Даже, когда умру.

Она смотрела на себя в зеркале, и пыталась найти хоть самый малейший намёк на счастье. Сколько бы она ни пыталась, она лишь видела девушку, которую сломала война, которая потеряла всякий интерес к жизни. Тот самый огонёк потух в её глазах, даже не оставляя ни малейшей искры. Ничего. Абсолютно ничего, кроме боли. Гермиона не думала, что такое возможно, не думала, что война так её искалечит. Но она смотрит в глаза друзьям и с самой радостной улыбкой, на которую она способна, говорит, что с ней всё в порядке и она лишь по уши завалена учёбой. Всё это наглая ложь, но разве она может по-другому? Её друзья сами пережили не мало всего и потеряли дорогих для себя людей. Она тоже. Стала сиротой в девятнадцать лет. Гарри ведь тоже сирота, но он не помнит своих родителей. Какая ирония, а когда её родители погибли, даже не знали о существовании дочери. Гермиона не знает, замечают ли её друзья в каком она состоянии, но она знает что он замечает. Пока она не счастлива, но уверена, что будет, ведь он есть у неё. Он ничего не говорит, но видит её насквозь. Вот поэтому она его любит. Ничего не говорит, но при этом даёт ей самую сильную поддержку, на которую вообще способен. Ничего не говорит, но она знает, что их чувства взаимны. Они самая несовместимая пара, которая вообще существует. Они оба искалеченные войной подростки. Оба по разные стороны баррикад. Она — золотая девочка, участница Золотого Трио. Он — оправданный Пожиратель смерти. Она — грязнокровка. Он — наследник знатного чистокровного рода. Она — Гермиона Грейнджер. Он — Драко Малфой. Это сумасшествие. Её друзья будут в ярости, они не примут их пару, но она готова пойти на риски, ведь они будут оправданы. Ведь это любовь. Возможно не такая, о какой мечтала Гермиона, ведь эта намного лучше. Они спасают друг друга любовью. После школы они уедут, только вдвоём. — Давай уедем после школы? — спросил он однажды, разрушая мирное молчание. — Куда? — Ты правда готова? — он заглянул в её глаза. Она любит его глаза, сейчас серый цвет глаз Драко, отдавал цветом бушующего моря. Она знала такой взгляд, лёгкое беспокойство. Возможно другие бы ничего не заметили, но она знает его вдоль и поперёк. — Если только с тобой, вдвоём. Мы это заслужили. — Её лицо озарила мягкая улыбка, которую она дарит только ему. Она прекрасно знает, что это его любимая улыбка. — Мы можем уехать куда угодно, в другой город, страну, материк. Куда ты только пожелаешь. И она согласилась, не имела права не согласиться. До конца учебного года оставался лишь месяц, поэтому было не трудно продержаться. Её друзья будут опечалены её внезапным переездом. Она тоже хочет любви, пусть друзья ей этого не простят, но она счастлива. Перед уездом, в своём письме друзьям, она не стала извиняться за выбор, который сделала, не извинилась и за то, что уехала. Гермиона лишь пожелала им всем счастья. Когда-то они поймут её и простят, но она живёт моментом. Во время войны она поняла, что жизнь коротка, поэтому глупости совершать можно. Глупости, во имя любви. Я люблю тебя, и всегда буду любить. Всегда. В другом городе, стране, материке, даже планете, даже когда умру. Это его первое признание в любви. Она бы ни за что не променяла эти слова, на что-то другое.