Золотой мальчик

      Красный закат уже заполнил собой небо, освещая пустую школу, в которой остались только единицы учеников. Они были заняты своими делами, делали уроки или занимались внеурочной деятельностью — кружков в школе было много. Рисование, спорт, танцы, музыка. Все что душе угодно. Учителя также были в школе после уроков, разбираясь с документами и остальными своими делами. Старосты школы уже не петляли по коридорам во время перемен, которые априори были длинными, и тоже сидели в своем личном кабинете.       Она училась в классе 3-2, и через год-второй точно выпустилась бы со школы. Уже сейчас шла подготовка к экзаменам, и старшие классы с наибольшей силой напрягали контрольными и новой информацией. Но, не сказать бы, что это напрягало ее. Обычных школьных будней она точно не будет бояться, а напрягаться ради какого-то огромного результата — тем более.       Чонгук, в какой-то мере, прицепился к ней однажды как клещ. У нее были плохие результаты по математике, а он был лучшим, даже несмотря на то, что был младше. Любимец учителей, для некоторых даже гений в сфере точных наук. У парня точно было большое будущее, и он смог бы помочь обыкновенной старшекласснице. Он ведь хороший. Послушный.       И ей следует признать, что он был… Хорош. И не только в математике. Успевал заниматься спортом, участвовать во внешкольных мероприятиях и посещать разные конкурсы и олимпиады. Но его мозг это второе, что привлекало девушку. Возможно, это было слишком, думать так про человека, который был больше похож на младшего брата, чем на объект любви и вожделения, но Чон Чонгук был горячим.       Сочные бедра, крупные плечи, высокий рост, все его тело хотели многие. Но Чон Чонгук был абсолютным девственником, никак не реагируя на своих одноклассниц или девочек из параллельных классов. И это забавляло.       Девушка держала во рту чупа-чупс, перекатывая карамельный шарик с клубничным вкусом во рту, все время сглатывая накопившуюся сладкую слюну. Иногда он стучал о зубы, когда девушка пыталась раскусить его на несколько кусочков, но ничего не получалось. Она исподлобья смотрела на парня, который наклонился к тетрадке с примерами. Чонгук пытался что-то объяснить, но сейчас ей не хотелось его слушать. Математика не так серьезно, когда вы сидите вдвоем в закрытом классе с красивым мальчиком, который был так невинен, что хотелось стать первой во всех смыслах. — Вы меня слушаете?       Он посмотрел так обиженно и смущенно, когда заметил что она смотрит на его лицо, а не на тетрадь. Его щеки и кончики ушей покраснели, и он поправил свой галстук, немного оттягивая его. Это взбудоражило, захотелось больше реакции. — Как я могу тебя слушать в такой обстановке? Тут слишком жарко.       Тяжело выдохнув, девушка начала расстегивать пуговицы блузки, оставляя вид на черный кружевной лиф, который начал выглядывать из-под белой мягкой ткани. Он задержался взглядом на ее груди только на секунду, пока не отвел взгляд. — Я открою окна.       Чонгук собрался встать, но она ему не позволила, привставая со своего стула, и с небольшим нажимом на его бедро, заставила сесть обратно. Теперь ее грудь была прямиком перед лицом парня, и он все еще старался отвернуться. — Что вы делаете, нуна? — Открой рот. — Что?       Он закрыл глаза руками, как целомудренная дева. Девушка достала карамель на палочке изо рта, и ниточка слюны потянулась за ней, сразу же обрываясь. Кончиком конфеты она провела по его губам, на которых остался красноватый оттенок от красителя, и сладкий вкус. — Открой рот, Чонгук.       Она убрала его руки с лица, не оставляя ему выбора, кроме как смотреть. В глазах плескалось что-то странное, восхитительное. Он послушно открыл рот, смотря ей прямо в глаза, как преданный щенок. Живот сжался в узел.       Он обхватил конфету губами, облизывая ее, а потом полностью поместил себе в рот. Девушка все еще держала пластиковую палочку, заставляя конфету бродить по его рту, утыкаясь в язык или небо. Он сглотнул, а затуманенный взгляд оказался на ее груди. С небольшим стуком о передние зубы, она вытащила карамель, и положила ее на парту, совсем не заботясь о микробах.       