Гайка из военного общества

Мой взгляд прояснился и предо мной предстала небольшая комнатка. Окрашенные обычной краской стены, железная, с поручами кровать, белое пастельное бельё и разбросанные по полу тетради. Я стояла по середине незнакомой мне комнаты. Осмысление не торопилось озарять меня. Подняла правую руку и вижу, в руке охапку карандашей. Я осторожно присела, оперевшись коленями в грязный пол. Чувствовались, давящие на кожу коленок, песчаный мусор и крошки. Карандаши, небрежно, были отложены в сторону, а первая тетрадь, что была ближе к моим ногам, немедленно была схвачена и раскрыта. -Фая Рю..- Но не успела я приступить к её чтению, как входная дверь открылась с едва уловимым ветром и в комнату ввалилась девочка 10-13 лет. Азиатка, с тёмными волосами с косами, по каждую сторону её лица и карими глазами, что с выжиданием уставились на меня. -Фая,тебя вызывает, мадам, директор Офер Хейм – проговорила она и закрыла дверь, оставив меня, в недоумении от происходящего. -Фая…- проговорила я имя. Ситуация становится запутаннее. Ведь, это не я, но, только сейчас, я неожиданно поняла, что, никакого другого, своего имени, я вспомнить не могу, а потому, решила побыть этой девушкой. Теперь, пора узнать, где я и в чьей комнате топчусь, уже несколько минут. Я ещё раз заглянула в тетрадь и ошалела- Фая Рюгуджи, это как вообще понимать?!? Ну, не в Токийских мстителях я торчу уже добрые 20 минут. Наверное, девочка, тоже была в восторге от этой манги, вот и на придумывала себе. Да, это больше похоже на правду. Может, она хотела, даже, выйти за него замуж. Улыбка расползлась на моём лице, при очередной мысли о маленькой фантазёрке. И вот, когда я вновь отвлеклась от насущных проблем, они пришли и нашли меня сами. Дверь , с небольшим грохотом, отбивает от стены беглый ритм, а в помещение влетает уже знакомая мне девочка, злая и не довольная. - я тебе, когда сказала, что тебя мадам ждёт?!?- брюнетка, схватила меня за локоть и без особой бережности, заставляет подняться и следовать за собой. Волочили меня не долго, менее 5 минут. Как я оказалась перед дверьми чужого кабинета? Девчушка отпихнула мою руку, словно, ей было противно моё общество, а после, слегка поморщившись, развернулась и ушла. Я осталась одна. За представшей преградой, слышались чужие голоса, что вели оживлённую беседу. Визуально оглядела себя и, слегка, поправив съехавший рукав белого платья, постучала. После разрешения, вошла. В кабинете было довольно просторно, а зеленоватые шторы были приоткрыты и в окне виднелся стойкий, осенний пейзаж с сырой но притягательной тучей на заднем фоне. За массивным столом, перед этим самым окном сидела Директриса, рядом табличка с её именем - Офер Хейм. Иностранка, что ли? Пройдя чуть ближе, увидела семейную пару, что любвеобильно рассматривали меня и тепло мне улыбались. -Здравствуйте, благодарю за ожидание, мне потребовалось чуть больше времени, чем я предполагала- я слегка смутилась. Моё приветствие, удовлетворило и без того довольных посетителей приюта. Стоп, что? Так, сейчас, минуту, что я здесь делаю. Всё же, я не позволительно задержалась, а эти люди, как я вижу, меня ждали. Это откуда, такие мысли????- Мадам,- поспешно добавила- Офер Хейм, вы меня звали? Я что-то натворила? Женщина преклонного возраста, улыбнулась не проницаемой, дежурной улыбкой. Никаких солнечных чувств в ней не чувствовалось, но конкретной фальши не прослеживалось. Она предложила мне присесть. Далее, разговор прошёл о моём сегодняшнем дне и знакомстве с семейством Итачи. Придумала милую ежедневную рутину с обилием учёбы и рисования, вроде, очень даже правдоподобно. Милая дама, в консервативном наряде, но не лишённом женского очарования, дополняла свой наряд лёгкой, кружевной шалью. Тёмные по плечи волосы, почти чёрные, были уложены и закруглялись на концах. Тучный мужчина, в тёмно-сером, классическом костюме с бардовым галстуком в винных оттенках и со слабой залысиной и небольшими усиками, черноволосый брюнет и толстыми бровями, производил скользкое, но захватывающее, приятное впечатление. У этой семьи уже есть сыновья, но они не так давно поняли, что в их семье чего-то не хватает и поняли, что очень хотели бы дочку, но рожать, госпожа Итачи больше не готова, а суррогат тоже им не по душе. Так и получилось, что они решили посетить приют, вдруг что на ум придёт или они встретят ту самую недостающую часть своей семьи и они встретили её. Маленькую девочку, что рисовала на улице, лёжа на скамейке, да так задорно, что мгновенно их очаровала. Позже они ещё не раз встречали её и они поняли, что именно её они так ждали и искали, как бы банально это не звучало. Особенно, запомнились её необычно белые, пепельные волосы, в её то тринадцатилетнем возрасте. И они сочувствуют её потери и обстоятельствам с которыми она столкнулась. Мдааааа, какая-то, не правдопадобная причина, но кто этих поймёт. Мне же лучше свалить отсюда, там хоть, можно выстроить свою линию поведения. Как я успела понять, я здесь в чужой тушке походу. -Мы сделаем всё, чтобы ты не познала подобного вновь, обещаем, ты не пожалеешь и мы все будем счастливы. Вот что они ей тогда сказали, и я им поверила, не знаю почему, но пошла с