❤️
28 октября 2022 г., 08:36
Я помню каждый миг, проведенный с ним. Помню его кулинарные шедевры, которые всегда посвящены только мне, его сияющие глаза, с восторгом смотрящие лишь на меня. Они источают добро, нежность, тепло и искренность, а я смотрю на него и не могу отодрать глаз, до чего же он красив. И эта красота ослепляет, в прямом смысле выжигает глаза. Когда я говорю ему это он смеётся, от чего выступают маленькие смешинки возле глаз. Я всегда любил говорить ему что-то подобное, а потом ловить подушечками пальцев его смех и смущение, вытекающие из светлой души.
Я люблю его искренне, всем сердцем, люблю целиком и полностью, влюблён до посинения пальцев, до звёздочек перед глазами, до головокружения. Весь мой организм живёт одним им, я буквально дышу им.
Его глаза — это молочный шоколад, растёкшийся по радужке. Маленькие капельки забрызгали скулы и щеки, поэтому он всячески пытался их скрывать, но я убеждал не прятать их, ведь они мне очень нравились. И у меня получилось! После миллионов поцелуев в те самые шоколадные подтёки, после множества убеждений он сдался и перестал замазывать их тональным кремом.
В тот день он поленился замазать веснушки, так мы и познакомились.
***
2 года назад
Сегодня явно не мой день, моя модель отказалась от работы. И дело не в моих навыках, просто она решила полностью отдаться семейной жизни, выйти замуж, родить двух мальчиков, как и хотела. И я её не виню, ведь она заслужила это счастье. Работали мы с ней больше полугода и за это время неплохо сдружились. Хорошее отношение между моделью и фотографом — чистый успех. Мы с Йеджи сворачивали горы, её образы сверкали на обложках известных журналов. Но сегодня она зашла в студию и сказала: — Хёнджин, эта фотосессия последняя. Я увольняюсь. Я был невероятно удивлён и расстроен, но и удерживать её я не мог. Она много раз рассказывала о своём парне, который уже жених, и лелеяла мечту о двух мальчиках. По окончанию фотосессии она пригласила меня на свадьбу, сказала, что обязательно пришлёт фото с медового месяца. Её глаза так сверкали счастьем, что лучи лампы просто светлячки по сравнению с её маяками. Да, как я уже сказал, день сегодня не задался. И где я теперь возьму такую же яркую и необычную модель? Размышляя об этом я пошёл в пекарню возле студии, чтобы купить любимые булочки с творогом и кокосовой стружкой. Говорю девушке за кассой привычное «латте и творожную булочку с кокосом, пожалуйста», забираю заказ и сажусь на излюбленное местечко у окна. Казалось бы, обычная дырка в стене, но она показывает мне целые миры. Каждый прохожий — правитель своего измерения. У кого-то густой и туманный лес, у кого-то вечное лето, а у кого-то непроходимые джунгли с пальмами и пушистыми эриантусами. Маленький колокольчик над входной дверью весело звенит и в пекарню входит парень в белом спортивном костюме. Платиновые волосы на макушке были убраны в хвостик, а нижняя часть осталась распущенной, в ухе блестела серьга. Из-за гула не слышно, но можно увидеть как он улыбается девушке за кассой, они обмениваются парой фраз и он садится за столик напротив моего. Юноша пил кофе, а я забыл как дышать. Забыл где я вообще нахожусь, перед взором был лишь этот молодой человек. И о Боги, у него веснушки! Это редкость для корейцев. По крайней мере в моей жизни он первый. Я не могу упустить такое чудо! И подхожу к незнакомцу совсем не волнуясь, ведь Йеджи нашел именно так. К тому же я один из известных фотографов и многие хотели бы поработать со мной. — Здравствуйте, можно? — после небольшого поклона указываю на свободное место рядом. — Конечно! Вы же Хван Хёнджин? Воу, неожиданно. Пусть я и известен в своём деле, но почему-то я не думал, что он знаком с этой отраслью. По всей видимости он знает меня. «— Такой голос такой низкий и приятный на слух, он точно человек?» — ненароком задумываюсь я. — Да, я Хван Хёнджин. Не против познакомиться? — Я Ли Феликс. Юноша дружелюбно улыбнулся и протянул маленькую ручку. Его ладонь была горячей и крошечной, от чего я неосознанно умиляюсь. — Слушайте, Феликс, признаюсь честно ваша внешность меня поразила! Как Вы поняли я фотограф и мне нужна модель с необычной внешностью, а Ваши веснушки это что-то заоблачное! — Ой, я же никогда не работал в такой сфере, у меня даже опыта нет... — смутился мой новый знакомый, незаметно для себя сделав щенячьи глазки. — Это вовсе