Тот самый е**чий лес!..

В какой-то момент мы все пожалели, что отправились туда. Это было ошибкой. Не зря различные обстаятельства не давали нам столь долгое время отправиться туда. 3 года. Большое количество нервов и денег. Ожидание открытия границ Японии для туристов, оформление билетов, полёт и дорога до опушки треклятого леса. Мы все этого долго ждали, много раз упоминали об этом в различных видео и постах, когда тема заходила о Аокигахара. Лес, полный различных легенд, слухов, история которого пробирает до мурашек не только туристов, но местных. Деревья, растущие плотно друг к другу, через которые сложно увидеть что-то дальше 100-150 метров, неровная почва, состоящая из скользкого от влажности мха, выпирающих из земли корней и ям, в которые запросто можно провалиться в темноте. Звуки живущей там фауны, треск веток, шелест листьев. В любом другом лесу это всё звучало бы умиротворяюще, но не здесь. Нет, не в этом месте. Расслабляться совсем не хочется. Напряжение будто только растёт. Конечно, с парнями мы смеёмся, подбадриваем друг друга, прикалываемся, – впрочем, как и всегда – но все понимаем, насколько будет трудно. Да, казалось бы, расстояние не такое большое, но увидев перед собой, всего лишь из окна машины, все кочки, корни, ветки, кусты... Нет! Мы слишком много сделали и прошли, чтобы сейчас сдаться! Мы попросту не можем отступить! С этими мыслями я смотрю вслед машин, что привезли нас, и перевожу взгляд на лес. Меня высадили последним. До назначенного времени отправки было совсем немного, но мысли съедали изнутри. Мы же не знаем, что точно там может произойти. Вроде, лес как лес – деревья, кусты, трава, насекомые... Вспомнил про шершней, от чего слегка передёрнуло. Они веди кусачие твари – это будет не только боль, но и ещё яд, выпущенный в кровь... Нужно успокоиться. Я посмотрел на часы, вздохнул и зашагал в лес, уже больше из привычки, начиная описывать свои мысли и эмоции камере, что была сфокусированна на моём лице. Идти действительно сложно, как я и думал. Ещё и после тайфуна всё мокрое, надо быть осторожнее. Главное не упасть и не разбить что-нибудь из аппаратуры. На себе раны зализать не сложно, а вот на камеру снова тратиться надо. Вспомнив выпуск с реалистичными тортами, когда разбили мою любимую камеру, нервно усмехнулся. Я старался держаться как можно бодрее, но силы быстро покидали и двигаться становилось сложнее. По ощущениям, я прошёл уже половину, хотя путь только начался. Вокруг много звуков. Про полную тишину сразу вычёркиваем – это полный бред. Но обнаруженная правда не успокаивает. Крики птиц, шелест травы и листьев, хруст веток под ногами и где-то поблизости. Тут действительно можно сойти с ума от всего этого. Уже стемнело. Звуки не унимались. Наоборот, будто громче стали. Уже начинаю параноить и шарахаться от любого шуршуния и треска рядом. Ещё и вещи появляются всё чаще, хотя, скорее мне просто кажется. Дошёл до какой-то палки, обвязанной цветными лентами. По собственной глупости сломал, обранив фразу "если это был какой-то алтарь – я дико извиняюсь". Заметил рядом полароид, но помешали какие-то насекомые, что слетались на свет. Решил отложить камеру немного в сторону, чтобы на меня не летели эти твари, а сам пошёл рассматривать очередную находку. Пока крутил в руках, понимая, что он ещё рабочий, случайно нажал на кнопку и сделал снимок, попутно ослепив себя на пару минут. Представляю, как глупо это смотрелось со стороны. Когда глаза вернулись в норму, решил подойти к свету и рассмотреть фотографию – может, если удачно и смешно получилось, можно будет забрать, как трофей. С ожиданием увидеть свою шокированную рожу, я с ужасом обнаружил что-то позади меня. Силуэт, слишком сильно похожий на человека. Голова, туловище, верхняя часть ног... Но единственная странность, это то, где относительно места снимка он находится. Слишком высоко с такого ракурса. Я посмотрел наверх и постарался найти, где примерно был силуэт. К своему счастью, я никого не увидел. Возник второй вопрос: почему силуэт такой четкий? Это было достаточно странно, учитывая, насколько сильно размазало на фото меня. Уже по старой привычке спросил, "Dare ka koko ni imasu ka?" особо не ожидая услышать ответ, но в ухо