День самоуправления

Этот день с нетерпением ждали все младшие классы их школы. День, когда учителя забьют на всех учащихся хер и передадут бразды правления старшеклассникам, которые будут вынуждены замещать преподавателей на всех сегодняшних уроках. Это тот самый долгожданный день самоуправления, который обещал быть ну очень весёлым, ведь сколько бы лет не прошло, все всегда оканчивалось одним и тем же, а именно весёлыми старшеклассниками-преподавателями, расслабленными учителями и халявными оценками. И именно из-за последнего Хэви с таким нетерпением ждал этот гребанный день Самоуправления, который с позапрошлого года начали специально проводить для старшеклассников. Мол, вдруг кому-то понравится роль преподавателя. Удивительно, но в девятом классе, несмотря на сложность ебанутой школьной программы, Хэви все равно умудрился подтянуть все некогда плохие оценки, пусть это и стоило его времени и нервов. Хороший мотивирующий пинок под зад от родителей ещё на летних каникулах в действительности хорошо сработал, из-за чего теперь папа им гордился, мама важно кивала, широко улыбаясь при просмотре оценок в электронном дневнике, а Ди даже соизволил его похвалить за такие оправданные старания. И все было бы хорошо, если бы не эта сраная... ...физика. Ебаная, мать ее, физика, из-за которой теперь в груде насильно вытянутых четвёрок и пятёрок, в графе его имени стояла жирная два. Родители до сих пор не знали об этой оценке и, если быть честным, вряд-ли бы сильно поругали Хэви из-за одной лишь двойки, но ведь дело было даже не в них... А в самом Хэви, которого эта оценка до такой степени обидела и задела, что все последние уроки он только и делал, что старался получить пять. Но это было трудно. Если плохие оценки по математике можно объяснить банальной взаимной ненавистью между самим Хэви и Галиной Хуе... Кхм, математичкой, с которой у него отношения не заладились ещё с первой встречи, то с физикой дела были сложнее. Ее тоже вела весьма противная училка, но та, в отличие от Галины, не валила учащегося специально лишь из-за собственного плохого отношения к нему. Она была аки само воплощение справедливости, и от всех все требовала одинаково, никого не выделяя. Но даже это не помогло Хэви избежать той роковой треклятой контрольной, о которой он, ясное дело, ничего не знал. Он провалил ее с треском. Треском и жирной двойкой, что теперь на постоянной основе мозолила ему глаза, едва ли не вызывая слезы. Поэтому он так ждал этот день. День, когда урок физики будет вести более лояльный, нежели учитель, старшеклассник, который, как Хэви запомнил из своего прошлогоднего опыта, мог нарисовать оценку даже просто за красивые глазки. Надежда была на это. Пусть он и не собирался надеяться чисто на свои, хах, глаза, он был уверен, что свою оценку он получит. Может даже две... Ведь он отменно смог выучить заданный на дом параграф и формулы. Оценка была у него в кармане. Он был уверен в этом, когда шел в школу. Он был уверен в этом, когда заходил в кабинет. Он был уверен в этом, когда отчаянно повторял параграф, пока другие одноклассники носились по всему кабинету совершенно не парясь насчёт сегодняшнего опроса, ведь все были уверены, что урок опять пройдет на халяву. Хэви был уверен в себе до последнего. ...до последнего вздоха шокированных одноклассников, когда те, вылупившись, смотрели на их сегодняшнего преподавателя, который должен был провести им сегодняшний урок. Хэви напрягла такая тишина, и именно по этой причине он и оторвал взгляд от учебника, чтобы наконец посмотреть на их прибывшего учителя. И как только он это сделал, то взглядом тут же наткнулся на прищуренные голубые глаза, которые внимательно смотрели ему словно бы в самую душу, пронизывая все его существо насквозь. Хэви похолодел. Их сегодняшний урок будет вести его чертовски злой, излишне раздраженный и несколько капризный... ...старший брат.

