Благодаря тебе...

Утром я проснулся от того, что меня трясла мама. Она уже тридцать минут не могла меня разбудить. - Смирнов Никита Сергеевич, подъем, а то в школу опоздаешь! - Ну, мам, можно я сегодня не пойду. У меня же день рождение все-таки вчера был. – Захныкал я, пытаясь отобрать у матери одеял и укрыться, так как было прохладно. - День рождение у тебя вчера был, а сегодня - это сегодня. Быстро подъем. Умывайся и иди завтракать. – На этом разговор был окончен. Маман забрала одеяло, поэтому мне ни чего не оставалось делать кроме как встать и побрести в ванную. Утро началось не обычно. Я первый раз не услышал будильник, что очень насторожило. Казалось, что что-то произойдет, и, как выяснилось позже, не зря казалось. Я позавтракал, мама выпроводила меня из квартиры. На выходе я чмокнул ее в щеку, что ее очень поразило, давно я так не делал. - Пока мам. – Буркнул я и направился грызть гранит науки. Сегодня настроение не располагало к рассматриванию окружающих, их серости и скучности, это привело к тому, что в школу я пришел раньше обычно. Вот и школа, класс, парта… Всю эту цепь разрушили выкрики: - Никита! Ты почему продинамил нас вчера? Мы так долго готовились! – стонали, Коля с Артемом в унисон, от этого начала болеть голова. - Могли бы и без меня пойти. Я что козел отпущения, чтоб меня во всем обвинять? – перебил я их вой, но он только усилился. - Ведь не наш ДР вчера был, а твой. Мы хотели тебя вытащить развеяться, ты ведь в последнее время меньше с нами общаешься. – Сказал Коля. - Да, да. Мы хотели как лучше, а ты… ты нас… мне тяжко это говорить… предал короче – подхватил Артем театрально закатив глаза. - Идите вы… У меня голова болит. Я что должен сдохнуть, но сводить вас за ручку в клуб? Значит, так вы меня цените. Вас даже здоровье мое не беспокоит. Козлы. Я обиделся. – Надув щеки, сказал я. От такого заявления ребята опешили и отстали. Я же вздохнул спокойно, поняв, что они в ближайшее время не будут со мной разговаривать. Уткнувшись в, вытянутые на парте, руки, я задремал, но данное спокойствие длилось не долго. Его прервало легкое, но ощутимое касание чьей-то руки на голове. Повернув голову набок, я разлепил один глаз. Саша сидел на своем месте и поглаживал мне волосы, от чего я жутко покраснел. Резко соскочив с места, я помчался в туалет, по дороге встретив учительницу – Екатерину Антоновну, и предупредив ее, что задержусь. В туалете я оперся на раковину и пытался привести мысли в порядок. «Почему я убежал? Что со мной такое? Сердце ни как не хочет сбавлять бешеный ритм. Боже мой! Я сума сойду в таком темпе. Что мне делать? Вчера ведь решил, что поговорю с ним, а сам при первом взгляде и легком касании краснею и смываюсь, как смазливая девчонка!». Поток столь неразборчивой и перебивающей друг друга информации прервали чьи-то руки, настойчиво притягивающие меня к своему хозяину за талию. Вздохнув как можно глубже, я развернулся, и знаете, я так и думал, хозяином столь наглых конечностей оказался ни кто иной, как Александр. - Саш, нам как бы поговорить надо. – Начал я, но вместо внятной речи, получалось мычание себе поднос. - Говори. – Спокойно, словно ни чего не происходит, ответил Саша, утыкаясь при этом носом в мою шею, от чего его дыхание стало ее обжигать. Голова пошла кругом, ноги стали ватными и подкосились, сам того не понимая, я тихо и четко прошептал: - Поцелуй. – Он замер и посмотрел мне в глаза, словно говоря: «Конкретнее, я не понимаю». Дразнит сволочь. – Поцелуй меня. Дважды повторять не надо, он медленно приблизил свое лицо к моему, и наши губы соприкоснулись. Сначала я пытался определить, что же чувствию, но поняв о бесполезности этого, отдался порыву эмоций и власти ощущений. Почувствовав, что сопротивления нет, он от нежного касания перешел к страстному поцелую. Сколько это продолжалось, не знаю, но недостаток воздуха разорвал нашу манипуляцию, чем я кстати был крайне не доволен, да и Саша не так уж и охотно от меня отстранился. - Ну и что ты решил? Я был готов убить это идиота, за стол глупый и неуместный вопрос, который разрушил весь романтический настрой. - А ты как считаешь? Если думаешь, что я с любым парнем могу целоваться и обниматься, то ошибаешься! Вообще иди ты к черту! – Попытавшись отстранится, тем самым намереваясь показать, что обиделся, я толкнул его в грудь, на что он еще сильнее прижал меня к себе и поцеловал в шею. - И все же, что ты решил? Дразнит сволочь. Хочет, что бы я тут со стыда сгорел. Ну, ни чего, я еще ему отомщу за это, обязательно отомщу, но не сейчас, сейчас мне хочется только одного, быть к нему максимально близко. - Давай попробуем, но я ни чего не обещаю. Он улыбнулся и, резко поменяв наше положение, прижал к стене. - Если ты думаешь, что после такого ответа, сможешь уйти от меня, то ты глубоко ошибся. Я тебя не отпущу. Знаешь, не будет ни каких: «попробуем» или «ничего не обещаю». Дорога назад для тебя закрыта, а закрылась она еще вчера, когда при нашем первом поцелуе ты меня не оттолкнул, это было твое непроизнесенное согласие… Пошловато улыбнувшись, Саша еще сильнее вжал меня в стену, в очередной раз, погружая меня в бурю эмоций. Ни когда не думал, что поцелуй может дарить, столько удовольствия. Оторвавшись от моих губ, он потрепал меня по голове и произнес: - На этом пока все, а то уже урок идет, давай не будем испытывать ангельское терпение нашего любимого преподавателя по географии. И еще, умойся холодной водой, а то видок у тебя еще тот. – Усмехнувшись, он вышел из туалета. Вот козел. Значит, довел меня до такого состояния, а теперь претензии на внешний вид кидает. А кто в этом виноват?! Сволочь, я точно ему отомщу! Но почему мне так приятно: от его слов о том, что мне ни куда не уйти; от его прикосновений и поцелуев. Почему его дыхание и прикосновения так обжигают меня, заставляют чувствовать возбуждение от чего невозможно устоять на ногах, а дыхание перехватывает и невозможно связать и двух слов?... Может это любовь?