Неделя молчания

Вару никогда не любил снег, да и мороз вцелом. Жгучий холод пронизывает снаружи и внутри, кровь приливает к щекам, а потом неприятно шелушится, сушится, курточка предательски продувает спину, а колючая шапка сползает с ушей. От одной мысли пятого одолела дрожь и он отпрянул от окна. Пятый не мог определиться что хуже: собачий холод или сезонная аллергия в апреле, когда закладывает красный нос и жжение обеспечивает бессонные ночи, если какой-то твари приспичило открыть форточку в самый разгар весеннего цветения. А что насчет лета? И это время года не обошлось без пары ласковых, любезно предоставленных Вару. Жара, пот, вонь солнечный удар, обморок и Вару очнётся дома с неимоверной слабостью в теле и головокружением под невнятную речь старших по масти. Но все эти, казалось бы, неприятности объединяло одно–Феликс. Неужели каждый раз он оказывался рядом, когда тяжело и больно? Солнечный удар был невыносим, до болезненных горьких слёз и грузного, жаркого дыхания с режущей сухостью в горле. Запомнилось, как из-за прикрытых зановесок солнечный свет, подобный прожекторам, обливал небезразличное лицо червонного, который с такой же тяжестью разделял всю боль валета пик, переодически трогая горячий лоб, успокаивающе шепчущий "Всё будет хорошо!.." А весной, когда вару расклеянный распластался на диване, четвёртый обязательно с неподдельным сожалением взглянет и скорее побежит в аптеку, чтобы набрать кучу лекарств, из которых только спрей в нос окажется полезным, ведь Феликс тратит деньги очень бездумно и эмоционально, за что вскоре Пятый даст ему щелбан, но коротко и смято произнёс "спасибо", а Феликсу и достаточно. Зима...уже знаете, гуляли совсем недавно, но Феликс сам их вытащил, чему пятый оказался нисколько не благодарен. Ну разве что самую малость, ведь развеяться хоть раз в месяц стоило, тем не менее это глупо вытаскивать на улицу ни в чем неповинного домоседа. Так или иначе, тот кофе их согрел, кудрявый вспоминает, как переминал в руках горячий бумажный стаканчик и несмело пил по чуть-чуть. Можно ли сказать, что там, в магазине, Вару вернул должок? Ведь такие добрые жесты для вредного валета в новинку, а забота тем более. А потом там, на улице...так спирает дыхание от прокрученных в голове воспоминаний, тогда это казалось таким потаённым, только для них двоих, таких открытых и как никогда слабых друг перед другом. Вару поджимает губы, расплывается в лёгком смятении и сам себе воротит головой, будто это поможет возникшей теплоте в груди не распространяться более. Все эти слащавые события заставляют его чувствовать нелепую радость, ощущение собственной слабости перед такими глупыми вещами. "Это так...странно?"- раз за разом проносится в голове, как эхо, отскакивающее от стенок сознания. Румяна быстро приливают к щекам и валет сжимается, подрагивает от непонятного выброса дофамина. Вару почти подпрыгивает, когда ощущает инородную тяжесть на своем плече. –Вару?-уже подоспевший Феликс выглядел слегка озабоченным, ведь со стороны пятый смотрелся как-то нездорово.-Тебе плохо? Что с тобой?- разворачивает к себе того лицом. Валет пик приоткрывает рот и немного растерянно жестикулирует, в конце концов отрицательно помотав головой. Феликс с недоверием хмыкает и кладет тому руку лоб. Вроде бы нормальный. А почему такой красный? –Вару ты...можешь мне говорить, я ничего скажу Пику! Что у тебя болит? Он молча возмутился, как еще объяснить, что все в порядке? Какую истину он пытается взыскать? "Ну почему ты такой? Почему тебе не все равно?"