Этот непробиваемый русский

— Всё, хорош, э-это последняя — « С кем я связался? Глаза как у маньяка, ледянющие и пьет как не в себя. Чертюга. », — пьяные мысли Шеймуса плотно сфокусировались на взгляде непробиваемого русского после своей финальной стопки рюмки. Мужчина еле устроившись на деревянном стуле, недоумевал, как мог такой крепкий здоровяк как он проиграть так быстро. И проиграть кому?! Художничку, пф. — Глаз, ты каким макаром так хорошо держишься? У шотландца давно чесались руки ухватить одного из неулыбчивых спецназовцев и показать им, как думал он, свою стойкость к пятидесяти процентной водке. Веселья ради. Глаз насмешливо приподнял уголок губ. Он все еще сохранял внешнюю невозмутимость и лишь выдал в ответ: — Пить научись, — следом за язвительной фразочкой, он звонко поставил свою рюмку на край стола. Победоносный жест однако. Лоб Следжа просто взмок от духоты и даже от некой злости на самого себя. Он будто глядя исподлобья, утирал уголки рта от кислоты лимонного сока. Закуски явно не облегчили эффект: — Че рад, русский? Вчера на рукопашке я тебя уделал в два счета. "Знаю я, что ты борец - ума не надо" , — подумал про себя Тимур, лишь прищурив снисходительный холодный взгляд. Он с уверенной невозмутимостью и, что немало важно, с уверенной координацией движений развалился в кресле и лишь задал вопрос: — Напомни-ка, что делает проигравший? Накинув одну ногу поверх другой, Снайпер намекнул: он помотал носком своих пыльных берц. Их уговор был прост — проигравший чистит сапоги победителю ближайший эдак месяц. Кто-кто, а Следж был не из тех кто легко принимал поражение. Мужчина явно был настроен собраться с силами и выпить еще. Еще пару стопок и точно получится доказать свою несокрушимость. Есть одно но. Тело оперативника уже не поддавалось так просто. " Этот взгляд такой ... ", думал Шеймус, всматриваясь в который шотландец лишь сильнее "уплывал" от реальности этой тесной комнатушки. Горечь во рту постепенно переставала быть такой жгучей. Капли пота становились крупнее и мужчина чувствовал как звуки вокруг становятся более глухими, слыша только рокот своей собственной тягучей крови. ... " Вот сейчас мое время побеждать. " Тимур оказался прижат к красному мату на полумрачном бойцовском ринге. Хлопок раздался эхом и в очередной раз, русский оказался припечатан к полу. Шеймус резко ограничил движение раскрасневшейся шеи Глаза, вжимая ее предплечьем в пол. Видя, что балаклава русского съехала к чертям, Коудерн даже разозлился. " Пусть не мешает мне видеть его глаза ". И резким движением убрал лишнюю тряпку. Оперативник просто рычал, получая удовольствие от своего очередного победного боя. Глазков резко дернулся и слюна чрезмерно выступала из его рта, оставляя след на холодной и скользкой поверхности ринга. — Следж, отпускай ... д-давай, ну — Слова русского звучали сквозь сухи покашливания, прерывисто. Навалившееся, почти девяносто пяти килограммовое тело, казалось, невозможно было сдвинуть с себя. Будто вот-вот он надавит сильнее и просто переломает все кости, такой была его сила. Дыхание Коудена было почти звериным, безумным и одновременно с ноткой наслаждения. Он обездвижил противника, как тут не наслаждаться. — Напомни-ка, что делает проигравший? — раздался властный тон с сильным шотландский акцентом и руки сасовца спустя пару мгновений ослабили хват. И предплечье, только что мощно сдавливающее шею соперника, перестало быть неистово налитым кровью. Сухой ладонью Следж прихватил голову Тимура, чтобы помочь ему повернуться лицом вверх. Жадно и громко, спецназовец выдохнул. Его грудная клетка, в попытках ухватить больше воздуха, затем двигалась лишь короткими рывками. — Не слышу, русский, — массивный силуэт Коудена был так размыт из-за холодных слепящих синих ламп над рингом. Он встал с коленей, полностью выпрямившись над проигравшим соперником. Безоговорочно, Глазков понимал, победитель ожидает исполнения уговора прямо здесь и сейчас. Те сухие ладони и пальцы, что только что яростно вжимали противника в пол, уже бренчали ремнем от боевых брюк. " Какой же у тебя ледяной взгляд, скотина русская ". Звериная улыбка Коудена следуя за грязной за мыслью, проявилась на крупном лице. Он был в предвкушении видя эти глаза, что уже смотрели на него из под уровня пояса. ... Голова гудела, просто раскалывалась, концентрируя всю боль четко в лобной части черепа и постепенно приходя в сознание, Следж чувствовал легкие толкающие движения чьей-то руки. Каждой толчок с боку отдавал усиливающейся головной болью. Прозвучал знакомый голос с русским акцентом: — Коуден, ты меня слышишь? — светло-голубые глаза снайпера оказались уже над головой лежащего в горизонтальном положении напившегося Шеймуса , — Пришел в себя, походу. Спецназовец облегченно выдохнул и протянул другу стакан холодной воды. И лишь не подал виду, что заметил стояк Следжа, когда тот уже очнулся.