***

— Чем поперечные волны отличаются от продольных? — безэмоциональным голосом спросил Ди, флегматично листая учебник за девятый класс, который он до сих пор помнил от корки до корки. Заикнувшись, стоящий у доски ученик, которого Ди внезапно вызвал к доске, что-то отчаянно промямлил, с надеждой поглядывая на нервных одноклассников, что в спешке листали страницы учебников, которые — Ди был уверен — они до последнего даже не хотели доставать из сумок. Косо посмотрев на дрожащего парнишку, Ди медленно перелистнул страницу и, секунду подумав, также излишне спокойно задал очередной вопрос, заведомо зная, что никакого ответа он не него не получит: — Окей... А что такое механические колебания, знаешь? — отрицательное качание головой, — А амлитуда? Период? — и вновь медленное качание повисшей головы, — Ох... — «Элементарные и лёгкие, блять, вопросы...», — Я так понимаю, последний параграф про магнитное поле ты тоже не соизволишь мне рассказать? — и, хах, наконец, Ди получил слабый неуверенный кивок, который, ясное дело, его совсем не обрадовал, — Боже... Тяжело вздохнув, Ди окатил ледяным взглядом вновь икнувшего паренька, и посадив его на место, безжалостно нарисовал на полях журнала каллиграфическую два. Настроение у него с самого утра было просто отвратительным. Мало того, что его заставили вести сегодняшние уроки физики у девятых и одного седьмого класса, так он ещё умудрился поругаться из-за сущей херни с Лиф! И эта херня носила название «День самоуправления». Дело в том, что девушке дали вести уроки ИЗО у младших классов, а та, не желая нянчиться с малявками в одиночестве, начала уговаривать Ди составить ей компанию. И, о боже, Ди бы с радостью согласился неплохо провести время с лучшей подругой и классом маленьких напуганных детей, которые с трепетным ужасом и восхищением смотрели на странных, но достаточно крутых старшеклассников, если бы не одно «но». Уроки вели старшеклассники по собственному желанию, и для того, чтобы вести тот или иной урок, нужно было получить разрешение от классного руководителя, директора и предметника. Для будущего урока физики такого ученика нашли, а сама преподавательница, после этой новости, не теряя ни секунды покинула границу города, куда-то уехав по своим делам. И все бы ничего, если бы ученик, который должен был ее сегодня заменять... Не сломал ногу... Нужно было срочно найти замену. И этой самой заменой, понятное дело, стал именно Ди. Лиф данную новость предпочла трактовать по своему и, узнав, что Ди будет вести не ИЗО в ее компании, а физику, она неожиданно обиделась, решив, что Ди специально попросился вести другой предмет, дабы быть подальше от нее. Мол, он же до этого агрессивно отказывался быть преподавателем каких-либо предметов, а тут бац, стоило только Лиф предложить ему данную идейку, как Ди тут же нашел выход из этой ситуации. Ди выбесило то, что девушка совсем не хотела слушать его «нелепые оправдания». Впрочем, ее обиду можно было также понимать как банальный... Страх. Дело в том, что они расстались полгода назад. Вновь начали общение лишь совсем недавно, но по некоторым причинам, Ди было несколько... Сложно общаться со своей бывшей девушкой, несмотря на обещания о том, что он забыл все обиды и воспринимает Лиф просто как подругу. Он знал, как та дорожит их дружбой и не хочет ее терять, да и чего там, это было взаимно, ведь Ди тоже хотел сохранить общение со столь близкой и родственной душой, но даже это не отменяло его раздражения от поведения Лиф. Она никак не могла понять его странного поведения, а он никак не мог объяснить ей, что дело не в ней. А кое в ком другом. День во многом не задался ещё с раннего утра. Проспал, не выспался, забыл сделать заказ одного ученика незадолго до его контроши по химии. Случайно попал подводкой в глаз, потом долго пытался убрать ее с белка, параллельно смахивая с лица мокрые волосы. Аппетита за завтраком не было, а сейчас он разыгрался. Умудрился поругаться с мамой, на улице чуть не попал под машину. И Хэви. Он тоже во многом был виноват в его излишне сильном раздражении. Стоит ли говорить, что именно младший брат и был виноват в странном поведении Ди по отношению к той же Лиф? Покосившись в сторону заметно нервничающего рыжего, Ди медленно перевернул страницу на последний параграф, не отрывая от брата внимательного взгляда. А тот, словно бы чувствуя его, все сильнее склонял голову к парте, отчаянно прикрывая лицо учебником. Он что-то тихо бормотал себе под нос, и прислушавшись, Ди понял, что тот повторял последний параграф как раз про магнитное поле. Выдохнув, Ди решил пока что не трогать Хэви и поочередно вызвать к доске других ребят, чувствуя поистине садистское удовольствие от их отчаянных и напуганных лиц, и жирных двоек, которые он безжалостно заносил в журнал. Говорить о том, что журнал на самом деле не настоящий, а является всего лишь копией специально заведенной для сегодняшних оценок по физике, он, конечно же, не стал.