будто что-то шепнули, где-то со спины, из-за чего я резко обернулся, пытаясь разглядеть что-то через камеру. Ничего, совсем. Я вздохнул, сматерился себе под нос и вновь поделился впечатлениями с невидимыми зрителями, через объектив. Я знал, что осталось не так много, да и не смотря на усталось, садиться куда-то совсем не хотелось: жуки ползали повсюду. Подогреваемый надеждой, что всё скоро закончится, я пробирался через все неровности почвы, частенько спотыкаясь и чуть ли не падая. Летающих тварей, старающихся сесть на меня, стало совсем мало, что по началу обрадовало, но после наступила тишина. Та самая, что пробирала до самых костей и глубже, разливалась по телу вместе со страхом, ускоряя сердцебиение, которое уже стало слышно через наушники. Я быстро достал компас. Стрелка крутилась, как безумная, металась с разных точек, не зная, где остановиться. Схватился за телефон - связи нет. Паника медленно накрывала. – Ребят, тут началось что-то совсем странное, – по мне уже давно видно, что сильно насторожен и напуган. – Компас бесится, связь на телефоне пропала, – конечно же, я показал это. – Они только недавно работали, оба! Думаю, всё же нужно идти дальше и постараться добраться до Денчика. Я вздыхаю полной грудью и иду дальше, уже на угад. Стараюсь ускориться, но усталось берёт своё. Решаю всё таки присесть на какой-нибудь корень и передохнуть пару минут. Положил камеру вновь в сторону, рассказал, что со мной сейчас. Резко, совсем не далеко от меня, услышал Даника. Он зовёт меня, а в голосе слышно, что он сильно напуган. – Даник!? – отзываюсь я, но дальше лишь молчание. Быстро хватаю камеру, нацепляю на себя и иду примерно туда, где слышал друга. Шёл я долго, успел снова устать, и только сейчас дошло, что это могло быть что-то другое. Я остановился и от безысходности начал оглядываться по сторонам. Я очень сильно отбился от маршрута. Это плохо, очень плохо. Решил вернуться хоть куда-нибудь: либо к месту "привала", либо к палке и лентами, либо выйти к дороге. Хоть куда-нибудь, откуда я смогу вернуться на свой путь. Жажда стала главной проблемой. Пить хотелось неимоверно. Но я должен был идти. Снова привал, на этот раз под деревом, на мягком мхе. Было плевать, есть там жуки, или нет их. Я уже понял, что окончательно заблудился. – Чтож, я конкретно сбился с маршрута, сейчас посижу совсем немного и отправлюсь дальше. Ну, куда-то же я должен выйти? Я задал этот реторическиф вопрос и снова слышу голос. И снова Даник. Снова с той же стороны. Сматерившись от всей души, снова хватаю камеру и направляюсь по голосу. Теперь меня зовут, почти без остановок. "Дим! Ты где!? Ответь!" – паникующе, будто со слезами, доносится с той стороны, но по щущениям я даже не близко, будто становлюсь всё дальше. Беспокойство за уже брата захватило тело и я чуть ли не бежал, открылось второе дыхание, подключились резервные запасы энергии! Было страшно за друга, который и так не особо любит такое, так ещё и сейчас, возможно, провалился куда-то, или его ранил какой-то зверь, или укусило насекомое, да что угодно! Каким-то образом я добрался до водоёма, похожего на не особо большое озеро, а голос Дани пропал, будто и не было... Похоже, я схожу с ума. Но в этот момент не хотелось ни о чём думать, хотелось только пить. Вновь сбросив апаратуру на землю, я встал на колени у водоёма. Пахнет трясиной и озёрной грязью, но сейчас слишком плевать. Я судорожно черпаю рукой холодную воду и жадно глотаю её. Привкус пресноводных водорослей не помешал насладиться утолщением жажды, потому я продолжал пить, чуть ли не до тошноты. И вот, уже хочу встать, выпрямиться и пойти дальше, как меня толкают со спины в воду, из-за чего я вскрикиваю, теряю равновесие и падаю в воду. Из-за открытого в крике рта набрал полный рот воды и почти захлебнулся, но мне хватило сил развернуться и всплыть. Выбравшись на берег, отхаркиваю воду, почти блюя, но сдерживаю себя и сваливаюсь боком на траву. Одежда успела промокнуть, стало безумно холодно. Раздеваться сейчас – самоубийство, без этой "защиты" будет только хуже. Решил потянуться за телефоном, но не обнаружил его в кармане. Похоже, теперь он похоронен на дне озера. Было бы неплохо подняться, но тело сильно устало, да и насекомых