Ты моя головная боль

      Сегодня было четыре пары, которые сильно утомили девушку, и погода за окном совершенно не радовала. Солнце, укутанное густыми облаками, с утра так и не вышло, холодный ноябрьский ветер пронзал своими сильными порывами до мозга костей, сметая красные листья с деревьев. По прогнозам, эта неделя будет последней более менее тёплой и солнечной в этом месяце.       Время для Ли сейчас тянулось необычайно долго. Проводилась последняя пара и время близилось к четырём вечера. Девушка была, как на иголках, и безостановочно думала о предстоящей встрече с Юнги, что даже интересная тема на лекции вовсе её не интересовала. Она постоянно поглядывала на настенные часы, ворочалась на стуле и поминутно то включала, то выключала телефон, чтобы проверить время.       И вот, когда прозвенел заветный звонок, Ли вскочила, собрала вещи и быстро метнулась из корпуса прямиком в общежитие. Когда она была уже у себя в комнате, девушка быстрее подбежала к зеркалу, чтобы замаскировать шишку на лбу и тёмные круги под глазами. Всю ночь Ли глаз не сомкнула, в её голове крутился Юнги. Стоило закрыть глаза, как фантазия тут же рисовала его образ.       Она взглянула на часы, время уже поджимало. Саран быстро закинула в рюкзак две бутылки с водой, натянула спортивные штаны и тёплый бомбер, завязала свои длинные волосы в слабый низкий пучок и рванула на площадку, где её уже ждал Юнги. Он сидел на трибунах и отбивал рукой мяч от земли.       — Ты опоздала, — Мин грозно зыркнул на Ли. Несмотря на все старания девушки прийти как раз в назначенное время, она всё же, как обычно, задержалась. Эту дурацкую привычку опаздывать она всегда не любила, но быть пунктуальной у неё не выходило по разным причинам.       Саран до этого момента думала, что всё же успела, ведь когда она выбегала из комнаты, было без пяти пять. Она потянулась в карман за телефоном и, когда взглянула на время, ужаснулась. Она опоздала на две минуты.       — Прости, нас на паре задержали, — поспешила оправдаться девушка, опустив взгляд в пол. Смотреть в глаза парню было как-то страшновато.       — Будешь опаздывать – будешь отжиматься. — Юнги, кажется, доставляло удовольствие смотреть на то, как страдает Саран. — Упор лёжа прими. Десять раз.       Девушка обречённо вздохнула, деваться было некуда, она ведь сама захотела, чтобы он её тренировал, поэтому должна слушаться. Ли вообще не фанатка спорта, особенно тяжело ей давались как раз силовые упражнения на руки, они были самыми слабыми.       Заниматься с ним она захотела потому, что это была единственная возможность побыть с парнем наедине. Именно по этой причине она согласилась на эту авантюру. Девушка настолько хотела быть с Мином, что даже угроза остаться сегодня без конечностей её не пугала.       Ли приняла упор лёжа, оперевшись коленями о землю, и принялась отжиматься. Но, кажется, Юнги этого было мало.       — С колен отжиматься нельзя, — парень будто смеялся над ней. Он скрестил руки и надменно ухмылялся. Юнги думал, что чем быстрее она утомится, тем быстрее она от него отвяжется.       — Но ведь...       — Никаких «но». Хочешь хорошо играть, будь добра, слушайся меня. У тебя мышцы все дряхлые, руки вообще, как макароны. Ты чем питаешься? — Он осмотрел её с ног до головы. — Воздухом?       Девушка ничего не ответила. Знал бы он, что она такая худощавая по его вине. Ли скорчила страдальческое лицо, что-то буркнула себе под нос и начала толкать землю по новой.       