ними и пришла в их семью. И в тот же день, не известная мне толком, Фая Рюгуджи – была уже Фамуяма Итачи. И я до сих пор не знаю, было ли это моим лучшим или, всё же, беспредельно бестолковым выбором, но последствия к которым привело моё решение, я не буду омрачать или отказываться от них. Они всецело мои и не смотря ни на что, они многое мне дали и стали хорошей базой, хоть я и потеряла большую часть себя в последствии или всё же, я просто выросла, как посмотреть. …. Новые опекуны взялись за неё всерьёз, не успела она оглянуться, как нескончаемые занятия захватили и потопили её в своём круговороте. Как выяснилось, удочерила её - чета Итачи, уважаемая в светских кругах и имеющая достоинство, а благосостоянии семьи было очень даже велико. И как бы это не радовало Фамуяму, ответственности тоже требовало это положение. Они готовились к банкету, в честь её появления. Они хотели всем показать, что теперь она Итачи и это не обсуждается, а чтобы никто и заикнуться не мог, готовился поистине грандиозный праздник. Даже сыновей своих припрягли, чтобы помогли юной особе быстрее влиться в семейный коллектив, вот только те, не особо приветствовали её в их личном составе. Фамуяма, в честь празднества, была загружена уроками этикета и танцев, в которых неоспоримыми помощниками выступали её брать, вот только не всегда это было тем, чем задумывалось. На уроках этикета или, даже, в столовой за обедом, они постоянно имели радость и развлечение, подсыпать ей чего в кружку, да так, что та и заметить не успевала. Она подозревала, что не без помощи горничных они проворачивали свои маленькие шалости и хоть она помнила, некоторые моменты своей сознательной жизни, что была до попадания в это тело, но подобные, мелкие пакости, не оставляли её равнодушной и сильно расстраивали. Так и получалось, что, чтобы она не пила, оно всегда останется или на половину выпитым или с осадком на дне, потому что, братья никогда не перемешивали свои творения и вся эта пакость оседала на дно чашек, поэтому, чтобы не портить атмосферы или не попадаться на их придирки во время занятий этикета, она приняла за традицию одну из иностранных привычек, где посетители оставляли еду не доеденной, чтобы показать их восхищение и степень удовлетворения умениями повара или готовившего для них явства и то на сколько они оценили его старания. Так она и отговаривалась теперь и очень успешно. Её даже похвалили за проявленный интерес к другим культурам и не стали просить перестать так делать, как сказала её матушка, госпожа Итачи: - каждая дама, может иметь свою маленькую странность, именно это и отличает её от других подобных ей очарованиям. И Фамуяма поддерживала это высказывание и даже укрепляла, хоть это было вынужденной привычкой, но всё же. Зато, какой повод не допивать или не доедать то, что тебе действительно не по душе. И не прикопаешься. Отец баловал её новыми украшениями или платьями. Особенно, поддерживал её увлечения в вышивке и, как ни странно, стрельбе, не смотря на все противоречия своей жены, он тайком приводил её на свой полигон и они вместе со сводными братьями стреляли по мишеням. И так, подкрался долгожданный банкет, приветственный вечер. Собралась уйма народа и все восхищались её манерами и женственностью, достойной своего статуса. Ей было чертовски приятно и с каждым гостем, с каждым новым комплиментом, она сияла ярче и насыщеннее, а когда дело дошло до танцев, отец лично повел её в середину зала и они вальсировали среди всей этой беспокойной, но полностью ею очарованной, толпе гостей. И вот, приём закончился, по головке погладили и успокоились. Да так, что бросало в дрожь. Кто бы мог поверить, что спустя лишь месяц после банкета, люди, которые вызывали в ней глубокое доверие окажутся совершенно другими личностями. Родители отправились в гости к своему деловому партнёру и прихватили с собой новоявленную дочь. Девочка обрадовалась не запланированному путешествию, в компании своих родителей, что последнее время, безбожно отлынивали от своих обязанностей и совсем забылись в своих хлопотах. Они, очень переживали, что их сыновья не смогут поступить в университет, при котором обучались все представительные и не менее одарённые ровесники, всё же, связи это очень важно, особенно правильные связи, как говорил ей отец. Вот, так и получилось, что она была предоставлена сама себе и такового нужного внимания, так не хватавшего ей не было. Но обнадёживало, что уже, после этой встречи, они станут менее загруженными и у них появится больше свободного времени. Вот только, девчушка, совсем не ожидала, что неожиданный поход с родителями в гости и последующие за ними, окажутся самыми настоящими смотринами, на которых её выгодно и со всем опекающим пристрастием, выгодно и бессовестно продавали, примериваясь и торгуясь. Когда, она осталась наедине с одним из представительных ухажёров, а милейшие взрослые ускакали куда-то, по своим не менее важным и срочным делам, было уже поздно. Её продали. Мужчина в возрасте, полного телосложения, с сединой и не самыми приятными чертами лица, настиг её в оставленной родителями, гостинной, пока та с интересом разглядывала открывающийся вид на озеро из окна. Мужчина, не спешно подкрался