Объятия

- И это то, чего ты хочешь? В тишине комнаты удивлённый голос Дилюка слышится чуть громче, чем обычно. Тепло, исходящее от сильных рук мужчины, греет путешественника, успокаивет уставшие в дороге мышцы и изъеденную одиночеством душу. - А что такое? - У тебя день рождения. Дилюк, как обычно, немногословен, но в краешках его губ таится улыбка, что в неровных бликах от свечей и света луны за окном почему-то искрится счастьем. Или это ему чудится? - Этого слишком много?.. простите, мне стоило подумать, что вам может быть некомфортно. Итэр поспешно пытается выбраться из кольца рук, думая, что снова оплошал и сделал что-то не то. Но его не желают отпускать. От Дилюка ещё никто не уходил.       Алые глаза смотрят прямо в душу. В комнате становится на пару градусов жарче. Привычная за долгие путешествия одежда вдруг удивительно сильно мешает. Итэр снимает перчатки и отворачивается.       Неловко. Его желание и... то, что он чувствует. Он сидит на коленях главного холостяка Мондштадта, руки которого тихо покоятся у него на талии. Итэр почему-то уверен, что если вновь попытается слезть, его прижмут к себе ещё крепче. От этой мысли щёки горят и сердце ходуном ходит.       Только сейчас, когда желание так затягивается, он понимает, насколько его положение смущающее. А что, если кто-нибудь зайдёт?.. - Нет, ты мог попросить намного больше, - хриплый голос врывается в его мысли настоящим ураганом.       О большем Итэр мечтать не смеет. В его груди плещутся столько разных чувств, но люди придумали всем им лишь одно название. Любовь.       Иногда Итэр жалеет о том, что не умеет читать мысли. Тогда всё было бы проще. Кардинально проще.       Дилюк берёт его ладонь, вспоминая, что ни разу не видел почётного рыцаря без перчаток. Рука мальчишки не такая тёплая, как его. Он перебирает пальчики и накрывает их второй рукой, пытаясь согреть. Сам он тоже без перчаток - снял, когда они поднялись на второй этаж, в его покои. - А можно?- Чуть не подпрыгивает от радости Итэр, даже не замечая нежных касаний. Лёгкое смущение в молодом тельце быстро сменяется волной азарта.

***

- С днем рождения. Это очень важный день для тебя. Расскажи мне, чего ты хочешь? - Я... могу попросить всё что угодно?

***

      Услышав такое, он особо не думает, делая то, чего больше всего хочется. Просит большего. И нагло берёт это большее, не успевая разъяснить своё желание. А Дилюк успевает разглядеть его счастливую улыбку. Такую... наивную, добрую и в какой-то степени детскую.       Чужие губы косаются его губ. Маленькая ладонь застенчиво сжимает чёрный сюртук и ведёт вверх, к шее, скрытой воротником рубашки и галстуком. Подаренное короткое прикосновение. Лёгкий румянец на щёчках Итэра. И его мимолётный взгляд на чужие губы, говорящий, что хочется ещё. Дилюк и сам не против. Он... всегда был таким щедрым?       Вновь мимолётное касание. Первый уже Дилюк. Тепло. Нет этих пресловутых бабочек в животе, только жар на щеках и нежность во взгляде. В глазах напротив он находит отражение своих чувств. И чужая ладонь в его руке становится чуть теплее.       Путешественник красив, умён, молод. Храбр... один из немногих рыцарей хоть как-то спасающих сборище клоунов под названием Ордо Фавониус. Он тоже защищает Мондштадт в меру своих сил и возможностей. И Дилюк знает, что может на него положиться, хотя уже долгое время не работал в команде. А ещё он чувствует желание защищать его. Не так, как других жителей Мондштадта - под покровом ночи, в тени, скрываясь под таинственным и немного забавным именем "Полуночный герой", а в открытую.       Взять мальчишку под своё крыло, опекать и всячески заботиться о нём. Сопровождать в путешествиях, возможно даже, обнимать его, чтобы все знали, чей он. Дать волю своей властной натуре. Сделать милашку своим. Ох, если бы Итэр был девушкой, он непременно предложил ему руку и сердце в самых лучших Мондштадтских традициях. Хотя, впрочем, когда его что-то останавливало?       Маленькое солнышко на его коленях уже совсем беззастенчиво облепляет его своими ручками и горячо целуется. Со всей мальчишеской страстью жмётся к Дилюку. Доверчивый, милый и такой нежный...