-тоскливо думает пятый с некоторым обольщением. Он мягко отталкивает Феликса и спешит удалиться, пока четвертый в непонятках провожает его взглядом. –Сразу дела появились?-выгнув бровь бормочет в след Феликс. Кудрявый падает на кровать и как-то нетерпимо складывает руки на груди, вдумчиво вглядываясь в потолок. Он сбивчего дышит, перекатывается сбоку на бок с превеликой горечью мычит в подушку. Как же ему досадно сейчас, ведь быть может он осознал нечто страшное, ужасное, недопустимое! Как он позволил этому произойти, в какой момент все завернуло не туда? Ах да, этот глупый спор, всё из-за него! Какой сегодня день? Воскресенье? Финишь? Осталось совсем немного, Вару, соберись! Все эти домыслы всего лишь последствия того, что ты немой уже неделю, ничто иное как лёгкая повёрнутость! Подумать только, как в его-то непреступный, чистейший от всякой гадости разум могла проникнуть такая грязная мысль, как симпатия? Привязанность? Влюб- "Достаточно!"- резко садится вертикально Вару и переводит дыхание, нервно зарываясь дрожащими тонкими пальцами в кудри. Все мысли его стихли и он прислушивается к ритмичному тиканью часов в комнате, пытаясь дышать ему в такт. Раздается стук и, не ожидая ответа, гость за дверью открывает, неуклюже заходя в комнату с кружкой в руках. –Слушай, я немного переживаю, ты так быстро ушел, мне показалось всё-таки что-то не так, ну и...- ставит на тумбочку кружку.–я сделал для тебя чай, он...с лимоном! Поэтому привкус э-э-э другой...-Феликс неловко улыбается и переминается с ноги на ногу. Пятый оказался не в том состоянии, чтобы анализировать необычное поведение незванного. Поэтому ему показалось, что перерыв на чай мог бы его отвлечь, да и сейчас оставаться один на один с собой было как-то страшно, пусть лучше даже самый странный и бесячий четвёртый будет рядом. Он кивает и, не поднимая глаз, решает отпить немного. Феликс не соврал, вкус и в правду был...другой. Чай с лимоном должен быть именно таким? Неважно. Важно то, что четвёртый заботится о нем. Снова. Моральные принципы, все такое...пятый не должен воспринимать это близко к сердцу, правда? Так бы поступил любой хороший друг, без лишнего пристрастия, правда? Значит все хорошо, просто пятому не приходилось раньше "дружить" так близко. Просто накрутил себя. Или действительно спятил? Ха, на самом деле это уже кажется не таким значим как минуту назад. Интересно, почему?.. Феликс осторожно присаживается рядом, внимательно наблюдая. Ему стыдно, да, очень стыдно, но что ему еще оставалось делать, когда Вару вёл себя так...несвойственно с самого утра? Дёрганный, нервный, нелюдимый, а говорить в чем дело не может или не хочет. Ну и...в аптечке завалялась валерьянка. Ничего плохого в этом нет, всего лишь из благих намерений добавил седативное в чай. Но, как известно, благими намерениями вымощена дорога в ад. Спустя некоторое время Вару заметно обмяк, а тяжелые веки норовили сомкнуться. Несмотря на затуманенный разум, подсознание натолкнуло пятого на мысль, что что-то не так, а Феликс не собирается уходить. А может это к лучшему? Почему-то и не хочется, чтобы он уходил. Чтобы он ушел, как минимум нужно поднять руку и указать на дверь. Но вару так сладостно устроился в постели, что одна только думка о передвижении его порядком утомляла. С каждой новой мыслью, спонтанно возникающей в тяжелой голове, вару не замечал как его постепенно клонит в сон, а очки со спиральками сползают на веснушчатый нос. Феликс притих. Прождав около минуты, он немного боязливо наклонился к лицу валета, удостоверился, что тот спит, и уже как по привычке без задней мысли стянул очки. Червовый не ожидал такого эффекта, ведь как ему показалось, с той дозировкой в чае Вару