к ней и обхватив руками, прижал к себе. Не успела она понять, почему её обнимает, по сути, совершенно не знакомый ей дедушка, как чужие губы коснулись её шеи, а что-то поднимала подол её совершенно белого платья и уже тянулось к чулкам, интимно поглаживая бёдра. Осознание пришло, и девочка активно запротестовала и в попытках прекратить происходящее безобразие, она разбила ему губу, когда он безнравственно лапал её ещё не сформировавшуюся, юную фигуру и уже лез к её губам. Это было страшно и отвратительно, а эти склизкие доводящие до ужаса ощущения навсегда впились в её память. Запомнила она и то, как он, окончательно, потерявший всякое терпение звучно зарядил ей пощёчину. Как ей было больно. Как в прострации, она опала на пол и первым делом, пришедшим ей в голову, она вогнала ему в пах лежащую на полу шпильку, что в порыве плотских желаний, выпала из аккуратно убранных волос, в его пах. А ведь она не была острой. А когда на крик сбежались люди, напуганная донельзя девочка, не ведомо откуда вдарила первому встречному по лицу, да с такой силой, что тот свалился на стоящих позади. Не долго думая, она припусьтила и выбежала из здания, позже, когда на улице её забрал личный водитель, она уехала домой. Вот только, кошмар не закончился, это было лишь вступлением и предстоящим аккордам, только предстояло сыграть. На следующий день заявилась полиция и после их ухода, Глава семейства, Боруяма Итачи, явился в её комнату в праведном бешенстве и выволок за волосы, плюясь и крича. Фамуяма вновь ощутила страх. А когда отец схватился за ремень… Он кричал, много кричал на неё. Не было и минуты его спакойствия, только ярость и разочарование. Он хлестал её спину, пока беловолосая девочка орала и плакала, пока в попытках убежать, не прилетал новый удар уже по рукам или ногам, которые своевольно, без разрешения хозяина, потянулись к выходу. И тогда, она прижимала их от боли и встречала уже новый удар. Отец гневался, что она, не воспитанная, дырявая девка, не смогла, не сделала, опозорила. В порыве своей искренности, мужчина выболтал ей очень много всего. Взяли они, СЕМЕЙСТВО ИТАЧИ, какую-то девчонку, что посидела, пока её Чуть не утопили похитители в грузовике, вместе с расстрелянными родителями. О том, как благородно и душевно они приняли это отродье в СВОЮ СЕМЬЮ. Ничего не пожалели отдавали всё своё время, только чтобы она выгодно подчеркнула их благосостояние и добродушие. О том, как они с таким трудом работали, чтобы обеспечить себе и своим детям хорошую репутацию и даже взяли её безродную паль, что и пользы то другой не имеет, разве что связи налаживать, да только она первому же клиенту проткнула пах и изуродовала лицо не только чужое, но и общий, семейный престиж и, именно, ЕМУ пришлось елозить и договариваться как ужу в осином улье. Сыновья их мнимо и бережно оберегаемые, чуть не лишились будущего и не были отчислены из университета, а всё потому, что девка чьей задачей, было подтверждение их репутации смачно прошлась по ней и если бы не он, то совсем втоптала в грязь. Она уже перестала чувствовать спину, а взгляд потемнел, когда, сознание зацепилось за одно имя, прежде чем отключилась на совсем. -правильно мне Бабушка говорила, кровь не водится, такая же как твоя мамаша и этот уродец, старший братец, Кен Рюгуджи, одна семейка…- дальше она не услышала, но кое что поняла, она заигралась и всё ещё впереди. Вспомнила, как она тут очутилась , как забылась во всей этой заботе и весёлой игре. И своё первое имя, которое прочла в помятой, зелёной тетрадке и со знакомой не реальной фамилией - Фая Рюгуджи, а там и одного персонажа из аниме. Кен Рюгуджи - член банды Токийской Свастики, известный, как Доракен, зам главы, непобедимого Майки. Далеко она попала. ….. Вспомнила она многое, не всё, но по этой вселенной достаточно. О своей жизни в России она не помнила, но вот знания и опыт остались. И проснувшись ранним утром, в нежной, кружевной ночнушке, подошла к комоду и достала пяльце с не завершёнными узорами деревьев. Взяла иглу, мулине и, засев на кровати с включённой лампой, принялась вышивать. Её это успокаивало, что раньше, что сейчас. Пока вышивала, обдумывала всё. Именно тогда, по хрупкому девичьему самообладанию прошла крупная рябь, грубо, но действенно, меняя кругозор и восприятие окружающего мира. Ранее хрупкая, милая девушка, ранее не державшая ничего тяжелее иглы, разве что, книги. И не видавшая драк, и, тем более, ни разу не участвуя в подобных мероприятия, словно с цепи сорвалась и проснувшееся в ней родство, магическим образом, выявило в ней не хилые физические возможности, когда на очередном мероприятии возможной продаже её персоны, она вдарила потенциальному мужу по мордам не задумываясь. После пары таких мероприятий и систематических избиений ремнём по спине, девушка вскоре похрабрела и вдарила самому Итачияме старшему, да так, что нос ему пришивали новый, а зубы вставляли. Так, озверевший глава семейства, сослал её в военное училище, чтобы дисциплинировать нерадивую девку, и чтобы научили её там, как старших уважать. Пусть, хоть там, на благо семейной репутации поработает. Одно из глупейших, на самом деле решений, дать учителей для агрессии юного даровария