Картина маслом

Несколько месяцев назад, Зонтик познакомился с местной художницей, ее картины очень воодушевили его. Он никогда не умел хорошо рисовать, поэтому начал с самого простенького. Он рисовал восход, закат, облака, небо, луну и звезды. Но ему хотелось создавать что-то большее, чем просто зарисовки, пейзажи. Хотелось чего-то особенного, чтобы смотреть потом на них и вспоминать все те прекрасные моменты, погружаясь в атмосферу спокойствия и безмятежности. Художниками не рождаются, и Зонтик это знал. Научиться рисовать может каждый, если будет стараться. Учиться никогда не поздно, а учиться рисовать очень даже увлекательно. Иногда, Зонтик не знал, что нарисовать, и тогда, он поднимался на высокую башню и наблюдал за всем, что происходило вокруг. Так, ему в голову пришла мысль, нарисовать статую Великого Зонтика правильной, такой, какой, она и должна быть: без третьего глаза и без второй пары рук. Картина вышла отлично, можно сказать идеально, но ей не суждено было сохранить своё великолепие на долго. Внезапно начавшийся дождь, не сильно, но всё же размыл краски. На следующий день, Зонтик с трудом смог восстановить свой шедевр. Благо, что гуашь – покрывная краска, и синие слезы удалось полностью закрасить, а также и верхнее веко левого глаза. Глаз практически пришлось нарисовать заново, ибо предыдущий выглядел подбитым из-за потекшей чёрной краски. После этого случая, Зонтик решил использовать масляные краски, они более надёжны и долговечны, правда и сохнут они намного дольше. Первое время, Зонтик рисовал все, что придёт в голову. Птиц, животных, пытался рисовать жителей Зонтопии. Но, однажды, после очередного съезда правителей, ему стало совсем грустно. Куромаку в очередной раз общался по видеосвязи, Ромео явился с опозданием, а от Бубновых и вовсе никаких вестей. Их портреты написал первыми, начав с Габриэля. Затем изобразил Данте, так, как запомнил его с их последней встречи во время первого съезда. Вару, – о нем даже вспоминать не стал. Пикового валета ему хватало и на собраниях. Куромаку на портрете выглядел намного старше, Ромео получился немного похож на девушку, а Феликс и вовсе на ребёнка. Остался последний клон – Пиковый Король. Тот, кого Зонтик боялся до чёртиков, но вместе с тем и уважал. Пик провозгласил себя их лидером, никогда и пальцем никого не трогал без всяких на то причин, но от этого не становилось легче. Пик одним только взглядом давал понять, что его злить не стоит. По сей день, Зонтик, так и не смог забыть, как Пик пытался убить Создателя. Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы не вмешался Феликс. В карточной одежде, Пик напоминал японских самураев. Шлем и доспехи темно-фиолетовых оттенков, и золотой ключ, который можно использовать как двуручный топор. Карточная одежда подчеркивала величие правителя Пиковой империи. Нервно улыбнувшись, Зонтик все таки решился взяться за дело. Бояться нечего. Нарисованный Пик, никак не сможет ему навредить. Покрыв холст белилами, принялся тщательно выписывать каждую деталь, которую он помнил в точности, а помнил он абсолютно все до мельчайших подробностей. Прошло уже пару недель, как Зонтик начал работу над портретом Пикового Короля во весь рост. Правитель Зонтопии, не спеша, выписывал каждый дюйм, стараясь передать все в точности. Как бы Зонтик не пытался изобразить улыбку на лице лидера, у него ничего не выходило. Выражение лица получалось каким-то неестественным, будто Пика вынудили улыбаться. С одеждой и ключом проблем не возникло, всё было в полном соответствии с оригиналом. Замазав лицо в очередной раз, Зонтик решил не импровизировать, а оставить все, как есть. Суровый, испепеляющий взгляд драконьих глаз, приводящий в ужас. Зонтику казалось, будто Пик смотрит ему прямо в душу. Поначалу он даже отводил взгляд, стараясь не смотреть в такие