Последняя попытка стеклянных судеб

      - Эй, просыпайся. Опоздаешь в университет.       - Еще минутку…. – еле слышимым голосом произнес юноша.       - Если ты сейчас же не встанешь, то останешься без завтрака!       Будто бы и не спав секунду назад, светловолосый парень резво вскочил на ноги, раскрыв сонные глаза. – Сказал же минутку… вот всегда ты так, мам!       - Ничего не знаю, давай собирайся и спускайся вниз. И вообще, такому здоровому парню не мешало бы купить себе будильник. – Кинув напоследок язвительное, но не менее доброжелательное замечание, женщина средних лет вышла из комнаты.       Парень начал принимать водные процедуры, а после накинул на себя столь знакомую форму, и захватив рюкзак, спустился на первый этаж. Бубня что-то себе под нос он даже не заметил как оказался сидя за столом прямо перед его любимым блюдом, которое просто не могло не радовать после такого ужасного пробуждения. Позавтракав и собравшись бежать, его окликнула мать. - Удачи на учебе, Хосок, и будь внимательнее на этот раз! Если еще раз завалишь тест……       Но ему было уже все равно, он был уже далеко за дверьми дома.       На мокрых улицах виднелись несколько фигур. Они шли четко и уверенно. Вот только ноги у них немного не в ту сторону шли, то влево, то вправо. Было видно, что компания даже слишком веселая, поэтому плохая погода не испортила настрой ни одного из них. Совсем наоборот, это придавало особенного шарма их фигурам, медленно шагающим в такт друг другу.       - Я сегодня по особенному сильно напился, ахахха, парни, – начал один из них. – Вот скажи мне, Пак, это ты меня так напоил. – хотел поднять руку, но силы не позволили этого сделать.       - Да ты кому ты нужен, маразматик! Думаешь я бы тратил на тебя свой алкоголь, оставаясь трезвым? Ни за что! – резко и бодро выстрелил тот в ответ. Все остальные посмеялись, так как этой ночью единственное, что пришлось делить, так это толчок унитаза.       - Парни, я конечно не жалуюсь, но кажется моя печень скоро откажет. – немного грустным тоном проговорил другой. И быстро сменив выражение своего лица, добавил, - но вот если бы все наши гулянки проходили как сегодня, то я с гордостью заверяю, что потратил бы последние живые клетки печени на эти моменты!       - Идиот, – рассмеявшись, Пак толкнул того в плечо, отчего он не выдержал и повалился на мокрый асфальт. Смех поднялся пуще прежнего, и пока мистер «да-да, смейтесь с меня» поднялся на ноги, на улице появился первый человек. – Ну все, давайте быстрее по домам. Нас лучше не видеть в подобном состоянии.       Простояв у какого-то дома еще несколько минут и обсудив некоторые моменты, произошедшие за вечер, компания начала расходиться по разным сторонам. А Пак Чимин, вспомнив, что дома нечего есть, и даже холодильник скоро уйдет из дома, грозно хлопнув дверцей, верным шагом направился в ближайший продуктовый магазин.       - Ну что же, мои сладкие, вот нам и пора прощаться. Потому что впереди у меня много дел! – в камеру с мигающей маленькой лампочкой смотрела молодая девушка со светлыми волосами. – До встречи, следующий прямой эфир будет завтра, как и обещала! – улыбнувшись, и нажав кнопку «завершить», девушка выдохнула с облегчением.       Вот и настал новый день, и все, что должно будет происходить в течение его времени, должно быть наполнено красками для того, чтобы на завтрашнем стриме было что рассказать своим любимым зрителям. Поднявшись со стула и потянув руки вверх, скрепляя их в кулаке, Пак перестаралась с разминкой, поняв о том, что все ее косточки будто хрустнули в один момент. Создавалось впечатление, что она просидела за этим стулом целый день так, что ее мышцы успели атрофироваться.       - Ай! – лицо скривилось в гримасе, - таким темпом скоро придется носить корсет для осанки, моя спина говорит мне досвидос и принимает форму буквы «зю». Такс, а теперь быстренько собираемся и отправляемся на учебу, пока я не опоздала на автобус. Оказавшись в школе, девушку быстренько найдя взглядом и подбежав к ней проговорила подруга, - Смотрела тебя сегодня, Рози, ты просто замечательная! - с восхищением восхваляла та.       - Стараюсь для вас – моих самых-самых прекрасных любителей-зрителей. – расплывшись в довольно странной, но искренней улыбке, ответила Пак.       Этот день был бы совершенно заурядным для каждого человека. Самый обычный, если можно его так назвать. Как только солнце показывается на горизонте и начинает освещать лучами все уголки земли, многие из нас уже, просыпаясь, спешат по своим делам. Кто на учебу, кто от бессонницы совсем не спал всю ночь, кто-то собрался ехать в другую страну в путешествие, а кому-то необходимо начинать день рано для достижения всех своих запланированных целей. Погода на улице не из лучших. Можно даже сказать на любителя. Всю ночь шел дождь, дав наконец засыхающим растениям второе дыхание, или же вторую жизнь. Улицы, дома, детские площадки, да и некоторые особи, гуляющие под дождем всю ночь напролет, намокли под крупными каплями дождя. Запах свежести и мокрой земли резко бил в нос, но многие любят подобные запахи. Поэтому утром, идя на работу, их настроение поднималось.       И как всегда по какому-то неизвестному закону эта идиллия длилась недолго. Это как есть свое любимое блюдо. Один только запах и вид моментально вскружит тебе голову, и съев пару кусочков, вкус начинает теряться.       - Бежим!       - Что ….. НЕТ!       - Вы сошли с ума, женщина?! – грозным тоном мужчина пытался всеми силами оттянуть худощавую женщину от ребенка, застывшего на месте.       - Сок! Очнись! – дрожащими руками она пыталась сдвинуть мальчика с места, но тот совсем не поддавался. – Не закрывай глаза!       Поняв, что от женщины ничего не добьешься, мужчина рванул вперед за остальной частью толпы. Несущиеся сломя голову люди, чуть не затаптывали друг друга, видя перед собой единственный путь – путь к поездам. Именно они собирали огромные толпища беглецов в свои кабины, дабы спасти каждого, кто успеет в них заскочить.       - Прошу тебя! Со……. – тело женщины начало сковывать. Ни руки, тянущиеся к мальчику, ни мысли, заставляющие ее последними силами спасти своего ребенка, не могли больше что-то делать. И теперь, глядя на эту картину, люди с еще большим ужасом ломились вперед, прорываясь через каждого, и сторонясь двух фигур, застывших насмерть, как скульптура «любви матери и сына».