и щедро это проспонсировать. Так и сослали юную, не окрепшую духом девушку в военную школу закрытого типа. Фамуяме было тяжело, очень, но девушка, на зло всем, рвала всё и всех на пути. Училась и зубрила, получала и отрабатывала на тех, от кого получила. Радовало, что, хоть, знания некоторых предметов из предыдущей жизни сохранились и значительно упрощали её понимание и жизнь в общем. Ломали и нагибали её там несколько раз на дню, но жить надо было дальше. Со временем, в пробудилось маниакальное желание встретить брата, родного брата, единственного отдалённо, заочно близкого человека, в которого она верила. Ни за что, она не сдастся и выйдет отсюда ещё не дожидаясь, когда родственнички напомнят о себе и вновь, попытают счастье, в очередной попытке выгодно продать приобретённое ими уличное отребье. В одном из профилактических визитов семейства Итачи, для проверки своей «непутёвой дочери», они застали её на полигоне с винтовкой в руке и она явно не была им рада. Понятно всем стало и ясно, что былого послушания от увязшей в военной форме фиалке, можно было не мечтать. Пред ними предстала девушка со стержнем. С набитыми кулаками, свежими синяками и бывалая женственность, на пару с хрупкостью, покинули её облик. Это был солдат. Вытянувшись по струнке, отдала честь командиру, пальцы не преднамеренно сжались на холодном метале, но сдав оружие, она встретиоа гостей и сопроводила незваных к выходу. На попытки Боруямы Итачи, взыграть своим авторитетом на юную особу, никто кроме самого семейства не отреагировал. Грубо прерванный и проигнорированый, был выставлен за ворота. Также, перед самым уходом, девушка, под всеобщие смешки и глумливые взгляды старших братцев, заявила, что собирается, через три года, считая этот год, выпуститься экстерном, завершив обучение за всю школьную программу, и стать официально совершеннолетней и автономно самостоятельной личностью. Ставя их постфактум, чтобы виду на неё не имели. Боруяму так повеселило это её заявление, что он лично пообещал ей неприлично круглую сумму, за такой подвиг по улучшению угробленной ею репутации семьи. М-да, кто о чем, а Итачи о репутации. Но отказываться Фамуяма не стала, только закрепила. Так и разошлись, да более и не встречались, пока девушка уже в конце года не выиграла всемирное соревнования по стрельбе и, спустя два года, не стала самой юной выпускницей военного заведения, опередив свою ставку на год и не мало шокируя своих опекунов, в чьих не самых заботливых умах взыгралась проснувшаяся любовь и забота, вот только, момент был уже давно и бесповоротно упущен, а девушка оборвала с ними все связи, предупредительно сорвав с них ту сумму что обещал ей «отец» и переехала к чертям, точнее в Токио, по ближе к родному брату, что ещё даже не подозревал, что скоро, жизнь его пополниться одним из самых лучших знакомств. ….. Девушка остановилась в одном из отелей на время, пока будет искать жильё. Она решила, что не будет арендовать квартиру, а лучше, сразу купить, чтобы потом не мучиться. Всё же, жить она здесь собиралась долго. Токио большой город и для человека, который не покидал казарм или военного полигона, да и с четой Итачи, она не часто выбиралась в люди, только по поместьям, ни то что в город. А потому, это было для неё совершенно новым опытом. Она шла по тротуару, лавируя в толпе людей, снующих туда-сюда. Взгляд метался с одной стороны на другую. Немного погодя, Фамуяма, вдохновившись местной эстетикой, решила сходить в тот самый храм Мусаши, где, как она помнила, обосновалась база для Свастонов. Всё же, её главная цель встретиться с Кеном Рюгуджи и, по возможности, помочь Такемичи, предотвратив смерть любимых персонажей. Но эта цель лишь второстепенна, она эгоистичный человек и своя жизнь ей дороже, ну, ещё брата. Она все эти три года, цеплялась за косвенно знакомого, где-то существующего, старшего брата. Это вселяло надежду и обнадеживало, давало понять, что в этом, неожиданно чуждом, но и знакомом мире, она оказалась не одна. Она верила, что после встречи, эта изоляция и одиночество закончатся сами собой. Вот так и жила она , всё это время. Даже скоропостижное завершение учебы и сдачи экзаменов военного училища было сделано ею, только ради скорейшей встречи с братом и выхода из-под опеки четы Итачи. А уж победа на всемирной Олимпиаде, стала одной из самых приятных неожиданностей, но давшее лучший фундамент и базу. Она могла даже не работать, получая стипендию и при этом оставаясь с выигрышем от самого призового места. Но стоило оно того или нет, она совсем скоро узнает, а пока, будет наслаждаться жизнью и тёплым летним солнышком. Погода шикарная! Фамуяма не спешно поднялась по лестнице и прошла через выцветшую арку. Перед ней предстал пустующий храм. Она немного побродила рядом, оглядываясь. На последок, она помолилась, после чего направилась к выходу. Манджиро сидел на дереве, маясь очередной балдой, когда не званный гость заявился на его территорию. Беловолосый парнишка, примерно его возраста, может, чуть выше его самого, в спортивных штанах и голубой ветровке, бродил и с интересом разглядывал его базу. Манджиро наблюдал за ним. Складывалось впечатление, что он что-то искал или кого-то, но