Сладкая кровь.

Как вскоре рассказал Огай, та женщина была жестоко убита одним из экзорцистов… Впрочем, сейчас время такое, что без жестокости в убийствах ангелов вообще никак. Люди отыгрываются в этом случае по максимуму, мстя за потерю близких. Без шока на подобное зрелище не взглянешь. Накахара с интересом слушал все, что ему рассказывали. Честно, звучало так, будто они находятся в каком-то фантастическом кино. Но, увы, это реальность. Чем больше Чуя слушал, тем больше осознавал всю проблему этих существ. Проблему от них. Она слишком масштабная. Стать экзорцистом — буквально поставить себе клеймо на лбу. Только буквальный смысл перетекает в реальный. Клеймо — самое простое описание этого обряда. Конечно, его могут видеть ангелы и сами экзорцисты, при желании, а обычные люди — нет. *** Мори сразу сказал, что это больно. Но Накахара стоял на своём. Ему хотелось иметь хотя бы небольшие противостояние против этих тварей. — хорошо. — тихо сказал Огай, и через несколько секунд в комнате потемнело. Рука мужчины засветилась синим пламенем, освещая всю комнату. В этом пламени можно было увидеть такие же неизвестные иероглифы, что были возле кровати. Стоило руке прикоснуться к рыжей макушке, как Чуя истошно закричал. Боль пронзила все тело, еще какое-то время отдаваясь в голове. Не самый приятный момент. Очнулся Накахара только на следующий день.Как оказалось, это совершенно нормально, ведь некоторые могут и неделю спать, а то, и более… Мори учил Чую совершенно разными техниками, печатями, и прочими умениями против ангелов. Как минимум, получив данную печать экзорциста, он уже имел некую защиту против этих сковывающих взглядов. Но, она была слишком небольшой, чтобы полностью уберечь рыжего от лишения жизни. *** Несмотря на все это, Накахара продолжил учиться в университете. После получения печати, он мог отличить обычного человека от экзорциста по их ауре. Экзорцисты имели ауру любого цвета, а люди вообще ее не имели. Это все напоминало какую-то детскую сказку, или же интересную книгу… Все казалось слишком нереальным. Очередная пара прервалась криком преподавателей, которые кричали спрятаться в кабинете и запереть дверь. По университету ходит несколько ангелов. Накахару смутило то, что их несколько. С одним, он вероятно, справиться. А с несколькими… Побежав к лестнице, рыжий быстро пробежал вниз, спустившись на первый этаж. Там стоял один из ангелов, что отдаленно напоминал зомби. Будто без души, смотрит на людей как на пищу, и вскоре откусывая кусок человеческой плоти. Белые крылья, делали его таким невинным. Но вскоре эти белоснежные крылья окрашивались в красный цвет, а нимб становился черным, когда кто-то был пронзен взглядом этой твари. Рука Чуи покрылась ярко-красной аурой, создавая некую пентаграмму, из которой вылетали что-то по типу фаерболов. Ангелы с истошным криком падали замертво, а их сгоревшие тела лежали на полу. Открытые рты, что замерли в крике, обгоревшие участки кожи, которые в некоторых местах сгорели до дермы, опаленные волосы, неестественная поза, и запах сгоревшего мяса заставили проявиться рвотному рефлексу. Только очистить желудок не вышло, Накахара поспешил на улицу. Свежий воздух и холодный ветер очистили разум, но это было ненадолго. Все же вскоре очистился и желудок. — что же со мной…такое… — Учитывая, что парень шел на хирурга, он и не такое видел. Так почему именно такая картина заставила его желудок опустошится сейчас? Даже когда студентов отправили по домам, Чуя чувствовал себя дурно. Сидя в туалете, парень не мог найти себе места. Таблетки не помогали, а будто ухудшали ситуацию. Каждые несколько