разрисованный чёрными каплями

Когда заплачет, не шутя, Здесь златокудрое дитя; Молитва утолит печаль, И зацветет в саду миндаль…

О. Уайльд

Кентервильское привидение.

— Серьезно? — рыжеволосый парнишка изогнул бровь, едва передвигая ногами. Резвая фигура скакала на лестнице, пропуская ступеньки. Мягкий смех разлетался эхом по спрятанной улице. — Что? — непонимающе спросил мальчишка. Джисон замер: — Серьезззно?! То есть вместо того, чтобы отправиться на огненную вечеринку Мина в честь Хэллоуина, вы идёте в старую, забытую библиотеку, с целью провести "всю" ночь среди пыли? Ветер вольно загулял, напоминая о приближающемся вечере. — Абсолютно верно, Шерлок, — выкрикнул Феликс, спрыгивая с верхних ступенек вниз. Слишком много неумолкающей энергии. Хёнджин усмехнулся, натянув спадающую лямку рюкзака: — Заметь, ты идешь с нами. — В этом и проблема! — завопил рыжеволосый. — А как же идиотские костюмы? Пакет несъедобных, но ценных конфет? Мрачные фотографии для Инстаграма? — У меня чёрные тени с собой и блёстки красного цвета для картины, так что отчаявшийся Дракула из тебя всё же может получиться неплохой, — Феликс сверкнул самодовольной улыбочкой. — У меня остался скитлс, дать? — Хёнджин шагнул вперед. Джисон цокнул и вновь последовал за удаляющимися в тени деревьев друзьями. — Спасибо, обойдусь… — шикнул он себе под нос. Листья приятно хрустели под ногами, небо было огорчённо затянуто густыми, точно обклеенными ватой, тучами. Октябрь подходил к концу. — Вау, — протянул радостно Феликс. Перед носами ребят возвышалось поистине чарующее здание. Старинная архитектура, изящные окна с единичным светом, мрачный вход и сухая листва, завалившая всю тропинку. — Жуть. Сюда точно пускают? Рыжеволосый был то ли пессимистом, то ли брюзгливцем, то ли просто ворчуном. Сложно сказать. Вероятно, всем вместе и, причем сразу. — Сейчас проверим. Если нет, то полезем через крышу. А вот Хёнджин был экспериментатором… Или достигателем? В общем, всем сразу. — Какую крышу? Ну уж нет, — начал Джисон. — Я никуда не полезу в этой рубашке, она новая. Мама мне шею свернет, если я её испачкаю и, — парень сложил руки на груди, — не дай бог, если я её порву. Феликс сжал веснушки в общую кучу, захихикав: — Ты же знал, что идёшь с нами. Или Шерлок забыл, чем мы обычно занимаемся? — Библиотека — это место, где люди культурно просвещаются, сидя внутри здания, а не скачут по её крышам, как кони. Всем известная истина на минуточку. — Мы совершаем проказы даже будучи запертыми в пустой комнате и привязанными к стулу. Вот она наша истина, — Феликс гордо задрал голову к небу, — так что брось свои глупости здесь и пошли. Хёнджин нахмурил брови, оглядывая огромную ажурную постройку, в которой таилась старая библиотека. Она казалась заброшенной, но мягко сверкающий свет в некоторых грязных окошках, точно ярким флагом размахивал, крича, что здесь определенно кто-то прячется. — Мы сходим вдвоём, — Хёнджин сверкнул взглядом на веснушчатого парня, — а ты подожди здесь, — взгляд вальяжно свалился на рыжую голову. Джисон встрепенулся: — Почему это? — Ты будешь вытаскивать наши задницы, если нас всё же поймают на крыше. Будет проще, если твоя беличья моська останется в тени. Слишком прямолинейно. Еще одна острая черта Хёнджина. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь, пусть хоть руку отрежут, — кричал пятнадцатилетний подросток в громком споре. С самых ранних лет у парнишки засела эта кислотная мысль об исключительной правде. Всегда и везде. При любых условиях и колких взглядах, прожигающих спину насквозь. Говори только правду. Всегда. Рыжеволосый недовольно потянулся, утомленный вздох по привычке вальяжно вывалился изо рта. — Только быстрее. Жутко тут одному стоять. — Не труси, местная живность тебя в любом случае за своего примет, — ехидно выдал Феликс. — Ха-ха-ха, — Джисон скривил лицо, — остроумно… Два ярких силуэта сверкнули загоревшимися, как ночные звёзды, улыбками и засеменили к голодным, потрескивающим от ветра дверям. Рыжеволосый наконец заметил тяжесть сегодняшней погоды. Было совсем не тепло, ветер пробрался под пальто, холодной струей покусав все тело и обвив оголенные щиколотки ледяными оковами. Джисон переминался с ноги на ногу. Вес сумки давил. Парень раздраженно перекладывал вещицу в руках, поглядывая на скрипнувшую около семи минут назад дверь. Никого. Тишина. — Долго, — шикнул мальчишка в лесную глушь. Позади грубо хрустнула ветка. Сердце пропустило удар, окатив всё тело жгучей волной покалываний. Джисон не рискнул поворачиваться. Послышалось… Мысль сама так пробежалась в голове. Разумеется, после сотни до истерики пугающих идей, проскакавших друг за другом в окатывающем потоке мыслей. Парень стоял, словно тень от дерева. Неподвижно и с кривым выражением на лице. Но это было ровно до того, как что-то ещё раз хрустнуло позади. Джисон с окатившей на него паникой, не оглядываясь, помчался к единственной двери, что видел перед носом. Удивительно, как он ещё не завопил во всё горло. Не сказать, что рыжеволосый был трусом или очень пугливым, но сказочная атмосферка леса в Хэллоуина оказалась слишком живописной для привычной размеренной реакции. Дверь с громким хрипом распахнулась раньше, чем ладонь Джисона успела коснуться ручки. В проходе, уловив облачный свет, возникла улыбающаяся каштановая голова с растрепанным хвостиком. — Ой, ты чего это? — Хёнджин оглядел своего друга. — С белками в перепалку вступил что ли? — Очень смешно, — рыжеволосый тяжело дышал. — Выглядишь отпадно. Не хочешь снимок для Инстаграма? Хэштег: после грозной битвы в лесу. Новый покоритель дупла — Хан Джисон, — парнишка залился ядерным смехом. Джисон недовольно шикнул и толкнул Хёнджина в бок. — Нас пустили? Каштановые пряди спали на лоб, закрывая глаза. Парнишка скрутился от порыва смеха и от очередного толчка в бок. — Пп…пустили, — Хёнджин звонко смеялся, дыхание окончательно сбилось. Рыжеволосый томно вздохнул и поправил распушившиеся волосы. — Боже… Хватит уже, а! — Ладно, ладно… Точно снимок не хочешь сделать на месте сражения? Джисон раздраженно цокнул и толкнул, но на этот раз дверь, проходя вовнутрь таинственного замка. Хёнджин потащился вслед за распылённой фигурой, сдерживая громкие порывы смеха. Помещение, в котором они оказались, было огромным. Запах умирающих книг и сырости пропитал каждый угол. Длиннющие ряды с пищей для мозгов грациозно издыхали от скуки на полках. Здесь редко кто появляется. Лишь омраченные временем тени, одинокие фигуры и помешанные рассудки время от времени тревожили запылённые буквы и отсыревшие корешки. — Ого, — едва слышное восхищение свалилось с губ. — Размеры поражают, не так ли? — послышался незнакомый голос рядом. — Но содержимое куда богаче и потрясающе всех этих пустых масштабов помещения. Пожилая женщина, что «сторожила» эти таинственные знания была явной, неприятной наружности. Лицо было желто, глаза