Огонь

- Ты ничтожество, Шото. Ты портишь доброе имя нашей семьи. Огонь. Повсюду огонь и темный дым. Уже не видно ни стен тренировочного зала дома Тодороки, ни самого Старателя. Дышать нечем. Шото в который раз за день вскидывает руку и создает над собой ледяной купол, скрываясь от огня. Он пытается укрепить стены но, поняв, что это бесполезно, и отцовский огонь все равно скоро прожжет лед, падает на колени, чтобы хоть немного отдохнуть. Шото проклинал те выходные, когда ученикам UA разрешалось уезжать домой. Но еще больше он ненавидел дни, когда общежития закрывались для проверки пожарной безопасности, сантехники и других вещей. Потому что в эти дни учеников просто выгоняли по домам. Все воспринимали это как еще одну возможность побыть в кругу семьи. Но только не Шото. Одно упоминание о доме вызывало в нем панику. Старатель никогда не упустит шанса унизить сына. А теперь, когда Герой №2 зол на Шото из-за провала на экзамене на временную лицензию, его не остановить. Как только Шото открыл дверь дома Тодороки, Старатель сразу забрал его на тренировку. И после груды унижений и оскорблений в стиле "ты позор для семьи" и "я вложил в тебя все, а ты даже не стараешься", отец стал непрерывно атаковать сына. Сколько уже прошло времени? Шото пришел к обеду, а сейчас на улице уже сумерки. Темнота все никак не проникала в комнату, освещенную причудой Старателя. - Опять прячешься от меня? Слабак! Выходи и покажи свою настоящую силу! Огонь в одно мгновение стал распространяться быстрее, и через несколько секунд укрытие Шото начало таять. У него практически не было времени и сил, чтобы что-то придумать, поэтому парень бросил несколько острых ледяных кольев, которые только отвлекли Старателя, и снова создал щит. Видимо, это не на шутку разозлило отца. - Лед здесь бесполезен. Используй огонь! - кричал Старатель, кидаясь огнем все чаще и чаще. Шото уже не видел, где стоит отец. Его грозный голос, казалось, шел отовсюду. Парень хотел прикрыть уши руками, но был слишком занят поддержанием ледяной стены. Положение было безвыходным. Шото устал, его дыхание сбилось еще в начале тренировки. Свою правую сторону он практически не чувствовал, хотя несколько раз пытался ее разогреть с помощью левой руки. Руки дрожали, из-за чего было практически невозможно провести атаку дальнего боя. Шото уже не понимал, что происходит. Ему просто хотелось, чтобы все закончилось. - Отец! - вскрикнул Шото, когда огонь подобрался опасно близко. С теми силами, что остались у парня, не было и шанса успеть защититься, не говоря уже о контратаке. Но Старатель будто его не слышал. - Используй то, что дал тебе я! Забудь про лед. Огонь, Шото! Огонь! Огонь. Огонь. Использовать левую сторону. Нет, это невозможно. Сейчас это бессмысленно. Это ужасно. Шото вскрикнул еще раз, но на этот раз уже от боли - огонь Героя №2 ожег левое плечо. "Неужели придется использовать огонь? Нет, только не при отце!" "Он только этого и добивается" "Но если дать ему то, что он хочет, то все закончится, верно?" Собрав все свои силы, Шото смахнул рукой проступившие слезы и пустил огонь по полу. Ледяная стена сразу же испарилась, и огонь быстро добрался до Старателя, который моментально прекратил создавать свое пламя. Он удивленно окинул взглядом помещение, которое теперь было полностью заполнено огнем Шото, и удовлетворенно кивнул. - На сегодня все. Ты уезжаешь в школу завтра? - Да, отец, - тихим, но твердым голосом произнес Шото. - Тогда продолжим в следующий раз, когда приедешь на каникулы. Только попробуй испортить репутацию Тодороки своими выкрутасами! С этими словами Старатель вышел из зала и громко хлопнул дверью. Подождав несколько мгновений, пока шаги отца не прекратятся, Шото позволил себе упасть в изнеможении