общага №3

Сынмин знал все. Ну, относительно все. Но этого было вполне достаточно для Чанбина и его больной головы, когда Ким начинал пересказывать местные сплетни. Поток историй никогда не заканчивался: парень знал, кто во сколько лег спать и когда на девятом этаже сломался унитаз в дальнем туалете. Просто Сынмин был общительный, не то, чтобы полимат просто любопытный очень. Но всем делился исключительно с Чанбином и тому велел рот на замке держать. А Чанбин все эти рассказы долго в своей голове не держал, забывал через минут пять, дабы голову глупостями всякими не забивать. Но был в этом плюс, который Со очень сильно ценил в своем неофициальном соседе, рядом с которым он жил на птичий правах. Сынмин был в хороших отношениях с местной комендантшей, хотя студентов та на дух не переносила. Никто бы не удивился очень сильно, если женщина кого-то ночью бы убила. Так Ким еще и знал, когда в общежитие приезжает новая мебель, обогреватели и остальное. А это все всегда очень нужное бедным студентам, но, увы, в ограниченном количестве. Настолько мизерном, что и подраться за новую тумбочку не жалко. Чанбин писал лекции по менеджменту, когда в комнату залетел запыхавшийся Сынмин. Парень закинул сумку с тетрадями в дальний угол и схватил соседа за предплечье, хорошенько встряхнув пару раз. - Со Чанбин! - крикнул Ким, растягивая гласные. - Телефон у тебя где? - На зарядке. - ответил парень, все еще надеясь вернуться к конспектам. - Пошли, вставай! - младший дернул Чанбина в сторону двери, из-за чего тот больно ударился об угол стола. - Поступили новые матрасы, нужно срочно успеть взять себе! К сожалению, пришли они поздно, все новые, удобные, прекрасные матрасы разобрали. К сожалению Чанбина, конечно. Потому что у Сынмина связи: Ким носит комендантше шоколадки и помогает вкручивать лампочки. Поэтому ему один запрятали, а потом под восторженные взгляды вручили. Чанбин продолжит спать и дальше на кирпичах, ясно. Со помогал донести матрас, благо идти было недалеко - один этаж, а комната одна из первых. Сынмин шел впереди и о чем-то говорил другу, хотя тот его не слушал, прокручивая в голове последние лекции. Неожиданно Ким остановился, а Чанбин выглянул из-за матраса, чтобы посмотреть на причину их остановки. Вниз по лестнице бежал парень с пятого этажа, Чанбин его запомнил, потому что тот с соседями часто заходят к Сынмину в гости. А вот имя он никак вспомнить не мог, хотя и вряд ли когда-то интересовался. - Чонин, ты куда? - остановил его Сынмин. - Привет! - Чонин растянул губы в приветливой улыбке. - Туда откуда вы. За матрасом. - А этот последний был. - вставил свое слово Чанбин, отчего сразу получил злющий взгляд Сынмина, который еще и кулаком пригрозил. Чего лишнего парень сказал, он не понял, но решил под горячую руку не попадаться. - Серьезно? - скис парень. Чонин заметно расстроился и цокнул языком, уже собираясь развернуться в обратной дороге на пятый этаж. - Подожди! - окликнул Сынмин, поднимаясь на несколько ступеней выше, чтобы подойти к Яну. Чонин обернулся и выжидающе уставился на парня. - Хочешь... - Сынмин глубоко вздохнул. - Хочешь я отдам тебе этот? Оба парня удивленно уставились на него. - Чего? Ким нервно перевел взгляд с друга на младшего, чувствуя как лицо начитает гореть. Стало неловко. - Ну, если ты хочешь... - медленно продолжил парень, опустив глаза на собственные кеды. - Хочу! - Чонин мгновенно материализовался рядом с Кимом, радостно улыбаясь своей широкой улыбкой. - Только потом не жалуйся, назад не верну. - Не буду. - Сынмин выдернул матрас из рук Чанбина, передавая его в чужие. - Могу помочь донести Чонин кивнул, поправляя одной рукой волосы, которые лезли в глаза, а второй взялся поудобнее. Чанбин стукнул Сынмина по плечу, привлекая внимания. Парень выразительно посмотрел в глаза, всем своим видом вопрошая "а какого, собственно, хуя?", но Ким на это только отмахнулся и двинулся на пятый этаж, перебрасываясь фразочками с Чонином.