вокруг нет. Я же могу отдохнуть хоть немного? Всё равно уже не найду палатку, а парни смогут меня найти. Я же могу дать себе сдаться?.. Стоп, о чём я думаю!? Нет, нет, нет, нет! Мне нужно поднятся! Идти, хоть куда-нибудь, но не оставаться сейчас на месте! Нужно заставить себя встать! Давай же! С трудом поднимаясь, я беру из аппаратуры только камеру с ночным виденьем, чтобы было проще идти, а остальное решаю оставить тут. Уже плевать на эти вещи, главное – добраться до дороги, до цивилизации, до людей. Разговаривать уже нет сил, просто молча несу камеру, показывая всё перед собой. Силы почти на исходе, весь дрожу от холода. Стало совсем плохо, когда начал кашлять. Сколько я вообще тут? По ощущениям – безумно долго. Казалось, что скоро должен наступить рассвет, но нет, небо тёмное, затянутое тучами. Не хватало ещё и повторения тайфуна, как в самом начале. И вот, я вижу силуэт впереди. Неужели, я дошёл до тропы? Или это кто-то из наших? Подхожу ближе и понимаю – это Сударь! Кричу ему, но он не оборачивается. Стоит спиной ко мне, смотрит куда-то в даль. – Сударь, родненький, я так рад что ты- – не успеваю договорить, как он срывается с места и бежит по прямой, так умело перескакивая через ямы, корни и кусты. Я рванул за ним, крича в след просьбы остановиться, но в одну секунду он просто исчезает. Я останавливаюсь, но очень неудачно, так как нога тут же соскальзывает в яму, а я падаю и раняю камеру. Кричу, уже от боли – что-то в яме вонзилось мне в ногу. Двигать страшно, ведь чёрт знает, что это и как именно оно в моей ноге. Стараюсь перестать паниковать и закрываю глаза, чтобы сфокусировать своё сознание на ноге в дыре. Похоже, мне поранило икру, а когда слабо шевелю ногой, что-то мешает, чуть ниже коленки, и это "что-то" прямо внутри. Стараюсь отодвинуть ногу в противоположную сторону, из-за чего стало больнее и я болезненно закричал. Кажется, меня слышала вся Япония. Голос окончательно охрип, но нога была почти свободна, осталось только вытащить её из "ловушки". С трудом, елозя по земле и руками убирая траву от ноги, смог это сделать. Камера упала далеко, из-за чего пришлось проползти до неё по земле, но я добрался. Быстро включив камеру, оказалось, что запись идти большее может, но фонарь работает, потому я посветил на травмированную ногу. Штанину порвало, вместе с кожей и мышцами, но главное – не до кости. Нога кровоточит, заливая траву тёмной, густой, красной жидкостью. В нос ударил металлический, тёплый запах, который вызвал тошноту голодного желудка. Сдержав рвоту, решил пустить порванную штанину на перевязку. Положив камеру рядом, со светом на мою ногу, приступил к самолечению. Из-за дрожащих от холода и бессилия рук, получалось с трудом. Ещё и перед глазами начало плыть, но я справился, остановив кровь. Следующей важной целью было подняться. Встать на здоровое колено получилось, но вот как либо двигать второй ногой почти нет, из-за мучительной боли, от которой хотелось потерять сознание. Но нужно идти. Я не могу остаться тут и сидеть! Не могу! Решил найти себе какую-нибудь трость, чтобы можно было хоть как-то ковылять по лесу, но поблизости ничего не оказалось. Решил немного приподняться, посмотреть подальше и, хвала небесам, та была с виду крепкая палка. Проблема только в расстоянии. Решаю ползти. Трава бьёт по лицу, ветки царапают, сколько бы я не приминал их руками, одежда ещё сильнее испачкалась, но я достал эту палку. Опираясь на неё руками, а спиной о ближайшее дерево, начинаю подниматься, весь упор отправляя на здоровую ногу. И вот, наконец-то, получилось: я стою на одной ноге, опираясь руками и телом о палку. Решаю всё же забрать камеру, как последний источник света и просто стараться держать её в руках, ведь сейчас очень сложно думать,и не только из-за ноги. Я прошёл не так много, вновь устав от ходьбы. Сползая по стволу дерева, стараюсь отдышаться. Идти безумно тяжело, перед глазами всё плывёт, появляется отвратительное чувство безысходности. Я в лесу Самоубийц, где уже видел Сударя, который загнал меня в ловушку, слышал голоса, так ещё и чуть не утонул, а сейчас, с травмированной конечностью пытаюсь хоть что-то сделать, но двигаться безумно больно! Что может быть хуже!? И, будто отвечая