необязательно. — успокоил я, — достаточно Вашего присутствия. Вы согласны стать моей моделью? Моя прямолинейность никогда до добра не доводила, но разбавлять свою речь всякой ересью я не собираюсь, зря только время потрачу. Вижу на его лице смесь подозрения, радости и неуверенности, но молча продолжаю ждать. — А сколько это будет стоить? — вдруг спросил Феликс. Сказать, что я удивлён, это сказать равным счётом ничего. Скорее всего он не понял, что я тут не рекламирую свою студию, а предлагаю реальную работу с высоким доходом. — О, Вы наверно не правильно меня поняли, я предлагаю поработать на меня. Вам будут хорошо платить, за это можете не переживать. Он долго думал, смотря на деревянный стол, а потом вдруг задал вопрос, от которого я чуть со стула не упал. — Это ведь розыгрыш, да? Я значит тут распинаюсь, предлагаю ему самые лучшие условия, а он мне не верит?! А вообще его можно понять, таких сейчас много ходит, сначала обещают ванну с шампанским на Мальдивах, а потом крадут деньги из банковских карт. Вот он и спутал меня с ними, но я ведь не такой! — Я разве похож на шута? — Вовсе нет. А... Сколько длится контракт? Вот такой настрой мне нравится. — Три месяца, так же его можно продлить. Феликс стал ещё дольше молча рассуждать, а я сидел и наблюдал за сменой эмоций на его веснушчатом лице. В голове промелькнула мысль, что с Йеджи было намного легче договориться. После слов «стать моделью» она тут же согласилась, не потрудившись хорошо обдумать ситуацию, как сейчас делает юноша. — Я согласен.***
Тогда, два года назад, я сказал, что это худший день, но я ошибался. Это был самый лучший день в моей жизни, ведь я встретил Феликса. На следующий день я созвал стилистов, визажистов, чтобы они готовили образы для парня, ведь раньше я работал лишь с девушками. Почему? Сам не знаю, так сложилось. И так все закрутилось-завертелось...***
2 года назад. День первой фотосессии.
В огромную студию с белыми стенами и потолком зашёл парень. — Здравствуйте, Хёнджин. — поклонился Феликс и подошёл ко мне. Я немного вздрогнул от непривычно низкого голоса и стараясь не подавать виду улыбнулся. — Привет. Давай на «ты», нам с тобой ещё три месяца работать, а «выкать» как-то неудобно. — Хорошо. Моя команда быстро справилась с подготовкой к предстоящей работе и дала Ликсу пару советов, ведь это его первая фотосессия в качестве модели. И мы приступили к работе. Я летаю вокруг него с фотоаппаратом, со всех сторон вспыхивает свет с характерным щелчком. Феликс, как я просил, меняет позы, а я ловлю их на камеру. Время летит с бешеной скоростью, образы и макияж меняются, фотоплёнка забита сотнями кадров. — Хёнджин, у меня уже фантазия закончилась. — наконец сдался парень. Я, полностью утонувший в работу, сначала не понял что он от меня хочет, но вскоре в голове вспыхнула гениальная идея. Я попросил у ассистентки стул и поставил возле Феликса. — Нам больше не понадобится снимать тебя в полный рост, так что можешь сесть. — после моих слов Феликс устало плюхнулся на стул и продолжил слушать. — Твоя задача сделать руками вот так... Я показываю на себе, ведь часто так делаю. Так легче объяснить и люди быстрее понимают. Правой рукой накрываю макушку, а левой едва касаюсь губ. Замечаю, как Феликс слегка подвис и еле сдерживаю улыбку. — Лиса, челку немного на глаза поправь, пожалуйста. — обращаюсь к коллеге и та послушно выполняет мою просьбу, а я отхожу, чтобы проверить исправность аппаратуры. На самом деле команда у меня небольшая: Лиса — визажист, Джису — ассистент и Минхо — стилист. Была ещё Дженни, но увы её сейчас со мной нет. Вот такой крохотной командой мы когда-то начинали и сегодня, будучи небезызвестными, продолжаем работу в этом составе. Когда всё только начиналось я не знал где можно взять моделей и ими стали Лиса и Джису, но ненадолго. Минхо я тоже предлагал, но он не любит фотографироваться, зато прекрасно помог с одеждой. И даже сейчас, когда я с лёгкостью могу набрать себе целый офис сотрудников, всё равно окружаю себя лишь теми, на кого могу положиться. Слышу стук каблуков о пол и понимаю, что Лиса закончила. Взгляд упал на Феликса. А как челюсть обратно прикрепить? Просто сейчас она явно где-то на полу. Застываю ненадолго, чтобы прогрузиться. Вижу кошачью улыбку Минхо. Чертёнок, специально псевдоним «Ли Ноу» придумал? Всё-то он видит и знает! После нескольких снимков у меня получается тот самый, от которого я окончательно завис. Это ж надо было такого красавчика найти... Вижу уже открытую ухмылку Минхо и объявляю, что фотосессия окончена, пока кошак ничего себе не напридумывал.***