Саран становилось с каждым разом всё сложнее отталкиваться, плечи ныли, а руки сводило в судорогах и мелких покалываниях. На седьмой раз Саран свалилась на землю, хватаясь за руки и болезненно зажмурившись. Будто ей это поможет избавиться от страданий. «Какая же я жалкая», — тут же пронеслось у девушки в голове. Ли сама не знает, как с такими слабыми руками умудрилась пройти вступительные экзамены по физической культуре. В военное училище слабаков не берут даже в медицину, иначе, как они будут доставать раненных солдат из под обстрелов? У Саран была хорошая выносливость и быстрый бег. Единственные её преимущества здесь.       Ли всё так же продолжала лежать на земле, массируя плечи. Юнги даже стало её жаль. Девушка напоминала ему худощавого котёнка без клыков. Слабая, наивная, а порой и вовсе беззащитная.       — Ладно, хватит, — парень подошёл к Саран и, приподняв ту за талию, поставил её на ноги. — Давай уже играть. На, кинь в меня мяч, — Мин отошёл на метра три и, дождавшись, когда девушка кинет мяч, ловко отбил его. — Поняла, как отбивать надо?       Ли согласно кивнула, но на самом деле ни черта не поняла. Она встала в стойку приблизительно так, как стоял Юнги, вытянула руки и приготовилась отбивать.       — Готова? — Мин уже готовился отдать пас.       — Да? — Ли глубоко вдохнула и выдохнула. Но увидев летящий в неё мяч, пискнула и увернулась от него.       Девушка с детства ужасно боялась мячей, поэтому ей было сложно отдавать пасы. Она каждый раз закрывала лицо руками, когда видела, что мяч с огромной скоростью и силой летел прямо в неё.       — Зачем ты, вообще, играть выперлась в тот день, если мяча боишься? — негодовал Юнги.       На самом деле, Саран тогда очень хотелось произвести на парня впечатление хорошего игрока. Ну что ж, произвела, вот только не как опытный игрок, а как ловец мячей лбом. От воспоминаний даже синяк разболелся.       — Чтобы научиться играть! — Атмосфера накалялась.       Юнги снова подошёл к ней, обьяснил, как нужно становиться и как правильно отбивать пас, чтобы не травмировать руки.       — Смотри и запоминай, — Мин одним нажатием руки на поясницу заставил Саран немного нагнуться вперёд, выставил её руки, сложив их вместе. Его касания были такими уверенными, что Ли даже смутилась. Девушке казалось, что там, где он прошёлся своими пальцами, кожа начинала гореть и покрываться мурашками.       На самом деле, парень немного смущался, но старался этого не выдавать. Когда он наблюдал за ней, его щёки покрывались лёгким, даже неприметным, румянцем. Ли была, словно полевой цветочек, чистая, вся такая невинная, нежная, хрупкая и очень красивая. Даже её высокий рост под метр семьдесят не портил её наивный вид. И по поведению, в целом, она была непорочной, беззлобной, словно ребёнок. Юнги даже задумывался, зачем такой девушке специальность, связанная с кровью и убийствами?       Наверное, на этот вопрос он никогда не найдёт ответа.       Так они провели целый час. Солнце уже почти зашло за горизонт, везде зажглись фонари, и знатно похолодало. Он показывал, как правильно принимать и отдавать пасы, как правильно бить по мячу и кидал его легонько в неё, чтобы та его, наконец, смогла отбить.       Но когда он в очередной раз кинул в неё мячем, она уклонилась, присела и зажмурилась. Поняв, что накосячила, она попыталась разрядить обстановку.       — Знаешь, даже птицы сразу не летят, — Саран попыталась выдавить из себя подобие улыбки, но заметив хмурое лицо Юнги, тут же нервно закусила губу.       Юнги зол. Он понимал, что Саран не специально его выводит из себя. Но её вечные испуги и болтовня изрядно надоели.       — Ты, вообще, на что-нибудь, кроме болтовни, способна? — Мин закипел. — Как собака за мной хвостом бегаешь. Не надоело? — Агрессия и острый язык были его главными врагами, которые часто побеждали в борьбе с ним. — Имей хоть чуточку самоуважения, бестолковая.       