Чувственный проигрыш

Спорить с Волдемортом было бесполезно. Все конфликты он с ювелирной точностью выигрывал, после неслышимо, но ожидаемо насмехаясь над глупцом, смевшим бросить ему вызов. Так попал и Гарри, своим детским порывом заключив пари с Тёмным Лордом. Теперь волшебники сидели друг напротив друга, пододвинув тёмно-зелёные атласные кресла, с непрерывным напряжением глядя в глаза соперника. Вернее, только Поттер волновался, поняв, насколько глупой была эта затея. Их целью было узнать, кто дольше продержится, не моргая — проигравший должен доставить невообразимое удовольствие своим ртом победителю. Честно, парень затеял это всё только ради того, чтобы увидеть Волдеморта на коленях, но никогда, даже под прицелом палочки не признается об этом. Пока веки Поттера начинали содрогаться от желания моргнуть, смочив почти высохшие глаза, Тёмный Лорд глядел на него с невидимой усмешкой на губах, даже не прилагая усилий к борьбе. Горящие алые глаза были полуприкрыты, но по ранее установленным правилам не смыкались. Мужчина скучающе умостил подбородок на тыльной стороне ладони, опираясь рукой о подлокотник. Когда парень ворчит об упёртости Тёмных Лордов, подавляя стойкое желание моргнуть, Волдеморт на несколько дюймов склоняется вперёд и легко дует в его лицо, обдавая кожу прохладой. Гарри со стоном боли смыкает веки, получая долгожданную темноту, потирая глаза, а потом возмущённо вскакивает: — Ты сжульничал! — на нежной коже появляется влага, и парень часто моргает, видя всё в размытых цветных пятнах — слизистую щиплет достаточно сильно. Волдеморт хмыкает, а потом подводит всё к одному: — Ты ничего не говорил про такие способы, — мужчина касается кончиками пальцев своего гладкого виска, словно в раздумьях, — а теперь становись на колени. Опускаясь на мягкую шкуру животного, расстеленную вместо ковра, Гарри всё ещё обиженно бубнил: — Это сразу подразумевало честность, — впрочем, безропотно тянется к плотным полам мантии. Отодвигая и расстёгивая несколько слоёв одинаковой по цвету одежды и добираясь до обычных штанов, Гарри притирается лицом к заметным очертаниям, глядя снизу-вверх на Тёмного Лорда. Взгляд того холодный — кажется, он всё ещё не моргает, но по поощрительному прикосновению к щеке понимает, что всё делает правильно. Оттягивая последний элемент в одеянии, Поттер сразу прижимается губами к бледно-красной головке, пропуская её неглубоко в себя. С давлением обведя ту языком, он выпускает член изо рта, всё ещё не отводя взгляд от мужчины. Когда приходится снова погрузить орган внутрь, он прикрывает глаза, трепеща ресницами, и тянется одной из рук помочь себе. Второй он упирается в отведённое бедро Волдеморта. Щека неприлично выпирает, когда Гарри, не пропустив член до конца в горло, отводит его в мягкую и влажную сторону. Обхватив в кольцо орган у основания пальцами, Поттер лениво скользит ими, чувствуя, как ладонь Тёмного Лорда ложится на лохматый затылок. Кожа головы выстреливает искрами боли от сжатых и стянутых прядей. Парень не может вдохнуть воздух, почти задыхаясь, когда после одного чёткого и немного резкого движения чужой бледной руки член оказывается у глотки. Жмурясь, он втягивает щёки, сжимая губы. С тихим мокрым звуком, когда голова отъезжает назад, чтобы снова принять всю длину, Поттер пытается проглотить излишки слюны во рту, но добивается лишь усиления боли на затылке. Приглушённо простонав, Гарри делает последние движения для того, чтобы жемчужные капли брызнули на язык, оставляя терпкий солёный вкус. Тёмный Лорд отстраняется, приводя мантию в порядок. Пододвинувшись ближе к всё ещё сидящему на полу Гарри, он с нажимом очерчивает большим пальцем его рот. Оттягивая покрасневшую нижнюю губу, мужчина размазывает по ней слюну и сперму. Поттер завороженно смотрит на его руки, когда они приподнимают его подбородок, обращая лицо к Волдеморту. — Никогда не спорь со мной, Гарри, — мягкий и ровный, но удовлетворённый голос льётся в уши, — хотя, если твой проигрыш будет таким, можешь попытаться.