минут горло снова перехватывало, и все, что было съедено или выпито до этого оказывалось в унитазе. Тяжко выдохнув, юноша все-таки набрал номер Мори, рассказав ему о ситуации. Ибо других причин, кроме какого-либо проклятия он найти не мог. Вскоре послышался стук в дверь, и еле как дойдя до двери, Накахара впустил мужчину в дом. И уже почти с порога Огай ахнул. — И как долго ты прибываешь в таком состоянии? — Еще с обеда. — шипит Чуя, когда темноволосый грубо взял его за подбородок. — Это проклятие, но снять его будет довольно просто, не переживай. Попытки снять это проклятие не увенчались успехом. Огай нахмурился, не понимая, в чем дело. Накахара лежал на кровати, расфокусировав взгляд, пока его учитель что-то делал с ним. Стоило ему прикрыть глаза, как он сразу получает звонкую пощечину, от которой, кажется, останется еще синяк. От этого он почти сразу открыл глаза. Ну, а кто бы продолжил дальше лежать? — Не вздумай закрывать глаза, Чуя. — Это еще почему?! Я просто ненадолго моргнул! — А ну тихо. Мне-то откуда знать, закрыл ты глаза, или потерял сознание? А может, вообще умер? Рыжий задумался, но ничего не ответил. Весомый аргумент, все же… Тяжко выдохнув, парень повернул голову к Огаю. — Ты ведь говорил что будет легко снять его, так почему так долго? — в ответ мужчина нахмурил брови. Чуя промолчал, отводя взгляд. Было тяжело поверить в происходящее, после долгих лет обычной жизни. Чуя Накахара. { повествование от первого лица.} Во рту резко появился вкус порошка для стирки, было ощущение будто я сам насыпал целую горсть себе в рот. От этого вновь потянуло блевать, это отвратительное чувство… Кажется, Мори сразу заметил этот рвотный позыв, и поставил таз мне на колени. Содержимое моего желудка заставило меня побледнеть еще сильнее, чем до этого. Черная слизь, которая была еще отвратительнее на вид, чем на вкус… Порошок хотя бы выглядит приятнее. Я уже не знаю, от чего я потерял сознание, от этого разрывающего чувства внутри, от ужасного состояния, или от вида этой жижи, что я выблевал? Последнее, что я видел, так это лицо Мори, а слышал…сначала его крики, а уж потом женский голос. Столь манящий и одурманивающий… Он звал меня за собой. Передо мной встал силуэт женщины, с огромными и пышными крыльями, она протягивала мне руку. Расстояние между нами было совсем небольшое, и я мог спокойно взять ее за руку. Нас разделяли будто два мира, в полной тьме стоял я, а в ярком, белом свете — она. Полностью черный силуэт превратился в милейшую молодую женщину, на вид лет 20-30. Ее столь теплая улыбка напоминала материнскую. Такая приятная, от которой даже чувствуешь тепло, исходящее от нее. Коричневые волосы лежали на ее плечах, они слегка вились, это было видно по кончикам. Я вспомнил себя ребенком, когда мать меня прижимала, закрывая мои глаза и уши ладонью, пока отец громко ругался в гостинной. Вскоре он повешался, а мать умерла от остановки сердца. Я плохо это помню, ибо был совсем ребенком. Но я помню времена, когда отец и мать улыбались, смотря на меня. Это было замечательное ощущение. Я мечтаю увидеть такой же теплый взгляд, который направлен на меня. Неужели, я так много прошу? Кажется, мои глаза заслезились. Не помню, сколько я не плакал… Всегда скрывал свое прошлое, никому не открывался. Сначала бы найти человека, кому можно рассказать об этом грузе на душе. Рука сама потянулась к женщине, оставалось пару сантиметров до того, как я взял ее за руку. — Мой лучик, пойдем за мной. — после этой фразы я отдернул руку. Меня так называла только мать. Женщина опустила руку, шокированно открыв глаза. Эти…карие глаза…я узнаю из