заплыли, точно вязкой, спутанной беленой, а седина на голове, словно поросла книжной плесенью. Всё под стать этому месту. Хотя речи её были достаточно насыщены и красивы, заинтересовать она умела. Да и остаться на ночь в этом пугающем книжном замке позволила, и горячий чай предложила, и с Хэллоуином поздравила, подарив каждому по шоколадной конфете. Но где то в глубине она всё равно отталкивала, заставляя глядеть с прищуром на скрывающийся за книжными рядами силуэт. — Я ухожу через час, двери закрою на ключ. И вернусь завтра утром около восьми часов, — хрипела женщина. Феликс сверкнул взглядом: — Спасибо, что позволили провести нам здесь ночь. Женщина криво улыбнулась, но это было до жути неудачно. — А вы не можете оставить нам ключ? Что если мы внезапно захотим выйти на улицу? — скривился Джисон, — подышать воздухом, так сказать. Хёнджин нервно ударил рыжеволосого локтем, пустив колючий взгляд, умоляющий замолчать. — Ауч… Ты чего? Мало ли я устану дышать этой грязью? — возмутился парнишка. — Окно откроешь. — Какое окно? Разве оно выветрит все эти комки удушающего слоя пыли? Хёнджин свёл брови в общую кучу, решаясь выдать в очередной раз что-то острое. — Ребят, — напугано перебил Феликс, — а где…? Женщина тихо растворилась в коридорах, оставив все жаркие вопросы Джисона без ответа. — Как ей это только удаётся? — выкинул рыжеволосый. — Точно призрак. Интересно, а они здесь есть? Феликс мягко двинулся с горящей свечой, растаявшей уже чуть больше, чем наполовину. Тень воздушно следовала за полосатым свитером и смольными волосами, растворявшимися в темных углах. — Хочешь вызвать кого-нибудь? — Хёнджин усмехнулся, схватив два рюкзака с пола. — Кого, например? — Вероятно, только висельников. От такой пыли и скуки здесь можно только задохнуться, — ворчал Джисон. — Вот и проверим. — Ну уж нет. Этой старушки мне уже с головой хватило… — рыжеволосый, словно ощутив чужой взгляд на своей спине, помчался за удаляющейся свечой Феликса. Удобно сдвинув столы и достав еще парочку свечей, ребята расселись, счастливо поглядывая друг на друга. Джисон закинул ноги на стол, самоуверенно расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и достал из сумки телефон. — Здесь ещё и связи нет… Феликс усмехнулся, поставив на стол тыкву с вырезанными глазами и ртом. — Удивительно, почему? Сарказм звучал красиво. Хёнджин лениво потянулся, развалившись на столе, как на собственном диване. Монотонность изредка звучавших разговоров усыпляла, а издыхающих запах ещё ярче окутывал голову склизким дурманом. — Мы же не в поместье у Дракулы. Может, если бы они Wi-fi поставили, то народу бы ходило сюда куда больше. Черноволосый мальчишка мягко улыбался, зажигая очередную свечу и доставая различные безделушки из потертого от времени рюкзака, что идеально всем своим видом вписывался в атмосферу библиотеки. — Хотя, наверное, здесь бы не помещало в целом сделать генеральную уборку. Возможно, тут даже водятся какие-нибудь ядовитые пауки, — Джисон съежился от мысли, что один из них может быть совсем рядом. — Подожди… — парнишка соскочил с места, — ты серьёзно притащил тыкву? Хёнджин приподнялся от дикого вопля, выскочившего изо рта рыжеволосого. — Да, — Феликс гордо покрутил в руках маленькую тыковку с кривыми глазами и ровным ртом. — Капец, — Джисон посадил свою пятую точку вновь на стул, голова неодобрительно качалась из стороны в сторону. Феликс хмыкнул носом: — Хэллоуин вообще-то. Слова стукнули