на черный от копоти пол. Он чувствовал себя просто отвратительно, особенно беспокоила онемелая рука и ожог. Синяки, которые парень по своей же глупости получил еще в начале тренировки, уже забылись. *** Шото не помнил, как оказался в постели. Возможно, сам добрался, полежав некоторое время в тренировочном зале. Возможно, помогла сестра. Но осознал свое местоположение Шото уже глубокой ночью. Все болело, раны ныли. Тело было мокрым от пота. Несмотря на жуткую усталость, парень не мог заснуть. Панический страх того, что отец может зайти в любую минуту и продолжить калечить сына, не испарялся. Хотя Шото знал, что Старателя сейчас даже нет дома - он ушел на ночное дежурство. С трудом встав, Шото побрел на кухню. Правая сторона немного отошла, поэтому ей было удобно держаться за стену, пока он шел. Взяв стакан воды, Шото поднес его к губам, когда заметил выглядывающую из-за угла сестру. - Шото... - позвала она шепотом, будто бы боясь его. - Я в порядке, - прервал ее Шото, отпив несколько глотков из стакана и поставив его на стол. - Отец сегодня опять за свое... Живого места на тебе не оставил. Что он хотел от тебя? - Чтобы я использовал огонь. - Но почему ты этого не делал? - вскрикнула сестра, подходя ближе. - Ты же умеешь пользоваться левой стороной, ты использовал огонь во время тренировок в UA, и в лагере, и на экзамене, ты же рассказывал... - Я не могу пользоваться им, когда отец рядом. - Почему? - Потому что я ненавижу отца и ненавижу себя. Сестра хотела что-то сказать, но умолкла. Она безостановочно теребила подол своей ночной рубашки. Шото, пытаясь держаться ровно, обошел сестру и ушел к себе в комнату. *** Занятия сегодня начинались с самого утра. Это было на руку Тодороки - так он быстрее мог уехать из дома. Уроки прошли как обычно. Шото старался вникать в объяснения учителей, но не мог долго сконцентрироваться из-за боли - ожог он так и не обработал. Но парень был благодарен хотя бы за то, что мог сидеть в стабильном положении и не сильно беспокоить тело. Неприятности начались после обеда, когда пришло время тренировок. Пытаясь избежать вопросов от одноклассников, Шото не стал переодеваться в общей раздевалке, а добежал до общежития, пропустив обед. Когда он прибыл на место тренировки, все посмотрели на него с неприкрытым любопытством и сочувствием. Изуку выглядел так, будто был чем-то напуган. Он взял под руку Шото (хорошо, что за правую) и отвел на несколько шагов от класса. - Шото, извини за прямолинейность... Может, я что-то надумываю, но... С тобой все хорошо? - спросил тихо Мидория. Шото постарался сделать максимально нейтральное лицо, чтобы наглядно продемонстрировать, что все в порядке. - Да, все хорошо. - Почему ты пропустил обед? - Я забыл форму в общежитии, - соврал Шото. - Но ты же сегодня весь день носил сумку с формой, - не отставал Изуку. - Я забыл обувь... Изуку бросил еще один понимающий взгляд, кивнул и отошел к подозвавшей его Урараке. В это время подошел учитель Айзава, построил всех в несколько рядов и глухим голосом объяснил задание на сегодняшнюю тренировку: - Сейчас вы посмотрите, на что способна ваша причуда в необычных условиях. Для этого я разобью вас на команды по несколько человек. Один из вас своей причудой создает и поддерживает условия, помогая остальным выработать новые стратегии боя. Потом поменяемся. Сейчас оглашу список команд. Неторопливым голосом Айзава начал собирать команды. Шото практически не слушал учителя, пока слух не уловил собственное имя: - Шото Тодороки, ты создаешь лед для Мины Ашидо и Тсую Асуи, пока они тренируются работать в таких условиях. Позже я подойду к тебе и попрошу использовать огонь. Огонь. От этого слова Шото как будто бы стало хуже. Он попытался унять внутреннюю дрожь, обхватив