объятия ещё одного рыжего идиота.       Но чему уж точно Драко научился за эти годы, так это быть менее вспыльчивым и импульсивным. Продумывая наперёд каждый шаг, скрываясь от лишних взглядов и сплетен, находясь под постоянным контролем, парень действительно умел переступать через собственные желания.       Даже за пеленой дождя было видно, как ярко Грейнджер светилась в тот момент.       Может Малфою так показалось из-за тёплых солнечных лучей, которые так удачно падали на пару, а может из-за того, что девушка действительно была рада встретить Джорджа?       В любом случае, даже для Драко стало потрясением такое холодное прощание. Особенно, если учесть, что это был Уизли. Тот самый Уизли.       Молодой человек всё ещё молча сидел за старым, видавшим лучшие годы, столиком. Капли с чёрного зонта успели образовать на полу небольшую лужицу, а Гермиона всё ещё тихо смотрела в окно. Волшебница отрешенно наблюдала за тем, как тяжёлые крупные бусины разбивались о квадратики плитки Косого Переулка. А он смотрел на неё.       Как интересно может сложиться наша жизнь.       Первая любовь. Та самая первая любовь. С тёплыми объятиями, разговорами по ночам… С детской наивностью и идеализацией. С робким молчанием, неловкими взглядами и будоражащими прикосновениями… Может в мгновение ока исчезнуть неуловимым щелчком в пелене вездесущего дождя.       А первая ненависть. Искренняя, переполняющая, вызывающая злость и отвращение… Превратиться в понимание, прощение и… нежность.       — Ваш заказ готов! — звонкий голос официанта вернул их в реальность. Они, наконец-то, пересеклись взглядами.       — Переживаешь, что из-за дождя придётся сократить твой список туристических маршрутов? — Драко непроизвольно перевёл тему.       — Хочешь, я разгоню для тебя все тучи?              Не сразу вернувшись в реальный мир, Грейнджер всё же смогла взять себя в руки и даже слегка улыбнулась.       — Только после того, как разберём весь склад! — гриффиндорка окончательно пришла в себя.       Наигранно зажмурившись, блондин встряхнул влажными волосами и обречённо вздохнул.       — Только давай начнём с завтрашнего дня… Я что-то совсем устала, сплю на ходу. Наверное, стоило нормально отдохнуть после переезда…       «Он всё ещё так сильно на тебя влияет?»       Домой они добрались быстро и практически молча. Ужинали тоже в тишине. Обменявшись парой незначительных фраз, волшебники разошлись по комнатам, оставшись наедине со стуком продолжающегося ливня и бесконечным клубком мыслей.       Иногда жизнь похожа на детские качели. Безудержная радость сменяется волной всепоглощающей грусти. Тёплые воспоминания омрачаются тёмными мыслями. А накопившаяся, скрытая даже от самого себя печаль, вырывается бурным потоком сквозь плотину самовнушения и закрытия глаз на существующие проблемы.              Как бы ты не говорил себе о том, что тебе всё равно, что всё это давно в прошлом, что вы уже совсем другие люди, что мир вокруг тебя ещё прекраснее, чем был раньше, что ты оставил всё позади и осознанно выбрал жить здесь и сейчас… Встретившись лицом к лицу с тем самым ярким, счастливым и далёким воспоминанием, ты впадаешь в ступор.       «А что если?»       Особенно тяжело идти дальше тем, кто не сам поставил точку на своём прошлом. Тем, кто так и остался без ответов на самые животрепещущие вопросы. Тем, кого молча, без всяких причин объяснений оставили позади, даже не дав шанса хоть что-то сделать.       Драко бездвижно лежал на кровати и отрешённо смотрел в потолок. Не включая свет, в синем полумраке, он тихо поднялся, подошёл к старому зеркалу и медленно скинул с себя рубашку.       Впервые за всё время он смотрел на своё отражение. На настоящего себя. Не приукрашенного аристократичной укладкой и выглаженными манжетами, не спрятанного в мантию и не скрывающего своё прошлое за белоснежной тканью рубашек.       Ладони неприятно запекло от впившихся ногтей. Сжатые кулаки нервно дрожали. Даже в темноте эта чёртова метка бросалась в глаза. Шрамы на теле скрывали в себе не самые радужные воспоминания.       Здесь он впервые не угодил отцу…       Здесь — первый раз подрался с однокурсником…       Здесь — его наказали за проигрыш в квиддич…       Здесь — он впервые захотел закончить этот кошмар…       Это — очередная попытка забыться…             Это — последняя…       А это — её первые поцелуи…       Тело окатило горячей волной адреналина.       Её прикосновения…       Драко еле касаясь провёл холодными пальцами по затянувшимся ранам.       Больше ничего не имело значения.       Парень обречённо закрыл глаза и рухнул обратно в кровать.       — Пиздец я влип!       Поток случайных воспоминаний прервал шелест знакомых крыльев и тихий стук в полуоткрытую форточку.       — Письмо из министерства в такое время? Я думал, лимит плохих новостей на сегодня исчерпан, — в один момент сезон дождей, чувства и очередной тупой Уизли перешли на второй план.       «Уважаемый мистер Д.Малфой,..........................................................       .......................дополнительные показания........................................       ...........Н.Малфой...........................................вынесение приговора….       ..............................Л.Малфой...........................................................       под стражей......................................высшая мера наказания.............       ....................просим вас прийти.........................................................»       Он знал, что этот день когда-то наступит.       Время, проведённое в Хогвартсе, летело незаметно. Сначала все силы уходили на поиски пропавших волшебников, затем начались их странные отношения с Грейнджер.              Полностью изолированный от мира вне стен замка, Драко пребывал в успокаивающей отдалённости от всех серьёзных событий, напрямую влияющих на его жизнь и семью.       Общение с матерью всё это время было запрещено министерством. Находясь под стражей, она являлась и главным свидетелем деяний своего мужа, и такой же подсудимой сообщницей.       Видимо, процесс допросов и составление полного списка обвинений подошли к концу, если Драко, наконец-то, вызвали для дачи дополнительных показаний по делу обоих родителей.