по голове, точно горячим кипятком ошпарило мозг, Джисон встрепенулся, сгоняя с волос осевшую густую пыль. — Вот именно. Мин, должно быть, включил сейчас подсветку в бассейне. Оранжевую аль красную… — У меня сейчас дикое желание кинуть в тебя этой самой тыквой. Знаешь, а ведь я редко себе в чём-либо отказываю, — Хёнджин окончательно очнулся. — Не вздумай! — завопил Феликс. — Сам же ей рот вырезал, а сейчас кидаться удумал. Чудик! — смоляные волосы сверкнули, парень высунул язык, скривив гримасу. Джисон игриво расхохотался. За что, конечно же, получил. Сначала красивый удар чужой рукой по лбу, а затем и удачный броск возникшей, точно из пустоты, второй тыквой по спине. — Печеньку? — голос Феликса воздушно закрутился, вздымая осевшую пыль. Рыжеволосый потянулся, отложив книгу. За окном уже совсем помрачнело, часы празднично отбили восемь часов вечера. — Если так рассудить, то здесь бы не помешал диванчик, — выдал Джисон. Хёнджин недовольно вздохнул: — Тебе не помешало бы сменить раздражающую пластинку на что-то более приятное. — Да, брось! Неужели тебе не хотелось бы лечь поудобнее? А ведь Джисон был прав. Лежать на столе было не очень удобно, а стулья не позволяли вытянуть ноги. — Нет, — холодно отрезал Хёнджин и положил свою голову на плечо Феликса. — Ой, ну конечно, — цокнул парнишка. Феликс бросил едва звучный смешок: — Дураки. Мрачная и достаточно холодная атмосфера потерянной библиотеки стала очень даже мила. Третий час шёл хоть и не спеша, но ладно. Уйти уже не так сильно хотелось, а запах умирающих книг и вовсе не раздражал слизистую. — Что читаешь? — Феликс бросил короткий взгляд на обложку потертой книги. Джисон горделиво захлопнул произведение, придерживая пальцем нужную страницу, и глянул на название: — «Дракула» Брэм Стокер. Прочёл парень и вернулся к нужному абзацу книги. Хёнджин нежно обхватил плечи Феликса, пытаясь улечься на горящем теле поудобнее. Веснушчатый парнишка заулыбался, поймав чужую ладонь. Пальцы сплелись воедино. Мелочь, но такая необходимая для них обоих. — Мило, — пропел Феликс. Джисон оторвал взгляд от строчки: — Не совсем то и милый рассказик получается. Взор с лица Феликса перебежал на сплетённые руки ребят. — Ааа, ну вы хоть предупреждайте, когда в свой собственный мир уходите, — рыжеволосый по-идиотски заулыбался и принялся читать вновь. — Ты пахнешь шоколадом, — шепнул Хёнджин, довольствуясь тем, что прикасается к родной душе. — Это всё печенье, — свободной ладонью Феликс поглаживал растрёпанные каштановые волосы. — Хочешь? Хёнджин поднял голову, заглядывая в чужие медовые глаза, что сочно отражали горящую свечу, точно как в зеркале. — Хочу, — сладостно выдал парень и прильнул к пухлым розовым губам, что маняще пахли кофейной крошкой. Мягкость движений, сладость на кончике языка, ванильность окутывающих чувств — так вкусно и так приятно. Феликс осторожно отстранился, улыбаясь всем сердцем. Такая воздушная сказочность момента. — Я тебя люблю, — голос играл, заливая эхом коридоры. Хёнджин заключил в горящие объятия хрупкого веснушчатого парня: — Ты не представляешь, насколько я тебя люблю. Слова хоть и звучали тихо, но в душе из-за них горело все бушующим огнём. Самое ценное чувство… В умирающем воздухе прогуливалось молчание. Слышалось только умеренное дыхание студентов, шуршание страниц, которые стремительно переворачивал Джисон и громкое биение влюблённых сердец. — Свеча скоро догорит, — рыжеволосый перевёл взгляд