Девушка наклонилась к парню, увлекая его в поцелуй, где взяла всю инициативу на себя. Она исследовала его рот тщательно, и вкусы клубничного ароматизатора смешались в один. Обхватила его лицо, все углубляя и углубляя акт нежности, пока они оба не начали задыхаться. Она зарылась в его волосы ладонями, пальцами словно расчесывая их. Темные, шелковистые. Пальцы проходили без особого труда. Они оторвались от друг друга, и Чонгук сразу же прижал к себе девушку, не давая ей отойти. Он практически посадил ее к себе на колени, придерживая за талию, чтобы она не упала. — Нуна, почему вы?.. — Давай я буду говорить на ты, Чонни. Он снова зарделся, и она была уверена, что с головы до пят. Она слишком любила милые прозвища, чтобы не использовать их на парне. — Тогда как я буду тебя называть? — А ты эту привилегию еще… Не получил.       Девушка выдохнула ему в шею, холодными пальчиками забираясь под накрахмаленную рубашку, ноготками проводя по его груди и соскам. Его кожа покрылась мурашками и стала гусиной, и она потерлась головой об его плечо. — Как мне ее заслужить?       Он говорил отрывисто, сдерживая себя от каких либо посторонних звуков. Девушка привстала и перекинула через него ногу, тем самым меняя позу. Она начала целовать его шею и подбородок, сначала прикусывая кожу белыми зубками, а потом облизывая место укуса. Парень ослабил галстук до такой степени, что теперь он просто висел на нем, не представляя никакого неудобства. Девушка чертила дорогу засосов до самой рубашки, которую сразу же начала расстегивать.       Последнюю пуговицу все никак не получалось расстегнуть, и девушка в порыве просто стянула слой одежды через его плечи, оставляя его торс полностью голым. Она продолжила жаться к нему, как кошка во время течки. — Можно я… Стяну с вас лифчик?       Девушка захихикала с его предложения, ведь он все-таки принял ее слова всерьез. Такой милый, ответственный мальчик. Она помахала пальцем перед его лицом, немного остужая его пыл, и начала сама снимать с себя одежду. Медленно, томно, уделяя время каждой складочке и пуговичке. Блузка практически стекла на пол с ее ключиц и плеч. Оставалось только темное бра, на которое Чонгук жадно смотрел. — Поможешь мне?       Она поерзала на его коленях, заставляя напрячься еще больше. Он обхватил ее талию, и теперь сам ввел ее в жаркий поцелуй. Девушка поняла — целоваться он до этого момента не умел. Но он быстро учиться. Пальцами парень пытался расстегнуть застежку, и через пару неудачных попыток, у него получилось. Девушка громко вздохнула, когда горячие руки с мозолями от спортивных игр провели по всей длине ее голой спины, пальцами касаясь каждой родинки. — Ты спрашивал, как заполучить право обращаться ко мне на ты, Чонни? Он медленно кивнул, не отрываясь от разглядывания ее глаз. — Ты должен доставить мне удовольствие. А я доставлю его тебе. Тогда ты будешь иметь полное право называть меня как угодно.       Девушка рукой погладила его брюки, сразу же обратив внимание на эрекцию, пусть которую и скрывала одежда. Чонгук простонал, откинув голову назад. Девушка сдержала нервный смешок, надеясь что никого рядом не будет еще долгое время. Она слезла с его колен, облокачиваясь на парту, практически ложась на нее полностью.       Голую грудь после горячих прикосновений будто окатило холодом парты, отчего соски затвердели еще больше, а волоски поднялись дыбом. Парень неуверенно провел руками по ее бедрам, на которых еще была школьная юбка вместе с колготками под ней. — Просто порви эти блядские колготки, Чон Чонгук.       Она чувствовала, как его член прижимается к ней и трется об нее, и ждать уже не хотелось. Хотелось все и сейчас, будто бы она поставила все свои деньги на «черное» в казино, и ждет огласки цвета от крупье. Он не решался, но потом оттянул ткань с ее задницы, и послышался треск. Теперь она чувствовала прикосновения теплых рук к своим трусикам. Он сжимал ее ягодицы, наслаждаясь ими, словно антистрессом. — Как мне это сделать? Руководи, нуна. Милый мальчик показал свою темную сторону, добавляя в речь немного сарказма. Таким он ей нравился еще больше. — Ты разве не смотрел порно, «О святая простота»? Он прижался к ней практически всем телом, заставляя еще сильнее вжаться в парту. Начал шептать, отодвинув локон волос девушки за ее ухо. — Я хочу доставить тебе удовольствие, а не снимать обыкновенное порно…       Очень искренне. Девушка была уверена, что это единственный парень в ее жизни, который не попытался действовать как другие парни из эротичных роликов в интернете. Это станет интересным опытом. — Тогда слушай мои указания. Снимай свои брюки вместе с нижним бельем.       