в конце концов, парнишка подошёл к главному торцу и остановился. По нелепому совпадению, оказался он прямиком под Майки и достав телефон залез в поисковик. Майки затаил дыхание и вгляделся в экран чужого телефона, но следующее, что он увидел едва не довело его до истерического ржания, но с неимоверной силой воли, он удержался от такого удовольствия. Ему было любопытно, что же сделает этот парень, неужели это чья-то подосланная крыса. В поисковике белёсый парень, старательно вводил «как правильно молиться в храмах Японии», почитав и посмотрев подробную, пошаговую инструкцию, он убрал телефон и, хлопнув пару раз в ладоши, поднёс их к лицу и слегка поклонился. Постоял так пару минут и ушел. Наконец-то можно не таясь, вдоволь на ржаться. Все же, как молиться в храме все знают еще с пелёнок, но чтобы туристы так дотошно искали об этом информацию, он увидел впервые. Как него только сюда занесло? Позднее, Фамуяма не стала приходить туда вновь, т.к. решила поступить чуть проще. Она наделась, что Такемичи только начал или начинает свои прыжки во времени, иначе все, довольно усложниться, а сломленный главный герой это не то, что она хотела для него. Он невероятен, но одинок. Она его понимала, в каком-то смысле. Она также оказалась в не известном ей времени, стране, теле и месте, но она не хочет и никогда не захочет, переживать столько смертей. Уж лучше она останется той безвозвратно огрубевшей после военной вытяжки, но девочкой с едва светлыми, розовыми очками. Она так и не вспомнила, какая была у неё жизнь до появления в этом мире, но знала, что была образцовой девушкой, что не видала жестокости и вела свою цветущую подростковую жизнь. Сожалений у неё не было, ей не было за что зацепиться и горевать. Но та кем она раньше являлась была так далека от неё настоящей, совсем не знакомой и забытой, что даже не верилось. Так и получилось, что она приняла новую ипостась и стала жить как Фамуяма Итачи. От одного воспоминания об этой семье её передёрнуло. Девушка столкнулась с кем-то по пути, едва ли не решив что врезалась в странного вида колонну, только откуда им здесь взяться. Оторвавшись от воспоминаний она вгляделась на стоящее перед ней что-то. Так, КТО-ТО. Подняла голову и обомлела. Кен Рюгуджи, собственной персоной. Он стоял не долго перед ней, оглядел странного пацана с ног до белёсой макушки и обошёл. Фамуяма опомнившись, хотела позвать его и она уже даже развернулась и направилась в его сторону, но внезапное появления его друзей в чёрной форме сбило её с настроя. Внезапно, ей стало как-то страшно. Она уже не была так уверенна в том, что он её не пошлёт далёким рейсом до Москвы. Момент был упущен. Его уже не было. Фамуяма раздосадовано цокнула, сжимая кулаки. -старшая школа…. Она уже не сможет поступить в неё, потому как, сдала все экзамены по этой программе, да ещё и повышенной сложности. Она теперь совершеннолетняя, самостоятельная личность и ей теперь, только, разве что, в университет податься. -Не подходит. Она вернулась в гостиницу, в которой застряла на добрые две недели. Но вот, риелтор позвонил, привнося радости ей в жизни. Новая квартира готова к заселению и она сегодня же, может туда переселяться. Счастья не было предела. Бодренько захватив свои вещи, она сдала ключ от номера и перехватив чужое такси поехала в свой новый дом. …. В Это время, пока девушка предавалась не большим радостям жизни, в главном кабинете семейства Итачи, отсиживался весьма угрюмый представитель их фамилии. Боруяма Итачи, глава семьи, трясся от гнева. Перед ним на столе лежали документы, что пришли совсем не давно на его имя, уведомляющие о том, что Фамуяма Итачи, ныне, Фая Рюгуджи, по собственному желанию выходит из их семейного реестра и из под опеки данного семейства. В связи с её автономностью, наступившей в связи с окончанием и прохождением всевозможных тестов и экзаменов, подтвердившими её квалифицированность, как самостоятельной личности, не требующие надсмотра. -СУЧКА! …Да что ты..?! ДА КАК ТЫ..!?! Да мы тебя из этой грязи вытащили! И ты ТАААК нам отплатила?????? Все планы и сделки, совершённые им ранее были не действительны, т.к. больше дочери у него не было, а отдавать замуж за мужчин своих сыновей ни желания, ни возможности не было. Вот и получилось, он в минусе и в особо дрянной ситуации, пока девчонка самозабвенно прохлаждается, где-то в Токио. То, что эта девчонка обскакала его, при этом в лицо предупреждала, что съебет от него, да так, что хуй он как до неё доберётся, он не верил, а уж когда понял, было поздновато. Умотала, да с таким блеском. Подняла репутацию, нашумела и свалила. И ведь не прикопаешься, он связан по рукам и ногам. Да ещё и после того раз, когда он избил её она совершенно отошла от рук. Явно, было огромной ошибкой, отправлять её учиться в то училище, но кто же знал, что она не только не взмолится о пощаде и возвращении в особняк, но и закончит его экстерном, шокирую всё общество. Теперь сидит Боруяма и думает, как бы этот полезный кадр прикарманить обратно. ….. Фамуяма вылезла из машины, не забыв перед этим щедро одарить водителя чаевыми, и вошла в высокое здание многоэтажки. Она специально выбирала такую жилплощадь, потому как, в случае чего, не