Собрать осколки

Наклоняюсь над унитазом, выблёвывая остатки обеда. Не стоило мне есть те конфеты...        Мы благополучно вернулись домой, где я сразу поспешила в санузел. Альбедо принёс мне стакан воды, и сказал выпить лекарство. Дрянь редкостная, но карусели в животе утихли, что даёт плюс к Альбедо.        Лиза разрешила мне взять книгу о руинах рядом с Мондштадом, поэтому сейчас я сидела в гостиной, жуя печенье, и стараясь не высыпать крошки на страницы. Альбедо был в своём кабинете, и иногда заглядывал, чтобы проверить меня.        Вспомнив слова Лизы о том, что мне не следует идти в те места, я сверху моей книге поставила другую со сказкой. Альбедо оставался спокойным, а я ела лакомства.        Всего руин прошлой страны Каэнри'ах было четыре. Как писал автор книги, они поселились здесь, чтобы расширить границы или что-то в этом роде. Каждая находилась в отдаление друг от друга, но вполне можно добраться, если ходить в каждый, тратя один день. Оставался открытым вопрос с припасами, но думаю, что смогу это уладить.        Как я помнила, Кли являлась гением в пиротехнике, самостоятельно создав свои бомбочки, и того зайца для то ли скаута, то ли рыцаря. Не очень хорошо помню. В общем, я думаю, что Кли могла вести какие-то записи о своих опытах и бомбах, что должно мне очень помочь.        Но сейчас, стоя перед дверью в комнату девочки, я заволновалась. Сознание рисовало картину мемориала за этой дверью, которые показались мне вратами, из-за их высоты. В мой разум стучало требование, не нарушать покой мёртвых, и не входить в их святилище. Я рискнула, открыв дверь.        Не было надгробия, цветов или свеч. Обычная комната, такая же, как и в мой первый день нахождения в этом мире. Только здесь чище и убраннее. Вот ящик лежит аккуратно к столу, бомбочки внутри лежат строем в сене. А рисунки... их не было на стенах. Сначала я удивилась, но потом отдёрнула себя. Это я их разорвала в клочья, уничтожая труд ребёнка. Место зеркала пустовало, подкидывая ещё больше воспоминани о том дне... О тех днях...        Быстро выкинув мысли из головы, поспешила к столу, где была выдвижная полка. Уверена, там хранятся записи и бумаги.        Странно, но полка была заперта на ключ. Надо обыскать эту комнату, пока Альбедо не спохватился.        Кровать аккуратно построена, можно сказать выглажена до ровной поверхности, где не было ни одной складки. Не хочется нарушать эту красоту, но придётся.        К сожалению, под матрасом ничего не было, кроме парочки фантиков.        Под кроватью тоже не было нужного ключа, и я подошла к шкафу.        Одежда, туфельки, бельё...        Может здесь есть второе дно?        Тщательно обшарив шкаф, я так и не нашла. Уже отчаялась, собираясь взломать полку, когда что-то сверкнули в боковом зрении. На поддоконике, словно в насмешку, лежал золотой ключ с узорами и завитками.        Схватила его и подошла к полке, просовывая ключ.        Хех, а я уже подумала ломать стол.        Спустя восемь (!) поворотов ключа, в полке щёлкнуло, и я потянула за ручку, открывая полностью полку... и замирая.        Прямо на бумагах лежал красный медальон с узорами внутри камня, и выполнен в стиле Мондштада. Красный камень был словно глазом, прожигавший во мне дыру, вытаскивая все секреты из сокрытых уголков памяти.        Глаз Бога...        Пиро Глаз Бога был у Кли, и в мою голову не приходила мысль, почему его нигде не было видно.        Сейчас, смотря на святящийся рубиновый камень, в мою голову ничего не приходило кроме как приказа замереть. Камень блестел и сверкал, звал поднять меня, и надеть, чтобы погрузится в пламя с головой. Мысли кружились роем в голове, не давай ухватить хоть одну. Пустыня образовалась во рту. В комнату опустились тени, воздвигаясь и растягиваяся в монстров.        Паника, страх, ужас...        Комната на глазах превратилась в железные прутья. Красный глаз обдал моё лицо чистой яростью. Я будто была в клетке с разьерённым тигром, глаза которого были полны дикости и голода. Он делал круги вокруг меня, заставляя паниковать сильнее, когда спина начинала печь. Его ноздри вздымались, принюхиваясь к незнакомому и чуждому запаху, не узнавая в нём свою хозяйку.        Когда держать глаза было невыносимо, я сделала ошибку, уведя взгляд вправо. Успела лишь заметить, как тигр запружинил задние ноги, и оскалил пасть с ровным рядом острых, как бритва, зубов. Прыжок и он вонзает свои клыки в мою...       — Кли, я приготовил ужин. Идём, а то остынет. Мираж растворился, и я оказалась в комнате. Тигр исчез, как и паника вместе с ужасом перед смертью.        Моё сердце бешенно билось об грудную клетку, когда я улыбнулась парню, и поспешив с ним на кухню.        Что за чертовщина только что случилась?

