Двойной черный в снегу

— Здесь не так холодно, как я ожидал, — прошептал Чуя, любуясь захватывающими видами. Небольшие облачка пара поднялись в хмурое небо, а затем исчезли так же быстро, как и появились. Он приготовил много одежды, которая даже в самом маленьком размере казалась ему слишком большой. На нем был надет свободный свитер, дополненный зимними ботинками, брюками и курткой. В отличие от его обычной одежды, большая часть этой была белого оттенка. В то время как, с другой стороны, Дазай был все таким же, как и всегда, возможно, только немного бледнее. — Хотел бы я быть тобой, — сказал Дазай. Он вздрогнул, он не особо думал о своей одежде и был просто в том, что обычно носил во время пребывания в ВДА, только приготовил зимние ботинки (он ненавидел ощущение мокрых носков). Подождите, неужели он только что подумал, что хочет быть Чуей?! Рыжей мелкозадостью?! — Подожди, нет, я предпочитаю быть самим собой, а не мелким чиби, даже если чиби тепло, а я замерзаю. — Дазай сплюнул. — Поступай как знаешь, ублюдок~ — присвистнул Чуя, свободно спускаясь к холму, Дазай вскоре побежал за ним. Но, да, неожиданно Дазай и Чуя очутились в снегу. Все началось с того, что Фукудзава и Мори объявили ПМ и ВДА, что все они отправляются в «путешествие» к снегу. Они не назвали конкретной причины, но почти все с радостью паковали чемоданы, чтобы насладиться бесплатной поездкой и потенциальным отпуском. Кроме, конечно, единственного и неповторимого, известного своим характером, Накахары Чуи. Он был чрезвычайно чувствителен к холоду. Пребывание в Йокогаме, светлом и теплом городе, большую часть своей жизни повлияло на него, и теперь он, к сожалению, был уязвим к холоду. К несчастью для Чуи, Мори заявил, что эта поездка была обязательной и что, за исключением отчаянных ситуаций, не было абсолютно никаких оправданий тому, чтобы остаться в стороне. И у бедного Чуи не было другого выбора, кроме как просто мысленно проклинать свою удачу и начать собирать чемодан. К концу дня в его комнате был полный бардак. Каждая полка, ящик и стенной шкаф были вычищены и оставлены открытыми. Чуя сидел у кровати, пытаясь отдышаться, так как последние 4 часа он бегал по всей комнате. Он вскарабкался к ящику с левой стороны кровати, чтобы проверить, упаковал ли он все, что было нужно. — Пять пар толстых штанов, есть. Три пуховика есть… И теперь, когда все его тревоги были разрушены, стоя в местном лесу с Осаму, Чуя действительно думал, что он переборщил. Но в этот самый момент Дазай резко чихнул. Чуя повернул голову, чтобы показать отвращение к Дазаю, но быстро сменил выражение лица, когда увидел его состояние. Щеки были бледнее обычного, некоторые участки кожи даже казались фиолетовыми, например, кончики ушей и носа, но заметнее всего было то, как сильно он дрожал. Изображая беспокойство, чтобы позлить Дазая, Чуя бросился ему на помощь, спрашивая его, что случилось высоким голосом. Дазай издал саркастический смешок, который тут же превратился в яростный кашель. Заметив, что его кашель был искренним, Чуя решил на самом деле протянуть руку помощи, только чтобы вздрогнуть от температуры тела Дазая. — Срань господня, Дазай, ты чертовски замерз! — Дазай не ответил на оскорбление Чуи. Раздраженный, Чуя решил непреднамеренно воссоздать культовую сцену Дазая и Одасаку, но вместо этого заменил Дазая и мягко поддержал последнего, который, казалось, замерз до смерти. Дазай слабо протянул руку, чтобы коснуться лица Чуи: Это… двойное самоубийство? Или это будет выглядеть как убийство? — прошептал он. Чуя шлепнул Дазая по руке: «Это никак не может быть самоубийством, более того, я не могу поверить, что ты вот-вот умрешь от непогоды». Чуя усмехнулся. — Какое забавное зрелище, ха, почему бы тебе не попросить меня одолжить тебе одно из моих пальто, Да-Зай~. Дазай просто никак не мог смириться с тем, что его мучают на смертном одре. Разъяренный, он собрал всю оставшуюся энергию, чтобы быстро бросить Чую на землю, это было легко, потому что он вообще не ожидал этого движения. Его дыхание стало густым, как туман, когда он вспомнил, что собирался сделать. Он сглотнул и кротко сказал: «Посмотрим, кто будет просить о милости». Дазай сорвал с Чуи слои одежды, каким-то образом в то же время сняв собственную, бросив все это на снежную подстилку, Чуя не знал, что происходит, но мог легко догадаться, что это не было чем-то хорошим. — Дазай! Какого хрена ты делаешь?! Верни мою одежду! — Я, — Дазай запечатлел поцелуй на губах Чуи. Глаза Чуи расширились от шока, или, скорее, от чувства, которое он не мог