должен был просто расслабится, а не отключиться вовсе. Но это тоже неплохо. Сон ведь полезен, правда? Может он просто не выспался, поэтому был таким взбалмошным сегодня. Казалось бы, только начало дня. Сидя подле пятого, Феликс мучался в терзаниях совести, ибо нечто подобное он совершает впервые и до конца оправдать себя не получается. И все же, это ради его же блага, да? Феликс, как хороший друг, хочет чтобы его близкие чувствовали себя хорошо, значит нет ничего плохого в его поступке. Вару даже не заметит. Зимой время идет невероятно быстро, а если уже в середине дня подбирается ночь, Вару обычно чувствует непонятную тоску и разочарование, ведь день за днем он бессмысленно, без всякого удовольствия прожигает свою жизнь в этом скучном сером мире, полного только огорчений. Ежедневно, как травмированный, Вару открывал глаза, проснувшись, и надеялся увидеть в окне просторы карточного мира и ощутить свое былое величие, власть, чувство собственной важности. Ему всего этого так не хватает. Даже настоящий барьер карточного мира не сковывал его так, как невидимые границы этой вселенной, где за пределами родной квартиры была только опасность, ряд ограничений и страшное людское общество, с коим Вару сталкивается по минимуму. Он все чаще думает о смерти. Хуже бестолкового пребывания здесь ничего быть не могло. Эта жизнь угнетает его последние годы, он не может думать ни о чем другом, смириться тяжело, пытаться свыкнуться тоже. Привычные коммуникации с клонами и те надоели. Разумеется, когда тебя настойчиво игнорируют, тебе не то что надоест, ты будешь чувствовать опустошение и обиду, ведь это ничем не лучше публичного унижения. Вару открывает глаза. Тиканье часов, приглушенные голоса в коридоре, полный мрак в комнате, обезвоживание. Он с трудом принимает вертикальное положение, и трёт глаза. Ища глазами очки, встречает пустую кружку. Феликс, чай, а дальше...хронологический порядок утерян. Интересно, что делает Феликс? Сейчас как никогда сильно хочется, чтобы он был рядом и сказал, что все будет хорошо. Что это просто период, все пройдёт, Вару станет как прежде...как прежде каким? Надоедливым и фальшиво счастливым? Можно подумать он хоть раз оказывался душой компании или его где-то были рады видеть. Но это не он неправильный, это они все злые и ничего не понимают из-за скудности ума или своей тонкой душевной организации. Да, так и есть. Он зачесывает кудри назад и перебирает ватными ногами. Пол холодит босые стопы, а свет из коридора неприятно слепит через стёклышки. Вару щурится некоторое время, а потом останавливается у стены, когда резко темнеет в глазах, а голова нехорошо спазмит, но быстро проходит и он лишь с неприятным осадком продолжает двигаться куда-то в гостинную. Зачем-то сразу опускается на пустой диван и поджимает к себе ноги. Бесцельно блуждать по дому нет желания. Что идет по телику? Вечером воскресного дня только какие-то комедии. Не интересует. Вару уныло откидывает голову и прикрывает глаза. Но черт подери, тут же вздрагивает: –О, ты уже проснулся?- знакомый голос то ли раздражает, то ли успокаивает. И то и другое. вару выдыхает, ачй тебе лучше?-наивно и трепетно интересуется Феликс. От такого попечения Валет уже не гневался. Он ничего не может ответить, только смотрит в глаза. Четвертый с каким-то виноватым выражением лица потирает затылок и разворачивается к телику. –тебе тоже нравится это шоу, да?- он неловко посмеивается и ожидает реакции. Но оппонент крайне незаинтересован и только равнодушно пожимает плечами. Это немного досаждает Феликса, но сдаваться он не намерен.