***

Лёжа сейчас в кровати, я не могла отделаться от чувства тревоги. Альбедо спал рядом, и иногда бормотал о чём-то. Его дыхание помогало мне не впасть в панику из-за мыслей.        Пиро Глаз Бога Кли оказался странным.        Раньше я считала их обычным волшебным кусочком камня, но теперь не так уверена в этом. Та илюзия с тигром... Почему тигр? И я же ясно помню как его клыки вонзились в мою тонкую шею. Могло ли Глаз Бога причинить вред своему хозяину? В ту минуту мне казалось, что да.        Зачем мне он был нужен? Ответ прост. Для защиты этого тела. В тех руинах могли быть разбойники, монстры или даже кое-кто опаснее. Поэтому я так нуждалась в этом камне. И я бы не хотела подвергнуть это тело опасности из-за моей прихоти...

***

       Новый день и новые дела.        На повестке дня стояло задание.       1. Узнать о Глазах Бога в библиотеке Альбедо (благо они там есть)       2. Вновь прийти в свою комнату для разъяснений дел с камнем.       3. Понять бомбочки и их суть. Для этого надо выполнить задание номер два. Глядела я на свой список, написанный на русском. Если Альбедо спросит об этом, скажу, что это тайный шифр. Уверена, он запомнит этот случай, но отстанет от меня.        Блондин захлопнул дверь, оставляя меня в полном одиночестве. Стоило большого труда, уговорить Альбедо оставить меня дома. Разумеется, я заметила, как он спрятал ножи, и другие острые предметы, в своём кабинете. Разве он забыл о ящике динамината в моей комнате?        Мчусь на всех порах к шкафу с заметками и иследовании Альбедо. Там много всего, уверена, что он не преминул исследовать Глаз Бога.        После часа поисков, я наконец-то нашла соответствующий дневник с аккуратными записями и заметками.        Так, Глаз Бога нельзя сломать; он угасает если человек, носивший его, умирает; так же его даруют в разное время, но чаще в молодости...        Насколько я знаю, Глаза Бога либо вручают Архонты, либо они сами появляются у людей. Что там ещё есть? Ах да, желание, стремления и цели!        А... Есть ли у меня что-то из этого? Ну, я хочу вернуться домой, и вернуть это тело Кли. Может ли быть так, что мы поменялись с ней телами? Точно. Я ведь не знаю, что случилось со мной после потери сознания! Меня могли откачать, или я могла впасть в кому. Если же моё тело осталось живым и вне комы, то люди могли подумать на травму головы, если Кли начнёт что-то говорить и волноваться. Могу лишь надеяться, что время в моём мире и здесь, течёт по разному.        В остальных заметках и записях Альбедо не было больше интересного, или того, чтобы я понимала. В принципе, сам Альбедо тоже не очень понимал этот волшебный камешек.        Чтение записей о Глазе Бога я закончила, теперь... Мне надо встретиться с самим камнем.        Если кто-то из этого мира услышал бы мои мысли, то наверняка ужаснулся от пренебрежительного отношения к дару богов. Да, Альбедо это тоже упоминал в своих записях, как интервью и общественное мнение.        Дверь без скрипа открывается. Ноги в носках осторожно ступают по полу, словно прячась от врага. Сердце стучит в висках, отсчитывая секунды. Глубокий вдох и выдох. Успокойся, ничего страшного не случится. Просто подойди к полке, вытащи бумаги, а потом убегай. Ничего не случится, это просто и легко. Ничего не случится, да ...        Выдвижной ящик до сих пор открыт. Из-за расстояния и роста невозможно увидеть содержимое. Глубокий вдох, расслабься...        Осторожно начинаю подходить ближе. Когда до полки остаётся два метра, сердце начинает бешено стучать, а волосы на затылке встают дыбом. Лёгкие сжимаются от страха, не давая выполнить дыхательную технику. Ничего не случится. В первый раз я же не боялась, так ведь? И сейчас не боюсь. Да. Не боюсь! Я... Не... Боюсь...        Красный камень одиноко лежит на куче бумаг. Светит чуть менее ярче, чем в нашу прошлую встречу. Аккуратный вдох и выдох.        Он спит? Эти камни могут спать? Неважно!        Всё с той же аккуратностью и осторожностью протягиваю руку к бумагам. Немного тепло. Касаюсь кончика бумаги, успевая заметить надписи и каракули. Резко вытащу и убегу. Надо просто следовать изначальному плану.        Успеваю лишь на сантиметр сдвинуть бумаги, как внезапно чувствую сильную боль в моей руке. Отскакиваю, прижимая конечность к груди, убаюкивая и шипя от боли.        Тело начинает крупно дрожать, когда я вижу красную кожу на руке. Поднимаю взгляд на красный свет.        До этого светивший, хоть и тускло, камень, потух ещё на несколько тонов. Некоторая часть бумаг стала жёлтого оттенка с черными кругами. Я забеспокоилась, как бы не сгорели все записи.        Рука отзывалась болью, заставляя прижимать её к себе ближе, тем самым причиняя боль. О моей одежде можно забыть, лучше выбросить чем стирать от крови и лопнувших сосудов. Уже начинала скапливаться гниль в пузыри.        Как бы мне не хотелось взять и убежать, я должна выкинуть этот камень быстро, чтобы он не успел применить огонь. Окно я открыла, теперь надо сделать медленный вдох...        Машинально я схватилась обоженной рукой за камень, но я действовала быстро, и на лишнии мысли времени не было. Огонь вспыхнул, но я, коротко вскрикнув, наконец выбросила Глаз Бога в окно. Рука просто горела в двух смыслах. Кувшин на столе быстро помог исправить это дело. Рукав сарафана сгорел, и в воздухе витал противный запах палёной плоти. Даже случайный ветерок не собирался залететь в мою комнату.        Я взглянула вниз из окна. В полумраке переулка камня не было видно, но он продолжал исторгать из себя искры. Я наблюдала за этим несколько минут, и камень потух, растворившись в темноте.        На своей душе я почувствовала неожиданную лёгкость. Казалось, что этот злополучный камень был виноват в моём нервном состоянии. И если комната раньше мне казалась пустой и безжизненное, то за какую-то секунду она стала светлее и просторнее. Возможно ли, что Глаз Бога был виноват в моём настроение в первые дни здесь? Когда ничто не гложит меня, я могла бы добавить лишь его частичное влияние.        Первые страницы записей подогрели, а бумаги снизу покрылись жёлтыми кругами. Теперь я могла досконально изучить бомбы Кли, и пойти в те Руины!        Но сначала надо подумать о руке, да...