Саран знала, что ученик из неё так себе, и что злость Юнги оправдана, ведь он тратит на неё своё время, но таких слов она от него точно не ожидала.       Глаза и щёки пекло, весь взор застелала пелена. Саран опрокинула голову наверх, чтобы предотвратить плач, но слёзы предательски полились из её глаз. Девушка поняла, что вот-вот потеряет самообладание и разрыдается прямо у него на виду. Ли быстро смахнула влагу с лица, тяжело вздохнула и посмотрела последний раз на Юнги.       Девушка ужасно злилась на него. Злилась так, что пар из ушей пойдёт. Она хотела ему ответить, все обиды припомнить, но в последний момент одёрнула себя от этих мыслей. Зачем ей портить отношения с ним? Они и без того ужасны.       Слишком горькой и сильной стала обида, которая таилась у неё долгие годы. Слёзы полились с новой силой. Саран ничего не могла с этим поделать. Наступили те самые дни месяца, и у неё никак не получалось контролировать свои эмоции.       Ли попыталась прикрыть лицо руками, но поняла, что Юнги всё-таки увидел её слёзы. Он, кажется, перестал злиться.       — Извини, — на всхлипе произнесла Саран.       Ли пришлось просто уйти. Она никак не могла объяснить ему свою идиотскую реакцию, тем более сама себя сейчас плохо понимала. Девушка резко развернулась и выбежала с площадки, громко хлопнув дверью в общежитие.       Потом забралась в постель, натянула на голову одеяло и крепко зажмурилась, хотя и понимала, что заснуть сейчас просто не в состоянии.       Мин ошарашен. Парень не ожидал такой реакции на его слова, ведь он не раз грубил ей, игнорировал, но сейчас он, судя по всему, перешёл все границы дозволенного. Злость как рукой сняло. Ему вдруг стало стыдно, он захотел вернуть Саран и снова начать их тренировку, лишь бы больше не видеть её слёз. Но догонять девушку было слишком поздно, когда он зашёл за ней, Ли уже и след простыл.       — Ну ты, конечно... молодец, — вдруг сзади послышался голос Тэхёна. Он шёл с пакетом в руках, вертя его на запястье.       — В какой комнате она живёт? — вдруг не в тему спросил Юнги.       — В двести седьмой. А что? — Тэ гаденько улыбнулся, в своей манере, словно лис. — Успокаивать будешь?       Но Мин его вопрос даже вниманием не удостоил. Молча помчался к Ли.       Пакет Кима, кажется, слишком резко взлетел и перевернулся, что содержимое рассыпалось на землю, что-то угодило прямо в лужу, обрызгав грязью белые штанины.       — Ну вот же! — Ким принялся собирать всё обратно, отряхивая продукты от крупиц песка и мелкой крошки камней, благо еда была в надежных упаковках и влага с мусором не просочились внутрь. — Придётся переодеваться...       Юнги, поднявшись на второй этаж и найдя нужную дверь, принялся тарабанить туда. Дверь открылась. На пороге стояла она. Вся красная, с немного опухшими глазами и мокрыми щеками.       — Ты забыл мне что-то сказать и пришёл добавить? — Ли утерла слезы. — Я уже наслушалась гадостей, извини, — Саран хотела закрыть дверь, но Мин не позволил. Он затолкал девушку внутрь и зашёл следом, прикрыв за собой дверь.       — Прости.       Парень сам от себя не ожидал, что пойдёт извиняться. Обычно он никогда ни за кем не бегал, чтобы попросить прощения, считая, что они сами виноваты, раз он сорвался.       Что, Юнги, совесть проснулась?       — Прости меня, хорошо? — повторился Мин. Ему вдруг захотелось повернуть время вспять и больше слова грубого ей не говорить. Хотелось, чтобы она снова начала болтать, как ни в чём не бывало.       — Хорошо, — кивнула Саран, а у Юнги от души отлегло. Снова стало легче дышать.       — Твоя шишка ещё не зажила, — снова сказал невпопад, но что-то сказать нужно было, чтобы вывести девушку на диалог с ним. Он осмотрел Саран со всех сторон. Руки её были в покраснениях от сильных ударов мяча, кожа тонкая.       — Было больно. Ну, может, хоть сейчас хочешь компенсировать? — Саран сощурила глаза. Юнги легонько кивнул.       — Пока погода позволяет, пойдём гулять завтра после занятий? — по телу ударила мелкая дрожь, кажется, парень начал смущаться. А у девушки обиды, как и не было.       Ли, немного поразмыслив, всё-таки соглашается, ведь неизвестно, когда ещё ей улыбнётся удача, и Юнги сам позовёт её на прогулку. Парень вышел из комнаты, убрав руки в карманы.       Всё-таки, как бы сильно Саран не обижалась на Мина, не может засунуть свою любовь к нему куда подальше. Пытаться что-то поменять в нём и обрезать его колючки было невозможно, он сам должен с этим справиться. Мин такой, какой он есть. Ли остаётся лишь принять и понять. Сердце её переполняла радость от предстоящей прогулки.       — Это свидание? — вдруг подала голос Ынгён, выходя с полотенцем на голове из ванной, выводя подругу из эффекта эйфории.       — Не знаю...       А ведь правда. Саран не знала, куда себя деть и как себя вести с ним на прогулке. А что она наденет? Он ведь не уточнял, это свидание или просто прогулка. От раздумий и безысходности хотелось лезть на стену.       — Вот завтра и спросишь, — Ынгён куда-то собиралась. Девушка встала напротив зеркала, укладывая феном свои длинные чёрные волосы.       — Ты куда?       — Мне нужно поговорить с Чимином, — отвлекаясь от косметики, Со повернулась в сторону Ли. — Сейчас Тэ зайдет за мной.       Стоило только Ынгён упомянуть Кима, как он тут же нарисовался в прихожей.       — Приветик, девчули, — Ким нагло, не разуваясь, прошёл вглубь комнаты и плюхнулся на кровать Ынгён. — Ну что, звёздочка, готова?       — Звёздочка готова, — Ынгён сидела в мини-юбке, немного расставив ноги в стороны, отчего ткань поползла вверх, оголяя скрытую ранее часть ляжек. У Тэхёна от возмущения глаза на лоб полезли. Ещё чуть-чуть и будет видно нижнее белье. Он покраснел, поджал губы и как-то пискляво взвизгнул.       — Вот же похабная сучка. Йа, Ынгён, собери свою рогатку обратно. Всё-таки, я мужчина! — парень подошёл к ней, поставил девушку на ноги и поправил её юбку, стянув немного вниз, на что Со закатила глаза.       — Если бы этот мужчина не был по мужчинам, я бы давно его увела.       Ли сейчас чувствовала себя третьей лишней, потому просто не встревала в их диалог, пока они сами напрямую не обратятся к ней. Ким и Со, насколько знает Саран, друзья с самого детства, потому разговоры на столь откровенные темы были для них чем-то обыденным. Сначала было жуть, как неловко слышать всё это, но позже Ли привыкла, её это даже стало забавлять.       Из разговора Саран поняла, что Чимин устроил закрытую вечеринку для близких друзей и прочих авторитетных личностей. Ынгён и Саран, естественно, приглашены не были: с Ли они не на столько близки, а Со была кем-то, вроде бывшей. Единственный, кто мог помочь Со пробраться к Паку, был Тэ.       — Ну всё, цветочек, пока! — Со уже при параде чмокнула подругу в щёку и вышла с Кимом под руку.       — Удачного вам вечера! — Ли расслабленно откинулась на подушки и начала листать ленты в соцсетях.       Когда они подъехали к клубу, Тэхён протянул подруге своё пригласительное, обьяснив, что отдавать охранику или открывать его вовсе не обязательно, достаточно просто показать, что оно есть.       Ынгён так и сделала.       Спустя час, который девушка провела на этой вечеринке, она так и не заметила присутствия Чимина. Зато заметила Лиён, его нынешнюю, если её можно так назвать, которая с опаской оглядывалась по сторонам, стараясь казаться беззаботной. Тот факт, что девушка сейчас здесь, в поле зрения Гён, а не верхом на Чимине, безумно радовал девушку. Гён практически не пила никаких алкогольных напитков. Она слишком хорошо помнила недавнее утро и жуткое похмелье.       