***

Хрипло выдохнув сквозь зубы, Хэви поднял робкий взгляд на равнодушного ко всем и вся брата, что лениво листал страницы классного журнала, изредка комментируя плохие оценки всех учащихся девятого «Б». Дёрнув плечом, Метал косо посмотрел на мрачных одноклассников, что с ненавистью поглядывали на Ди за свои полученные хреновые оценки. Хэви знал, что у старшего братца настроение не задалось с самого раннего утра, и надеялся — хотя это очень глупо и безнадежно — на то, что тот его помилует и не станет трогать, ну или хотя бы проигнорирует. И на удивление, тот в действительности его не трогал, успев за половину урока вызвать к доске почти всех, и даже Кудряша, который сейчас с грустью смотрел в окно, наверняка мысленно представляя, каких пиздюлей он получит дома. Самое печальное во всей данной ситуации пожалуй то, что Хэви все равно придется выйти к доске в независимости от того, вызовет его Ди или нет. Ещё печальнее было то, что брат наверняка будет нарочно его валить, ведь какое же это удовольствие, смотреть на страдания брата, которому, ради исправления этой треклятой двойки, придется идти к старшему за помощью. А за помощь была необходима плата... Гулко сглотнув, Хэви плотно сжал бедра, молясь на не покрасневшие от вспышки воспоминаний щеки. Как никак, если Ди заметит его смущение, то ещё неделю будет придумывать всяческие шуточки и жестоко стебать его, в какой-то момент не сдержавшись и вновь завалив Хэви в... — Может вы мне скажете... Готов ли выйти отвечать домашку хотя бы один человек? Вздрогнув от раздраженного голоса брата, Хэви нервно мотнул головой, вновь опустив глаза в учебник и вновь повторив определение неоднородного поля. Ди сказал бы, что параграф очень лёгкий, и пусть Хэви радуется, что его нужно просто рассказать, а не решить задачу у доски, параллельно отвечая на заковыристые вопросы излишне умного брата. Хэви знал, что при желании Ди мог задавать в действительности сложные вопросы, но учитывая то, что никто из его класса не в состоянии даже просто рассказать параграф, он этого делать не стал. Многие одноклассники зашуршали тетрадями, злобно перешептываясь и изредка косясь в сторону Хэви, что от многочисленных взглядов, направленных в свою сторону поежился как от холода, прекрасно понимая причину шепотков. Как никак, Ди был его старшим братом, и по иронии судьбы не вызывал к доске именно Хэви. Одна из одноклассниц Хэви даже злобно прошептала соседке, что мол, наверняка Ди поставит своему брату хорошую оценку буквально ни за что, так как родственные связи сыграют свою роль. Хэви подобная несправедливость возмутила, но он предпочёл благоразумно промолчать, дабы не нарваться на конфликт с одноклассниками и на лишнее внимание от старшего брата. Мало ли, вдруг он ему сейчас специально даёт время, дабы Хэви потом ему ответил. И словно бы услышав мысли рыжего, Ди тут же перевел на него пронзительный взгляд, уже было открыв рот для того, чтобы вызвать его к доске, как вдруг... — Бля... Скажи, Метал, ты всерьез думаешь что кто-то из нас готов к уроку? Весь класс как по щелчку пальцев обернулся на одного явного будущего смертника, что на секунду поежившись от ледяного взгляда голубых глаз, уверенно вскинул подбородок, презрительно смотря Ди прямо в глаза. Тот в ответ на данную дерзость оценивающе прищурился, а потом негромко усмехнулся, взяв в руки красную ручку и надавив ее кончиком на лист бумаги, поставил напротив фамилии «Кригент» жирную точку. — А почему тогда вы пришли на урок, будучи не готовыми? — Потому что рассчитывали на нормального препода, который не будет специально нас валить! — раздраженно отозвался парень, вскочив со стула. — Сядь, — неожиданно спокойно ответил Ди таким железным тоном, что весь класс с откровенным — и не пойми откуда взявшимся — страхом покосился на блондина, который с потемневшим от клокочущего внутри гнева и раздражения взглядом злобно прижимал закрытый журнал к столу. Плотно сжав губы, Генри спокойно сел на место, откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди, смотря на Ди исподлобья злым взглядом, — Так уж вышло, что ваш, как ты выразился, нормальный препод, по несчастью сломал левую ногу, и в данный момент лежит в больнице, — спокойно начал Ди, встав с учительского стула. От его безэмоционального тона, Хэви испуганно сжался, — И именно по этой причине я его замещаю. И, опять же, так уж вышло, что директор лично попросил меня провести в действительности строгий урок у совсем обнаглевших детей, в списке которых есть ваш класс. По плану занятия, я должен был дать каждому из вас карточки, — Ди наглядно продемонстрировал стопку бумажек, приподняв ее так, чтобы её видели все в классе, — На которых распечатаны задачи по всему разделу, несмотря на то, что там есть не пройденные вами темы. Я решил вас пожалеть, и провести устный опрос... — Лучше бы уж карточки дали... — буркнул женский