Она не видела, но точно слышала шелест одежды и звук молнии, которая расстегивала ширинку. Задней частью она почувствовала приближавшееся тепло его тела, и возбуждение захватило ее с головой. — Отодвинь мое белье.       Его пальцы коснулись ее лона, заставив организм внимать каждому его движению. Она только хотела дать следующее указание, но вырвались не слова, а стон. Что-то теплое и мокрое меж ее ног. Он начал ее вылизывать, словно знал, как это делается. Ноги подкосились, и Чонгуку пришлось схватить ее за бедра, окольцовывая их своими руками. Ее юбка лежала на его глазах, но он все еще продолжал лизать ее промежность, даже не обращая на это внимание. — Добавь пальцы, Ч-чонни.       Имя парня было сказано на вздохе, заставляя его ускориться. Он вставил палец в уже мокрое от смазки отверстие, иногда вставляя глубже. Искорки полетели перед глазами, и девушка даже перестала слышать пошлые хлюпанья, все больше отдаваясь восхитительному ощущению оргазма. Дрожь, даже небольшие конвульсии прошлись по всему телу, заставив ее крепче схватить угол парты и уткнуться в свою руку головой. — А это я видел в порно. Тебе понравилось, Нуна?       Девушка перевернулась, просто садясь на парту, ногами притягивая парня к себе. Она сжала его плечи руками до побеления костяшек, а он кажется просто наслаждался открывшимся видом. — У тебя абсолютно все идеально получается? — Проверим?       Захотелось расхохотаться, но Чонгук большим пальцем прошелся по ее клитору, разбавляя тихий хриплый смех девушки стоном. Он точно вошел во вкус, она видела это в его глазах. Он хотел ей доказать, что не просто мальчишка. И она могла признать, что сегодня и вправду отдалась ему, даже не пытаясь руководить. Даже в этом он был хорош, золотой мальчик. — Ну давай, покажи себя, Чон Чонгук.       Он потерся членом о нее, приставляя его к промежности. Девушка решила помочь, показать ему нужное русло. Она обхватила ствол рукой, головку направляя к дырочке, из которой сочилась липкая смазка. Он не пытался делать резких движений, и у девушки получилось хорошо вставить его в себя. Она часто задышала, и откинулась назад, на парту.       Пришло осознание, что после этого ей придется выпить экстренную таблетку от нежелательной беременности. Ну ничего, она уверена, что Чон Чонгук полностью оправдывает стоимость однодневной боли и тошноты. А если он все таки оправдывает, то они точно повторят все происходящее сейчас. — Это ты тоже должен был видеть в порно. Дерзай, малыш.       Парень положил одну руку ей на грудь, иногда нежно сжимая ее, другой рукой поддерживая темп и уровень вхождения пениса. Он не хотел сделать нуне больно, даже если хотелось большего. Ему было приятно-приятно-приятно и тысячу раз таких же «приятно», совмещенных с другими оттенками восторга. Он не думал, что первый секс у него пройдет в школе, со старшеклассницей, с которой они даже не общались.       Чонгук знал, что его хотели. Но они все были такими странными, глупыми, неопытными. Не то что бы это было настолько важно, но возбуждения от них он не испытывал. А она… Что-то другое. Он вожделел ее. Страстно. Но он бы никогда не смог признаться ей (да и себе) в этом. Но оказывается, его чувства были взаимны. И это приводило в настроение легкой истомы и тревожности. Он ведь не любил ее. Только желал. (Ведь так?)       Но сейчас он получал то что хотел, и собирался покончить с этим вопросом потом. В любом случае, она ведь не призналась ему в любви или что-то подобное, она просто… Решила трахнуть его. Трахает его в данный момент.       Чонгук вдыхает сладкий запах ее духов с такой-же химической клубникой, как в ее чупа-чупсе, и понимает что запомнит этот запах навсегда. Этот аромат смешался с запахом ее тела, такого теплого и холодного одновременно. Он запомнит ее очертания, ее красивую, аккуратную грудь и ее голос. Возможно, он думает на эмоциях, но такие события не проходят просто так.       Ощущения, будто улетаешь. Он никогда не курил травку, но был уверен, что это даже лучше чем наркотики. Сердце стучит в такт финальным толчкам, когда она разрешила входить в полную длину. Она была мокрой, даже слишком мокрой, полностью обхватывая его член этим ощущением. Обнимает его шею, шепчет что-то до невозможности грязное для ее возраста, царапает спину.

О нет, это все точно не было ошибкой.