Желанный

      Леви переступил порог уютной комнаты в отеле и сбросил надоевшие за весь вечер туфли. В темноте, он нащупал маленький пластиковый пульт, лежащий на тумбочке в прихожей, и включил светодиодную подсветку. Полумрак осветился мягким фиолетовым светом. Воспоминания похода в бар всё ещё отзывались в сердце теплом и сладкой усталостью. Такой приятной, что он был и не против остаться там ещё на пару часиков, пока сон окончательно не заберет его. Сзади послышался тихий хлопок. Смит быстро прикрыл черную массивную дверь, даже не глядя на неё, и нетерпеливо снял обувь, не используя рук. Цепкий и жадный взгляд голубых глаз был направлен прямо на Аккермана. Он ощущал, как каждая деталь на его теле была тщательно осмотрена: всё ещё приспущеный галстук, цепочка, болтающаяся на шее, растрепанная прическа.       Такой знакомый и манящий, от которого все внутренности готовы были перевернуться, пока бабочки в животе устраивали погром. Эрвин дразнящими движениями медленно снял свой пиджак, откидывая его в сторону ещё не разобранного багажа. Одежда с глухим звуком упала, скатываясь на пол, но сейчас оба молчали. Завтра за это ему точно влетит.       Леви облизнул вдруг пересохшие губы. Дыхание тут же стало тяжёлым. Когда здесь стало так душно? Он первый подался вперёд, не в силах сопротивляться возникшему желанию. Оба слились в страстном поцелуе, от которого быстро закружилась голова. Кислорода безумно не хватало. Смит был жарким, горячим, распаленным. От него пахло лёгкими спиртными напитками, а на мягких губах всё ещё оставался вкус какого-то неизвестного для Леви коктейля.       Аккерман почувствовал, как теплые руки переместились с талии на ягодицы и прошлись по бёдрам. Эрвин обхватил их и легко, чуть подкинул его вверх. Теперь целоваться было куда удобнее. Леви покрепче обхватил Смита ногами. Сердце стучало безумно сильно. Посторонние звуки, казалось, испарились напрочь. Только тяжёлые вздохи и шуршание одежды. — Эрвин, не забывай, мне нужно в душ, — хрипло, с ноткой разочарования, прошептал он ему на ухо. — Только быстрее, прошу, — он осторожно отпустил его. — Не забудь вымыть руки! — напомнил, быстро уходя к нужной двери.       Горячая вода до конца расслабила мышцы. Закончив водные процедуры и нацепив белое полотенце на бедра, Леви вышел из теплой душевой, направляясь прямо в спальню. Эрвин уже развалился на огромной кровати, держа в руках странный свёрток, которого прежде не было. Рубашка на нем уже была почти расстёгнута, оставались только чёрные, чуть приспущеные брюки. Дыхание перехватило. Помутневший взгляд заметался, оглядывая четко выраженный пресс, косые мышцы, еле заметную дорожку волос внизу подтянутого живота. Мурашки холодными иглами прошлись по спине. Он хищно улыбнулся, ближе подходя к кровати. Леви аккуратно взобрался на нее и перекинул одну ногу через Смита. И его тут же притянули ближе. — Сегодня вечером ты был невероятен. Как же я хотел сорвать с тебя эту чёртову рубашку прямо на танцполе. Хотел, чтобы все видели, что ты вытворяешь в моих руках, — Эрвин хрипло выговорился, опаляя горячим дыханием бледную шею. — Да-а-а, — глухо ответил Аккерман, облизывая губы. — Хочешь опробовать кое-что новое? — М-м, что? — Я купил верёвку, — Эрвин прошептал ему прямо в ухо.       Он встрепенулся, оглядывая постель. Руки сами потянулись к темному свертку. Не церемонясь с упаковкой, он разорвал ее и вытащил яркую фиолетовую верёвку длиной не больше полутора метра. — Умеешь связывать правильно? — Посмотрел пару видео. Пока что только руки. — Опробуем, — твёрдо решил Леви, расстегивая мелкие пуговицы рубашки Эрвина подрагивающими от возбуждения пальцами.       Вскоре рубашка была откинута в сторону, а Смит повозился с пряжкой своего ремня и остервенело сдёрнул полотенце с бёдер любовника.       Оставшись нагим, Леви потянулся за смазкой, которая уже валялась в складках одеяла. Эрвин резко перевернул его, подминая под себя. — Ты хоть предупреждай, — буркнул Аккерман, лёжа на спине и отдавая тюбик ему. — Тише… Подай веревку, — тягучим голосом произнес Смит.       Леви послушно потянулся за ней, нехотя отдавая инициативу Эрвину. — Молодец, протяни руки.       