на слабый огонёк. — Сейчас достану другую, — Феликс вынырнул из пушистых объятий. — Кажись, у меня ещё парочка в рюкзаке была. Обыденность тишины нарушило далеко не шуршание веснушчатого по карманам, а звонко раздавшийся грохот из пустующего коридора. Дикая дрожь промчалась по телу. Хёнджин автоматически притянул Феликса к себе за рукав, лицо исказилось в неодобрении. — Что это было? — Джисон побледнел. Хёнджин поджал губы, испуг укусил очень больно. — Чёрт его знает! — голосом прорычал он. — Может, это старушка? — предположил Феликс. Рыжеволосый выдохнул, отложив с концами книгу. — Точно… Стоп! — следом вспылил он, — какая старушка?! Разве она не ушла больше часа назад? Дикая паника новым порывом накрыла душу. Какой ужас! — Значит, сквозняк, — предположил Хёнджин. — Надо проверить. Джисон сжался: — Надо… — Бери свечу и пошли, — резко отчеканил Хван. — И пошли? — пискнул рыжеволосый. — Ты впереди, а я сзади. Парни схватили со стола догоравший воск в подсвечнике. Феликс всё так же был прикован к настороженному парню рукавом свитера. Сердце колко колотилось. — А я? — Ты посередине. Если идти, то всем вместе. Такая уверенность Хёнджина вселяла волю и дух в остальных. Парень прекрасно умел замотивировать и красиво направить в любое русло. Тот самый лидер? — Может, ты первый? — рука нервно тряслась, держа свечу. Джисон совсем не хотел проверять, чему причудилось свалиться в коридоре. А главное меньше всего хотел осознать, что так называемое «что-то» на самом деле «кто-то» и далеко непривычного вида. — Я замыкающий. Иди уже, — за грубостью скрывались волнение и дикий страх. Коридор в поглотившей его тьме казался поистине ужасающим и пугающим. Мрачность лестниц, скрип пола, ритмичный удар ветки по окну — всё это заставляло сердце остановиться в диком ужасе. — Ты что-нибудь видишь? — спросил Хёнджин, когда они прошли первый книжный ряд. В руках нервно дрожала свеча и старая засохшая ветка, которую зачем-то поднял Джисон по пути сюда и бездумно сунул в сумку. Такая себе оборона, но это было куда лучше, чем отбиваться книгой. — Ни черта не вижу, — выпалил рыжеволосый. — Может, нам показалось, — Феликс весь сжался, в руках у него была перьевая ручка и маленький карманный фонарик. — Ага, всем троим, — Хёнджин нахмурил брови в попытках разглядеть ночную мглу. Было жутко. Хэллоуин в этом году был живой. Не пришлось натягивать костюм и ходить в парки развлечений ради комнаты Страха. Достаточно было лишь забраться на ночь в полузаброшенное здание и заставить какую-то женщину закрыть вас на ключ. Точно дешёвый фильм ужасов с туповатыми главными героями, что всюду лезут. Второй ряд в сопровождении кислого молчания и громкого сердцебиения был успешно преодолён. Пустота. За ним и третий всё так же без уверенности был пройден. — Может, пойдём обратно? Ничего нет, — неуверенно начал Джисон. — Надо проверить всё, — через нежелание высказался Хёнджин. Ему, разумеется, хотелось развернуться и уйти подальше отсюда, не вспоминая о леденящем грохоте. Но мысль о том, что им здесь нужно провести ещё целую ночь, душила. Лучше проверить всё заранее, чем оказаться застигнутым врасплох спросонок и непонятно чем. А может и кем… — Ну почему? И так всё хорошо, — жаловался рыжеволосый, нехотя перебирая ногами. — Эй, что это там? — выдал Хёнджин, глянув на стопку сваленных на пол книг. Феликс покачнулся: — Книги упали… — Интересно, и как часто здесь беспричинно падают книги? Джисон замер: — Не хочу знать. Причина шума — книги. Пошлите обратно. — Нет, они не могли просто так упасть. Рыжеволосый томно вздохнул: — Да чтоб тебя! Двигаясь вперёд, ноги подкашивались. Было жутко, ничего не хотелось видеть в темноте. Голодный порыв ветра резко задул свечу. — Мать твою! — завизжал Джисон. Феликс нелепо светил фонариком, пока Хван доставал спички. Колени дрожали, руки окоченели с трудом сгибаясь. Нервно Хёнджин бил спичкой по коробку, но она словно отсырела в кармане. Какое-то дикое шуршание послышалось где-то совсем рядом. Ребята замерли. Феликс нервно потушил фонарь. — Божечки, — прошипел Джисон. Шуршание усиливалось. — Насчёт три включай фонарик, — приказал Хёнджин. Один. Два. Три. — Включай! Яркий свет зажегся, и перед носом ребят возник мрачный и бледный, точно смерть, силуэт. — Ааааааааа, — послышалось со всех сторон. — Твою ж мать! — Джисон размахивал палкой. — Уйди, чудище! Под давлением надвигающейся на него «толпы» силуэт напугано завалился на пол. Его глаза расширились, рот не решался хоть что-то проронить. Хоть одну человеческую букву. — Ребят, не бейте! — наконец выдало существо. Джисон буквально оглох и ослеп напугано размахивая сломавшейся от резких движений веткой во все стороны. Его сейчас мало что интересовало, страх одеялом обездвижил рассудок. Хёнджин встрепенулся и выхватил из рук Феликса фонарик, светивший уже куда-то в пол. — Джи, хватит, — парень светил на лежавшую в ужасе фигуру, — Джисон! — Хван схватил рыжеволосого за рубашку. — Оно ушло? — выдал Джисон, непрерывно размахивая палкой. — Прекрати! Рыжеволосый в последний раз замахнулся веткой, та с хрустом разлетелась, одной частью попав в силуэт. — Ай! Вы чего? — послышалось от чужака. Джисон раскрыл глаза, взглянув на пол. Свет от фонарика едва касался ног "призрака", Хёнджин прищурился, дабы разглядеть неведомо что. — Ты кто такой? Рыжеволосый хлюпнул носом: — Или что такое? — Я Минхо… Пожалуйста, не кидайте ветки, — промычало существо. Феликс тенью прошмыгнул к чужой ноге на поиски и, нащупав в темноте спичечный коробок, принялся зажигать свечу, успешно найденную там же. — Минхо? — Хёнджин грозно повел бровью. Приближаться совсем не хотелось, но на расстояние разглядеть чужого лица было почти невозможно. — Что ты такое, Минхо? — Джисон все никак не мог успокоиться. — Я просто посетитель. Темноволосый с горящей свечой уверено обошел парней и приблизился к Минхо, освещая черты лица таинственно возникшего здесь посетителя. — Феликс, — шикнул Хван, — зачем так близко? — Посетитель? Но библиотека закрылась почти два часа назад, тогда что же ты здесь делаешь, Минхо? — Феликс улыбнулся, замечая удивительную схожесть мальчишки с котом. Хёнджин недовольно вздохнул, подходя ближе к незнакомцу. Но не потому, что интересовался парнем, а потому, что переживал за Феликса, который беспечно сидел на корточках рядом с непонятно откуда возникшим посетителем. — Если вы не будете на меня так скалиться, то я расскажу. Медовые глаза Феликса загорелись, ярче огня. Парень встал на ноги. — Хорошо. Поднимайся, пол здесь холодный, — темноволосый протянул руку, желая помочь. Хёнджин недовольно отдернул Феликса, за спину. Если бы здесь не было так темно, то грубый взгляд парнишки определенно убил бы всех присутствовавших одной острой стрелой. И живых и мертвых. — Итак, Минхо. Что ты здесь делаешь? — Обычно читаю, — повседневно отвечал он, отряхивая со штанины грязь. Джисон икнул: — Конечно, что же