***

      Последний раз она видела его на похоронах Фреда. Издалека.       Громоздкий чёрный силуэт так и не решился подойти к могиле своего брата, оставшись полу-заметной тенью на самой вершине кладбищенского холма.       Никто его не трогал. Никто к нему не подходил. Никто ему не мешал.       На самом деле, девушка довольно смутно помнила тот день, несмотря на то, что это произошло всего пару недель назад.       Страх. Боль. Слёзы. Смерть.       Единственное, что отчётливо отпечаталось в её памяти — раздирающие душу крики Молли, мертвенно-бледное лицо Фреда и этот одинокий силуэт на фоне заходящего майского солнца.       Ей хотелось так много ему рассказать, так много о чём спросить и просто побыть рядом в это тяжелое время. Но, если он не выходил на связь даже с родителями, лишь периодически присылая весть о том, что ещё жив, то Гермиону он игнорировал полностью.       На самом деле, Джордж отдалился уже очень давно. Ещё во время отчисления близнецов, после триумфального протеста, он начал держать дистанцию с Грейнджер. Времена становились всё опаснее, планы — грандиознее, а враги — безжалостнее.       В такие моменты люди начинают делиться на две категории: те, кто ещё сильнее хватается за любимых людей, стараясь максимально близко и открыто проживать каждую секунду совместного времени, и те, кто готов пожертвовать личным счастьем, лишь бы не приносить в жизнь дорогого человека дополнительные риски.       В первые месяцы Гермиона не хотела верить в такой поворот событий, после этого она злилась на парня за безжалостность и эгоизм, на смену пережитым чувствам пришли опустошение и печаль.       А затем она сама стёрла память своим родителям и всё осознала.       Но опасные времена остались позади, а отношения между ними стали ещё холоднее.       Да, может детские чувства притупились за все эти месяцы борьбы и страха, может она давно убедила себя в том, что ей не стоит в него заново влюбляться, но это не отменяло того, что он всё так же был важен для неё, что ей было не всё равно то, где он сейчас находится и что творится у него на душе.              После ужина девушка сразу ушла в свою спальню и решила, впервые за долгое время, заполнить пустые страницы в потрёпанном дневнике.       Началось всё достаточно просто.       «Мы победили…»       В памяти всплывали все яркие события тех дней.       Взлёты и падения.       Спасённые и умершие.       Близкие и незнакомцы.       Тысяча сов от репортёров и тишина от тех, кто был важен больше всего.       Мунго. Министерство. Кладбище. Руины Норы. Пустой родительский дом. Хогвартс. Хогсмид.       Бесконечные письма Рона.       Кровь. Одиночество.       Драко…       Джордж…       Если первые воспоминания было просто страшно собственноручно запечатлять на бумаге, последние — просто невозможно от стыда и неловкости.       И как всё так сильно изменилось?       «Снова исчез…»       Последняя точка дымчатыми разводами расплылась в крупной капле незаметно-упавшей слезы.       Ничего не проходит бесследно. Панические атаки, депрессия, ПТСР не лечатся поцелуями. Пусть с кем-то рядом и становится спокойнее, пусть человеческое тепло и дарит дополнительное желание жить эту жизнь, наше тело порой становится главным врагом для нас самих.       Она уже прекрасно знала, что произойдёт дальше. Здесь даже магия была бессильна.       Прижавшись спиной к холодной стене, девушка задержала дыхание и мысленно начала считать до ста.       В этот раз всё прошло быстрее и спокойнее, чем в прошлый.              Драко уже находился в беспокойной дрёме, когда в дверь неуверенно постучали.       Ещё не до конца проснувшись, он чуть не рухнул на пол из-за того, что зарёванная девушка с порога бросилась на него с объятиями.              Осознав до конца происходящие, он лишь крепче прижал её к себе. Никто не обронил ни слова.       Сложно сказать, сколько они так простояли. В какой-то момент парень аккуратно поднял девушку на руки и с неподдельной нежностью положил на кровать.       Так и уснув в объятьях друг друга, они закончили этот странный, насыщенный, дождливый лондонский день.