Запястья туго стянули. Небольшая неуверенность проснулась в груди. Сердце забилось в ещё более быстром темпе. — Передумал? — Продолжай. — Хорошо… не беспокойся. Одно твое слово — и я сразу остановлюсь, — серьезно сказав это, Эрвин, не теряя времени, снял штаны, которые болезненно давили на эрекцию.       Леви в нетерпении неуклюже притянул его к себе и накрыл его губы своими. Хотелось дотронуться до него везде. Сжать плечи, провести холодной ладонью по накачанному прессу, перебирать пальцами в светлые волосы. Но движения были ограничены, теперь он был полностью в его руках. Слишком интимно. Слишком открыто.       Влажные поцелуи перешли на чувствительную шею и ключицы. Красные следы от прикусывания виднелись даже при плохом освещении. А оттянутая зубами цепь легонько щипала кожу. Аккерман выгнулся, откидывая голову на подушки, стараясь получить больше ласки. Он неожиданно выдохнул, когда твердый член обхватила теплая рука, щедро смазанная смазкой. Когда только успел? Леви сдержанно промычал, закусывая губу, чувствуя, как он несильно сжал мошонку, по которой стекала капля лубриканта. — Громче, — Смит приостановил движения. — Иди ты, — рвано, на выдохе ответил Аккерман, подаваясь вперёд бёдрами.       Эрвин озорно глянул на него и чуть отодвинулся назад, к краю постели. Он провел языком по головке, сжимая ягодицы и поглаживая шрам на одной из них. Леви рефлекторно ударил ногой по матрасу и выдвинул руки вперёд, желая зацепиться за его волосы и направить в нужный темп. Но чёртовы веревки не позволяли осуществить задуманное. — Быстрее!       Смит взял налитый кровью член в рот и ускорил движения, поглядывая на Аккермана из-под длинной челки. От напряжения Леви сжал пальцы на ногах и издал довольный протяжный стон. А в крепко сжатых глазах, казалось, стали видны звёздочки. — Умница, — Эрвин приостановился, чтобы вновь выдавить на ладонь немного смазки.       Леви схватился за деревянное изголовье кровати, почувствовав нежные поцелуи на внутренней поверхности бедра и влажные, потихоньку входящие в анус пальцы. Эрвин вводил их постепенно, то и дело разводя в сторону. Когда две фаланги вошли, Аккерман заскулил, пряча покрасневшее лицо в пышной подушке. Стены отеля были явно не такими толстыми, чтобы не пропускать звуки их секса. Подмахивал бедрами, желая самостоятельно насадиться на них ещё глубже. — Мы потрахаемся или как? — Тебе так хочется почувствовать мой член в себе? Хочется полностью его принять и отдаться мне? Да, Леви? — Смит вытащил пальцы и с самодовольным выражением лица расстегнул ширинку, попутно стягивая брюки.       Отбросив их на пол, он резко схватил его под задницу и потянул на себя. Приставив красную головку члена, обильно смазанную лубрикантом, надавил, заставляя принять ее. Жарко, душно, не хватало кислорода. Леви, казалось, задыхался от переизбытка ощущений. Всё ещё размер был непривычен. Эрвин подождал пару секунд и двинулся, входя во всю длину. — Блять… — на выдохе выпалил Аккерман, стараясь зацепиться руками за плечи любовника.       Но сделать этого не удалось. Эрвин поменял темп и теперь буквально втрахивал его в матрас и шелковые простыни. Светлые волосы совсем потеряли укладку, а между бровей залегла глубокая складка, пока по виску стекала большая капля пота. От напряжения он вцепился в его бедра. Завтра точно останутся синяки, но сейчас это их не волновало. Только пошлые шлепки тел, хриплые гортанные стоны и шелест постельного белья.       Леви выгнулся дугой, чувствуя, как входящий член попадает под нужным углом. — Эрвин…       Тот сразу понял, что он на пределе и взял его ствол в руку, быстро надрачивая. Крышу сносило обоим.       Ещё несколько секунд — и Аккерман кончил с громким и протяжным стоном, сжимая в себе Смита, который уже совершал более грубые фрикции. И вот спустя пару глубоких толчков он застрясся, выплёскивая белую сперму, и вышел из него. — Снимай уже эти нитки, руки затекли, — с этими словами Леви устало перекатился на живот и уткнулся лицом в подушку. — Не понравилось? — Неплохо. Очень даже неплохо. — Даже не пойдешь в душ? — Через пару минут, — устало произнес Аккерман с полуприкрытыми глазами.       Он красноречиво протянул руки к Смиту и заключил его в объятия. — Пять минуточек… — с зевком добавил Леви, окончательно расслабляясь.