голос с первых парт, и недовольно зыркнув в сторону той самой девушки, Ди спокойно парировал. — За каждую задачу бы шла оценка, а я был бы обязан забрать у вас телефоны. Так что нет, карточки не лучше. — Но зачем такие сложности в день самоуправления? — отчаянно спросил ещё один ученик, которого поддержал согласный гул голосов. — А потому, — с нажимом произнёс Ди, поджав губы, — Что это не день самоуправления в разгар праздника учителя. Это полноценная программа, и если говорить честно, мне самому не в кайф тусить тут с вами. — Если у вас плохое настроение, это не значит, что его нужно портить нам! Возмущенные возгласы возрастали. С одной стороны, Хэви полностью разделял мнение одноклассников, испытывая в груди бешенство от того, что Ди так отрывается на них лишь из-за своего плохого настроения. Он и так не в духе каждый день, но это же не значит, что нужно настраивать против себя всю параллель девятых классов! Впрочем, он все равно учится последний год и он также в принципе много с кем не ладил по множеству причин... Но это все равно идиотизм нарочно лезть на рожон! А с другой стороны, Хэви не понимал, почему всем так трудно хотя бы на уроке выучить параграф, дабы рассказать хоть что-то. Ди же не конкретно доебывался до них, хотя мог. Но даже несмотря на эту мелькнувшую в голове мысль, он все равно поддерживал одноклассников. Ведь его всегда бесила такая несправедливость в виде плохих оценок только из-за отношения учителя к ученику. Чем тогда Ди отличается от той же Галины? Прикусив кончик ручки, Хэви недовольно насупился, понимая, что он не может перечить брату. Особенно сейчас. По-хорошему, ему бы повторить параграф и выйти к доске, но в таком случае, ребята могут подумать про него что-то не то, а за хорошую оценку в журнале начать винить его во всех смертных грехах, опять же, предполагая, что хорошую оценку он получил из-за того, что Ди его старший брат. И самому Ди Хэви не может перечить... По многим причинам... И словно бы в напоминании об этом, задница предательски заныла, напоминая рыжему о той самой горячей и жестокой ночи, когда Ди безжалостно выпорол его, уложив к себе на колени, а потом втрахал в свою же кровать до сорванного голоса и сухого оргазма. Вот сейчас его щеки точно покраснели. Мотнув головой, Хэви со свистом втянул в себя воздух, и оглянувшись, постарался понять, о чем сейчас идёт речь... —...уроки учить в таком случае надо, а не хуйней страдать, — все же сорвался на мат Ди, пусть он по-прежнему и сохранял спокойный тон. Который уже дрожал от едва сдерживаемой злости. — А предупреждать хоть надо, что сегодня урок будет таким же, как обычно. Ди вновь что-то колко ответил, а кто-то агрессивно ответил ему. Какое-то время Хэви молчал, переводя взгляд с говорившего на брата и обратно, и в конце концов не выдержав, развернулся к Ди всем корпусом, посмотрев застывшему брату прямо в глаза и негромко фыркнув: — Если серьезно Ди, то это в действительности нечестно. Весь класс замолчал. Все с одобрением поглядывали на Хэви, понимая, что тот все таки принял их сторону, отчего рыжий на секунду почувствовал себя героем, если бы... ...не прищуренные в глухой злости глаза, которые явно желали просверлить в черепе младшего дырку. Сглотнув, Хэви не отвел взгляда, продолжая смотреть на брата и судорожно выискивать хоть какую-нибудь эмоцию на его лице, как только то стало каким-то излишне спокойным и равнодушным. А когда Ди мягко улыбнулся, Хэви сразу понял, что сейчас ему откровенный пи... — Тогда соизволь выйти к доске, раз уж мы заговорили о несправедливости и нечестности, — пожал плечами блондин, сев на место и вновь открыв журнал, — Ты же тут один из всего класса излишне долго повторял параграфы и искал ответы на те вопросы, которые я задавал другим, великодушно не вызывая тебя. Так что давай, вперёд. Покажи результат твоих стараний. Вновь почувствовав на себе внимательные взгляды одноклассников и сочувствующий от сидящего рядом Кудряша, Хэви рвано выдохнул и медленно встал со стула, сжимая потные ладони и бросая последний отчаянный взгляд на учебник, где был открыт последний параграф с терминами. Выйдя к доске с таким отчаявшимся видом, словно бы он вышел на эшафот, Хэви тихо сглотнул, и на секунду прикрыв глаза, дрогнувшим голосом начал: — Кхм... Ну это... Магнитное поле порождается электрическим током. При этом, ток остаётся электронами, направленно движущимися вдоль проводника. Магнитное поле возникает и в том случае, если ток... — Что такое электрический ток? — внезапно прервал его Ди, повернув к нему голову. — Э... — растерянно протянул Хэви, стараясь сформулировать ответ, — Это... Упорядоченное движение... Мм, упорядоченное направленное движение заряженных... Частиц. Прищурившись, Ди спокойно кивнул, и постучав по подбородку, спросил: — Что такое неоднородное поле? — А... — за секунду вспомнив термин, который он повторял