Your eyes

Утро съемочного дня не задалось изначально. Хан Джисон не то, чтобы проспал съемку собственного клипа на новый сольный трек. Нет, от этого его спас менеджер, заботливо названивавший по 20 раз Джисону, пока тот не встал с кровати. Но времени на сборы оставалось мало. Хан лег рано, надеясь выспаться, но уснуть ему не дали мысли насчет съемок клипа. Так и сейчас, открыв глаза, парень тревожно думал лишь об одном: «Как это снять?». Дело в том, что Джисон, предпочитающий читать рэп в своих треках, обычно принимал на себя в клипах более дерзкий образ. Но сегодня цель съемки состоит абсолютно в другом: показать перед поклонниками милого Хана. Нежно смотреть в объектив камеры? Игриво закусить губу? Имитировать поцелуй, заставляя смущаться поклонников, которые будут смотреть клип? Да, да, и еще раз да. «Нет», — думал Джисон. Он не сможет. За подобными размышлениями он провел все утро, пока они с менеджером ехали на съемочную студию. Конечно, они опаздывали, учитывая, как долго вставал с постели Хан. Но он старательно игнорировал эти мысли, включив в наушниках свою новую песню «Your eyes», на которую как раз сегодня предстояло сделать милый клип. В студии их уже ожидала вся съемочная команда. Пока одна часть персонала выстраивала схемы света под руководством оператора, который в этот же момент пытался вникнуть в комментарии режиссера и явно был раздражен окружающей его спешкой, гримеры тут же кинулись навстречу менеджеру и Хану. Прощебетав что-то про малое количество времени, визажистка усадила Джисона перед зеркалом и, вооружившись плойкой, стала превращать спутанные ото сна волосы парня в милые кудри, пока другая девушка принялась за круги под глазами, скрывая их под слоем косметики. Выйдя из гримерки, Хан еще раз обсудил предстоящие сцены с режиссером. — Как можно больше взаимодействий с камерой, то есть зрителями, понимаешь? — спросил он у Джисона. — Лирика твоей песни располагает. — Мне буквально… милашничать с камерой? — уточнил смутившийся Хан. — Если так можно выразиться, то да, — кивнул режиссер. Повернувшись к остальному персоналу, он громко обратился: — Начинаем съемки! По местам! Все люди вокруг замелькали перед глазами Джисона, визажист в последний раз поправил Хану кудрявую прядь волос и стремительно убежал, оставляя того прямо перед оператором с камерой. — — Начинаем на час позже, Хан Джисон, — взгляд кошачьих глаз заставлял Хана чувствовать себя загнанной в угол мышкой. — Простите, — вежливо поклонился он перед оператором. «Сказать, что проспал? Может оправдаться пробками на дорогах Сеула?» — размышлял Хан над извинениями. Он чувствовал себя виноватым перед оператором. Долгие дни Джисон провел вместе с менеджером за просмотром операторских работ разных людей, чтобы выбрать одного кандидата. Это был очень сложный отбор. И для нервов менеджера и для самого Хана, который на самом деле не сильно понимал, какого оператора стоит искать для съемки его клипа на милую песню. В первый день менеджер уже стрелялся от фраз своего подопечного в стиле «Я не знаю, они все кажутся одинаковыми! Выбирай сам». Но постепенно Джисон втянулся и уже внимательно отсматривал работы операторов, комментируя то, как они сняли клипы. На одном из таких клипов Хан стал столь активно комментировать работу оператора, восторгаясь стилем съемки, что менеджер не выдержал и сказал: — Я созваниваюсь с Ли Минхо. Похоже он тебе приглянулся больше всех вместе взятых. Но на этом их проблемы только начались. Ведь Ли Минхо, чьи работы так понравились Хану, в свои молодые годы уже добился известности. Многие исполнители хотели, чтобы их клипы снимал никто иной как мистер Ли, поэтому у того был плотный график съемок. И чтобы заполучить такого оператора, менеджеру Джисона пришлось очень постараться, чтобы втиснуться в плотный график