на мой мысленный вопрос, начали появляться звуки. Но не такие, что были раньше, в начале. Нет, намного хуже. Шёпот. Он нарастает, становится громче, разборчивее, голосов становиться всё больше. "Слабак! Умри! Убей себя! Ты не доживёшь!" – кричали они, перебивая друг друга, издеваясь, иногда ласково зазывая за собой, но всё же заставляя съёжиться, и внутри, и внешне. Я закрыл уши руками, пытаясь не слушать их, но это не помогло, и некоторые начали смеяться над моей глупостью. – Нет, нет, нет! – кричу я, зарываясь в свои мокрые волосы и сжимая их в кулаки, вырывая несколько. – Убирайтесь прочь! Заткнитесь! Они продолжали глумиться надо мной, пытались позвать за собой, "в лучший мир", всеми возможными способами добирались до глубин моей памяти, моего сознания, души... "Мы знаем про тебя всё! Мы знаем твои тайны! Ты такой грязный, фу! Как можно таким жить!?" – насмехались и брезгливо фыркали одни. "Ты устал, мы знаем... Идём с нами, мы тебя вытащим..." – более тихо и мягко говорили другие. "Ты слаб. Ты недостоин всего того, что ты получил. Просто умри" – холодно, почти без эмоций, говорили третьи. Это сводило с ума, заставляя уже рыдать от попыток понять, что происходит, но все собственные мысли заглушались этими голосами. А может, это и есть мои мысли?.. Может, мне правда стоит умереть?.. Я уже не выберусь отсюда, так зачем пытаться?.. Я слышу какой-то новый шум... Шаги?.. Мой мозг опять играет со мной?.. В глазах давно темно, почти не могу ничего увидеть, но свет, яркий, не от фонарика камеры... Голос Даника? Тут ещё и Сударь, и Денчик?.. Нет, это опять глюки, их тут нет... Кто-то треплет меня за плечи... Не могу пошевелиться... Кажется, меня поднимают... Несут... Куда же?.. *** Я просыпаюсь, с сильной головной болью, пытаясь понять, где я. Пахнет лекарствами и хлоркой. Я лежу на спине, на чём-то мягком. Через закрытые веки в глаза бьёт искусственной свет. Я в больнице? Но как я сюда попал? Только недавно был в лесу, там что-то произошло... Резко все воспоминания ударили в голову и я вскочил. Глаза были слипшимися, потому плохо всё видели, но я точно убедился, что я в больничной палате, в японской больнице. – Тихо, тихо, Дим! – успокаивающий голос Сударя оказался где-то справа от меня и быстро приблизился. – Ляг обратно, давай. Его мягкий, родной голос помог успокоиться и я лёг, сразу спросив: – Почему мы в больнице? – мой голос был непривычным, но говорить я мог. – Если рассказывать с начала, так мы с Даником смогли добраться до палатки, но тебя долго не было. Мы решили посмотреть по геолокации, где ты, но твоего трекера будто и не существовало. Мы запаниковали, решили для начала пройтись по твоему маршруту, но не найдя там тебя, пошли сразу звонить в полицию. Эти мрази подумали, что ты очередной суицидник, поэтому не особо торопились, из-за чего тебя искали дня 3. – Сколько!? Я чо, действительно столько там был?? – Да, мы сами в шоке от того, в каком состоянии нашли тебя! Весь в грязи, мокрый до трусов, без апаратуры, с разъёбанной ногой, с жаром, ещё и на нас не реагировал, схватился за голову и смотрел в пустоту, что-то бормотал под нос. Мы вместе с тобой в больницу отправились, но из-за твоего бессознательного состояния, было решено, по совету доктора, перевезти тебя подальше от леса. Мы сейчас достаточно далеко и, похоже, только сейчас прекратился гипноз. – Гипноз? О чём ты, Никит? – Похоже, ты сильно понравился лесу и он захотел сделать тебя его частью. А, может,наоборот. Нам так местные объяснили, но я не особо верю... Я уже почти не слушал его, смотря в пустоту. Когда он закончил, рассказал всё, как было с моей стороны. Про палку с ленточками, про фотографию, силуэт, шёпот, голос "Даника", озеро, "Сударя", ту яму и голоса в самом конце. По лицу Никиты было понятно, что он не просто в шоке, он в натуральнейшем ахуе. Но тут пришёл врач и выпроводил Сударя из палаты, а тот в свою очередь пообещал рассказать всё всем остальным. Поговорив с доком, мы пришли к выводу, что я буду соблюдать постельный режим, пока полностью не заживёт нога и не пройдёт простуда. Я пролежал там 2 недели, после чего улетел вместе с оставшимися со мной Даником и Сударем обратно домой, решать, выкладывать ролик, или лучше не надо...