То, что было с Дженни произошло и с Феликсом, только в более крупном масштабе. Его веснушки разлетелись по всей Корее, его любили даже те, кто и близко не связан с нашим делом. Конечно, были и те, кто называл его уникальность грязью. Как я и предполагал, на последних Феликс оказался более чувствителен. Из-за этих недоносков он стал более вялым, а прошлый огонь в глазах потух. Он медленно закрывался в себе. Я начал это замечать и понимал, что спрятать его от этой грязи не могу, но обязательно помогу перебороть страхи и сомнения. А ведь я... Я влюбился в это солнышко. Даже не понял, как это случилось. Просто заметил, что любой день без Феликса уже не день, а сплошная тьма, темнее безлунной ночи. Что меня безбожно тянет к этому человеку. Что моё настроение полностью зависит от настроения Ликса. Если он грустит из-за дождя за окном я места найти себе не могу, а если радуется бледной радуге после ливня, точно маленький мальчишка, то душа моя обретает покой и я радуюсь вместе с ним. Многие под постами на различных интернет платформах до сих пор говорят, что Феликс невероятно красив, но видели ли все они его в настоящей жизни? В реальности он ещё великолепнее, чем на экранах телефона. А ещё я заметил его взгляды, «случайные» касания, которые он не особо скрывал. Позже я сделал для себя вывод, что этот парень до бесконечности тактилен и сгорит к ночи от одиночества, если не обнимет хоть кого-то за день. К счастью главной мишенью стал я. Уже через месяц сотрудничества он осветил мою студию ярче прожекторов своим позитивом и улыбкой. Я любил показывать ему самые лучшие кадры, чтобы он подпрыгнул от переизбытка эмоций, слегка тряс мои плечи и говорил «Это же офигенно, Джинни!». Никогда не показывал никому черновой вид фотографий, но он исключение. Феликс наглым образом забрал моё сердце, заманил веснушками и запер в клетку, в которой я не против остаться, поэтому ему вообще можно всё. Что-то я долго рассказываю о нашем первом месяце, а ведь впереди ещё два года! За эти две осени прошло много интересного. Помню как Феликса хотел какой-то француз увезти, обещал жизнь в шоколаде, известность заграницей и много чего ещё заманчивого. Даже я почти повёлся, хотел поддержать и даже речь придумал, в которой буду благодарить за те прекрасные три месяца. В это время должен был истечь контракт, и француз подоспел очень невовремя. Какого было моё потрясение, когда Феликс на ломаном французском вежливо отказался и на английском добавил, что он не планирует покидать Корею на такие долгие сроки и бросать меня. И тогда моё сердце застучало быстрее. А в ноябре случился наш первый поцелуй. И это случилось в парке.***
Феликс вытащил меня с работы, в которой я с каждым месяцем тону всё больше и больше. Конечно же я пытался возмущаться, но внутренне был рад вылезти из своего кабинета, да ещё и в компании Феликса. Мы ходим столько, сколько я за свою жизнь никогда не ходил, а когда парк медленно перешёл в лес, а людей становилось всё меньше, мы садимся на скамейку, продолжая разговаривать о всякой ерунде. Из-за прохладного воздуха мало кто осмеливался заходить в лесную часть, поэтому вокруг нас не было ни души, только птицы и шелест опавших листьев, танцующих вальс с осенним ветром. Как так получилось я сам не знаю, всё произошло слишком молниеносно для моего мозга, заполненного сентипоном и Феликсом. Я слишком долго засматривался на красоту своего веснушчатого «друга», который им вовсе не является, а он заметил это и повернулся в мою сторону. Отводить взгляд было поздно, поэтому я смело канул в его тёплых карих радужках, что от солнечного света отливали золотом. В них плясали бесы, затевая недоброе, хихикая и потирая горящие азартом ладошки. Кроткая ухмылка коснулась рта, будто последняя шестерёнка встала на место и вскоре запустится какой-то механизм. Бомба замедленного действия? Чёрт из табакерки выскочит? Или часы с кукушкой? Вместо всего ожидаемого Ликс медленно потянулся ко мне, метая взгляд с глаз на губы. С каждым убывающим миллиметром дышать становится труднее из-за громких ударов сердца, что готово выпрыгнуть из груди и убежать далеко-далеко. Когда между нами не осталось места для