тысячи. Те самые, что пробирают меня до дрожи, сковывая оковами страха, не дающие мне спастись. Я начал убегать, вытирая слезы с глаз. Ангелы всегда давят психологически, ибо видят все, что находится на душе у человека. Под нахлынувшими эмоциями ты забываешь обо всем, а ведь далее, уже неизвестно, что с тобой будет. Я бежал долго. По тьме, что окружала меня. Может, я бегу не в ту сторону? Почему я не просыпаюсь? — Солнышко, ты не знаешь куда бежать? Тебе нужно было прыгнуть в мои объятия, тут намного лучше, чем в этой тьме… Я не слушал ее. По крайней мере, пытался. Она обхватила мой торс со спины, и я потерял возможность двигаться. — Милый, ты никуда не уйдешь. Я засела надолго в твоей душе, и тебе никто не поможет… Она обнимала меня так крепко, что я услышал хруст собственных костей. Я почувствовал ее пальцы на своем лице, увидел ее глаза, из-за которых у меня подкосились ноги. Я резко кричу и открываю глаза, хватаясь за лицо. Накахара тяжело дышал. Огай с облегчением вздохнул, укладывая руку на его плечо. — Я…боже господи. Та женщина…она является моим проклятием. — Это я понял. Только самое ужасное, что я не могу снять его… Мои способности не позволяют, прости. Я могу лишь не позволять ей забрать твою жизнь. Ты задыхался, твое сердце переставало работать, и все это сопровождалось судорогами. Надейся, что это не будет проявляться часто. Я постараюсь найти человека выше моего уровня… Накахара выглядел подавленно. Ему было слишком тяжело принять эту информацию. Неизвестно, когда случится следующий этот «приступ». — Накахара Чуя. Не вздумай отчаиваться, ты не мертв. И не умрешь. Если почувствуешь себя неладно, сразу звони мне, и по поводу звонков… Мужчина дает в руки Чуи небольшой пульт, с единственной красной кнопкой. — Зажми ее, если что-то пойдет не так. Юноша кивнул, провожая Мори. Чуя тяжело вздохнул, закрыв лицо руками. Он чувствовал себя инвалидом в больнице, а этот пульт — кнопка вызова медсестры. В любом случае, пришлось смириться и жить дальше. Не в петлю ведь лезть… *** Чуя вскоре бросил университет, но за это время ещё несколько раз случались приступы. И каждый раз, одно и тоже — " — я не отпущу тебя, Чуя! «. Утро. Накахара только открыл глаза, и вылез с постели, пока в дверь кто-то настойчиво стучал. Это оказался Мори, который улыбался во все зубы. — Доброе утро, Чуя. Можно? — Доброе, да, заходи. Мужчина заходит в квартиру, похлопав юношу по спине. — Я надеюсь что ты согласишься на мое предложение. Как насчёт вступить в организацию по истреблению ангелов? Парень подавился слюной, но задумался. Все же, может именно там ему смогут снять проклятие? Несколько людей, что приходили к нему, не могли даже понять, что это за чары. — Ох…я…согласен? Думаю, все же да. — Ты не представляешь насколько я рад! А теперь собирайся быстрее, и мы пойдем. Накахара кивнул, и начал собираться. Вскоре они отправились на нужное место. Эта организация оказалась огромным зданием, у которого было еще два блока по бокам. Данное здание находилось за городом, поэтому ехать туда пришлось на машине, и достаточно долго. Как вскоре Чуя узнал, Огай оказывается командиром в одной из высших отрядов. Когараси, отряд Мори Огая, состоящий из 4 человек. Теперь, уже из пяти… — Хей, ребят. У нас новенький в отряде, научите его чему-нибудь хорошему, а у меня дела, увы. После сказанного Мори тут же убежал, оставляя Чую будто на съедение волкам. Почти тут же к Накахаре подошел парень с пепельными волосами, осматривая его с головы до ног. Выглядел он вполне пугающе, но улыбка была теплая. Черные перчатки, черный плащ, и на воротнике белый мех… — Новенький, значит?