ещё призраку делать в библиотеке… Минхо сверкнул взглядом на рыжеволосую голову в тени. — Я вообще-то человек, придурок. — Неужели? По лицу и не скажешь. — Это просто при таком свете я кажусь бледным. Не идут мне вечера при свечах, не моя романтика, — Минхо горделиво скривил лицо. — Разве он больше не на кота походит? — веснушчатый выглянул из-за чужой спины. Хёнджин был недоволен. Появление парнишки раздражало, как и игристое поведение Феликса. — На дохлую Дракулу больше похож. Ну или на летучую мышь, что вылетела на солнечный свет… — Ой, ну спасибо! Оскал сам вылез на лице у Хвана. Он прикусил губу, сдержав порыв. Джисон нелепо усмехнулся, заметив убийственное выражение лица друга и падающую от него тень. Ситуация до коликов теперь показалась смешной, а сломанная пополам ветка в руках заставила рыжеволосого пустить громкий смешок. — Я серьезно пошёл с веткой ловить привидение? — разлетелся раскатистый смех Джисона. Феликс заулыбался, глядя на перьевую ручку, которую он схватил. — Хотя бы с веткой, я вот видимо решил зарисовать его до смерти ручкой. — Призрак и так мертв, — Хёнджин пустил глухой смешок. — Ой, не состыковка в квадрате. Мёртвый коридор залился громким смехом. Нелепость, но какая смешная и удачливая. Этот Хэллоуин запомниться на долго. Умирающая библиотека с книгами, погруженными в непробудный сон, запыленными углами и страшными привидениями в утопающих рядах грязи. — Как ты всё же здесь оказался? — спросил Хван, откусывая яблоко. За пыльным столом стало как-то теплее с появлением нового человека. Живее что ли. — Признаться, я увидел, как вы весело шагали куда-то, — начал лениво Минхо, — и мне стало до дурости любопытно, ведь в этом районе редко кто появляется. Я пошел за вами и услышал, что вы хотите провести здесь ночь… Джисон шикнул, вновь закинув ноги на стол: — Сталкер? — Сталкером будет тебе по бошке, если не уберешь свои ноги от моего лица, — Хёнджин скривил лицом, заприметив чужую пятку возле своих волос. — Ой, — протянул рыжеволосый и вновь уселся, как бедный родственник. — Как ты проник сюда? — Феликс игрался картами в руках. Ленивый кошачий взгляд перебежал на смоляные волосы, улыбка мягко всплыла. — Через крышу… Веснушчатый заулыбался: — Значит, там все же есть ход… Атмосфера затянулась приятным смогом спокойствия. Часы переваливали за двенадцать. Ночь уже полным ходом строила свои правила. — Может в Монополию? — выкинул Феликс. — Да ладно тебе! Ты серьезно притащил и Монополию? — Джисон изумленно вскинул брови, откинув карты в сторону. Игральная партия с Минхо летит в ведро, вместе с открытыми тузами. — Да! Да! И еще раз да! — У тебя явно нет дна в рюкзаке, — подытожил рыжеволосый, — это как в Гарри Поттере. Капациус Экстремис! И всё! У сумки больше нет дна! Минхо игриво рассмеялся, зеленые глаза заискрили. Парнишка выглядел мило и очень довольно. — Балбес, — Хёнджин ударил книгой по голове Джисона. — Именно поэтому, если будешь много говорить, убьём тебя и спрячем в рюкзаке, чтобы никто не нашёл. Джисон подскочил с места с громкими воплями, прячась за спиной зеленоглазого. — Ты слышал это, Минхо? Если я вдруг внезапно исчезну, ты знаешь, где меня искать и что сообщать полиции, — рыжеволосый ухватился за плечи кота, как за спасательный круг. Минхо ехидно заулыбался: — Не думаю, что полиция примет заявление у призрака. Джисон недовольно завыл, послужив очередной причиной для смеха. — Я так и знал, — вопил он, — я так и знал!