О семейных ценностях

Когда Дофламинго узнал, что Ло встречается с парнем, то первым же делом пообещал его уволить. Вторым — вычеркнуть из завещания. Конечно, в итоге он не сделал ни того, ни другого, поскольку был вспыльчив, но отходчив по природе своей. Тем не менее, первое время нервы Трафальгару он мотал знатно: в ход шли истерики, абсолютное игнорирование, рабочие запары и даже — внезапно — скупые слёзы оттого, что ему не суждено увидеть внуков. В общем, знакомство Луффи с опекунами Трафальгар решил отложить вполне оправданно. Дофламинго поднял этот вопрос спустя два года, когда понял, что Ло решительно не собирался отказываться от своих сексуальных предпочтений. Более того, всё своё предпочтение Трафальгар отдавал одному и тому же человеку на протяжении вот уже как нескольких лет, и для Дофламинго, лишённого на корню романтических интересов и тяги к постоянству, это было что-то за гранью понимания. В один день он просто скинул Трафальгару смс-ку с указанием адреса ресторана, временем брони и пугающе короткой припиской: «будь с Луффи». Первое время Ло всерьёз планировал смотаться из страны, но Луффи его стремления не разделил. Да и вообще — подумаешь, знакомство с семьёй. Что может случиться? После долгой лекции на тему «что же, блядь, такое может случиться, если дело касается Дофламинго», Луффи от идеи познакомиться с опекунами возлюбленного не отказался, и Трафальгар сдался. Может, всё и правда пройдёт неплохо, ведь Луффи у него — прелесть, а в ресторане будет Росинант, который поддерживал Ло, как родного, и довольно умело разрешал конфликты. Трафальгар понял, что ничего хорошего от этой встречи можно не ждать, когда Луффи пришёл в драных джинсах и мешковатой толстовке заместо приобретённого накануне по случаю знакомства костюма. Общение тоже получилось далеким от того, на что Дофламинго рассчитывал, и, в общем, из ресторана их погнали ссаными тряпками ещё до того, как официант успел принести еду. Они шли домой, Трафальгар ругался, Луффи морщил нос и отвечал ему неохотно, сетуя на голод то и дело. Им пришлось сделать тайм-аут на несколько минут, чтобы зайти в магазин и купить Луффи хотя бы что-то, потому что от ссоры с голодным Монки толку быть не могло. Луффи допивал свой кефир, Ло пытался воззвать к его совести, и мартовский вечер ложился им на плечи не по-весеннему прохладным ветром. — Я просил тебя надеть костюм. Мы купили его специально, — процедил Трафальгар сквозь плотно сжатые зубы. — Что с ним случилось? — Я капнул на него зубной пастой. И вообще, — буркнул Луффи почти обиженно. — Твой дядька пришёл в шубе из розовых перьев, Торао! — С ума сойти, — Ло коснулся своего лба пальцами. Ему казалось, что ото всех этих нервов и удручающих мыслей у него начинался жар. — Когда ты повзрослеешь? Луффи сделал очередной глоток кефира, и судя по тому, как сильно ему пришлось запрокинуть голову и наклонить бутылку, глоток этот был последним. Ло хотел сказать ему что-то ещё, хотя заведомо знал, что всякие его даже самые логичные доводы будут оглушительно разбиты — говорить с человеком о проблеме, которую человек не видит, всё равно что болтать с пустотой. — Котик, — коротко сообщил ему Луффи, и они оба остановились. Ло проследил за взглядом Луффи. Действительно, котик. Комок светло-серой свалявшейся шерсти бодренько выпрыгнул к ним из темноты подворотни, утыкаясь настороженным взглядом в незнакомцев. У зверька было нескладное тощее тельце, что делало его непохожим на взрослого кота, — скорее подросточек месяцев шести отроду, просто достаточно крупный. Ло прекрасно знал, что сейчас будет. Луффи закрыл опустошённую бутылочку кефира и перевернул её кверху дном, чтобы остатки продукта стекли в крышку. Затем Монки её открутил, и несколько капель кефира потекли по его запястью, скрываясь в рукаве толстовки. Крышечка была опущена на асфальт, и котёнок охотно припал к ней своей угловатой вытянутой мордочкой, совсем не пугаясь Луффи, севшего перед ним на корточки. — Он мурчит, — заметил Луффи, поглаживая котёнка по пушистому пространству между непропорционально большими ушами. — Забавный. Жалко, кефира больше нет. — Луффи, я... Но стоило Трафальгару шагнуть ближе к Монки, как шерстяной подлец отбежал от вожделенного кефира на добрых полметра и встал в оборонительную позу. — Ты его пугаешь, Торао, — возмутился Луффи, и Трафальгар вынужден был отшагнуть назад. Котёнок вернулся к кефиру, и Ло подумал о том, что сейчас они с Луффи должны были сидеть вместе с братьями Донкихот в ресторане, уплетая с таким же удовольствием ассорти креветок на плато изо льда. Это был любимый ресторан Дофламинго, потому что там готовили лучшие в городе изыски из морепродуктов, а ещё — подавали к ним потрясающий новозеландский совиньон. Луффи не преминул поделиться с Дофламинго тем, что, вообще-то, предпочитает вину пиво или коктейли, но только не с водкой, хотя в чистом виде он водку, в принципе, пьёт, но куда охотнее коньяк, и здорово, что Ло — врач, потому что коньяк ему дарят на каждый чих-пых. Трафальгар молчал, у Дофламинго на лбу проступал отчётливый рисунок вен. Вопрос про розовую шубу добил своей неделикатностью всё, что было возможно добить, и Росинант взорвался хохотом, а Дофламинго