живые глаза короля. Пик получился очень даже реалистично, как настоящий. Осталось только сделать однотонный фон и портрет будет завершен, но художник не спешил продолжать. Прошла неделя, и вот, наконец портрет был готов, на чёрно-сером фоне, Пиковый Король выглядел ещё более величественно. Иной раз, Зонтику казалось будто он слышит голос Пика, и это вызывало мурашки по всему телу. Он смотрел на полутораметровый холст в ожидании, что картина оживёт, и, к нему с портрета сойдет Пиковый Король. Как же Зонтику хотелось, чтобы Пик не был таким замкнутым и недружелюбным. Хотелось, чтобы с ним можно было спокойно пообщаться или выпить чаю. Это навело его на мысль, как перестать бояться восьмого клона, который больше походил на дьявола во плоти. Все свои картины и портреты Зонтик хранил в пустой комнате запертой на ключ, и только портрет Пика он оставил у себя в спальне. Глядя на портрет, Зонтик воображал будто он смотрит на настоящего Пика. И даже устраивал чаепитие. Он приносил две чашки чая, одну брал себе, вторую ставил на тумбочку рядом с портретом короля пиковой масти. — Угощайтесь, ваше величество, — улыбнулся Зонтик, ставя чашки на прикроватную тумбочку, и глядя на портрет Пикового Короля, что стоял рядом с ней. — Даже не верится, что я это сказал, — хихикнул он, присаживаясь на незаправленную кровать. — Господин, у вас все в порядке? — раздался за дверью голос Алебарда. Зонтик не заметил его, когда с подносом в руках спешил к себе в комнату. — Д-да, — вздрогнув от неожиданности, отозвался он. — Я переодеваюсь, и хочу немного вздремнуть. Не мог бы ты зайти попозже. — Зонтик, вскочил с кровати и на всякий случай запер дверь. Он не хотел, чтобы Алебард думал, что у него проблемы с головой. Воображаемый друг – это ненормально. — Алебард?! — позвал он, но ему никто не ответил. Открыв дверь, Зонтик выглянул в коридор, но никого не увидел. Выпив свою чашку чая, Зонтик лег поверх одеяла, и, действительно уснул. Ему снилось ромашковое поле, бабочки, порхающие с цветка на цветок, высоко в небе ярко светило солнышко, легкий ветерок развевал бирюзовые локоны. Зонтик... Зонтик... Проснись!.. Звал чей-то знакомый голос. Все исчезло. Зонтик открыл глаза. Он лежал на своей кровати, а рядом с ним сидел Пиковый Король. — Невежливо, приглашать на чай, а потом спать. От неожиданности Зонтик сел, и недоуменно захлопал глазами. — Я... Ох, ради всего святого, Пик, прости меня! Мне так неловко. Я, просто... немного устал, — переполошился Зонтик, понимая, что выглядит довольно жалко. На тумбочке по-прежнему стояли две чашки чая. Пик взял одну чашку себе, вторую подал Зонтику. Тот, осторожно взял чашку и принялся пить маленькими глотками. На удивление, чай был горячим и очень сладким. Столь неожиданное появление желанного гостя не только порадовало, но и смутило трефового. Зонтик был искренне рад видеть Пика. Лишь только спустя некоторое время, ему пришла в голову мысль о том, как тот здесь оказался? — Эм-м... как ты здесь оказался? Тебя впустил Алебард? Видишь ли, я... это... Ну... Хотел спросить, как ты узнал, что я хотел тебя пригласить? Я же, вроде, ничего не говорил, — хихикнул Зонтик, понимая, что несёт полный бред и, думая, как бы ему захлопнуть рот прямо сейчас, — вот представляешь, ничего не помню. Как, и когда пригласил. Я не пил, честно. И вообще, не пью. Но и не помню ничего. Пик, не слушай меня! Бред какой-то несу. Наверное от недосыпа! Я очень долго рисовал... Днём занимался делами, а ночью... ну, ты понимаешь. — Конечно же. Я все понимаю, но ночью нужно спать. Жаль, я не умею рисовать. Но я бы с удовольствием посмотрел, как ты рисуешь. Хоть днем, хоть ночью, — низкий голос Пика, звучал так сладко, что Зонтик совсем забыл о своем страхе перед ним. Портрет Пикового Короля? Зонтик испуганно огляделся – искомый предмет не был