***

Официально Чанбин жил на пятом этаже и иногда даже появлялся там, чтобы узнать не выселили ли его окончательно, но то случалось крайне редко. Переехал на второй примерено в начале второго курса, в тоже время Сынмин так сильно переругался со своим бывшим соседом, что разнимали их всем общежитием. С тем парнем Ким, к слову, все еще не общается, а когда видит его в стенах универа или общаги показательно отворачивается, объясняя это тем, что когда смотрит на соседа появляется сильное желание ударить, а Сынмин такие методы выяснения отношений не любит. В общем, Чанбин со своими соседями не сошелся сразу, а, если говорить точнее, им первокурсник совсем не понравился. Оба парня были старше, первый на втором курсе, а второй - на третьем, и весь прошлый год прожили вдвоем и с пустой кроватью. Поэтому, когда к ним подселили юнца, который даже рамен себе сварить не мог, они были не очень-то и рады. Начался откровенный моббинг. Постоянно пропадали продукты из холодильника, начиная коробкой молока и заканчивая кастрюлькой риса. Дело касалось не только еды, но и личных вещей, к тому же парни в открытую говорили, что третий им не нужен, так что тому следует свалить, как можно скорее. Чанбин тогда еще даже в качалку не ходил, постоять за себя не умел, но вот чувство собственного достоинства было размером с Сатурн, в принципе, как и многострадальное эго, так что в комнате каждый день разгорались скандалы. Тем не менее, он прожил с ними год. На втором он познакомился с первокурсником Сынмином, благодаря общительности второго. У Кима, как раз переселили соседа, после очередной драки по среди коридора, так что в комнате он жил пока один. Выслушав историю нового знакомого, Сынмин почти сразу предложил переехать к нему, с комендой можно было договориться, но вот официально он все еще числился в пятьсот девятой. Сынмин в комнату вернулся спустя долгих два часа, за которые Чанбин успел выучить весь дурацкий менеджмент. - Ты чего лыбишься, как дурак? - Чанбин захлопнул тетрадь, поднимая глаза на друга. Сынмин глубоко вздохнул, как будто до этого не дышал всю дорогу до комнаты и сел на край своей кровати. На его лице играла легкая улыбка, а Со решил, что тот окончательно сошел с ума, он знал, что это когда-нибудь случится, но надеялся не застать это время. - У меня есть номер Чонина. - Сынмин с трепетом прижал к груди телефон. - Тот кому ты матрас отдал? - уточнил Чанбин. Сынмин лишь кивнул, продолжая летать в облаках. - Какого это вообще черта было? - наконец, задал вопрос Чанбин, который интересовал его все это время. - Что именно? - Матрас. - коротко объяснил Чанбин. - А, это. - Сынмин отмахнулся, как будто вопрос был самым глупым в его жизни. - Это Чонин, мой одногруппник. - И? - Чанбин сел на кровать рядом, удобно устраиваясь. - Мне тоже одногруппникам свои вещи отдавать? Сейчас пойду Хёнджину нашу микроволновку отнесу, все-таки учимся вместе. - И все равно она будет у Чонина, так что можешь отдать. Чанбин закатил глаза и ударил друга по плечу: - Что за странное увлечение его личностью? Какой у тебя интерес, Ким Сынмин? Сынмин выпучил глаза, будто услышал нечто ужасное. Его лицо начало стремительно краснеть, а Чанбин переживать: это он от того что не дышит или от смущения. - Да, я просто очень добрый. - закашлялся парень. - Ооо. - протянул Чанбин. Парень перекочевал на свою кровать и взял телефон, чтобы проверить новые сообщения. Пару недель назад Сынмин жаловался ему весь день, что у него ужасно болит спина и просил намазать разогревающей мазью, ругаясь, что ему лишь двадцать, а он уже старый дед. - Ужасная кровать, - бросил тогда он. - Как будто на кирпичах сплю. Чанбин хмыкнул, посматривая на соседа, который с сердечками в глазах смотрел на телефон. - Ну и придурок. Тем временем в комнате на три этажа выше Феликс сидел на чужой кровати и с завистью смотрел на соседа. Сынмин ушел минут пять назад, и сразу же Хёнджин начал жаловаться, что на стол поставили его последнее печенье. Чонин лишь пожимал плечами: и он, и Феликс в этом месяце были на мели, в общем, жили за счет Хвана. - И чего тебе так повезло? - Ли упал на кровать звездочкой. - Удобно. - А вот, нужно на правильные факультеты поступать с хорошими людьми, а не жаловаться, что хочешь отчислиться, да, Хёнджин? - Чонин наливал себе чай в только помытую кружку. Хёнджин поднял на соседа тяжелый взгляд, под которым тот сразу отвернулся, поджав губы. - Это все Сынмин, - продолжил Чонин, отпивая горячий напиток. - Мы учимся вместе. Милый, да? - Ага. - кивнул Феликс, прикрывая глаза. - Э! - Ян ткнул указательным пальцем в чужой бок в розовой пижаме. - Иди к себе! Спать сегодня не планировалось: Хёнджин доделывал работу по менеджменту и собирался ныть обоим соседям всю ночь. Феликс Хвана жалел, поэтому не разрешал пить пятую кружку кофе и покупать новые энергетики. Вместо этого он приносил другу чай с ромашкой и обнимал, когда сдавали нервы. Чонин же в это время языком цокал и ворчал, что хочет спать, но забирал у Хвана тетрадь и самостоятельно гуглил задачки, пока тот выплакивался в чужую розовую пижаму. - С каких пор люди вообще разбрасываются так просто вещами? - задумался Хёнджин, поворачиваясь на стуле лицом к Чонину. - Особенно, студенты? Особенно в общаге? - Даренному коню в зубы не смотрят. - с умным видом изрек младший. - А это тут причем? - приоткрыл один глаз Феликс. Ян пожал плечами и одарил соседей улыбкой: - Фраза понравилась. - В принципе, этот парень симпатичный. - Хёнджин упал сверху на Феликса, придавливая того своим телом и заставляя завопить. - Да, Чонин? - Наверное? - парень нахмурился, отставляя кружку. - А что? - Та ничего. - прохрипел Феликс, чья голова была видна из-под массивного Хёнджина. - Ты его в гости почаще приглашай. - Идите к черу, - рассмеялся Чонин. - Ведете себя, как моя мама, говорящая о дочке своей подруги. - Ну эй! - возмутился Хёнджин. - Дочки маминых подруг безвозмездно матрасы не дарят. - А вот красивые одногруппники - да. - поддакнул Феликс. - Не знаю, возможно... - Чонин задумчиво помолчал. - Ладно, вот если подарит мне еще упаковку пельменей, я подумаю. - Он такой же студенты, как и мы. - напомнил Ли, намекая на материальный статус и пытаясь укусить Хёнджина за предплечье. - Замолчите. Чонин устроился сверху на этой человеческой куче, состоящей из двух парней, и заулыбался услышав, как Феликс, придавленный двумя телами, начал обсыпать обоих матом, пытаясь выбраться.