Кошмар

      Каждое сновидение начинается по-разному, но заканчивается одинаково: он пытается сбежать от своего страха, чувствуя крыльями его приближение. Вот сзади раздаётся оглушительный рёв, его разворачивает когтистая лапа, и перед серебристым фейсплейтом остаётся только жёлтая, полная гнева, оптика. Этот момент длится несколько секунд, но его вполне хватает, чтобы Старскрима захлестнула волна ужаса и пришло осознание того, что будет позже. Боль. Смерть. Пустота. Он уже пережил все эти этапы, но страх перед дезактивом никуда не делся. И перед его убийцей – тоже.       Тем временем чудовище одной лапой прижало сикера к полу, а вторую занесло над серебристой грудной пластиной. Вот и всё. Конец. Старскрим зажмурился, и последним, что врезалось в память, была жуткая боль в корпусе.       Уже в который раз сикер подрывается и с облегчением понимает, что это был всего лишь сон. Очередной кошмар, который повторяется вновь и вновь во время каждой перезарядки с момента его «воскрешения». Корпус предательски дрожит, а из звуков слышны лишь его собственные всхлипы.       «Праймус, за что мне это всё?».       Старскрим отдал бы что угодно, выполнил самую грязную работу, лишь бы провести хоть одну перезарядку без сновидений. Чтобы можно было закрыть оптику и провалиться в спокойную тьму, не волнуясь о испорченном из-за давнего страха отдыхе. Чтобы потом проснуться действительно отдохнувшим, а не разбитым и с ещё большим ощущением усталости. Но о таком можно только мечтать.       После беспокойных сновидений платформа для перезарядки всегда казалась ещё более холодной и неудобной, чем обычно, что совсем не прибавляло приятных эмоций. Сикер свернулся калачиком и уткнулся шлемом в колени. На Немезиде не хотелось отвлекать Нокаута и Брейкдауна своими, как ему тогда казалось, временными трудностями, и к чему его это привело? Конечно, можно поделиться бедой по комму, но разве это решит проблему? Мегатрон в ярости из-за побега своего заместителя. Поэтому для мятежного дуэта лишний раз навещать Предвестник – очень плохая затея. А лекция от Нокаута по комму о заботе о себе любимом явно не поможет. Кошмары в любом случае не исчезнут и менее жуткими и реалистичными не станут.       В процессоре Старскрима вилась только одна мысль: он остался наедине со своими страхами на огромном пустом корабле. Ещё никогда он не чувствовал себя настолько одиноким и уязвимым.