себя руками, и кивнул учителю. Тренировка началась. *** - А теперь можешь сделать штуку типа горки, чтобы я могла посмотреть, как использовать кислоту для скольжения по льду! - крикнула Мина, приняв зачем-то боевую стойку. - А мне что-то вроде отвесной скалы, я бы попрактиковалась в альпинизме, - попросила Тсуи. Со всех сторон доносились крики, возгласы, пыхтения, звуки борьбы и взрывы Бакуго. Краем глаза Тодороки видел, как Изуку и Маширао пока что безуспешно пытаются пробить укрепление Эйджиро. Класс был погружен в тренировку. Шото создал для Мины ледяную горку и осознал, что уже не чувствует правую руку. Вчерашний бой с отцом не прошел бесследно. Он взял правую руку в левую, пытаясь ее согреть, но ничего не вышло. Изо рта вылетело облачко холодного пара. Мина вовсю уже каталась с горки, ускоряясь с помощью кислоты. Тсуи же терпеливо ждала своей скалы. Шото был уже на пределе, хотя от начала занятия прошло всего ничего. Он вскинул руку, чтобы выпустить хоть немного льда, но осознал, что способен только пустить по телу тонкий слой инея. Тодороки попытался двинуть посиневшими пальцами, сжать руку в кулак, унять дрожь во всем теле, но ничего не получалось, даже после прогрева теплом левой руки. Шото попытался сохранить спокойное лицо, но, когда Тсуи подошла ближе, понял, что провалился в этом деле. - Все хорошо? - спросила она, протягивая руку Шото, но тот резко дернулся от нее, отойдя на пару шагов назад. Девушка вопрошающе взглянула на Тодороки и смущенно отвела руку от парня. - Я в порядке. Просто нужна передышка. Тсуи кивнула и всем своим видом показала, что готова ждать столько, сколько нужно. Шото в очередной раз собрался с мыслями и начал готовить ледяную стену. Если основание ее оказалось еще сносным, то выше поверхность становилась менее прочной. Рост скалы резко прекратился. Шото почувствовал, что все вокруг него вертится. Но одно он видел точно - Тсуи ждала от него большего. Все ждут от него чего-то практически нереального, преодоления себя. Плюс ультра. Никто из них, даже родной отец не спрашивал, может ли Шото это сделать. Все привыкли, что Тодороки по умолчанию может все. Но он мог не все. Далеко не все. Откуда-то со стороны послышался голос Мины: - Я уже тут все окислила! Нужна новая горка, Шото. Растопи эту своим огнем, иначе тут места не хватит. Огонь. Опять этот чертов огонь. Все требуют. Он должен. Он - будущий герой. А все ли требуют? Может, только отец? Тсуи все еще терпеливо стояла в стороне, оценивающим взглядом осматривая ледяную скалу. Ей явно не нравилось то, что она получила. Нужно исправить. Шото поднял правую руку, но вдруг пошатнулся. Тсуи повернулась в сторону Тодороки, встрепенулась и что-то спросила, но парень ее не слышал и не видел - все заволокло каким-то темным дымом, через который нельзя было ничего разглядеть и расслышать. Шото тяжело выдохнул, завалился на бок и больше ничего не чувствовал. *** Прошла вечность. А может быть, несколько секунд. Времени будто не существовало. Мысли текли вяло. Шото не хотел вылезать из этого состояния, но ритмичные похлопывания по щекам очень раздражали. Тодороки был уже в сознании, но не мог открыть глаза. Сначала прекратились хлопки. Потом почувствовались касания - к плечу, к спине, к коленкам. А после сквозь толстую мембрану просочились звуки. - Учитель Айзава, он просто делал для нас ледяные штуки, как вдруг упал! - заверещал женский голос. - С ним явно что-то было не так еще до тренировки, я заметил это. - уже мужской. - Что случилось с Двумордым? - крик издалека. - Какой он синий! Это с его причудой что-то не так? - Боже, да у него огромный ожог на плече! - Может, дать воды? Или нашатырный спирт? Пульс проверяли? Все опять начало затихать и превратилось бы в монотонный