Пять недель осени

      Пирса больше не интересовал вопрос, куда именно они с Тарой идут, всё равно эти мгновения казались настоящим сном. Как неожиданное знакомство могло перерасти во что-то такое фантастическое? Все эти мысли и вопросы лучше оставить бессонную ночь размышлений, а пока что мужчина покорно шёл на полшага позади девушки, которая крепко сжимала чужие пальцы в своих и загадочно улыбалась.       После достаточно долгой прогулки, которая заняла не менее тридцати минут, они вышли на большую поляну, где Тара наконец-то отпустила спутника, скинула с плеч рюкзак, достала толстую подстилку, больше похожую на огромный спальник, и застелила её сверху пледами. Также из сумки был вытащен пакет с фруктами, бутылка вина и маленькая портативная колонка.       — Пикник? — спросил смущённый Пирс. Он резко почувствовал себя какой-то дамой, которую пригласили на романтический ужин на природе.       — Мой человек и природа — это всё, что мне нужно, чтобы насытиться энергией, — процитировала Тара, а мужчина даже сразу и не понял, что цитировали его недавние слова. — Как минимум — взять подстилку и уйти в лес вечерком. Устроить мини пикник, немного алкоголя и закусок. Разговоры, воздух, звуки природы, потом звёзды… — девушка замолчала, по спине Пирса побежали мурашки, а внутри что-то томно заныло. Он прекрасно помнил, что было дальше по тексту и так интригующе скрыто за хитрой улыбкой. Объятия и поцелуи. На мужчину обрушилось понимание того, какой Тара была внимательной, раз запомнила сказанные слова. И какой заботливой, раз смогла всё это организовать.       — Тара, я…       — Это ещё не всё, — перебила девушка, отходя на несколько шагов назад. — Скоро начнёт темнеть, а я бы хотела показать тебе ещё кое-что. Тут недалеко, идём. Пирс последовал за девушкой, мысленно переживая за оставленные на поляне вещи. Но переход действительно не занял много времени, а ещё на подходе мужчина открыл от удивления рот, закидывая голову назад и рассматривая макушки могучих деревьев. Через пару минут они настигли цель.       — Нихрена себе, — вырвалось у Пирса, пока он кружился вокруг своей оси, рассматривая просто богатырские деревья.       — Эта роща секвойи. Самое высокое дерево было зафиксировано в 2006 году, его высота достигла ста пятнадцати с половиной метров, представь себе! Я бываю тут иногда, это место помогает мне почувствовать себя крошечной, а мои проблемы мелочными. Вот уж воистину одно из мест настоящего могущества. Просто попробуй прочувствовать, — Тара мягко прикоснулась к чужому плечу, а потом направилась вперёд по тропинке, предоставляя Пирсу побыть наедине с этими великанами. Мужчина запрокинул голову, разглядывая макушки деревьев. Удивительное совсем рядом, а он и не знал. Сколько ещё подобных мест и вещей, которые удивляют и завораживают? Какую кроху он уже успел посмотреть и сколько невероятного упустил? Правда же, что у него есть огромное количество времени, чтобы наверстать? Пирс опустил голову, оставляя ответы не сформулированными, но зафиксированными в голове, и отыскал взглядом свою спутницу. Тара бродила в нескольких метрах, примеряясь к широкому стволу одного из деревьев. Она то ли пыталась обнять его, то ли измеряла руками диаметр, но выглядело это довольно-таки забавно, поэтому Пирс рассмеялся и подошёл ближе.       — Меня обнять гораздо проще, — не задумывая сказал он.       — Обязательно проверю это чуть позже. И, надеюсь, не один раз, — широко улыбнулась Тара. — Возвращаемся? — получив кивок, девушка взяла Пирса за руку и повела обратно на полянку, где их ждал импровизированный ужин и довольно интригующее времяпрепровождение.       Неловкость отступила с первым бокалом вина. Как только алкоголь смазал все мысли и трепетные переживания, сразу стало легче дышать. После второго же отвечать на вопросы любого формата и тематики стало гораздо легче.       — Если бы у тебя была возможность снять кино, в каком жанре был бы фильм? — спросила Тара, когда они решили сделать перерыв в гастрономии и улеглись на спину, наслаждаясь моментом.       — Вау, твои вопросы всегда такие оригинальные, — Пирс коротко хохотнул, а потом задумался. — Я бы снял драму в жанре «фэнтези». Две воюющие фракции, допустим маги и воины, не могут ужиться в вымышленном мире и постоянно конфликтуют. Естественно, главные герои будут врагами, но им придётся пройти длинный и тяжёлый путь от ненависти к большой любви. Обещаю много препятствий и драмы.       — И почему ты не режиссёр, а? — с неподдельным восторгом в глазах воскликнула девушка. — Собрал всё самое крутое же! Это был бы блокбастер, Пирс! Если не заявишь о себе в кинематографе, то настаиваю, чтобы это случилось в мире писательства! Крутые идеи должны находить своих зрителей или читателей!       — Ой, да ладно тебе, скажешь тоже, — мужчина бездумно переводил взгляд с одной кроны дерева на другую, не имея возможности сфокусироваться на чём-то определённом. Конечно, слова Тары его смутили, но сейчас было слишком хорошо, чтобы заморачиваться на этот счёт. Он будет просто наслаждаться этим сказочным вечером. — А что бы сняла ты?       — Что бы сняла я… — теперь пришла очередь её задумываться, будто она даже не подозревала, что этот вопрос может быть переадресован. — Когда я в детстве хотела стать режиссёром, думала, что буду снимать артхаус и только его. Фильмы о жизни, такой какая она есть. Наверное, в то время я чувствовала себя великим философом, — она коротко посмеялась. — Сейчас меня не тянет на подобный жанр. Поэтому, будучи режиссёром, я бы сняла твой фильм!       — Так нечестно! — возмутился Пирс, легонько толкая хохочущую девчонку. Его щёки пылали и болели от глупой улыбки, но он всё равно пытался казаться взрослым. — Прояви фантазию!       — Ладно-ладно, — Тара примирительно подняла руки, как бы сдаваясь, а потом опустила их и нашла чужую ладонь, переплетая пальцы. — Я бы сняла триллер о похищении человека с любимыми актёрами. Допустим, одни из них играл бы маньяка, а второй был бы жертвой. Маньяк держал бы жертву в подвале, но они как-то смогли бы привязаться друг к другу. В общем, без психических отклонений в этой идее не обойдётся.       — А финал?       — Определённо хеппи-энд.       — Ну вот, а ты говорила, — Пирс довольно улыбнулся и поднялся. — Давай выпьем за наши истории, м?       — Ты такой зануда, — шутливо протянула Тара. — Наверняка в университете был старостой?       — Неа, несмотря на хорошие оценки у меня частенько был неуд по поведению.       — Ого! И что же такого делал? Дёргал девчонок за косички? — завязалась новая маленькая перебранка. Молодые люди, отпустив себя, по-детски устроили разборки с рукоприкладством, громкими возгласами и смехом, а когда устали, то вернулись к импровизированному столу, до темноты распивая алкоголь и закусывая фруктами.       — Захотелось задать более личный вопрос, — вдруг сказала Тара. Они снова улеглись на подстилке плечом к плечу и наблюдали за тёмным небом, на котором уже начали зажигаться первые звёзды. — Я ходила вокруг да около, но теперь хочу задать в лоб. Какая у тебя мечта?       Пирс молчал, а девушка снова переплела их пальцы и мягко погладила тыльную сторону ладони мужчины, как бы прося быть смелее.       — Если честно, я мало мечтаю, — наконец-то заговорил Пирс. — Я мечтаю о семье, хотя раньше всегда ставил в приоритет работу. Прошло несколько лет, а у меня так и нет близких людей. А карьера осталась на том же месте, ничего не поменялось. Не хотелось бы, чтобы в старости единственным близким человеком был директор, — он замолчал, но Тара не спешила отвечать, будто ждала продолжения откровений, и не ошиблась. — А ещё мне жаль самого себя, потому что даже в самые сложные времена я могу заботиться о себе только сам. Сам при лихорадке искал по городу жаропонижающее, сам ходил за продуктами, когда ходить нельзя было в принципе и так далее. Я помогаю многим, но нет никого, кто поможет мне. Поэтому я мечтаю о семье.       — Да, близкий человек рядом — это самое лучшее, что может произойти в жизни. Семья даёт заботу, поддержку, любовь, а работа может только потрепать нервы и не дать тебе умереть голодной смертью, — подала наконец голос Тара. — Пусть твоя мечта обязательно исполнится, я очень этого хочу. А что насчёт детей? Мечтаешь о них?       — Нет, я не уверен. Пока что не чувствую себя тем, кто сможет давать нужное ребёнку. Для начала хотелось бы потренироваться на любимом человеке, — Пирс засмеялся. Удивительно, какое-то время он вообще не думал о крепких отношениях, а теперь не мог думать ни о чём другом.       — Любимая станет подопытной?       — Просто хочется расходовать свою энергию и хорошие качества на одного человека. Я из тех людей, кому достаточно одного человека для счастья.       Пирс почувствовал движение рядом, а потом его губ коснулось что-то тёплое и терпкое. Со вкусом вина и винограда. Но он плохо распробовал, поэтому хотел бы повторить.       — Ещё раз, — прошептал он, закрывая глаза.       — Я хотела поблагодарить тебя за откровенность, — послышался тихий смешок где-то над левым ухом.       — Так поблагодари, как положено.       Поцелуй оказался фантастическим. Потому что он был желанным. Именно поэтому губы Тары казались такими мягкими и сладким, но напористыми. Именно поэтому руки Пирса обвились вокруг плеч девушки, дабы не дать ей возможности отстраниться. Только поэтому нежное прикосновение в мгновение превратилось в яркий горячий пожар, от которого все внутренности вспыхнули страстью. Хотелось поддаться ему, сгореть заживо, забыть обо всём. Первым застонал сам Пирс, собственный звук отозвался выстрелом прямо в голову. Тара завалилась на бок и тяжело дышала, сам же мужчина даже не смел открывать глаз. Он прекрасно чувствовал, какая реакция и души, и тела была на поцелуй, но жалеть о содеянном даже не думал.       — Эй, Пирс, смотри, — послышался тихий голос совсем рядом, спустя долгие минуты тишины. Пирс открыл глаза и проследил за уже еле видимой в темноте ночи рукой. Тара указывала на небо, которое было усыпано звёздами, а потом снова перевела взгляд на парня. — Красиво, скажи?       — Да, — ответил Пирс, не открывая взгляда от немного светящегося профиля. Тара сейчас действительно была так красива… Как это он сразу не заметил, насколько она привлекательна?       — Продолжим серию вопросов, — не заметив пристального внимания, бодро сказала девушка. — Если бы ты открыл свою звезду, как бы ты её назвал? Чьим именем?       — Всё просто — именем своего человека, конечно. Либо выбрал две и дал наши имена, как пары.       — Видел! — воскликнул неожиданно Тара, заставляя сердце Пирса болезненно ёкнуть. — Звезда упала! Любишь загадывать желания?       — Нет. Сколько бы я желаний не загадывал, причём были периоды, когда я яро верил в подобное, но умышленно загаданные вещи с пылающим сердцем никогда не сбывались, даже наоборот. Из-за этого я стал чёрствым и нудным скептиком. Мечты имею, но считаю, что они существуют не для того, чтобы сбываться, а для того, чтобы во что-то верить и жить дальше.       — Мои мечты сбывались и довольно часто, — ответила Тара. — Возможно из-за того, что я порой загадываю обыденные вещи. Часто, когда я загадываю желание, я будто уверена на сто процентов, что оно сбудется и потому не удивляюсь по итогу, когда получаю желаемое.       — Какая же это тогда мечта? — фыркнул Пирс.       — Моя! И не переспоришь, — девушка быстро чмокнул в уже приоткрывшиеся для ответа губы, срывая тихий выдох. — Отлично. Следующий вопрос…       — Может, хватит разговоров?       — Нет, мне интересно, — Тара снова чмокнула мужчину, даже в темноте замечая устремлённый на неё дикий взгляд. — Ладно, если ответишь, я тебя поцелую.       — Спрашивай.       — Это не совсем вопрос. Опиши свое идеальное первое свидание, а потом, допустим, одиннадцатое.       — Ой, ну первое будет весьма тривиальным, — легко начал отвечать Пирс Грей, неосознанно прижимая собеседницу к себе ближе, — надо встретиться, пообщаться и заинтересовать, поэтому на первом месте будет общение. Кафе и прогулка в парке, я думаю. Ничего такого. Я должен немножко узнать человека и понять, чем его удивить. А вот на одиннадцатом свидании самое время приоткрыть свой шкаф со скелетами и приправить встречу перцем. Это будет что-то страстное и непохожее на меня, самое время покрасоваться с другой стороны. Ну а если просто идеальное, то я тебе не расскажу подробности. Но начало было бы в автобусе. Мы бы покидали шумный город, держась за руки, с трепетом и адреналином в сердце.       — Мы?       — Я и мой тот самый человек.       Оба засмеялись, а вскоре звонкие голоса утонули друг в друге в очередном поцелуе. Ощущая очередную волну жара внутри, только теперь совсем другого, не пожирающего душу и тело, а наоборот, ласкающего каждую нервную клетку, Пирс яро захотел узнать ответ и от Тары. Узнать и претворить в жизнь каждое слово этого человека.       — Моё свидание… — задумчиво протянула девушка, когда Пирс всё же хрипло задал вопрос. — С первым согласна, тут особо не разгуляешься. И многое зависит от того, насколько мы уже будем близки с этим человеком, сколько знаем друг друга. Если бы мы только познакомились, то было бы достаточно прогулки в парке для первого раза, а если мы предварительно общались и узнавали друг друга, то тут явно нужно было бы что-то более занимательное. Скорей всего, это было бы что-то развлекательное. Короткая поездка на природу опять же, поход в кино или театр, может что-то более современное, чтобы отвечало интересам обоих. А если говорить об одиннадцатом… Это был бы романтический ужин в ресторане на крыше высокого здания, где мы бы вкусно поели и насладились видами, а потом отправились бы домой, напились бы и валялись в кровати, болтая и целуясь до умопомрачения.       — Мм, занятно, — задумался Пирс, но особо подумать ему не дали, снова завладевая вниманием и даря миллионы маленьких оргазмов его клеткам.

***

***       Всю неделю до пятой, символически последней встречи с Тарой Пирс места себе не находил. Он достал абсолютно всех, кого мог. Джеймс даже чуть не пустил кулаки вход в очередном конфликте, но когда узнал, что его коллега просто-напросто влюбился, то тут же пригласил тем же вечером выпить в бар и потребовал подробного рассказа. Естественно, Пирсу пришлось явно приукрашивать и менять свою историю, но и толк от товарищеской посиделки явно был — получилось наконец-то прикинуть краткий план действий, и не только. За неделю мужчина успел обновить свой гардероб, разбавляя скучные вещи цветными и модными красками, посетил парикмахерскую, меняя свою прическу на более молодёжную, и даже подобрал для себя парфюм. Тара была заводной, весёлой и милой, хотелось ей соответствовать. И гармонировать. Пирс тихо рассмеялся над собой. Как же его взбудоражила едва знакомая девчонка. Зажгла жизнь внутри неудавшегося суицидника. Сейчас мысли о смерти казались какими-то глупыми, уродливыми и далёкими, будто это не сам Пирс стоял на краю обрыва месяц назад, а просто где-то подсмотрел в фильме, и теперь кадры мелькали в воспоминаниях. Наконец, мужчина стоял на том самом месте, которое стало уже символичным и родным, и ожидал Тару. Встреча с ангелом, как про себя последние дни начал называть девушку Пирс, сопровождалась широкой улыбкой и нежным поцелуем. Всего лишь касание, движение губ на губах, а внутри всё перевернулось, сделало сальто, а потом встало с ног на голову.       — Привет, — хохотнула Тара, когда ей позволили выбраться из объятий. — Отлично выглядишь.       — Ты тоже. Поехали, — ответил Пирс, открывая перед девушкой дверь авто, но та не пошевелилась, удивлённо хлопая глазами. — Я хочу отвезти тебя кое-куда.       — Пирс, я…       — Это недалеко. В безлюдном месте. Пожалуйста.       Тара села в машину и пристегнулась, но казалась какой-то напряжённой и расстроенной. Не так себе представлял свой сюрприз Пирс, но пути назад уже не было, он сможет удивить её. Обязательно это сделает. Дорога заняла действительно каких-то пятнадцать минут. Пирс просто объехал часть парка по трассе и заехал с другой стороны, поднимаясь по бездорожью выше по склону. Накануне он уже проверил это место и надеялся, что их сегодняшнее свидание не испортят дожди. В противном случае придётся вызывать службу спасения, так как его машина не приспособлена к таким маршрутам и справится только с сухой дорогой. Благо, до конца пути они добрались благополучно. Пик холма был практически ровным, погода стояла безветренная. Пирс довольно улыбнулся, чмокнул молчащую всю дорогу Тару в щёку, отстегнул её ремень и улыбнулся.       — Мы приехали. Приглашаю тебя в ресторан на крыше высокого здания, — пока девушка в шоке озиралась, сам Пирс быстро вышел из машины, достал из багажника два походных стула и столик и со второй «примерки» места, установил основную мебель импровизированного ресторана. — Надеюсь, ты любишь азиатскую кухню, потому что пицца бы горячей не доехала точно, — мужчина извлёк из багажника пакет с заказанной из знаменитой доставки едой, бутылку вина и одноразовую посуду.       — Я же не сплю? — глупо спросила Тара, хлопая ресницами и кидая взгляд то на стол, то на Пирса.       — Нет, всё по-настоящему. Я приглашаю тебя на идеальное свидание, — мужчина оставил пакеты на столе и подошёл к девушке, обнимая её за талию и с улыбкой смотря чуть сверху вниз. — Дорогой ресторан на высоком этаже, помнишь?       — Помню.       — А после обнимашки в кровати до рассвета.       — Уверена, я сказала не так, но твой вариант тоже неплох, — Тара наконец-то видимо расслабилась и тихо засмеялась, оплетая руками шею Пирса. Его глаза заблестели.       — Если ты не против, то мы сможем потом поехать ко мне, — окончание предложения утонуло в тягучем и смазывающим все мысли поцелуе. Каждый раз, когда Тара касалась Пирса, тот забывал обо всём мире и хотел только, чтобы этот сон не прекращался. А потом прикосновение заканчивалось, он открывал глаза и в миг понимал, что это его реальность. Чувствительная и трепетная. Счастливая реальность.       — Я живу ближе, — выдохнула в чужие губы Тара, — но сначала вкусная еда и алкоголь.       Каждый хоть раз в жизни мечтал о том, чтобы какая-нибудь сцена из кино оказалась реальностью. Пирс Грей, сухарь из отдела продаж бытовой техники, мечтал о романтическом ужине с любимым человеком где-нибудь на природе. И его мечта сбывалась прямо у него на глазах. А самое главное он был главным персонажем этого праздника. Они сидели на огромном каменном выступе до позднего вечера. Еды и закусок давно уже не осталось, вино бурлило в крови, туманя разум, губы горели от поцелуев, а в глазах мерцало ночное небо. Когда свежий воздух стал морозным, Тара предложила пойти к ней.       Выбираясь из тёмного леса и крепко держа за руку свою (а именно так он решил называть Тару) девушку, Пирс чувствовал иррациональную смесь приятного волнения и тревоги. Возникало ощущение, что с каждым шагом вперёд что-то неумолимо менялось, приближалось глобальное. Он не смотрел куда его ведут, не понимал сколько времени заняла дорога, а когда оказался внутри старой хижины, похожей на домик лесника, он даже не решился анализировать скромность помещения. Он просто покорно поднялся на второй этаж за Тарой, лёг рядом с ней на скрипучую кровать и погрузился в незатейливый разговор, прерываясь только на смех и смесь из нежных, игривых и страстных поцелуев.       — У меня получилось исполнить твоё идеальное свидание? — спросил Пирс, спустя несколько часов. Сколько длится это безумие? Кажется, что долю секунды.       — Да, спасибо тебе, — с какой-то грустной улыбкой ответила Тара, ласково водя кончиком пальцев по лицу мужчины.       — Отблагодаришь ответным свиданием, — хохотнул Пирс, ловя холодные пальцы и мягко целуя фаланги. — Теперь мы можем встречаться не только по выходным? Это последняя, пятая лечебная встреча. Давай закончим её там, где начали? Оставим этот кусочек возле пропасти и начнём всё сначала.       — Я сама хотела предложить что-то подобное.       Снова ночная прогулка, в этот раз на удивление Пирса совсем короткая, и вот они уже снова стояли на краю того самого обрыва, где несколько недель назад измученный и уставший мужчина решил покончить со своей мучительной для него жизнью.       — Пирс…       — Позволь мне сказать первым, пожалуйста, — прервал Тару Пирс Грей, глубоко вдыхая и поворачиваясь к собеседнице. С выдохом он взял обе руки девушки в свои и выдавил из себя волнительную улыбку. — Я так много хочу тебе сказать, и не знаю, как подобрать правильно слова. Дурацкий алкоголь мне не помогает, — выпустив нервный смешок, он всё-таки собрался. — Пять недель назад я стоял на этом самом месте и был уверен, что у меня только один выход стать свободным и счастливым — это смерть. Но тогда появилась ты и перевернула мою жизнь с ног на голову. В первую очередь я хотел тебе сказать за это спасибо. Признаю, я не верил в то, что у тебя получится изменить меня и мой мир, но ты, чёрт подери, сделала это! — мужчина неосознанно перешёл на повышенный тон, давая возможность эмоциям выплеснуться наружу. — Ты показала мне, что такое забота и поддержка. Интересовалась не моей работой, а мной лично. Всегда выслушивала меня и прислушивалась, делала сюрпризы, да я ждал наших встреч, как Манну небесную! Я никогда в жизни ещё не хотел так сильно жить, Тара. Спасибо тебе за это.       — Пирс… — снова попыталась вставить слово Тара, на глазах которой появилась влага.       — Подожди, это ещё не всё, — Пирс тоже позорно шмыгнул носом и отрывисто хохотнул. Почему в глазах напротив столько горечи и сожаления, если он собирался признаться этому человеку в любви? Набрав в лёгкие воздух, он выждал пару секунд, а затем наконец решился: — Я люблю тебя, Тара. Я хочу, чтобы мы были вместе, а наши встречи больше не носили порядковые номера. Люблю тебя и хочу жить. Давай будем вместе?       — Я не могу, — печать в глазах девушки только усилилась под давлением чужих признаний. Пальцы, всё ещё находящиеся в плену других, дрогнули и высвободились из захвата.       — Почему?       — Потому что меня не существует.       — Что? — Пирс почувствовал, как земля ушла из-под ног, и покачнулся. Это что, злая шутка? Зачем она так? — Что за бред? Если я тебе не нравлюсь, так и скажи, — что-то чёрное, липкое и противное начало распространяться по телу, завладевая мужчиной. Неужели опять. — Зачем?       — Пожалуйста, послушай теперь ты меня! — увидев что-то в глазах Пирса, Тара дёрнулась вперёд, но дотрагиваться до него не стала. — Ты был в отчаянье. Ты стоял на краю. Физически ты был готов сделать шаг, но твоя душа кричала о помощи.       — И что? Явилась ты? Не похожа на призрачного рыцаря в доспехах, — нервно фыркнул Пирс, делая два шага назад. Если это грёбаный сон, то теперь он уже хочет проснуться.       — Я — плод твоего воображения. Ты кричал о помощи и сам же создал меня, чтобы помочь.       — Бред, — не желая больше выслушивать подобную хрень, мужчина повернулся и собирался уйти, но его руку схватили и дёрнули обратно. — Пусти меня!       — Пожалуйста, поверь! Я искренне тебя люблю и мне не всё равно, что с тобой будет, — Тара подняла руку Пирса и слегка коснулась губами тыльной стороны ладони. — Поэтому я не могла ходить с тобой на нормальные свидания или встречаться в людной части парка, потому что посторонние бы просто посчитали тебя ненормальным. Меня видишь только ты.       — Плевать, — Пирс грубо высвободил свою руку из захвата, затем схватил Тару за плечи и приблизил своё лицо к ней. — Хорошо, допустим, ты права. Но мне плевать. Я могу видеть тебя, разговаривать с тобой, обнимать и целовать тебя. Допустим, я поверю во всю эту мистику, фантастику или что-то ещё, но я всё равно хочу быть с тобой.       — Я не могу, — отчаянно застонала Тара, отчего в груди поднялась настоящая буря. Пирс почувствовал, что вот-вот заорёт во всю глотку. Или заревёт как девчонка.       — Почему? Потому что у нас было отведено только пять недель?       — Потому что мой грех искуплён, — Тара наклонилась и коснулась уголка чужих губ. Сдерживающая её хватка тут же расслабилась. Девушка тяжело вздохнула и тихо произнесла: — Я не совсем выдуманный персонаж. Я вполне реальная личность, пусть и материализованная твоей депрессией. Тот дом, где мы сегодня были… Это мой дом. Дом моих родителей. Они лесники. Мы жили бедно, и я была в отчаянье, потому что не могла им помочь. Полтора года назад я спрыгнула с этого самого места.       — Этого не может быть, — новый удар по нервной системе Пирса не заставил себя ждать. Ноги отказали держать такой груз, и мужчина опустился на ближайший камень.       — Может. Поэтому я знала, как тебе помочь. Я просто делала то, в чём нуждалась когда-то сама, — Тара опустилась рядом, вставая перед Пирсом на колени. — Я осмелилась оборвать свою жизнь, чтобы прекратить мучения, но, чтобы обрести покой, мне надо было искупить свой грех. Ты звал так громко и так отчаянно, Пирс!       — Уходи, — только и смог выдавить из себя мужчина, понимая, что сейчас просто заплачет в голос. Так хотелось выплеснуть всё наружу, что его разрывало изнутри. — Уходи немедленно!       — Пожалуйста, сохрани эти тёплые чувства, которые я смогла в тебе разбудить. Ты обязательно встретишь ту, которой сможешь подарить и принять любовь. Спасибо тебе за всё, Пирс Грей, — Тара ещё раз улыбнулась, оголяя такие полюбившиеся Пирсу ямочки. А потом поднялась и повернулась, чтобы уйти.       — Стой, — окликнул её Пирс, понимая, что просто обязан сказать это вслух. — Это были самые лучшие пять недель в моей жизни. Спасибо тебе за то, что я хочу жить.       Пятая неделя осени подошла к концу.