***

      Он снова пытается убежать. Трансформироваться в истребитель не получилось, поэтому вся надежда только на серво и чуткость крыльев. Сикер не чувствовал никаких вибраций, но его не покидало ощущение, что здесь что-то не так. Окружение слишком сильно напоминало мрачные коридоры Немезиды, хоть и сложно было сказать, какой части корабля они принадлежат.       Старскрим завернул за угол и резко остановился. Его снова встречает оптика, но уже другая: алая, устрашающая, впивающаяся в корпус. На испещрёном шрамами фейсплейте появилась широкая зубастая улыбка.       - Мой дорогой Старскрим.       Теперь его преследовали ещё и эти три слова. Они пугали даже больше, чем рёв неконтролируемого зверя, больше, чем осознание собственной беспомощности. Старскрим боялся всего, что касалось этой фразы: того, кто её произносил, интонацию, смысл. После неё раздался леденящий Искру хохот, а в темноте нехорошо сверкнули острые когти. Спустя мгновение сильный манипулятор сжал горло серебристого меха, обжигая его своим прикосновением. Сикер попытался вырваться и закричать, но смог выдавить из себя лишь жалкий писк.       - Мой дорогой Старскрим, - оскалился высокий мех, сильнее сжимая манипулятор и поднимая свою жертву вверх. Когти впивались в горло, отчего к удушью прибавлялась боль от новых ран. Сикер попытался разжать цепкую хватку своего мучителя, царапал его, но лишь услышал в ответ зловещий холодный смех. Второй манипулятор проткнул его грудную пластину , оставляя в броне большую трещину, и вонзался всё глубже в корпус, всё ближе к Искре…       Старскрим закричал и резко поднялся, обхатив себя манипуляторами. По фейсплейту тёк омыватель, но сикер практически не обращал на него внимание. Перед оптикой всё ещё стоял жуткий красный свет, а в аудиосенсорах звучало эхо голоса, обладателя которого серебристый мех ненавидел и боялся одновременно. В горле и грудной пластине чувствовалось неприятное жжение, будто всё происходило в реальности. Сикер дрожащим манипулятором провёл по серебристой броне и облегчённо провентелировал, когда его опасения не подтвердились. Всё в порядке, это был просто сон. Всего лишь очередной кошмар.       Внезапно рядом раздалось удивлённое урчание. Старскрим поднял шлем и встретился взглядом с сонной жёлтой оптикой.       - Извини, я прервал твою перезарядку?       Предакинг фыркнул в ответ, но не было заметно, что он злился, даже наоборот, ткнулся в плечо сикера мордой, пытаясь отвлечь того от плохих мыслей. Серебристый мех погладил шипастую голову и тяжело провентелировал.       - Мне правда жаль. Иди перезаряжайся, - Старскрим устало улыбнулся, - я пока просто посижу здесь.       Предакон в ответ оглушительно зевнул и направился к своему любимому месту рядом с вентиляцией. Он устроился поудобнее и положил голову на передние лапы, внимательно разглядывая серебристого меха. Тот сидел с потерянным видом и буравил взглядом пол, будто твёрдая поверхность была причиной его проблем с перезарядкой. Предакинг искренне не понимал, почему Старскрим не идёт к нему. Чаще всего, серебристый мех находился в противоположном конце огороженной барьером зоны и предпочитал перезаряжаться сидя на холодном полу. Может, поэтому он каждый раз пробуждался с криками и бесцветной жидкостью на лицевой пластине? Лучше бы выбрал место возле вентиляции. Здесь по крайней мере тепло. Возможно, стоит предложить ему пойти сюда? Конечно, Предакинг ещё ни разу не перезаряжался с кем-то под боком, но что-то ему подсказывало, что это может помочь серебристому меху успокоиться и провести ночь без пробуждений.       Старскрим удивлённо поднял взгляд, когда Предакон начал издавать звуки, похожие на лай, и почему-то кивать мордой в сторону левого бока. Прошло несколько секунд, прежде чем сикер понял:       - Ты хочешь, чтобы я лёг рядом с тобой?       Предакинг довольно заурчал и сменил позу, чтобы меньший мех мог поудобнее устроиться возле него. Старскрим сел рядом со своим огнедышащим другом и прислонился к месту чуть ниже основания крыла. Было немного непривычно готовиться к перезарядке таким способом, но беспокойство и страх куда-то отступили. Старскрим чувствовал, как под толстым слоем брони билась Искра его союзника. Её ритм успокаивал, создавал приятное ощущение уюта и доверия, которого до сих пор не смог заслужить ни один десептикон.       Сикер понял, почему Предакинг любит лежать здесь: из вентиляции всё время дул тёплый воздух и хорошо нагревал пол. В итоге получалось неплохое место, где можно было расслабиться и на время забыть о плохом. В воздухе витало ощущение безопасности, которое уже давно не появлялось и которого так не хватало в последнее время.       - Спасибо, - с теплотой в Искре прошептал Старскрим. До его аудиосенсоров донеслось ласковое урчание, после чего сикер прикрыл оптику. Ему сейчас вспомнилось, как дети на базе рассказывали, что люди часто перезаряжаются вместе со своими домашними питомцами. Тогда он считал это глупостью, но теперь понял, почему лежать с кем-то рядом так приятно.       Тишину прервал шелест и чьё-то прикосновение, отчего сикер резко открыл оптику и не смог сдержать улыбки: Предакинг опустил крыло и как бы укрывал им серебристый корпус. Наверняка со стороны оно выглядело как ярко-оранжевый щит, который оберегал сикера от опасностей извне.       Старскрим ещё немного посидел, прислушиваясь к равномерной вентиляции друга, и прикрыл оптику. Проваливаясь в темноту, он поймал себя на мысли, что его кошмар из прошлого стал защитником от кошмаров из настоящего.