обнаружен. Не может быть такого, чтобы Пик сошёл к нему прямо с картины. Но, тогда, где же холст? Зонтик вскочил с кровати, и, заглянул в шкаф. Ничего. Только шмотки. Тогда, он, стал на четвереньки и заглянул под кровать – тоже ничего. — Ох, прости пожалуйста, Пик! Я не могу её найти. Я... хотел завершить потом... Но. Не мог выбрать цвет фона, — трефовый валет смущённо забормотал, в надежде, что Пик отговорит его от поисков, того, чего и не было. — Зонтик? Всё в порядке? — надежда, что король его отговорит, исполнилась. — Да забудь ты про неё, потом найдёшь. — Что? О, да. Да, конечно, всё в порядке. Извини, я просто хотел показать тебе свою последнюю работу. Точнее... в общем, я просто... — выпалил он и, сел на край кровати с другой стороны. — Потом Алебарда спрошу, может он видел. В последнее время трефовый валет нисколько не терялся перед королем пиковой масти, потому что, тот, был нарисованным. И не мог ругать его, говорить, что он трусливый и бесполезный. И даже сейчас, когда они были так близко, на душе было спокойно. Зонтик был самым обычным скромным парнем, который очень любил рисовать. Человеком с большим сердцем и открытой душой, добрым и отзывчивым, правителем Зонтопии. Он верил, что в каждом человеке есть хоть капля доброты, и, Пиковый Король не исключение. — Знаешь... Я не переставал верить, что ты не такой... Ты добрый и хороший. Но. Почему, раньше ты был таким злым? Почему для тебя так важна свобода? Неужели, свобода важнее человеческой жизни... — со своими вопросами, Зонтик заходил все дальше, начиная ворошить прошлое. — Я могу называть тебя своим другом? — Конечно. При одном условии – забудь о том, что было, не живи прошлым. Что было, то было, и уже не имеет никакого значения. — Расскажи о своём королевстве, — попросил Зонтик, наивно полагая, что король наконец-то раскроет карты. — Мне очень интересно, правда. Я ничего никому не скажу, обещаю. — Что ты хочешь узнать о Пиковой Империи? Зонтик, набравшись храбрости, залез на кровать с ногами, сел поближе и посмотрел в глаза королю. На первом съезде правителей, Пик, выглядел мрачнее тучи. Казалось, ему совершенно не интересно, что происходит вокруг, а пришёл он только из вежливости. Долгое время Зонтик робел перед грозной фигурой с королевской статью, облаченной в чёрно-фиолетовый плащ. Фиолетовая шевелюра с торчащими прядями похожими на рожки, пряталась под шлемом. Тяжелые сапоги, ремень с громоздкой пряжкой, нагрудник, наручи, придавали образу внушительности. Доспехи имели тёмные фиолетовые оттенки, остальные элементы одежды – чёрного цвета. Зонтик не любил чёрный, этот цвет ассоциировался с чем-то плохим, темным, мрачным. Но Пику он подходил лучше других цветов. После государственного переворота, что устроил Алебард в сговоре с министрами, многое поменялось. Жизнь в Зонтопии не стала намного лучше, зато у правителя появилось больше свободного времени, часть которого, Зонтик тратил на личные дела. Он мог позволить себе не спать по ночам, прогуляться под луной или же порисовать. — О своём королевстве, ты, ни разу и словом не обмолвился. Расскажи хоть что-нибудь. Не может быть, чтобы совсем нечего было рассказывать. Может, у тебя в стране какие-то проблемы? Или, вообще, все плохо? Почему ты ничего не рассказываешь? — Зонтик продолжал сыпать вопросами похлеще Габриэля. Пик довольно улыбнулся, мигнув глазами. — Перестань быть пессимистом. Если кто-то, о чем-то не говорит, это ещё не значит, что у него должно быть всё плохо. Проблемы бывают у всех, но не все хотят их обсуждать. У каждого из нас своё государство со своими законами и суверенитетом. Каждый имеет право на неразглашение внутренней политики, а также, информации об экономическом и социальном развитии. Обсуждать ситуацию в стране, придумал Куромаку. Вот только все эти собрания не решают по-настоящему важных