***

***       — Спасибо, Джеймс, ты настоящий друг!       — Спасибо в карман не положишь, с тебя китайские вкусняшки.       — Договорились! Увидимся через неделю! — Пирс скинул вызов и довольно выдохнул, снова укладывая голову на чужие колени.       — Мистер и миссис Клауд под надёжной защитой? — спросила молодая девушка явно азиатского происхождения, чьи ноги были оккупированы Пирсом.       — Джеймс обещал обналичить перевод и передать им, но в следующем месяце я бы хотел сам навестить их, — ответил мужчина, кайфуя от чужих ласковых прикосновений к волосам. — Ты обещала мне, Кайя!       — Помню-помню, в следующим месяце мы едем к тебе домой.       Пирс довольно улыбнулся и закрыл глаза. Его жизнь набрала ярких красок, и сейчас он наслаждался каждой её минутой. Спустя неделю после судьбоносной встречи и расставания с Тарой, мужчина вернулся в лесную хижину, где познакомился с родителями девушки, и узнал её историю более подробно. С тех пор миссис и мистер Клауд стали неотъемлемой частью жизни Пирса. Он помогал им деньгами, а они окутывали его в ответ теплотой и заботой, став для мужчины практически семьёй. Но год назад Пирс поехал в Вашингтон на крупнейшую конференцию, где познакомился с харизматичной китаянкой по имени Ван Кайя. Примечательно, что та не была экспертом в бытовой технике и оказалась в павильоне с Пирсом совершенно случайно. Просто её рейс в Китай перенесли, и она не нашла чем ещё себя развлечь, кроме как оказаться на выставке техники, надеясь, что это будут не холодильники, а роботы. Разговор завязался случайно, но факт оставался фактом — Кайя сдала билеты и решила задержаться в Америке, а спустя какое-то время уже принимала у себя в гостях Пирса Грея. А ещё через несколько месяцев счастливый американец сделал предложение руки и сердца, а заодно и дал согласие на постоянное проживание в Китае, окончательно оборвав все нити прошлой жизни. Кроме, пожалуй, мистера и миссис Клауда, да товарища Джеймса.       — А как же наша любимица? — Пирс поднял на жену грустный взгляд.       — Ты хочешь взять её с собой? — с сомнением спросила Кайя.       — Очень. Пожалуйста! — Пирс заскулил, как собака, вызывая у девушки улыбку. А дело было в том, что Кайя работала в очень серьёзной организации, которая спасала жизни людей. Эта организация была реабилитационным центром, где лечили психические расстройства необычным методом — общением с животными. Кайя работал в отделе собак и была лучшим кинологом центра. Она обучала животных общению с людьми и готовила их помогать тем, кто уже отчаялся. Сначала Пирс не ходил к ней на работу, боясь увидеть в ком-то себя прежнего, но однажды нашёл возле парка истощённого, но приветливого щенка, который тронул сердце с первого взгляда. Этот щенок в будущем стал полноправным членом их семьи и тоже научился спасать чужие жизни.       — Хорошо-хорошо, — тяжело выдохнула Кайя, а потом повернулась, выискивая кого-то за диваном, и улыбнулась. — Слышала, Тара, ты полетишь с нами в Америку. Чёрная собачка с яркими блестящими глазами радостно гавкнула.