осеннего ветра низкий шепот разрезал тишину: — Можно поцеловать тебя? От этих басов в голосе мне сносит башню, и я уже не могу оторвать глаз от губ перед собой, что так сильно манили. Всё же пытаюсь найти в себе силы и взглянуть в очи шоколадного оттенка. Медленно и почти незаметно киваю, ведь словами выразиться просто не могу. И Феликс нежно припадает к моим губам, одной рукой поддерживая подбородок. Я блаженно закрываю глаза, отдаваясь моменту. Его губы тёплые, даже горячие, мягкие и с вишнёвым бальзамом. От сладкого запаха голова сильнее закружилась, кажется, будто она сейчас просто открутится и покатится по земле. Движения Феликса были смелыми, местами напористыми, а рука опустилась на шею, от чего тело будто в ледяную воду окунули и лишь три места горели жарким пламенем: шея, губы, и низ живота, что приятно тянул. Мои руки легли на талию, так невесомо и долгожданно, будто та специально была отлита из золота для моих ладоней, что старались притянуть к себе. От близости меня немного знобит и такое ощущение странное, будто сердце поменялось местами с лёгкими и в груди происходит война чувств, эмоций. Они искрят, обжигают, разрывают на молекулы и вновь собирают, как пазл. И эти ощущения мутят разум и я перестаю соображать, забываю буквально обо всём мире, есть лишь губы, горячее дыхание и шумные вздохи. Немного прикусываю нижнюю губу, от чего Феликс вздрагивает, но не останавливается. Провожу по укусу языком и до ушей доносится едва слышный стон. Вдруг послышалось шуршание сухой листвы из недр куста. Мы почти одновременно отпрянули друг от друга. Щеки Феликса заалели, когда мы встретились глазами. Это было так мило, что я не смог скрыть улыбки, от которой Ликс ещё сильнее засмущался и отвёл взгляд. Вдруг он схватил меня за руку и начал активно её трясти. — Смотри, там белка! Хёнджин, смотри! Вот она! — пытался прошептать Феликс, чтобы не спугнуть пушистого зверька. Я конечно слышал, что в этом парке обитают белки, но за годы нахождения здесь ни разу их не видел. Она была рыженькая с изящными кисточками на кончиках ушей, большие глазки были чёрными и блестящими, точно две бусинки. А главная её гордость — пышный хвост. Настолько красивых белок я видел только на картинках. Грызун с любопытством пошлёпал по листьям к нам и в скором времени сидел перед нами и ожидающе глядел то на меня, то на Ликса. Тот в свою очередь старался сдержать визг умиления и не пугать белочку. Пошарившись в рюкзаке он достаёт мешочек с орехами, от чего я удивлённо округляю глаза. — Ты знал, что мы придём сюда? — Надеялся, поэтому прихватил на всякий случай. Держи, — он протягивает мне несколько орехов в скорлупе, а сам уже тянет раскрытую ладонь с лакомством к зверьку. Тот радостно подбежал и взял один орех. Пока он перебирал в лапах лакомство и старался достать внутренности, Феликс завороженно наблюдал за ним. Когда пришла моя очередь угостить пришельца я почувствовал щекотку на ладони от маленьких коготков. Пока перед белкой стоял важный выбор фундук или арахис я смог немного её погладить и, как предполагал, шёрстка была мягкая как облачко. Феликс освещает парк улыбкой, настолько яркой, что я скоро ослепну. Хочу попросить уменьшить яркость, ведь не хочу прощаться со зрением, но понимаю как абсурдно это звучит. Лесной житель хрумкал орешки лишь из рук Феликса, видимо у него вкуснее, но это совсем не расстраивает меня. За это время я вдоволь насмотрелся на парня рядом и зарядился энергией на несколько дней вперёд. Вдруг я заметил, что рука, на которую Ликс упирается на скамейку красная и сжата в кулак, и не задумываясь о последствиях я аккуратно накрыл маленькую ручку своей, которая теперь кажется ещё больше. Мои руки — огонь, пламя в подземелье, а его — ледяной ветер в декабре. Этот контраст достаточно приятен, как будто после ожога тебе приложили холодный компресс. Температура моего тела ощутимо повышается, а без того бешеное сердце бьётся ещё быстрее, когда микролапка перестаёт быть кулаком и сплетает наши пальцы.***
Вот как-то так... После того дня мы очень сблизились, пока дело не дошло до серьёзных отношений. У нас не было особого официоза, слов «давай встречаться» и всякой такой кинематографической темы, мы просто стали родными, нужными друг другу. Под канун Рождества Феликс переехал ко мне. Наше первое Рождество вместе было незабываемым...***
2 года назад. Канун Рождества.
