Напиши ему, если.

Вова не знает, что с ним делает Лёша. Всю следующую неделю он просто сиял, будто в лотерее миллион долларов выиграл. Те смущённые улыбки парня хотелось видеть вечно, хотелось всё время находиться рядом, обниматься, целоваться, держаться за руки, но это будет чуть попозже. С их последней встречи прошло недели две, и Вова очень скучает, и не важно, что он раза так шесть наведывался в то кафе, чтобы просто перекинуться словами с Лëшей. Поэтому в один день, парень, зная чужой график, решил встретить его после работы. Просто прогуляться до дома Алексея.

***

Вова за тридцать минут до конца смены Лëши заявился в кафе, сразу поймав два взгляда: один — того, за кем пришёл, второй — ехидный, девушки, что облокотилась о бар. Смущаясь такому вниманию, он прошёл к своему столику, на котором сидел тогда с Дашей. Алексей тут же подлетает к парню, записывает заказ и удаляется, когда подходит к барной стойке, получает от темноволосой девушки шуточный лёгкий толчок в плечо. И пяти минут не проходит, как перед Вовой уже стоит сладкий напиток и десерт. Парень ест медленно — во-первых, растягивает удовольствие, во-вторых, коротает время. Он прикрывает глаза, мычит довольно и посасывает ложку, собирая сладкий крем, запивает клубничным газированным напитком. Вкусный десерт уже давно исчез, остались только крошки и местами размазанный крем, и время поджимать начинает, поэтому Вова одним глотком опустошает посуду, подзывая Лёшу. Одним движением кладёт деньги в кожаную папку, не забыв про чаевые, отдаёт официанту. Блондин получает чек, проходит к выходу, машет рукой, прощаясь, и получает добродушную улыбку гарсона. Дверь за спиной Вовы закрывается, и в лицо дует свежий летний ветер. Парень ещё раз глядит на часы, присаживается на лавочку в нескольких метрах от входа в кафе и ждёт. Так верно, будто пёс, что хозяина ожидает, в самом деле. Наверняка, и хвостом бы повилял в радостях, бегал бы вокруг Лёши, живо гавкая, а когда тот присел, чтобы животное между ушками погладить, щеку бы обслюнявил. Хотя, становиться собакой для этого необязательно. Кажется, Вова скоро заснёт на этой лавочке, но его отвлекает звон колокольчиков в кафе, и из здания выходит Лёша. Парень тут же поднимается с места и уверенно шагает навстречу. — Привет. — он улыбается, смотрит на удивлённо раскрытые глаза и поднятые идеальные брови. — Здравствуй, я думал ты ушёл. — Алексей мнётся, сжимает губы и винит себя, ибо слишком долго собирался, хоть и не знал, что его кто-то ждёт. — Ага, я могу проводить тебя до дома? — и уголки губ всё выше тянет. — Если ты так хочешь, думаю, можно. — Лёша точно поражён таким вопросом, кажется, ему минутка нужна, чтобы в себя прийти, но шустренько топает вперед, прикладывая к горячим щекам вечно холодные руки. Вообще, что-то в последнее время вечерами холодно становится. Бывает, кофта с длинным рукавом не помогает, а тут он в свободной футболке вышел. Какая же хитрая погода — утром жарко даже в футболке, а вечером и в кофте прохладно. — Лёш, а что за девушка в кафе была? — А? Татьяна — управляющая. — Алексей ближе прижимает к себе сумку, чтобы хоть предплечья согреть, да косится на Вову, который по правую руку идёт. — А чего это ты? — Подумал, подруга твоя. — блондин замечает и взгляд Леши, и редкие мурашки, поэтому неожиданно стягивает свою джинсовку и на ходу накидывает на худые плечи. — вечера нынче холодные. — Спасибо. — мямлит Алексей и тихонько поправляет ткань. Тепло и телу, от чужой одежды, и душе. Ему очень приятно от внимания Вовы. Каждый робкий, ехидный взгляд вызывает в нём кучу эмоций, и в животе что-то от удовольствия скручивается, постепенно лёгким покалыванием распространяясь по всему телу. Кажется, парни обсудили, узнали за этот месяц буквально всё, сейчас же они просто разговаривают не о чём. Впереди уже виден дом Лёши, потому этой несомненно приятной прогулке скоро придёт конец, и они разойдутся, не без хорошего настроения. Они оба не понимают почему время утекает так быстро, каждый раз огорчаются, когда один спать ложится или домой уходит. Никак не могут насытиться разговорами друг с другом. — Пришли, уже? — а Вове не верится. Минуту назад же у кафе стояли! — Ага, — оба замолкают и глядят друг на друга. Внезапно в нос снова забивается приятный запах духов от джинсовки. Лёша стягивает одежду и накидывает на плечи хозяина. — Спасибо. — говорит кратко, но укрепляет это простое слово нежными объятиями. Настало время краснеть и вовиным щекам. От такой близости сердце чаще забилось, а глаза округлились. Сейчас Лёша утыкается носом в плечо и по-дружески трëт позвоночник ладонями, да, не чувствуя ответных объятий, хочет отстраниться, как Вова сдаётся и резко располагает свои руки на чужой спине, сжимая белую футболку. Прижимается теснее, и голова кружиться начинает от крепкого, но такого приятного плена длинных рук, от слишком сладкого запаха, будто мёд — такой же приторный, но вкусный. Объятия затягиваются, и Лёша отстраняется, мягко улыбаясь. Точно умиляется растерянному Володе, так и хочется за щеку оттянуть и к этим пухлым искусанным губкам прижаться. Старшему кажется, что вовсе не ему тут двадцать пять, ведь местами этот паренёк ведёт себя чересчур уверенно и завораживающе. — Ну, спокойной ночи тебе? — Вова стеснительно чешет затылок, кусая эти самые уста, от которых Алексей силой глаза отводит. — Спокойной. — парень хихикает, треплет и так небрежно торчащие волосы. — напиши, как придёшь. — Хорошо. — Володя ещё чуть-чуть подставляется под нежные движения и, попрощавшись, разворачивается, уходит.