не так давно, Хэви заикаясь ответил, — Это сила, с которой поле полюсового магнита... Ну, как бы действует на помещенную в это поле стрелку... магнитную... И в разных точках поля может быть различной как по модулю, так и... От внимательного взгляда Ди, в котором Хэви как наяву видел все ждущие его вечером пытки, становилось то холодно то жарко, в то время как сердце отбивало свои последние глухие удары перед будущей кончиной от страха, волнения, смущения и возбуждения. Все слова и весь текст, который Хэви так отчаянно учил и повторял напару со всеми прошлыми параграфами, предательски вылетел из головы, оставляя голову кристально чистой и пустой. Без ответов. С отчаянием во взгляде. — Ну? — лениво протянул Ди, со скукой смотря на брата. — А... эм... Понимая, что Хэви сейчас явно не в состоянии вспомнить продолжение, Ди тяжело вздохнул, и раздраженно дополнил: — Ох... Направлению. — Да! По модулю и по направлению, — нервно кивнул головой Хэви, заламывая пальцы. — Окей. Какие есть виды электрических зарядов? — Протон, электрон, ион и-и-и... Нейтрон. — Силовые линии магнитного поля начинаются из...? — Северного полюса и входят в Южный. — Хорошо, — одобрительно кивнул блондин, и пролистав несколько страниц наперед, задумчиво спросил, — До электромагнитной индукции вы ещё не дошли, верно? — Верно... — промямлил Хэви, бросив косой взгляд в сторону настенных часов. И словно бы заметив, куда направлен взгляд младшего брата, Ди тихо хмыкнул, и громко произнес: — Так... До звонка все равно ещё десять минут осталось. В таком случае рассказывай, что ты там хотел. Я про параграф. — Я понял... — тихо буркнул рыжий, насупившись. — Ну так рассказывай, — раздраженно кинул Ди, закатив глаза. — Л-ладно... И он начал. Изредка запинаясь и в процессе говоря все более уверенно, Хэви негромко рассказывал с трудом выученный параграф, мысленно надеясь, что Ди над ним сжалится и не станет задавать дополнительные вопросы, также не поскупившись на положительную оценку младшему брату. Сейчас Хэви было даже плевать, что там могут подумать про него одноклассники, ведь кто бы что ни говорил, но Метал в действительности готовился к сегодняшнему уроку, и кто бы ни вел урок, он бы все равно рассказал этот сраный параграф. На моменте объяснения того, где начинаются силовые линии магнитного поля, школу оглушил долгожданный звонок на перемену, после которого весь класс молча вскочил со своих мест и также молча начал собирать все свои вещи. И пока одноклассники поочерёдно покидали кабинет, Хэви, потупившись, стоял у доски, неловко застыв с заведенными за спину руками в ожидании своего вердикта. Где-то в конце второго ряда собирал его вещи Кудряш, с волнением поглядывая на своего друга и его молчавшего брата. А этот самый брат, расписавшись в журнале и отложив его в сторону, хмуро посмотрел на Кудряша исподлобья, буркнув: — Урок закончился и все свободны. Кроме Хэви, разумеется. Тяжело вздохнув, рыжий обречённо кивнул обеспокоенному другу, и тот, поддерживающе улыбнувшись, проходя мимо Хэви потрепал его по плечу, неспешно покидая кабинет и закрывая дверь. Словно бы зная об этой важной необходимости. Между братьями повисла напряжённая тишина. Также молча встав со своего места, Ди медленной походкой прошёлся до выхода, достав из кармана ключ и с громким щелчком закрыв дверь. Вздрогнув от этого звука, Хэви нервно сжался, обняв себя руками и покосившись в сторону брата. — Зачем ты так отыгрывался на нас? — все же рискнул спросить Хэви, громко выдохнув, стоило только Ди нежно огладить его напряжённые лопатки своими широкими ладонями. Задрожав от влажного поцелуя в шею и холодных пальцев скользнувших под футболку, Хэви резко развернулся в теплых объятиях и слегка приподнял голову, требовательно посмотрев в полуприкрытые глаза брата, — Не ответишь? Хмыкнув, Ди цепко схватил его подбородок, и с аппетитом проведя большим пальцем по его нижней губе, хрипло ответил: — Не вижу смысла. Разве тебя сейчас не волнует больше собственная оценка? Сглотнув от изучающего и откровенно голодного взгляда Ди, Хэви резко отвернулся, чувствуя, как вспыхнули от смущения щеки. — Волнует... — Тогда зачем ты у меня что-то спрашиваешь про других? — тихо спросил блондин, склонив голову на бок. Руки медленно скользнули по узким бёдрам младшего, стискивая упругую плоть сквозь грубую ткань джинс. — Спросить уже нельзя что-ли? — сконфуженно буркнул рыжий, нахмурившись и вздрогнув, когда Ди ласково прильнул к его шее губами, — Только не говори, что хочешь сделать это прямо здесь... — Хах... Сделать что? — с интересом спросил Ди, ухмыльнувшись. Чувствуя, как подкашиваются от этой ухмылки ноги, Хэви смущённо вцепился пальцами в предплечья брата, тяжело выдохнув и склонив голову. — Ты и сам понял что... — прошипел Хэви сквозь зубы. Вообще, больше всего его в данный момент волновал совсем другой вопрос, и потому, собравшись с духом, Хэви все же решился наконец спросить, — А какая у меня оценка-то? Фыркнув, Ди наигранно задумался, возведя взгляд к потолку и прижав палец к губам. Нахмурившись, Хэви злобно посмотрел на брата исподлобья, теперь понимая, что походу хорошую оценку тот ему точно не поставит, и это было неудивительно, ведь Ди та ещё ско... — Думаю, ты заслужил пятерку, — спокойно произнёс Ди, мягко улыбнувшись Хэви, на что тот ошарашенно моргнул, не ожидав такого подарка от брата. — Серьезно?! — восторженно спросил Хэви, понимая, что у него есть шанс закрыть двойку и все его старания были не напрасны, если бы не... ...