Всегда за неделю до Рождества я распускаю всю мою команду на заслуженный отдых, ведь знаю, что этот праздник семейный и каждого дома ждут родные с мандаринами и булочками с корицей. У меня тоже теперь появилась семья, и сейчас она убежала в магазин за кое-чем, что обязательно должно понравится мне. Он так быстро собрался, я еле успел шапку напялить! Остаётся лишь гадать, что это... А пока Феликса нет дома я заглядываю в духовку, в которой румянится шоколадный брауни — фирменный десерт Ликса, что мы приготовили вместе. Сладкий аромат от пирога сводит с ума, я готов его съесть даже сырым! Но приходится заедать желание мандарином. Из колонок, завешанных мишурой, звучали песни, излучавшие рождественскую атмосферу. Весь свет был выключен, дом сиял лишь огоньками гирлянд и светящейся звездой на вершине ёлки. В телевизоре маленький мальчик устраивал пакости незваным гостям, что решили обокрасть дом его огромной семьи, но воры совсем не учли проспавшего на рождественский отпуск в другую страну главного героя, который теперь защищает свою честь и дом самыми изобретательными способами. Всё происходит без звука, его я выключил чтобы музыка и фильм не смешались в общий бред. Изображение здесь лишь для эстетики. Пирог давно готов, а делать совсем нечего. Подарки давно под ёлкой (очень надеюсь, что моему солнцу они очень понравятся) К счастью через тридцать минут в комнату влетает снег, а вместе с ним влетает Феликс, весь красный от мороза, шапка сползла на одну сторону, с белой куртки слетает такой же белый снег и превращается в лужицу на полу. — Джинни! Я купил вино, будем делать глинтвейн! — воскликнул Ликс, чуть ли не прыгая от переполняющих эмоций. Шуршит пакетом и начинает перечислять всё его содержимое, — тут ещё специи, фрукты. О, я ещё взбитые сливки взял! — А они то зачем? — удивляюсь я. — Как зачем? Брауни с чем собрался есть? За эти мучительные тридцать минут я совсем заскучал без моего солнца, а потому прямо сейчас подхожу к нему и медленно притягиваю к себе. — Джинни... — протянул Ликс, — я ведь весь в снегу. — Плевать. То был шёпот или крик души, я так и не понял. И понимать не хочу, хочется совсем другого... — Я люблю тебя, — шепчу на ушко и крепко обнимаю, впервые за всю свою жизнь чувствуя в душе покой и тепло. Я обрёл своё счастье, и сейчас оно обнимает меня в ответ, обхватывает микролапками шею и прижимается холодной щекой, что на самом деле горячее раскалённой лавы. Пакет с продуктами на полу, апельсины укатились в другую комнату. — Я больше — шелестит губами Феликс и сильнее прижимает. — Переодевайся скорее, а то заболеешь, — всё же мне пришлось прервать этот миг и позаботиться о здоровье Ликса. Пусть брауни у него получается на ура, глинтвейн явно не его сильная сторона, поэтому после чуть не сгоревшего полотенца он просто сидел на стуле и наблюдал за мной. Всячески пытался втиснуться в работу, но вновь чуть не рассыпал чай. А ведь какой-то час назад утверждал, что повар от бога, которому присущи все пять звёзд Мишлен, пусть их всего три.***
Тот глинтвейн был самым вкусным за всю мою жизнь. Что ж, сейчас октябрь, а значит Рождество уже близко. Наше третье Рождество вместе... Время так быстро летит. Казалось, что совсем недавно я сидел в кафе и терял голову от веснушек незнакомца в белом спортивном костюме, а оказывается с того дня прошло уже два года. Моё солнце стало не просто светилом, а целым апокалипсисом в моём сердце. Бушующий, пылкий и крышесносный ураган, от которого голова идёт кругом. А ведь хватает всего одного взгляда в шоколадные глаза и я уже не помню кто я. Мой шеф на пять звёзд Мишлен сейчас сидит дома, а я уже мчу к нему, чтобы снова завернуться в три пледа и смотреть сериалы. В последнее время приступ лени особо обостряется, а мы и не против. Когда за окном дожди и завывающий ветер самые лучшие средства от холода это горячий чай, пряники в виде сердца и любимый человек. Пожалуй последнее спасает лучше всего.