составит труда затеряться среди жильцов. А уж близкое соседство с пожарной лестницей было одним из главных достоинств её новой квартиры. Нет, она не собиралась на третью мировую и врываться в криминальный мир, но вот события, которые затронули даже тех кто в общем-то не лез в дела банд живы в её памяти. А потому, пренебрегать безопасность и вбитой в неё осмотрительностью, бдили за безопасность. Квартира была выполнена светлых, пастельных оттенках, с единственными темными цветами, которые преобладали в самой мебели. Девушка стянула с себя кросовки иуместив их в тумбу переодела тапочки, что были так услужливо, презентованы ей в честь новоселья от компании, через которую она покупала недвижимость. Четырёхкомнатная квартира радовала своей просторностью и дарила умиротворение. Куда спокойнее, когда ты уверен в месте своего проживание. С самого дня её появления, она ни разу ещё не бывала в СВОЁМ доме, где угодно, но не в своём. Особняк Итачи, приют, общежитие военного училища, казармы, гостиница, отель… и вот, она дома. Скоро он окончательно пропитается её запахом, а выдуманный домовёнок Кузя, как ярый борец за уют и чистоту, будет прятать её разбросанные по дому вещи, чтобы не повадно хозяйке было, мусорить. Но и тут без заботы не оставит, уж она в этом уверена. По крайней мере, она хочет верить эту маленькую но такую родную сказку. Не спеша она разложила имеющиеся у неё вещи и обнаружила, что осталась совсем без продуктов, а главное, нет даже сковороды или кастрюли, чтобы утолить так не вовремя, проснувшегося внутреннего повара и доставка еды её в перспективе не впечатляла. Поэтому, смирившись со своей участью, она натянула чёрные, зауженные джинсы, напялила свитер и закрепила чёлку резинкой, чтобы не мешала. Натянула тканевую маску для лица, чтобы не дай бог, засветиться какой-нибудь банде. Весь цвет ночного Токио как-раз таки, в самом расцвете своего рабочего вечера. А знакомство с ними, она предпочитает оттянуть до поры до времени. Она толком, с братом не виделась ещё, ни то что, разговаривала, а влезать не пойми куда, толком не разобравшись опасно не только для неё, но и остальных якорей бравого Такемичи. Проверять, что станет с ней, когда он в очередной раз заскочит в будущее, желания у неё нет. Выползла на улицу и направилась в Универмаг, что видела по пути из машины. Правда, не рассчитала, и заблудилась, не пойми где. Уже ночь, интернета нет, где-не понятно. Звонить не кому. Ситуация. Она побродила какое-то время, и решила попросить кого из прохожих о помощи, видать, назло ей, никого на улице не оказалось. Поэтому, когда в очередной раз, до неё донёсся шум голосов со склада, что так услужливо мозолил ей глаза, она не выдержала и пошла в его направление. Ей уже осточертело бессмысленно плутать не пойми где не зная уже сколько. Вот только, подойдя в плотную к двери, она насторожилась и сгруппировалась. Явно не рабочие так общаются, в лучшем случае, крайне оборзнвшие старшеклассники, что решили по максимуму забыть о всяких правилах приличия. И она уже думала уходить и не мешать болезным, когда до неё до нёсся болезненный, разрывающийся женский крик и вторившим ей мычание, сопровождаемое всеобщим смехом и ехидством. А уж когда кто-то сказал о групповухе, Фамуяме сорвало башню. … Па Чин, повязанный по рукам и ногам, в прямом смысле, удерживаемый прихлебальниками Мёбиуса, бессильно наблюдал, за своей любимой, что жестоко избивали её. Во рту её футболка, которую они стянули с неё и заткнули его по самые гланды. Ото всюду смешки, пошлые взгляды, кидаемые на его девушку, чужие руки, лапающие её, отчаянно сопротивляющуюся. Выкрики из толпы. Шумно. Душно. Вот ей выворачивают один из пальцев и вырывается её болезненный крик, он рвётся к ней, в желании защитить, но его держат и лишь запрокидывают голову, чтобы не пропустил ни единого момента, старательно удерживая за волосы. Как же он жалеет, что вытащил её сегодня на свидание… Вот, из толпы выкрикнули, предлагая отъебать сучку на глазах у его парнях. Вот другой вторил ему и кричал Групповуха! Групповуха! Его обуял ужас и изнывающая ярость от бессилия. Он в замедленном времени, физически, пытался оттянуть момент, наблюдая за девушкой по среди мужланов похабно надвигающихся к ней. Мир начинал рушаться. -ЭЙ, УБЛЮДКИ, ВЫ СОВСЕМ ОХУЕЛИ?!? Раздался громогласный рык, ошеломляющий толпу, парня, выбивший со звенящим громоподобным звуком железную дверь, что упала на бетон и подрагивала, звеня на всё помещение и приковывая внимание к нарушителю. Па Чин не понял, как это всё произошло и как оказалось, что парнишка оказался в самой гуще событий, возле его возлюбленной и попеременно отбивал девушку от нападавших членов банды. Беловолосый парень с пушистым каре, в черной маске, одетый в светло бежевый свитер и чёрные джинсы с красными кроссовками, не большого телосложения, можно сказать, тощего? Ебашил и раздавал пиздюлей подобно искусству. Да так энергично и со вкусом, что количество валяющихся приятно радовало глаз. Он взбрыкнулся и повалил удерживающих его ребят, что отвлеклись на массовое побоище и выплюнул своеобразный кляп, вздохнув свободно. Незамедлительно, он направился к девушке, что в панике оглядывалась по