плотоядная ухмылка Ди и язык, быстро облизнувший сухие тонкие губы. Он знал, что это значит. И потому совершено не удивился, когда Ди требовательно впился в его губы, крепко сжимая дрогнувшие руки Хэви за запястья, пока тот заторможено и растерянно отвечал, всхлипывая от осознания несправедливости сей положения, ведь Ди, скотина, всё-таки его наебал!... — Абсолютно. Но если ты хочешь, чтобы она сто процентов стояла в журнале напротив твоего имени, то стоит немного... Доработать твою слабенькую пятерку. — Доработать пятерку или тебя? — прошипел, запыхавшись, Хэви, на что Ди весело фыркнул, ласково прищурившись. — А ты удивительно быстро соображаешь. Видимо, ты все таки не такой уж и тупой, когда хочешь. — Эй!... — Ты прав. Доработать, или скорее уж, обработать, тебе придется кое-что, напрямую касающееся меня... — Блять... Это обязательно? — с звенящим в голосе отчаянием спросил Хэви, нехотя следуя за братом, что вел его в сторону учительского стола. — Обязательно, если не хочешь получить пиздюлей от родителей за двойку. — Не думаю, что получу что-то хуже, чем мамин подзатыльник и папин очередной поток нотаций. — Удивительно, но ты снова прав, — язвительно протянул Ди, развернувшись к брату лицом и притянув того к себе за карманы джинс на заднице, — Однако ты забыл ещё кое-что... — И что же? — хмуро спросил Хэви, стараясь подавить собственное сильное желание поскорее опуститься перед Ди на колени. — Каждая твоя плохая оценка печально оканчивается и для меня... Ведь тебя, блять... — злобно зашипел Ди, грубо сжав в ладонях упругие ягодицы Хэви и вырвав из его груди первый за сегодняшний день стон, —...постоянно отправляют за помощью ко мне! Параллельно лишая меня собственного свободного времени и нервных клеток. — Как будто мне это нравится! — возмущённо воскликнул Хэви, зашипев, стоило Ди укусить его за нижнюю губу. — Но ты все равно это допускаешь, — резонно заметил Ди, а после, положив руки на плечи Хэви, требовательно на них надавил, опуская мальчишку на колени лицом как раз напротив своей напряжённой от эрекции ширинки, — Советую поторопиться. У тебя последним алгебра, а до конца перемены осталось примерно пять минут. Если опоздаешь, отхватишь пиздюлей уже от Галины. — Будет удивительно, если мы все же успеем... — раздраженно ответил Хэви, всеми силами стараясь показывать недовольство и скрыть собственное возбуждение от столь острой и горячей ситуации. — Постарайся, и все получится. — Думаю, мне даже стараться не придется, — негромко отозвался Хэви, дрожащими руками стягивая с узких бедер синие джинсы, мысленно благодаря брата за помощь в виде растегнутых блондином ремня и ширинки. Хмыкнув, Ди упёрся задницей в стол, откинувшись на руки и с интересом уставившись на вихрастую макушку. Осознавая полную свободу действий, Хэви, громко выдохнув, трепетно поцеловал головку напряжённого члена сквозь тонкую ткань натянутых боксеров. Удовлетворенно улыбнувшись рваному вздоху наверху, младший зубами схватился за резинку трусов и медленно потянул те вниз, оголяя наконец самое сокровенное и необходимое ему в данную секунду, как бы забавно это не звучало. Предвкушающе облизнувшись, Хэви расширенными зрачками уставился на покачивающуюся эрекцию, на алой головке которой уже выступила капля предэякулята. «Как давно ты уже был возбуждён, Ди?» Усмехнувшись, Хэви поднял взгляд на хрипло дышащего брата, который смотрел на него потемневшими глазами с таким вожделением, что внутри рыжего все восторженно сжалось, а сердце бешено заколотилось, отбивая влюбленные удары. «Совсем уже растекся как кисель, тц» Улыбнувшись уголком губ, Хэви, не прерывая зрительного контакта, медленно высунул язык и широким мазком лизнул головку, вызывая из груди Ди тихое шипение напополам с матом. Вновь проведя языком влажную линию уже от самого основания, младший начал копить во рту слюну, дабы было легче заглотить, пока не трогая эрекцию губами и в это время лаская ствол дрожащими пальцами. Все его существо едва ли не дрожало от экстаза и нетерпения, отчего складывалось впечатление, словно бы это ему тут отсасывали. Тот же непоколебимый Ди, например, которого ты хрен увидишь на коленях перед собой. Ещё и с чужим членом во рту. Но черт, Хэви отдал бы все возможное, лишь