Минхо. Тот изначально не думал браться за этот проект в силу своей занятости, но менеджер Хана умеет договариваться с людьми. После длительных мучений и переговоров договор на сотрудничество был заключен. И Джисон сейчас чувствовал огромную вину перед Минхо, в чей график он бесцеремонно влез со своим клипом, отнимая время, а потом еще опаздывая на съемку. — Эти извинения нам не помогут восполнить потраченное время, — сказал Ли. — Вам стоит уже приступить к съемкам, мистер Хан, пока я не пожалел, что вписал Вас в свой график. Джисон настолько растерялся от раздраженного тона оператора, что не нашелся с ответом и просто кивнул, занимая свое место на съемочной площадке. Первой сценой режиссер сказал снимать Хана с чашкой чая. Казалось бы, что может быть проще? Перелить из чайника в кружку и протянуть ту к камере, делая вид, что чаепитие происходит с фанатами, которые будут смотреть клип. Сцена простая, но сколько же дублей понадобилось Джисону, чтобы это выглядело аккуратно и красиво, можно с трудом сосчитать. Терпение оператора лопалось с каждым неудачным дублем. То Хан чай разольет по всему столу, то обожжется им и состроит гримасу, то себя испачкает каплями. Но окончательно нервы Минхо сдали при первой разбитой чашке. При дальнейшей разбитой посуде от терпения уже и следа не осталось. — Хан, сосредоточьтесь, пожалуйста, — взмолился даже режиссер. — Извините, я нервничаю, — ответил тот, от чьих рук пострадала вся посуда. — Мне неловко сниматься в таком концепте. — Каком «таком»? — не выдержал Ли. — Это самая невинная съемка с милыми сценами. — Я не привык к такому концепту, — неловко выдал Хан. — Подобного опыта у меня не было. — А какой опыт тогда был? — спросил Минхо. — Ну… — замялся тут же Джисон, взволнованно перебирая руками. — Как бы дерзкий и крутой. Минхо лишь скептически уставился на это нечто дерзкое, что сейчас неловко сидело перед ним и все еще бегло поглядывало на разлитый им чай. Да, «как бы» — ключевое тут слово, подумал оператор. — Что ж, как я понял, ты имел ввиду, образ, — вздохнул Ли, и когда Хан активно закивал, то продолжил: — Имидж крутого и дерзкого рэпера тебе более привычен, понимаю. Прежде, чем согласиться на работу с твоим клипом, я отсмотрел несколько твоих старых, чтобы иметь представление с кем я работаю. От одной мысли, что Ли просматривал клипы с его участием, Хан готов был еще больше смутиться. «Этот человек видел как я могу себя выразительно подать в клипе, а сейчас перед ним растяпа, который не может сняться ни в одном дубле. Вот это позор». — Простите, мистер Ли! Я буду работать усерднее. — Верю в это. И дам тебе совет: просто веди себя более естественно, ты умеешь быть милым, — спокойно заявил Минхо. «Он считает меня милым?» успело пронестись в голове у Хана, прежде, чем режиссер дал команду приступить к съемкам. Дальше дело немного сдвинулось и процесс пошел слаженно. Хан стал менее дерганным и перестал крушить реквизит, а Минхо успешно делал свою работу: ловил все кадры с Джисоном. Переходя от одной локации к другой, Джисон становился все более раскрепощенным перед камерой. Он уже без труда отыгрывал все нужные моменты с флиртом, милой улыбкой и забавными кривляниями. — Ты мило улыбаешься, — прокомментировал Минхо, отсматривая снятые кадры. — Этот дубль вышел превосходным. Если бы Ли говорил это прямо в глаза-бусинки Хана, то заметил бы как они засияли. — Переходим к сцене в студии звукозаписи, — скомандовал режиссер. — Хан, ты должен кружиться в танце перед камерой, как бы представляя, что это происходит с фанатами. Для удобства съемки и синхронизации с оператором, Хан схватил Ли за руки и начал кружиться их в танце. — Так? — спросил парень у режиссера, не обращая внимания на застывшего Минхо. — Да, прекрасно, — ответил тот с улыбкой. — Но боюсь, что руки оператора будут