сторонам и пряталась за спиной парнишки, который оттеснял их в сторону выхода, присоединяясь. Парнишка кивком поздоровался с ним и, не отвлекаясь, молниеносно стянул с себя свитер, оставаясь в серой майке, не забывая наподдавать наступающим по мордам ногами. Не на долго отвлёкшись, парнишка кинул в его девушку своей тряпкой и велел надевать, кровь конечно, попала, но немного. Изначально, Па Чин решил, что это Санзу явился по его душу, спасти своего товарища, но оказался обманут, когда рассмотрел явившегося поближе. Но на его радость, прибывший оказался сильной боевой единицей, которая уламывала присутствующих с одного выпада, одного удара или пинка. И двигался он очень обдуманно, не пропуская ни одного удара по себе. Что удивляло его, ведь, в их обществе, в основном, преобладает тенденция – смело получать по ебалу. И всё же, один раз, чувак словил прямой в грудь, тогда парень сдавлено вскрикнул, незамедлительно его проглотив, откашлялся и сместился от траектории следующего удара, отступая назад. Пришёл в себя и вперёд. Постепенно, они вывалились из помещения и припустили ходу. Фамуяма мельком оглядел темноволосую девушку и сказал Па Чину взять её на руки, та еле передвигалась, но сам парень тоже был изрядно побит и сам передвигался не быстро. Сзади разъярённая банда, бежать есть куда, но бежать нормально не могут, транспорта нет-аншлак, тушите свет. Орущие и рычащие возгласы позади подгоняли и ничего хорошего не предвещали. -Лови! -БЛЯТЬ! -ПОЙМАЮ, ПОСКУДА! -ЖИВЕЕ -Я ТЕБЕ ЕБАЛО РАЗОРВУ -ДА НЕ МЕЛЬТЕШИ! -ДВИНЬСЯ -САМ СЪЕБИСЬ! -ЕБАЛЬНИКИ ПРИКРОЙТЕ - ЕСЛИ ВЫ ИХ НЕ ПОЙМАЕЕТЕ, Я ВАМ САМ ПЕНИСЫ ОТХУЯРЮ! ЖИВЕЕ! ПОКА ОНИ ДО СВАСТОНОВ НЕ ДОБРАЛИСЬ -ДА БЛЯ -Многообещающие слова- отшутился светловолосый парень и сразу же обречённо выдохнул. Пацан с девчушкой, явно далеко не уйдут, а местные чепушилы добрались до своих байков и стремительно надвигаются на них, а потому, как бы абсурдно это не было, вспомним армейские развлечения…-Слышь, держи её по крепче и заваливайся на меня, лучше на плечи Па Чин от такого заявления, аж ахуел и чуть не ебнулся- ты угораешь?! Ты это, завязывай, давай-не надолго прервался, чтобы отдышаться и продолжил- ты себя-то видел? Я сам бугай, ещё и девушка с Продолжить он не успел, беловолосый бесцеремонно встал на его пути и не ожидавший такого, как и сама девушка, вскрикнули, пока падали на мальчишку. Все, звиздец, подумали они, но беловолосый парень без особых преград, затащил его на спину, вместе с девушкой и продолжил движение вместе с ними, часто и глубоко, но ритмично дыша. Как бы это по еблански не звучало, но -БЛЯ, ДА ТЫ ГОНИШЬ?!????-Вырвалось у Па Чина -Ахуеть- вторила ему девушка Тем временем, они передвигались вперёд, с той же скоростью, с какой они бежали за ним до этого. -Бля, ну говорил же, что на шее лучше- Па Чин даже ответить не успел, когда парень внезапно остановился и сначала подпрыгнул отпустив их и слегка сместившись назад, опустился вниз и они приземлились ему на плечи, правда, Па Чину было очень больно, но прочувствовать всё, как и сориентироваться не дало усилившееся сопротивление воздуха и вцепившаяся девушка, они тем временем заметно прибавили в скорости в два или три точно. Пока осознавали происходящее с недоверием оглянулись, они, наконец-то, отрываются от погони, но за ними всё ещё следовали. Беловолосый оторвал их от наблюдения заднего плана обращая на себя внимание- чувак, я тебя держу крепко не ссы, лучше красавицу держи по лучше. А ты милейшая, не стесняйся и, пожалуйста, сцепи уже свои ноги на моей шее, раз так удобнее и успокойся. На этот раз спорить не стали. Па Чин приподнял сползшую девушка, а она дополнительной опорой придушила чужую шею, как ей казалось. Скорость вновь прибавилась. -Да ты гонишь -повторяешься чувак, ты местный? - да, а что? -А я нет, так что, веди, я хуй знает, куда бегу - Тогда до того магазина и на право, будет пролёт -понял Добрались, куда денутся, там уже новые указания. Петляли по улицам прилично. -мы куда бежим хоть?! -в сторону нашей базы -ДА ТЫ ДОЛБОЁБ! В БОЛЬНИЦУ НВДО И ЖИВО! -но..! -ТЫ СЕБЯ ВИДЕЛ ИЛИ СВОЮ ПОДРУЖКУ!?!? Дамочка, где больница??? Раздался слабый и писклявый голосок: - она в другой стороне, но туда теперь только в обход. -Так вон же переулок -Там тупик- отозвался Па Чин -норм, у меня идея- и парень завернул в этот переулок и не долго думая устремился к стене не самого высокого дома, перекрывающей проход. Пока его поклажа не успела слезть с него, он прикрикнул «держаться пиздец, как крепче» и ухватившись за трубу и оттолкнувшись о выступающий кирпич взобрался на крышу, под ошеломляющий барабанные перепонки женский ор. -Я думал откинусь-отозвался побелевший Па Чин - БОЛЬШЕ, Я СТОБОЙ ГУЛЯТЬ НЕ БУДУ!!!! -да ладно вам, нам ещё пилить и пилить, куда дальше? - Да ты бессмертный что ли?! Ты как, блять, это делаешь?!?!? - ты служил? Па Чин умолк, сбитый с толку, ответил:- нет - ну вот и все А тем временем, снизу отчётливо раздалась ругань их преследователей. -так, поболтали и хватит. Куда дальше, пока я ещё в нужной кондиции -больница в той стороне- ответила девушка -милая, я не вижу- беловолосы страдальчески улыбнулся в представшую перед ним пустоту Па Чин повторил её