бы воочию увидеть эту картину. Глубоко вдохнув воздух через нос, Хэви слегка прикрыл глаза, сверля взглядом алую головку и, облизнув губы, захватил ту в рот, проталкивая член дальше в горло и помогая себе рукой, что медленно двигалась сверху вниз, стимулируя орган. Но дальше в этот раз не вышло, и потому, тихо кашлянув, Хэви влажно поцеловал основание, перейдя языком ниже, к яичкам. Ди от этих действий рвано простонал, откинув голову и зарывшись длинными пальцами в спутанные рыжие волосы, сжимая те у корней и вырывая из груди Хэви недовольное шипение. Но Ди знал, что тот не станет на подобное жаловаться, и потому проигнорировал эту реакцию брата, предпочтя полностью сосредоточиться на этих невероятных ощущениях, от которых внизу живота все сладко сжималось от наслаждения. Этот рыжий засранец, что ни говори, но был хорош во многом. И пусть в этот список не входило что-то действительно полезное, там определенно было то, что по скромному мнению Ди, надо считать талантом наравне с талантом рыжего хорошо играть на гитаре. Да, он был тем самым человеком, который считал, что сосать — это талант. А ведь Хэви работал ртом просто... Ахуено. Несмотря на маленький опыт, когда было в действительности надо, Хэви все схватывал на лету, а потому он быстро запомнил, как именно нужно ублажать старшего брата. С каждым разом член проходил в узкую глотку мальчишки все дальше, пируэты острого язычка становились все изощрённее, а этот жаркий ротик с каждым разом всё быстрее доводил Ди до бурного оргазма, от которого у него потом ещё минут пять дрожали коленки. В постели младший был нереально хорош, и чего греха таить, Ди это ценил в брате намного больше, чем все его другие умения. Хах, прозвучало несколько цинично... Судорожно вздохнув, Ди вновь опустил голову и поплывшим взглядом посмотрел на активно сосущего Хэви, что несмотря на неловкость, стыд, возбуждение и страх быть застуканным с членом родного брата в своей глотке, работал неплохо, усердно и с упоением, проходясь ребристым небом по головке и все глубже насаживаясь ртом на пульсирующий орган. Боже... Сморгнув выступившие слёзы, Хэви глубоко вдохнул воздух и вновь постарался заглотить эрекцию поглубже, уже не в силах поднять на Ди изучающий взгляд и предпочтя просто вслушиваться в чужое тяжёлое дыхание. Услышав звонкий всхлип Ди, Хэви блаженно зажмурился, не сумев сдержать собственный тихий стон, вырвавшийся из горла вместе с громким хлюпом выскользнувшего изо рта члена. В который раз обхватив ствол губами и, чуть склонив голову, младший начал медленно распределять слюну по всей длине, в это же время свободной рукой скользнув себе между ног и крепко сжав собственное возбуждение. Ахуительно. — Заглоти... Наконец... — с трудом выдавил из себя Ди хриплым голосом, обеими руками схватив брата за рыжие пряди, на что тот недовольно хныкнул, но послушно втянул воздух через нос и вновь захватил в плен своего рта алую головку, напоследок подразнив дырочку уретры кончиком языка. Бледные дрожащие руки тянули прядки не больно, но ощутимо, четко направляя рыжего в этом непростом деле, как горловой минет. Походу, Ди снова хотел повторения того самого удачного раза, когда Хэви заглотил этот гребанный длинный член до самого конца, ткнувшись носом в лобковые волосы. Ну... Если за это ему поставят твердую пять, а потом, вечером, хорошенько отблагодарят за бурный оргазм полученный прямо в школе, то... Почему бы и нет? Почему бы не постараться? Тем более, если это делается для любимого старшего братика. С успехом подавив рвотный рефлекс, Хэви наконец смог протолкнуть орган чуть дальше в глотку, гландами чувствуя пульсирующую головку. Странные ощущения и даже несколько неприятные... Но эти мысли быстро покидают голову, стоило только Ди гортанно застонать и вцепиться в его волосы мертвой хваткой. Хэви уже было хотел возмутиться такой наглости и отпустить напряжённую эрекцию изо рта, однако... ...не вышло. Рвано вскрикнув, Хэви широко распахнул потемневшие глаза, из которых тут же брызнули слезы, стоило только его насадить на колом стоящий член до самого конца. Зрачки сузились, а в горле запершело; кашель так и рвался наружу, нос перестал дышать, отчего у самого Хэви сложилось впечатление, словно бы он сейчас нахер задохнётся... Ведь потом, Ди начал двигаться. Полностью контролируя темп и двигая головой брата за крепко сжатые волосы, Ди тихо постанывал сквозь зубы, двигая бедрами навстречу столь горячей и влажной глубине чужого рта. Из-за полного отсутствия какого-либо контроля, Хэви панически впился пальцами в ягодицы Ди, стараясь удержать того от следующих грубых толчков ему в горло. Но блондин проигнорировал это действие, лишь недовольно поморщившись из-за мимолётной боли и мысли о том, что завтра у него на заднице будут синяки, и продолжил двигаться дальше. Шум из коридора в виде детских голосов и криков прекрасно заглушал