–А хочешь, пойдем гулять..? *** В коридоре Феликс бережно завязывает на его шее шарф и с характерным визгом застёгивает куртку. Дежавю. Вару подозрительно покорный, что пугает четвертого, ведь он так быстро без всяких раздумий согласился, что вовсе на него не похоже. Неужели валерьянка так подействовала на него? Может и так... На самом деле в вечернее время зимой, да и еще после недавнего инцидента в магазине Феликсу несильно хотелось выходить из дома. Но если это значило, что Вару может развеяться, то червонному ничего не стоило пожертвовать собой. Они вышли из подъезда, ледяной воздух моментально проник в легкие и вару брезгливо спрятал нос в шарф, но запотевшие окуляры были настроены против него. Безумная мысль посетила его голову–а может просто снять их сейчас? Темно, да и...Феликс уже все там видел. Но всё-таки чувство достоинства еще не покинуло его. Это же тоже самое, что раздеться до гола, чего бы сейчас он точно не сделал, правда? Ладно, эти размышления очень утомляют. –мы можем просто погулять, или построить снеговика. О, а может порисуем на снегу?-феликс осматривается в поисках нужно участка снега.–вон, смотри, здесь нетронутый. Давай? Вару скованно пожимает плечами и просто соглашается. Феликс неуклюже переступает заснеженный бордюр и с походкой пингвина шаг за шагом вырисовывает большое сердце. Все это время Вару стоит в стороне, склонив голову в бок. Неужели у червового совсем нет фантазии? Но он выглядит довольным. –Во-от... -улыбается Феликс, краем глаз замечая, как Вару целенаправленно надвигается внутрь сердца. Он хмутрится, ведь единственная посетившая его мысль была "лишь бы не писюн, Вару". Но, оказавшись в центре, пятый едва удерживает равновесие. Он вытягивает носок и пытается прокрутиться вокруг своей оси. В конце концов выходит кривая спираль и Вару прыгает в сторону Феликса. –О-о-о...я был о тебе худшего мнения, хе-хе-хе,- посмеивается червь, а пиковый закатывает глаза. "Я же не такой примитивный, как ты." –теперь давай снеговика! Спорим, я раньше тебя сделаю большой ком? Вару вызов принимает, будучи по натуре своей азартным. Один только спор прямое тому доказательство. Нечмотря на то что Вару уже замерз, а руки его в мокрых перчатках розовые и подрагивают от холода, он с тяжелым выдохом докатывает ком и оказывается в этом лучше феликса. Ком Феликса они вместе поднимают и радуются, что снеговик почти готов. В свете уличных фонарей снег красиво блестит. Счастливые глаза Феликса тоже. Вару вдыхает полной грудью от умиротворения в приятном времяпрепровождении. Снеговик готов! Пару кусочков свежей грязи вместо глаз и ветки, с трудом сорванные с дерева, более менее дополняли его. Гордые собой, валеты решили передохнуть на ближайшей лавке. Куча тяжелой зимней одежды заставляла быстро выбиваться из сил, да и мороз сыграл свою роль. Какими бы веселыми не были эти забавы, Феликс знал, что Вару лучше просидит дома, чем сотню раз пожалеет о том что вышел на улицу. Тем не менее он не выглядел недовольным, как обычно. Это радовало. –Ты замёрз?- тихо лепечет Феликс, снимая одну перчатку. Он поправляет шапку на ушах пятого, а потом потирает его холодные розовые щёки. Вару не противится, возможно даже немного подаётся вперёд ласковым рукам червонного и безмятежно прикрывает глаза. Холодно конечно. Он устало опускает голову на плечо ближнего и выдыхает паровое облако. Феликс замер. Такой момент один из тех, которые он обычно помечает как "со звёздочкой", его стоило бы ощутить в полной мере. Он, довольный, одной рукой приобнимает пятого зачем-то, но потом опускает эту затею. Отстранившись, они быстро принимают решение идти домой. Всё-таки уже совсем темно, а градусы падают все больше. Не хотелось на пару словить ангину или насморк. Они поспешили идти. Феликс болтал о разном по пути, о Куромаку, Пике, Данте, рассказывал бытовые штуки, рассказывал про неудачи с поиском работы. В какой-то момент вару это так надоело, что он чуть-чуть отстал от следующего вперед приятеля и подло задумал пакость. –Знаешь, на самом деле мне никогда не понять Пика или Куромаку, неужели..