был готов просто — взорваться. Ло тащил Луффи за руку к выходу, лавируя между столами, застеленными накрахмаленными бордовыми скатертями. В спину ему летели отборнейшие проклятия, и он оборонялся от них ответной сбивчивой бранью. Если бы не Росинант, который своим беззастенчивым весельем несколько сглаживал углы, в спины влюблённой парочке полетели бы не только виртуозные оскорбления, но и весь арсенал столовых приборов. Ещё одно воспоминание в копилку тех, которых лучше бы, нахрен, не было. Телефон Ло издал пару «треньков», и Трафальгар был слишком зол для того, чтобы с кем бы то ни было сейчас разговаривать, но на третьем «треньке» раздражённо выдернул мобильник из кармана. Росинант. «Ло, всё в норме! Доффи быстро отходит, ты знаешь». «Луффи классный». «Шуба у Доффи правда идиотская ;)». Ло скрипнул зубами. Быть может, Росинант прав, и всё действительно не так плохо. Ло и сам должен был быть готовым к чему-то такому, ведь, в конце концов, это его Луффи, который не переваривает напускной шик дорогих ресторанов и розовых шуб. Это его Луффи, который кормит кота кефиром, пока Ло находится вне себя от гнева, нервно балансируя между желанием вытрахать из своего парня душу и желанием ударить его по лицу. Вообще-то, Ло никогда не поднимет на Луффи руку, но думать — не делать, особенно с учётом того, что Монки крупно проштрафился и вины за собой, как обычно, не замечал. Луффи кормит кота кефиром, и Ло точно знает, что даже если бы до конца света оставалось полчаса, Монки всё равно бы остановился у задрипанной подворотни, чтобы налить остатки гнусной кисломолочки в крышечку. Когда они жили порознь и Луффи заваливался в тогда ещё съёмную квартиру Ло, то постоянно опаздывал к обозначенному времени из-за подкормки котов, обитавших у Трафальгара во дворе. Вообще-то, коты не голодали, и для добрых пожилых соседок Ло забота о бездомных барсиках была развлечением наравне с воскресными походами в церковь. Местные коты были упитаны, довольны жизнью и умиротворённо плодились, так что барсиков становилось сезон от сезона больше. Летом барсики грелись, растянув свои откормленные тушки на залитых солнцем асфальтированных дорожках, подходивших к дверям подъездов, а зимой заползали в вентиляционные продухи и тоже не знали бед, ведь рядом с оконцами в фундаменте добрые старушки неизменно оставляли плошечки с угощением. Это всё к чему? Коты на старушечьем попечении были сыты, обласканы и несоизмеримо наглы, поэтому, когда Луффи вываливал перед ними содержимое очередного пакетика с вонючим влажным кормом, они в лучшем случае пару раз без всякого интереса его полизывали, а обычно, принюхавшись, просто брезгливо трясли лапками и продолжали тереться Монки об ноги с любезным мурчанием. Дескать, это твоё «жаркое из кролика в нежном желе» — полное дерьмо, но мы не в обиде. «Почему ты, блин, постоянно делаешь это?» — спросил как-то его Трафальгар. Они опять и снова опаздывали на сеанс в кино, и, если вспомнить, на улице тогда тоже стоял март, правда, более солнечный и более похожий на март. Луффи выдавливал влажный корм на картонку, пачкая в неаппетитной коричневой жиже пальцы, и самым ласковым голосом пытался привадить к себе одноглазую беременную кошку. «Мне так жалко бездомных котиков. В детстве я очень хотел завести кота, но у Дадан была аллергия» — и Луффи сам был похож на бездомного кота, пока говорил об этом. Ло был взбешён и очарован, и, когда ритуал по кормлению кошки закончился, он стоял весь из себя взбешённо-очарованный в очереди супермаркета, чтобы купить влажные салфетки. Трафальгару не очень-то хотелось держаться за обляпанную кормом ладонь Луффи, и это был тот же супермаркет, в котором ранее они отстояли очередь из-за одного сраного пакетика кошачьей еды. То было года три назад, и кассы самообслуживания тогда ещё не стояли в каждом втором магазине. Они безбожно опоздали в кино, пропустили завязку, целовались до конца сеанса и клятвенно пообещали посмотреть фильм потом и дома. Прошло три года, они не посмотрели тот фильм, и Луффи всё так же подкармливает уличных барсиков, а Ло всё так же взбешён и очарован им. Трафальгар отвлёкся от воспоминаний, посмотрел ещё раз на сообщения от Росинанта и понял не без толики отвращения, что отходчивость была их общей с Дофламинго чертой. Ло вздохнул, стащил с себя кашемировый пиджак — один из самых дорогущих пиджаков в его не пестрящем разнообразием гардеробе, подаренный братьями Донкихот. Пиджак опустился Луффи на колени, и парень поднял на Трафальгара вопросительный взгляд. Дымчатый пушистый ублюдок рядом с ним испачкал в кефире усы и, кажется, не отказался бы от добавки. — Бери кота и пошли домой, — буднично скомандовал Трафальгар, засовывая руки в карманы брюк. Он старался выглядеть отстранённо, потому что был ещё немного выбит из колеи недавним конфликтом, но умилительные эмоции, сменяющие друг друга на лице Монки, не оставляли Трафальгаровым обидам шанса жить. Луффи просиял. Ло хотел бы немного осадить его тем, что кот — подарок Монки на день рождения, но к дням рождения Луффи Трафальгар готовился по традиции за несколько месяцев, а потому предзаказ на игровую консоль оформил ещё зимой. День рождения Луффи был его любимым днём в году.