заняты камерой. Тогда Джисон без промедлений положил свои ладони на плечи Минхо. — Удобно? — Хан заглянул в глаза Ли. — Как бы да, — ответил с заминкой оператор, ощущая на себе теплые ладони парня. — Тогда приступаем к съемке. Однако как только заиграла музыка, Хан не справился с попаданием в ритм и его ноги нашли ноги оператора, чуть ли не сплетаясь с ними. — Стоп! — Минхо чуть покачнулся, но Джисон крепко его продолжал держать за плечи. — Ты ритм музыки слышишь? Мы так упадем с твоим танцем. — Извините, танцевальные плавные движения не моя стихия, — признался Хан. — Вальс знаешь? — внезапно спросил Минхо. — Чего? — Джисон уставился на оператора, не понимая, что тот от него хочет. Минхо тут же вздохнул, терпеливо отложил камеру и взяв за плечи Джисона, прокрутил того под счет раз-два-три в вальсе. — Запомнишь ритм? Или мне тебя еще вальсу научить? Хан чуть было не кивнул, соглашаясь такому предложению, но тут же опомнился и ответил: — Понял, давай снимать. Далее работа пошла более успешно: Хан справился с танцем, режиссер продолжал объяснять следующие сцены, которые смогли быстро и слаженно отснять. В ванной комнате они тоже успешно продолжили съемки. Джисону нужно было мило кривляться, пока он чистит зубы, рисовать сердечки на запотевшем зеркале и посылать воздушные поцелуи в камеру. Минхо стойко продолжал снимать Хана, когда тот разбрызгивал воду для кадра, хотя Ли очень хотелось при каждом всплеске отпрянуть от капель подобно недовольному коту. После было принято решение прерваться на обед и устроить недолгий перерыв. Предстояли съемки с едой, поэтому во избежания съеденного реквизита, Джисон торопливо ел, словно белка с набитыми щеками. Режиссер беседовал с менеджером Хана, обсуждая уже отснятый материал и читая сценарий клипа. После еды Джисона окружили визажисты во главе со стилистом, чтобы сменить образ. Теперь парень был в белой рубашке расстегнутой на несколько верхних пуговиц и фартуке. Отсняв простые сцены, где Хан готовит панкейки и выкладывает их на две тарелки, они приступили к более интересным кадрам. Джисон как-будто перестал быть тем стеснительным парнем перед объективом камеры и сейчас уверенно флиртовал. Он ловко поливает кленовым сиропом панкейки, а после макает палец в сироп и слизывает сладость, гипнотизируя сексуальным взглядом камеру. — Снято! Минхо готов был вздрогнуть от команды режиссера, настолько он погрузился в процесс съемки. Он не мог не отметить, насколько Хан выглядел уверенно в этом кадре. И красиво. — Теперь попробуй изобразить как ты тянешься за поцелуем, — объяснял режиссер Джисону. Хан принялся тянуться через стол по направлению к камере, ласково смотря в объектив. Со стороны это может и выглядело мило и невинно, но Минхо, наблюдавший через камеру, всю картину целиком, мог возразить. Наклоняясь в расстегнутой рубашке, Джисон демонстрировал слишком много оголенной кожи. — Может застегнешь хотя бы еще пару пуговиц, а то перебор получается, — прервал съемку Минхо и усмехнулся: — А то твои фанаты не выдержут. — Ага, или вы, мистер Ли, — решил пошутить Хан, застегиваясь. «Куда делся тот скромный парень?» подумал оператор, удивляясь насколько обаятельным и уверенным может быть Джисон. Хан принялся повторять те же движения перед камерой: вот он наклоняется к камере, одаривает ее с оператом милой улыбкой, А Минхо уже готов поплыть как масло на горячих панкейках. Застегнутые пуговицы рубашки Джисона не делали сцену проще. Оператору хотелось в финальный момент кадра убрать камеру между ним и Ханом, когда тот максимально близко приблизился своими губами. — Снято! Молодец, Хан, — похвалил режиссер, негромко хлопая удачному дублю. Кто бы еще поаплодировал выдержке Минхо в этой съемке. Включив весь свой профессионализм, Ли принялся вместе с персоналом по свету, готовить следующую