звук, если бы Шото внезапно не встряхнуло. - Мезо, неси его аккуратнее. Исцеляющая Девочка должна быть на месте. Дальше пустота, небольшая встряска, и вот Шото медленно открывает глаза на койке в медкабинете. Над ним склонились обеспокоенные лица Исцеляющей Девочки, Изуку, Ииды, Мезо, Мины и Тсуи. - Ты... как? - спросил осторожно Мидория. Шото хотел ответить, но сил пока на разговоры пока не нашлось. Он медленно кивнул, следя взглядом за действиями Исцеляющей Девочки. Она убирала с тумбочки какие-то склянки, багровую вату, шприцы. - Ты помнишь, что случилось? - спросила она, разглядывая Шото. Тодороки помнил, но не успел сказать - его опередила Мина. - Ты упал в обморок во время тренировки! Всех перепугал! Учитель Айзава сначала пытался помочь тебе прямо на месте, а потом сказал отнести тебя в медпункт. Изуку и Иида всех всполошили! Бакуго был очень зол, говорил, что ты "тунеядец"! А потом Исцеляющая Девочка тебя исцелила! - практически пропела девушка с таким восторгом, будто только что посмотрела захватывающий боевик. - Мина, тише ты! Шото нужен отдых. - шикнул на Мину Иида. Шото вопрошающе посмотрел на Исцеляющую Девочку, и она, видимо, поняла его без слов. - У тебя обморожение, достаточно сильное. Огромный ожог на плече. Переутомление. И боюсь, изнеможение. Ты когда в последний раз ел? - Вчера утром, - прошептал Шото и вдруг понял, какой же он дурак. Возможно, если бы он не забыл поесть, то всего этого бы не случилось. - Полежишь пока у меня, вечером я оценю твое состояние и, возможно, отпущу в общежитие. А теперь все на выход! Ему нужно поспать! *** - Я сам мог бы дойти.. - начал было Шото, но его перебили. - Я считаю своим долгом тебе помочь, потому что не смог предупредить случившееся, хотя видел твое состояние... - затараторил Изуку и обвил руку Тодороки вокруг своей шеи, чтобы он мог облокотиться. Вокруг не было ни души. Дорогу от школы до общежития освещал свет желтых фонарей. Были слышны лишь медленные шаги Изуку и Шото. Над ними необычайно ярко светили звезды. Тодороки залюбовался ими и не заметил, как Мидори начал что-то говорить: - Поэтому мне кажется, что откладывать разговор нельзя. Скажи, что происходит с тобой? Шото остановился, и Изуку тоже прекратил движение, вглядываясь в лицо друга и пытаясь понять, что таится за этими невозмутимыми глазами. - Зачем тебе это? - спросил Шото. - Потому что я твой друг и хочу тебе помочь. Тодороки вздохнул и, обхватив себя руками, начал рассказывать. Пытаться держать эту информацию нет смысла - все равно когда-нибудь тайна раскроется. И к тому же Шото вдруг почувствовал прилив невероятного доверия к зеленоволосому мальчику, который сейчас смотрит на него так, будто от этого зависит вся его жизнь. - Отец пытается заставить меня использовать огонь больше. Вчера он не давал покоя своими тренировками. Я устал и не успел восстановиться. Вот что произошло. Взгляд Изуку содержал в себе сотни эмоций: от сочувствия и доброты до злости и желания отомстить. Но вместо всяких слов он аккуратно, пытаясь не задеть раны, обнял Шото. От такого у Тодороки перехватило дыхание. - Мы справимся с этим вместе. И плевать, что он Старатель и Герой №2. Он прежде всего твой отец, который должен понять, что из тебя нельзя вылепить то, что хочет он. Я же правильно понял все? Тодороки закивал, не выпуская Мидорию из объятий. И как из нескольких предложений Изуку понял абсолютно всю боль парня? - Если хочешь, в следующий раз можешь переночевать у меня. Будем смотреть видео со Всемогущим! А еще у меня есть редкие фигурки из старых коллекций... - начал было Мидория, но Тодороки его уже не слушал. Ему теперь тепло и спокойно. Огонь теперь будет не обжигать, а уютно обволакивать. Он добьется этого. Они добьются этого вместе.