все происходящее в кабинете физики. Стоны, всхлипы, хлюпанье и тихие маты — от этих звуков кружилась голова, а внизу живота тянуло от возбуждения. Потирая себя между ног, Хэви, сам того от себя не ожидая, ткнулся пахом в носок берцев Ди, начав откровенно и бесстыдно тереться об него, поскуливая как щенок. Данное действие пусть и удивило Ди, но, как ни странно, не вырвало из его груди ни одного ехидного комментария. Наверное, тот прекрасно понимал плачевное положение младшего братишки, которому зверски хотелось кончить и одновременно с этим успеть довести до разрядки брата, так как до звонка осталось пару минут. Нет, даже не пару... — М-минута... Хэв... — простонал Ди с запинкой, после чего Хэви начал ещё быстрее двигать головой, ощущая мускусный запах, идущий от основания органа и кучерявых лобковых волос и игнорируя боль в челюсти, теперь уже даже не пытаясь заглушить более громкие пошлые хлюпанья смазки и слюны, которые неконтролируемо стекали по его подбородку вниз. И боже... Знал бы он, как горячо выглядит сейчас для Ди... Его маленький, сладкий мальчик, что тихо поскуливает и всхлипывает у него в ногах с упоением заглатывая его член. Его милый и любимый Хэви, который приоткрыв помутневшие глазки, уставился ему в лицо своими чертовски красивыми, завораживающими зелёными омутами, из которых стекали по пухлым и пунцовым щекам сверкающие кристаллики слез... Его мальчик. Его детка. Его... Наверное, именно эта мысль и стала отправной точкой. Откинув голову назад, Ди громко застонал, на весь класс, наверное, даже на весь этаж, и какого же было его собственное счастье, что в эту же секунду по всей школе раздался оглушительный звонок на последний треклятый урок... Сперма заполнила весь рот. Громко и невнятно промычав из-за набухшего члена во рту, Хэви и сам закатил глаза от прошившего все его существо экстаза, которое почти что завело его за грань... Но увы, этого было слишком мало, чтобы в действительности довести до оргазма. — Б-блять... — тихо всхлипнул Хэви с отчаянием, когда обмякнувший член наконец покинул его рот. Тяжело дыша, Ди поплывшим взглядом смотрел в потолок, чувствуя, как дрожат колени и все его тело в целом. Щеки и уши пылали, глаза слезились от удовольствия, из горла наружу рвалось удовлетворённое скуление... А где то у его ног, совсем неудовлетворенно скулил Хэви, понимая, что пора срочно валить на урок, и желательно без стояка под джинсами. Но как же хотелось кончить... — Д-Ди... — рвано простонал рыжий, вскинув на брата слезящиеся глаза и в спешке сдергивая с себя растегнутые джинсы, — П-пожалуйста... Он бы не вытерпел в любом случае. Проигнорировав свои дрожащие ноги, Ди резко дёрнул Хэви вверх, впившись в опухшие алые губки грубым поцелуем, смакуя на языке вкус собственной спермы, свободными руками скользнув брату под джинсы и спущенные трусы. Одной рукой обхватив напряжённую эрекцию ладонью, Ди с садистским удовольствием скользнул другой по упругой ягодице, — напоследок жёстко стискивая — а далее в расселину, к нервно сокращающемуся отверстию... — Ди! — протяжно застонал рыжий, оторвавшись от тонких губ растянутых в довольной ухмылке. Ощущения были чертовски острыми и оголенными до предела. Одна рука в рваном и бешеном темпе скользила по его истекающей смазкой эрекции, а вторая, точными ударами тонких пальцев таранила простату. Это было слишком. Слишком... — Мна-ах! Д... — Кончи для меня, котенок, — сладко прошелестел хриплый голос на алое ушко, сопровождающий накатывающие волны удовольствия. И этого шёпота было вполне достаточно, чтобы окончательно отправить рвано вскрикнувшего и чертовски возбужденного Хэви за ослепительную грань нахлынувшего оргазма.

***

— Ты... Т-ты ебаный ненасытный садист... — обессиленно пробормотал Хэви, млея от каждого нежного поцелуя в шею, — Никак покоя бедному мне не дашь... И вообще! А если бы я тогда все же опоздал, а Галина пришла раньше меня? — Но ты же успел, — резонно заметил Ди с мягкой и расслабленной улыбкой, чувствуя внутреннее умиротворение и покой. Ну ещё бы. День, несмотря на хуевое начало, закончился просто отлично: и зазнавшихся пиздюков на место поставил после окончания учебного дня, и с Лиф помирился, и с мамой по душам умудрился побазарить, и младшего брата трахнул. Сначала — в рот, а вечером в... — Тц... Опять из-за тебя задница весь день болеть будет... — раздраженно прошипел Хэви, ладонью потирая истерзанные ягодицы. — Тебе не привыкать, — насмешливо отозвался ухмыляющийся блондин, которого ничуть не колышил злобный взгляд брата. — Клянусь, однажды я тебя тоже в коленно-локтевую поставлю и выебу так, что ты ещё неделю ходить не сможешь! — О-о-о, жду с нетерпением, мой милый братец, — язвительно пропел Ди, притянув насупившегося рыжика к своей груди, — Мало ли... Вдруг ты ебешь также хорошо, как сосешь. — Иди нахуй. — Когда-нибудь, детка. Когда-нибудь, но не сейчас.