площадку к финальной съемке в спальне. Указывая работникам на софтбоксы, оператор корректировал схему света, пока Джисон снова переодевался. В этот раз образ был более уютным и домашним: парень был в обычных пижамных штанах и огромной толстовке. Минхо готов был признать, что Джисону очень идет. Они быстро отсняли сцены как Хан играет в приставку, набивает щеки сладостями, а потом начинается кидаться попкорном в камеру. После забавной сцены следовали милые кадры сонного Джисона. Хан мог бы признаться, что стоит ему лечь на кровать, как ему не нужно играть образ засыпающего парня, его глаза уже сами по себе закрываются. Единственное, что не давало ему покоя: застрявший попкорн в волосах оператора. Поэтому он протянул руку к лежащему напротив Минхо с камерой и провел по его волосам. Конечно, Ли не впервые в такой ситуации, где он лежит с парнем в кровати и его гладят по голове, но ощущения от нежного прикосновения Джисона ощущаются иначе. — У тебя попкорн в волосах, — пояснил Хан свои действия. Хотя будь парень немного честнее с самим собой, то он бы понял, что смахивая попкорн с волос оператора, он невольно задержался рукой в волосах Ли. Минхо впервые улыбнулся за этот съемочный день Джисону и благодарно кивнул. — Последняя сцена на сегодня, — начал режиссер, сверяясь с сценарием и часами на своей руке. — Хан, бери с кровати плед и подкидывай его вверх, путайся в нем, заворачивайся и накидывай его на себя и камеру одновременно. Джисон послушно следовал указаниям. Хватая плед за края, парень встряхнул его, а после закутался в него как в платок. В кадре все кривляния Хана смотрелись мило. Даже дубль, где Джисон случайно запутался в пледе и чуть не упал, режиссер с оператором признали хорошим и решили оставить для клипа. — Раз, два, три, кидай плед на камеру! Хан одним взмахом пледа накинул ткань на Минхо с камерой и заодно себя, полностью скрывая их от остального персонала. Одаривая камеру нежной улыбкой, Джисон медленно приближался, как бы приобнимая того, кто должен держать камеру. По сценарию клипа подразумеваются поклонники, но на деле Хан приобнял Минхо, касаясь кончиками пальцев плечей парня. — Снято, — тихо сказал оператор, почему-то не желая, чтобы кто-то его услышал, кроме Хана. — Не жалеете, что вписали меня в свой график, мистер Ли? — - шепотом спросил Джисон, щекоча своим дыханием ухо Минхо. — Ммм… не думаю, — Ли действительно сейчас не думал. Мозг отказывался работать, когда привлекательный парень флиртует с тобой шепотом. — Не жалею. — Тогда я позвоню, — сбивчиво ответил Хан, делая у себя пометочку в голове взять номер оператора у своего менеджера. Парень не дал времени ответить Минхо и тут же сдернул с них плед. Яркий свет софтбоксов ударил в глаза Ли, ослепляя на пару секунд и заставляя зажмуриться. Открыв глаза, Минхо увидел как Джисон уже подошел к режиссеру и менеджеру, обсуждая с ними проделанную работу. Минхо ни разу не пожалел, что решил согласиться на этот проект. По окончанию съемочного дня, парень был готов взвыть от усталости в ногах, а также боли в плечах от тяжелой камеры. Но парень правда любит свою работу, привык к долгим съемкам и ко всяким трудностям. Никакая боль в ногах и усталость в теле не заставит Ли променять работу оператора на что-то другое. Да, иногда условия работы не удовлетворяют, встречаются проблемные клиенты и прочие неприятности, но плюсов все же больше. Как минимум, знакомство с новыми и творческими людьми. И как минимум, эта работа дала шанс встретить Джисона. Минхо ни за что не жалел, что так долго ждал Хана, опоздавшего на съемку и отнявшего его время. Время — самый ценный ресурс для Ли, учитывая его занятость и очереди клиентов к нему. Но теперь Минхо уверен: каким бы ни был плотным его график, он найдет в нем место и время для милого парня по имени Джисон.