***

Найти в этом доме аптечку оказалось сложнее.        Знание первой помощи были никакими. Но я знала, что надо продезинфицировать рану, собрать кровь и накрыть повязками. Окей, это не сложно. Но Альбедо алхимик, в этом и проблема. В коробке было много бутылок и склянок, а так как Кли знала лишь базовые вещи, но не медицинские названия. Это значит, что я тоже не знала всех названий. И ладно бы написано спирт или перекись, но я не знала где они! Читаю, и это просто набор букв!        И что мне остаётся делать? Я не запомнила дорогу до лаборатории, телефонов здесь нет. Придется значит ждать.        Я промыла ожог на руке, который почернел в некоторых местах. Будь проклят этот камешек! Руку я закрыла бинтами. Льда здесь нет, а мочить бинты не хочу. Бактерии и вирусы привлекают влажные места. Странно прозвучало...        Смотря и читая записи о бомбах, сейчас осознала невероятный ум Кли. Совместить такие ингредиенты, рассчитать радиус, скорость и мощность бомб... Это потрясающе. Я вполне могла повторить её творения. И это хорошенько так подстегивало.        В комнате девочки были нужные ингредиенты и инструменты. Работая над бомбой, я снова поняла, как изменилась эта комната с исчезновением камня. Уже смотрела через окно, камень исчез. Зная людскую психологию, вряд ли он надолго задержится в этом городе, отправивший на черный рынок. Или к разбойникам.        То, что я так получила записи, заставляло чувствовать вину. Но не такую огромную, какой она была до выбрасывания камня. Возможно ли, что Глаз Бога так влиял на меня. Но вина была, да.        Я закончила уже семь бомбочек, когда во входной двери послышался поворот ключа. Это пробудило ненужные воспоминания, но я отмахнулась от них, выйдя в коридор.        В руках Альбедо держал пакет, и сейчас снимал обувь. Было странно не видеть намёка на усталость в человеке. Он поднял свои глаза на меня... И сразу же опустил их на мою конечность. Неаккуратный бинт выглядел ужасно, он сполз, ведь я не завязывала сильно руку, чтобы больно не было.       — Откуда?       — Глаз Бога меня ранил. Я его выкинула в окно, хотела вернуться и взять, но его уже не было. Вылечишь меня, братик? Использовать такую контрмеру было ужасно, но мне сейчас требовалась помощь.        Во время лечения, я попросила рассказать, для чего нужна каждая склянка, он назвал все, и мне пришлось самой приклеивать бумажки со словами их предназначения.        Боль в руке больше не мучала меня, и иногда можно было заметить зелёные всполохи над бинтами. Магия... Такая красивая, но смертоносная.        Ужин прошёл в тишине. Когда Альбедо мыл посуду, а я ему помогала, начала распрашивать его, как прошёл день и остальные мелочи.        Похоже ему было приятно такое внимание, и он охотно рассказывал результаты своих исследований и экспериментов. На непонятных моментах я спрашивала, и его глаза неуловимо загорались радостью.        Хоть комната и перестала меня пугать, я всё равно решила ложиться рядом с Альбедо. Это приятно, когда чувствуешь тепло рядом. Не боишься монстров в темноте, ведь рядом есть, кто защитит.        Завтра мне надо будет хоть разочек выйти на улицу. Потом ещё раз и ещё, чтобы ничего не заподозрили. По ежедневным вылазкам, я смогу понять, где ворота Мондштада, и уйти в руины Каэнри'ах.        Скоро... Мне придется справиться со своим страхом людей и выйти. Я смогу, я справлюсь, точно, именно так...        Принижимаюсь к боку Альбедо, перекидывая на него ногу. У меня есть он, значит всё получиться.