А!- Фелткс прерывается, когда в затылок прилетает увесистый снежок. Он мигом оборачивается и удивлённо хлопает глазами. Его переполняет смятение и радость, что Вару более менее пришел в себя. Вон какой озорной, ждет ответки и подкидывает в руках новый снежок. Четвёртый хихикает и с тем же настроем принимает участие в бою. Ничуть не уступая друг другу, оба парня борются в полную силу и может показаться, что ожесточённо целяться снарядами прямо в голову. К несчастью Вару, Феликс попадает прямо в цель, а конкретно в лицо, от чего тот теряет равновесие и обезоруженный падает на спину. Феликс охает и тут же подбегает к младшему. –Ты не ушибся? Извини, давай руку!- пятый встряхнул, лёжа, головой потянулся к протянутой руке, а потом, схватив её, потянул четвертого прямо на себя. Тот падает и, осознав происходящее, хихикает, пытаясь встать. Он нависает над Вару и смотрит ему...в очки. Мокрые. Решает снять, коей наглостью Вару поражается, но противостоять не решает. Теперь смотрят друг другу в глаза, тяжело дыша. Красные, холодные, вспотевшие, но очень довольные и счастливые они на снегу посреди улицы устанавливают какую-то связь. Не успев оклиматься после битвы, сердце Вару быстро бьётся, все тело пробивает дрожь, но почему-то сейчас так хорошо. Вару по-детски взволнованно тянет руки и обхватывает феликса, обнимая. Тот подаётся и прижимается в ответ, практически ложась на пятого. Они лежат так минут 5, пока совсем не замерзнут, и Феликс молча поднимается, помогая Вару, и они наконец шагают домой. Перед пятым сейчас тяжелая задача: переосмыслить все их взаимоотношения и сделать для себя какой-то неутешительный вывод. А может это что-то братское и потому невероятно искреннее и приятное, ага? Убеждать себя не получается. –Знаешь, Вару,- начинает Феликс.–Я так скучаю по тебе...ну...когда ты разговариваешь. Я бы очень хотел услышать тебя сейчас. Я рад, что ты уже завтра будешь как раньше. Собой, чтоли,- мягко повествует червь. Вару смотрит на него, не зная что ответить просто кивает. Он уверен, что если заговорит прямо сейчас, то Феликс его не сдаст. Но он уже так привык молчать, что предпочтет делать это и дальше, по крайней мере сейчас. –наверное все же валерьянка пошла тебе на пользу...- будто невзначай выдает блондин, от чего Вару в недоумении поворачивается. Но потом до него доходит весь пазл и он толкает феликса в плечо. "Какого хуя???" *** Вару засел в комнате, глубоко размышляя обо всем на этой неделе. Вся эта череда событий привела к необратимым последствиям, или они окончательно привели уже к раннее запущенному процессу? Говорить об этом прямо было так тошно и неприятно даже самому себе, ведь такое не может быть правдой. "Я тебя люблю." Как скрежет мелом по доске отвратительно донесло предположение. "Надо идти к Феликсу." Было очень страшно, поток сознания сильно нагружал и тревожил Вару, хотелось прямо сейчас поддержки ну или просто кого-нибудь рядом. Нет, это ложь. Кто угодно не подойдёт, нужен только Феликс. И он действительно уверенно надвигается к нему. Ищет по комнатах, находит в гостинной и под недовольные возгласы тащит обратно к себе. –Э-э-эй, я же смотрел там по телику!..