вопросов. Что же касается Пиковой Империи, я, как правитель, должен сам решать проблемы своего государства, а не просить помощи у кого-то, тем более у Куромаку. Спасибо ему за помощь на собраниях, но этого достаточно! Пойми меня правильно, Зонтик, все эти разговоры – пустая трата времени. Мы лишь бросаем слова на ветер, игнорируя единственную настоящую проблему, — распалившийся в начале разговора Пик успокоился, глубоко вздохнул, внимательно глядя на Трефа, стараясь обьяснить всю ситуацию не вдаваясь в подробности. — Что ещё за проблема? — Неужели, никто из вас, так и не заметил ничего. Карточный мир не бесконечен и мы по-прежнему несвободны. Стена. Непробиваемая стена. Это купол или полусфера, стены которой не пробиваются ни одним оружием. Свобода и власть – лишь иллюзия. Мы заперты здесь. — Так значит, в твоём государстве есть оружие, — быстро смекнул Зонтик. — И, все, чем ты занимаешься, так это пытаешься разрушить стену? — Нет. У меня много других дел, таких, как... Разговор прервал оглушительной силы взрыв. До смерти перепуганный Зонтик, сжавшись в комочек, закрыл лицо ладошками, тихонечко поскуливая. Дрожа всем телом, он с трудом заставил себя открыть глаза. В комнате было темно и тихо, а рядом никого. До конца не понимая, что произошло, Зонтик, вскочил и побежал к окну – на темном небе сияли звезды. — Что это было?! Алебард?! Алебард! — кричал Зонтик, выбегая из комнаты. И уже через минуту, он стоял на пороге спальни Алебарда. Единственный источник света – факел, плохо справлялся и длинный коридор почти тонул во мраке. — Алебард! — позвал Зонтик, приоткрыв дверь. Из темноты послышался сонный голос первого министра. — Мой господин, что-то случилось? Почему, вы, не в постели, в столь поздний час? — Алебард?! Алебард, ты слышал? Я так испугался. Что это было? — Ваша светлость, я ничего не слышал. Видимо, вам приснился дурной сон. Уже поздно, идите, ложитесь спать. — Там был какой-то взрыв. — Если бы был взрыв, я непременно бы услышал. У меня очень чуткий сон, видите ли. К тому же, главные ворота стерегут дозорные. Мимо них и мышь не прошмыгнет. Будьте уверены и спите спокойно. С вашего позволения, господин, я хотел бы продолжить сон. И вам советую. — Спокойной ночи, Алебард. Зонтик вернулся в спальню, лёг на кровать, но так и не смог уснуть. Он весь дрожал от волнения, пытаясь понять что вообще происходит. Долго размышляя пришёл к выводу, что всё это было сном. Ведь, если бы Пиковый Король на самом деле зашёл к нему на чай, то он бы это заметил. Во-первых, только одна чашка была полупустой, на донышке осталось совсем немного чая, вторая была нетронутой. А во сне, Пик, пил чай. Во-вторых – портрет Пика был на месте. Все указывало на то, что это был сон. И даже страшный взрыв был во сне. Громыхнуло так, что стекло разлетелось бы вдребезги. Зонтик снова выглянул в окно – залитая лунным светом Зонтопия мирно спала. Ни единой живой души не было видно, ни единого звука не было слышно. Треф вернулся в постель, улегся поудобнее, натянул одеяло по самые уши и закрыл глаза. Прошло несколько минут и Зонтик снова стал ворочаться, вспоминая, как Пиковый Король сидел рядом с ним на кровати, пил чай, говорил с ним и проникновенно заглядывал в глаза. Жаль, что это был всего лишь сон. Конечно, идея перестать бояться Пика, общаясь с его изображением не казалась Зонтику умной, но с другой стороны он не хотел тренироваться с настоящим Пиком. Общаться с портретом казалось глупостью, но так было намного проще. Ведь дружба с настоящим Пиковым Королем Зонтику не светит ни в одной реальности. По крайней мере, Треф был в этом уверен. — Спокойной ночи, Ваше Величество, — пробормотал Зонтик, чувствуя, как его начинает клонить в сон. Он перевернулся на другой бок, закрыл глаза, желая, хоть на мгновение перестать думать, желая поскорее уснуть.