Волки и овцы

       Ты удивлённо моргнула, обнаружив на фишке изображение волка. Тебя тут же подхлестнуло любопытство, кто же станет твоей жертвой? Один за другим гули вскрывали свои фишки, пока не дошла очередь до Дью. Огненный гуль взглянул прямо на тебя и самодовольно улыбнулся, будто точно зная какая у тебя фишка.        — Дью овечка! Вот это интересный поворот, — громко заявил сидевший рядом с ним Рейн, который уже успел взглянуть на фишку друга.       — А кто же волк? — заинтересованно завилял хвостом Свисс, бросая взгляд на последних двух участников, ещё не открывших свои фишки: то на тебя, то на Кумулус.        В подтверждение Дью поднял на всеобщее обозрение изображение милой овечки. И ты повторила действие вслед за ним, демонстрируя рисунок волка. Упыри заохали, кто-то даже прыснул смехом, готовясь к интереснейшему зрелищу.        Дью занял почётное место овечки, закинул ногу на ногу, вальяжно устроившись в кресле. Остальные восторженно забили хвостами по полу, наблюдая, как ты приближаешься к гитаристу крадущейся, изящной походкой и нависаешь над ним, опиревшись руками на подлокотники.       — Тебе придётся постараться, детка, — насмешливо проворковал огненный гуль.       Ты знала, что самодовольного Дью не так-то просто будет победить. Но в твоём арсенале было особое оружие: знание его фетишей. Он любит чувствовать свое превосходство, привлекать всеобщее внимание. В том числе и в постели.       Ты поставила колено между его ног и склонилась ближе, пожираемая похотливым и гордым взглядом золотых глаз. Приблизившись к его заостренному уху, ты томно вздохнула, опаляя его горячим дыханием. Пальцы Дью слегка сжали края подлокотников.       — Дью... — прошептала ты максимально томным и возбуждены голосом, на какой была способна.       Он заметно вздрогнул и по его коже пробежали мурашки. Ты довольно усмехнулась, понимая, что твоя догадка была верна. Огненный гуль сходил с ума, когда во время секса его звали по имени, когда его партнёр кричал от наслаждения и вызывал к упырю, умоляя об утешении сладостной агонии наслаждения.       — Ах... Дью, прошу! Сильнее! — твой голос был похож на жалобный стон. К лицу быстро прилила кровь, когда ты спустя мгновение поняла, что произнесла это слишком громко.       Однако, это подействовало. Дью закусил губу, оцарапывая когтями обшивку кресла, и испустил тяжёлый вздох. Ему уже было сложно сдерживаться. Гули, наблюдавшие за вами, возбужденно зарычали, виляя остроконечными хвостами. Открывшееся им действо явно приводило их в восторг.       — Дью, — ты выгибаешься, прижимаясь ближе к своей жертве, и чувствуешь как сильно нагрелось его тело.       — Д-Дью! — ты почти скулишь, воображая в голове как бы он мог заставить тебя умолять в иных, более интимных обстоятельствах.       Грудь гуля часто вздымается, дыхание шумное и несдержанное. Ты замечаешь как под серой кожей проступает краска смущения.       — Дью! — его имя слетает с твоих губ подобно дрожащему выдоху.       Гуль выгнул шею, откинув голову на спинку кресла, и испустил откровенный стон. Голос Дью, раздавшийся у твоего уха, знаменующий твою победу, взбудоражил тебя. И ты была уверена, что хотела бы услышать это снова.       — Молодец, малышка, самого стойкого умудрилась выбить из колеи! — одобрительно улыбнулся Эфир, провожая тебя обратно в общий круг.       Ты заметила на себе взгляд Дью, когда и он занял свое место среди гулей. Только теперь он был другим, брошенным искоса, украдкой, полный животного вожделения и жажды продолжения. От твоего внимания не укрылся и другой гуль, столь же ревностно следивший за тобой. Это был стесняшка Рейн. Он, кажется, был смущен и возбужден не меньше Дью. Хоть в отличие от первого и старался скрыть своё усилившееся внимание к тебе, ты всё-таки поймала его взор. И в этих глазах явственно прочитала: "Я хочу, чтобы ты стонала только МОЁ имя".       Перед тобой снова оказался мешочек с жеребьевкой. И ты опустила в него руку, нащупывая гладкую деревянную фишку...