-упрямо твердил червь. Но потом насторожился. Наверное что-то важное. Его усадили на кровать и Вару сам сел. Неужели просто составить компанию? Ну хорошо. –В чем дело? Ты с утра какой-то...-Феликс замолк. Он наивный, да, но не глупый. Определенного рода мысли его уже посещали, но ему не могло прийти в голову, что это могло быть действительностью. Или нет?пока неясно. Пиковый несмело и робко пытается зайти издалека. Берёт Феликса за руку и сжимает ее в своей, тесно-тесно. Феликс все еще сомневается, не озвучивает положение, лишь выжидает. –Мне кажется, я больной,- внезапно разрезает тишину Вару, впервые подавший хриплый тихий голос за столько времени. Феликс вздрагивает и оборачивается. –А? Фу-ух, ты всё-таки решил сказать. Что у тебя болит? Или ты заразился от меня вчера?- как обычно заботливо, но настойчиво интересуется валет. Но вару помотал головой. –Не...не такой больной. –Что? –... Вару сжимается и отворачивается. Это самый слабый и унизительный момент в его жизни настолько мерзко, как сейчас, он себя уже не почувствует. Это конец его личности, расщепление эго на мелкие частички, полное уничтожение самообладания и- –Я думаю, я люблю тебя,-на выдохе вырывается и Вару замирает. Блондин широко раскрывает глаза, но быстро растворяется в полном трепете. –Оу-у...Вару,-феликс подвигается поближе и обвивает дрожащую тушку парня руками- Разве это плохо? Я тоже тебя люблю, мы же друзья, правда?-феликс улыбается, но не слышит ответа. –Друзья, да?..- пятый только поджимает губы. И только сейчас червовый понимает в чем на самом деле суть. Он краснеет по самые уши и немного взволнованно смыкает пальцы. –Не друзья...- кажется сам для себя делает вывод червовый и неловко отводит взгляд.- Я надеюсь это не глупая шутка, которую ты вынашивал очень долго. Вару мотает головой. Ему еще никогда не было так стыдно. –а ты, ну...давно? Давно понял это? –нет. Феликс полный смятения уже 10 минут сидит в тишине с Вару, не знаю как правильней сейчас поступать и говорить. Очень разные эмоции за столь короткий срок ему пришлось испытать. -Ты только не волнуйся, ладно? В этом нет ничего такого, правда! Я может быть даже тоже...ну...люблю тебя, я просто еще не убедился!- зачем-то успокаивает Феликс. Вару смотрит на него с мелькнувшей надеждой, но тут же стыдливо опускает глаза. –Нет-нет, это правда! Честно-честно, ты мне очень, э..нравишься наверное, даже когда вредничаешь! Иначе бы я так за тебя не волновался, правда?- Пятый кивает несколько раз. Хочется уже просто замять этот разговор, а может притвориться что его не было вообще. Он смотрит на Феликса и, решив будто такой возможности больше не будет, крепкой обнимает. Тот мгновенно отвечает и раз за разом гладит по спине. Что еще пиковому нужно было для душевного благополучия? Только поцелуй как в книжках и сериалах. Но от представления такого Вару только перекосило, тяжело представить. Хотя... Вару немного отстраняется и, не разрывая обьятий, по-юношески быстро чмокает феликса в щеку и вновь обнимает вплотную, чувствуя себя неимоверно глупо. Феликс не то что бы ошеломлён, кажется он сам планировал это сделать, только не так смазано, а...по нежнее чтоли?.. Судя по всему, им еще предстоит поквитаться на счастье или горе обоих. ^^^ –Так выходит Вару выиграл спор?-сидя на кухне и попивая чай, общались Зонтик и Пик. –вероятно, что да,- закатывает глаза Пик. –Это и в правду...потрясает. А он что-то выиграл? –Он? Пф, нет,- ухмыляется король. –Серьёзно? Но...ради чего тогда он молчал неделю?.. –Ради того, чтобы нам никто не мешал,- довольный собой отвечает Пик. –Оу, понятно,-кивает треф- погоди.."нам"?.. –Ну да. Нам всем. –Ой...