***

      Виделись они катастрофически редко. Стоило этому солнышку зайти в "Долю ангелов", хозяин винокурни, заменявший бармена Чарльза, отрывался от натирания бокалов и провожал парнишку долгим взглядом, что впрочем, со стороны было не сильно заметно. Тот всегда о чём-то беседовал со своим летающим гидом, совершенно не замечая, что за ним почти в открытую следят. И оказывающийся в такие моменты тут как тут Кэйа, не был бы собой, если бы не улавливал таких бурных изменений в обычно спокойном Дилюке. Он видел всё. И называл брата мамой-наседкой. В его духе...       Хотя, впрочем, иногда он давал реально хорошие советы, а Дилюку оставалось только воплотить их в жизнь.

***

- Оставайся сегодня на ужин, - предлагает он запыхавшемуся от поцелуев рыцарю.       Его милое солнце с покусанными губками, замутнёнными глазками, проясняющимися от неожиданного предложения, выглядит столь растерянно, что он готов засмеяться, но позволяет себе лишь слабую улыбку. Возможно, хотя бы сегодня получится заставить путешественника поспать на Винокурне...       Дилюк иногда думает, что было бы намного лучше, если бы Итэр жил в поместье рядом с ним.

***

      Некоторое время назад, патрулируя улицы Модштадта, Полуночный герой увидел спящего почётного рыцаря на продуваемой всеми ветрами Анемо Архонта лавочке. Предложение провести остаток ночи у него дома дерзко отклонили. Мальчишка быстро попрощался и ретировался. Больше Дилюк там его не видел. Ему очень хотелось верить, что Итэр нашёл более комфортное место для сна, но... кошки на душе скребли от мыслей, что мальчик всё ещё спал где-то под открытым небом, только уже далеко от города.

***

      Почему у почётного рыцаря всё ещё нет дома? Вопрос открытый. И всё так же интересует Дилюка. - Ну... я... - У тебя есть другие дела? - Н-нет...       Путешественник немного застенчиво ложится на грудь мужчине. Имеет ли он право принять это совершенно нескромное предложение? Имеет ли право хотеть ещё одного прикосновения? Ещё одного поцелуя. Ведь этого всё равно будет мало...       Не давая ему времени подумать, хозяин Винокурни одаривает парнишку ещё одним поцелуем. Он умеет читать мысли? Может быть...       Губы Дилюка жёсткие, одна из его рук покоится на талии Итэра, другая мягко направляет, ероша пшеничные волосы. Поцелуй тягучий, медленный. Полуночный герой позволяет ему вести, лишь иногда чуть сжимая блондинистые волосы, когда мальчик грубо и неосторожно кусается. Ниточка слюны обрывается, стоит им двоим отодвинуться. - Я могу предложить тебе работу на Винокурне. Не связанную с вином, разумеется, - торопливо добавляет Дилюк, поглаживая неприкрытую одеждой талию. - Я же могу подумать над этим, да?- ещё более застенчиво спрашивает Итэр, искренне пытаясь спрятаться в костюме мужчины. Не то чтобы Итэру не нужна мора, но... слишком странное и неожиданное предложение. Дилюк довольно хорош в обсуждении деловых вопросов. Произнёс это с таким видом, будто и не целовался с парнем пару секунд назад.       Для Итэра этого слишком уж много. Его желание исполнили. А ещё Дилюк предложил остаться на ужин. Однозначно прекрасный день!       К тому же без Паймон обсуждать будущие поручения - пусть даже работу на Винокурне - не красиво. И не важно, где эта феечка шляется уже второй день. Обидится ещё. - Разумеется, - хриплым голосом шепчут ему на ухо. И то, что сдерживает Итэра - какая-то незримая грань, ломается.- Если это удовлетворит твои портебности, ты можешь попросить ещё что-нибудь.       Тёплая ладонь так близко к животу - гладит, щекочет и распаляет. Пропадают те границы, что раньше сковывали парнишку. Множество принципов исчезает. Остаётся только его желание. - Я хочу... ещё поцелуй... - Жадный.- Улыбается Дилюк в чужие губы и дарит дорогому Итэру то, что тот просит.

***

- Если в моих силах даровать тебе это, я обаязательно над этим подумаю. - Объятия. Я хочу, чтобы вы обняли меня.