движение перед парнем. -понял, ща как домчусь, ахуеете --уже!!!! ААаАААА..! И фантастически не реальный, но паркур, если это можно так назвать был оформлен дополнением, к их увлекательному путешествию до больницы бонусом. Впечатлений они нахватались на всю жизнь и в подобострастном обожании вернулись на землю, после сумасшедшего прыжка в сторону асфальта. Ну и что, что первый этаж! Для них все 3! Особенно для девушки. И ведь этому хоть бы хны! Бежит, дышит, болтает и опять дышит! Уже у входа в больницу, спустившись со спины парня прямо в приёмной с ужасом осознавали свою поездку и приходили в себя, пока к ним торопливо бежали работники неотложки. Столь стремительное и нереальное появление побитых людей в крови, на одном горбу, это что-то. А смачно грохнувшийся на холодный, плиточный пол водила этого экспромт такси, растянулся и рвано дышал:-Бляяяя..- простонал он,- я щас откинусь -да ты МОНСТР- Воскликнул Па Чин Девушку взяли в обиход мед сёстры с врачами первой, как одну из самых адекватных и в крайне убитом состоянии от остальных. И уже другие производили свое профилактическое нападение на них. Па Чин на минуту вырвался из цепких лап в перчатках и присел перед расплоставшимся: - тебя как звать? -Фамуяяяямааа-промычал, скорее вымолвил парень -Па Чин.-представился второй и пожал дрогнувшую в его сторону руку -спасибо, Фамуяма-кун, я не забуду. Тот лишь помахал еле двигающейся рукой и пробасил- сходил за продуктами -хаххаха- Па Чин услышавший это не стал себя ограничивать и поржал с этого. Да уж, не фортануло пацану Так всех растащили кого по кушеткам, кого в палату. - Фамуяма-кун? Эээ, в базе есть только Итачи, но анкета уже не действительна- спросил один из интернов, что пытался установить его личность, когда его отволокли к кушетке. -честно..? - да- ответил недоумевающий парень - Фая Рюгуджи, чан. Я фамилию сменила -пиз. Ой, извините, Рюгуджи-сан. -Пожалуйста, зовите по старому и в мужском виде, лечение оплачу, опекуны не нужны - окей-парень не стал настаивать, мало ли, какие здесь тараканы- жалобы есть? И что с вами случилось? -Чувак, будешь потом лично меня лечить, я к другому не пойду- отсмеялась измученная девушка - Я интерн - похуй, будешь доктором. учись и внимай, пока я не от рубился - слушаю- парень схватился за шариковую ручку -пошёл за продуктами, заблудился, натолкнулся на явную попытку изнасилования, на стадии избиения- парень, в начальной стадии удивления, посмотрел на парня, девушку..парня.-ты не отвлекайся. Выправка военного и чисто моральные принципы, драка и успешный побег, но спутником успели слано въебать, а потому девушку, как главную жертву веселья, этих ублюдков взял на спину её парень -но разве не логичнее, чтобы ты -я левый чел, который, типа, парень- в это время, Фамуяма начал стягивать серую, покрытую кровью, серую майку, под растерянный взгляд, продолжая свой рассказ, пока интерн обдумывая разглядывал плоскую грудь, под ещё не стянутой майкой- поэтому, Па Чин, после этих неудавшихся насильников, её кому попало, в руки не даст. Но вот не задача, сам он тоже, шевелится как дряхлая черепаха. Сзади орава буйных чепушил, да ещё и додумавшаяся взяться за байк. Абзац - не поспоришь- согласился интерн с русыми волосами, закрывающий их ото всех ширмой, пока пациентка без застенчивости, добралась, до импровизированного, утягивающего бюстгальтера, без лямок. Как оказалось, грудь была не большая, но была. Русоволосый парень покрылся краской и со смущением и удивление смотрел на представшую картину. Огромная гематома, в области груди и не большая, рубцовая рана, слегка кровоточила от недавно зажившего ранения -это что?- перебил он её, его. -это перед уходом с училища, напоролся на одного, не самого умного, тот и пырнул, не сильно, но было. - а сейчас, откуда кровь? -удар пропустил. Короче, подробности потом, пришлось тащить их вдвоём. Военная выдержка и увлекательные путешествия по крышам города. Андерстенд? Хмурый парень, отложил бумаги и сменив перчатки, принялся за осмотр-Андерстуд-после ответа, принялись за анализы и рентген на пару с узи. Оставшийся вечер был увлекателен и весел. Прибывшие капитаны Свастонов, почти в полном составе, уже пытали Па Чина. Но того, странного паренька не застали, его по собственной просьбе определили в личную палату и сведений не дали. Ни кому. Фамуяма в это время активно вела диалог с новым знакомом и выяснила имя собеседника, которого утащила с собой, в качестве личного врача, под всеми правдами и не правдами, так и пришлось ей уступить. Даже действующий глав врач, её не убедил, вот и приходили врачи вместе с интерном, в качестве помощников, что крайне забавляло остальной персонал. -Атекоми Мирай - приятно познакомиться, Ате-кун- девушка, перед ним приятно улыбнулась и уснула - приятно, Фая-чан- выдохнул он, мстительно отвечая -фаму- кууун-выдохнуло это чудовище из под одеяло А Атекоми выронил смешинку и удалился, составлять отчёт и думать, что можно утаить, а чего нет. В итоге отправился к директору больницы на прямую. Тот, с благодушием его принял и, как ни странно, на условия девушки, пошёл с охотой и энтузиазмом, чем вогнал интерна недоумение. Но отчёт не ждал и они занялись лечение девушки вместе.