понять. Он попытался заглянуть через плечо Дазая, но был немедленно заблокирован. Затем он вздохнул и сам снял остальную одежду, в конце концов, в этом не было ничего особенного, Чуя просто находил ситуацию странной. Район, в котором они находились, в любом случае был изолирован, украшен только деревьями, составляющими лес, он не слишком возражал. Только когда обжигающий холод коснулся голых ног. Чуя вздрогнул, он крепко зажмурился, он был в ужасе, но в то же время заинтригован тем, что Дазай сделает с ним. Чуя открыл глаза и уставился на ослепительные просветы в высоких деревьях. Он слышал, как Дазай что-то собирал, или, скорее, копал. Он сел, смущенный тем, что Дазай еще не трахнул его, и поискал его взглядом, конечно, он был не очень далеко, всего в нескольких метрах перед Чуей. — Дазай! Что ты делаешь! — выкрикнул Чуя. Дазай снова подполз к Чуе с пригоршней снега. Он устрашающе улыбнулся и сказал: «У нас нет никакой смазки, а это выглядит довольно забавно». Глаза Чуи округлились. — Ни за что, блядь, я не запихну это дерьмо в свой анус, Дазай. — Кто сказал, что ты можешь сказать «нет»? Не волнуйся, я сделаю так, чтобы тебе было хорошо. — Нет. — Да. — Нет. — Да. — Черт возьми, нет. — Ты боишься? Чуя не мог сказать «нет». — Ладно. Если будет больно, я убью тебя. — Романтично, правда, Чуя. — сказал Дазай. Он хихикнул: «И начали~» Дазай придал маленькой горсти снега форму сосульки. Она была острой. Чуя заволновался. — Разве ты не собираешься использовать это для смазки…? — начал Чуя. Дазай засунул сосульку в задницу Чуи. Он почувствовал пронзительный укол где-то совершенно определенно в нижней части живота. Его лицо горело и потемнело, став ярко-красным. Это было совсем не то, чего он ожидал. Ощущение холода заставило Чую задрожать, но это было приятно. Дазай погладил длинные рыжие волосы Чуи. — Каким кондиционером ты пользуешься? — игриво спросил он. Чуя усмехнулся. Даже в этой ужасной ситуации у Дазая все еще хватало наглости пошутить. — Я… — он замолчал. Укол превратился в толчок, а этот толчок — в нажатие. Снег начал таять. Было чертовски больно, Чуя чувствовал, как холодная жидкость вытекает из тела. Это было так больно, что он мог бы даже назвать это кровью. Чуя поморщился, это было так больно, что в уголках глаз появилось несколько слезинок. Улыбка Дазая стала только шире. — Оу, ты плачешь. Ты выглядишь так… — Слезы потекли по щекам Чуи, ему было не только холодно, он также чувствовал сильную боль внутри. Но он не знал, что сказать Дазаю. Боль усиливалась с каждой секундой, но в ней все еще присутствовала небольшая доля удовольствия. Чуя ломал голову над тем, как сказать Дазаю, что это чертовски больно. В конце концов, все, что он смог придумать, это «Вытащить это». Прежде чем издать недостойный стон. И, конечно, Дазай будучи собой, не утруждал себя слушанием. О, теперь все болело и горело. Слезы текли по лицу Чуи, превращаясь в лед, прежде чем упасть на заснеженную землю. Чуя не знал, что было бы более болезненно: пронзить все его тело как изнутри, так и снаружи, или гореть в аду. — О, как это должно быть больно, я никогда раньше не видел, чтобы ты так много плакал, — спросил Дазай. Чуя яростно закивал головой. — Хорошо, я буду… просто шучу~ умоляю. Чуя был ошеломлен. Но он верил, что умрет или потеряет сознание от боли, если она будет продолжаться, и что мольба спасет его душу. — Пожалуйста, — задыхался Чуя. Как раз в тот момент, когда он подумал, что потеряет сознание от боли, Дазай вытащил сосульку. Чуя дрожал от мороза, все еще страдая от жгучего холода, поселившегося внутри тела. Дазай вытер слезы Чуи, они уже наполовину замерзли. Он хотел избавиться от неприятного ощущения в своем теле: «Дазай, пожалуйста, трахни меня». Дазай рассмеялся: «Чуя~ Мне уже было с тобой очень весело, ты все еще хочешь, чтобы я тебя трахнул?» Ответ Чуи был прерван отдаленными голосами Фукудзавы и Мори, зовущих их. — Черт, Дазай, отвали от меня, — Чуя оттолкнул Дазая и быстро снова оделся. — О, милый, я думал, ты хотел еще немного повеселиться со мной. Дазай надулся. — Прибереги это для гостиной. — прошептал Чуя. Хотя Дазай, вероятно, только что намеренно вывернул свои внутренности наружу, Чуя все равно почувствовал оттенок сочувствия и одолжил Дазаю одну из своих многочисленных курток. — Спасибо, Чиби~ — Дазай надел куртку Чуи и скрылся с места происшествия. Чуя последовал за Дазаем, и они перегруппировались с ВДА и ПМ. Как ни странно, они продолжали взаимодействовать, как обычно. Возможно, Дазай сделал все это только ради одной из курток Чуи.