Со заметила, как светлая голова Лиён протискивается сквозь толпу, расталкивая всех на своём пути к выходу. Казалось, что девушку что-то разозлило. Со думала пойти за ней, потому что она могла привести её к парню, с которым нужно было срочно поговорить. Но вдруг крепкие руки обхватили её талию. И от прикосновения пальцев к оголённой коже живота, по телу девушки прошёл электрический разряд.       — Наконец-то она ушла. Думал, что это никогда не произойдёт, — произнёс хриплый голос возле уха Ынгён.       Девушка слегка повернула голову и увидела карие глаза, внимательно изучающие её лицо.       — Я думала, что она с тобой, — шёпотом сказала девушка.       Вся её злость куда-то улетучилась, когда дыхание Пака приятно щекотало кожу.       — Думаю, что нам нужно поговорить. Гён, пойдём со мной, — в голосе парня слышались нотки отчаяния, будто он думал, что она может отказать ему. Он протянул руку, ожидая дальнейших действий девушки.       — Именно за этим я и пришла, Чимин, — Со взяла его за руку. — Веди меня.       Пак вёл девушку сквозь толпу людей, чьи тела извивались на танцполе. Они приблизились к массивной двери из тёмного дерева, которая располагалась в дальнем конце комнаты. Парень ввёл пароль на двери и она открылась. Войдя в комнату, Ынгён практически ничего не могла разглядеть из-за тьмы, царившей в этом помещении. Она почувствовала, как Чимин отошёл от неё, а затем в комнате зажглось множество фонариков, которые отбрасывали тёплый свет.       Девушка обвела взглядом помещение. Комната была роскошно обставлена: большая стенка из красного дерева, набитая толстыми книгами в твёрдом переплёте, турецкий ковёр располагался в самом центре, вдоль стен тянулось множество картин, а недалеко от неё стоял кофейный столик, несколько мягких кресел и диван из кожи.       — Присаживайся. — Девушка вздрогнула, услышав хриплый голос у себя за спиной.       Она не понимала, как этот парень способен так быстро перемещаться. Но девушка не стала задавать вопросы на этот счёт. Она удобно устроилась в мягком кресле. Пак сел напротив неё, а его взгляд блуждал по её телу. Со не знала, сколько они сидят молча, занятые разглядыванием друг друга.       — Ты хотел поговорить, — голос девушки предательски дрогнул.       — Да, точно. Разговор... — Чимин сглотнул вязкую слюну, что накопилась от нервов. — Я скучаю.       Челюсть Ынгён была готова упасть на пол от такого заявления. Она ему нравилась? Он скучал по её обществу?       — На самом деле, я… — начала она, но Чимин прервал её жестом.       — Подожди, я должен договорить, иначе никогда этого не сделаю. К сожалению, меня ненадолго хватает, когда речь касается серьёзных разговоров… В отличие от других вещей, — добавил Пак и подмигнул.       Девушка ощутила, как к её щекам приливает кровь и они начинают полыхать.       — Ты так мило смущаешься, Гён~и, — казалось, что парень хотел протянуть к ней руку, но быстро одёрнул себя. — Я хотел сказать, что мне хотелось бы... — Пак будто специально тянул.       — Ну, так что? — Со приподняла одну бровь, буквально сгорая от любопытства узнать, к чему же он ведёт.       — Я люблю тебя, — его голос предательски дрогнул. — Да, я понимаю, что мы не можем сразу стать любовниками, повязать друг другу кулончики с сердечками, но ничего не могу с собой поделать. Я люблю тебя, — повторился Чимин. — Давай начнём всё сначала?       Эти слова Чимин говорил очень быстро, будто за ним гналась стая гончих. Со же продолжала сидеть с круглыми от удивления глазами, не понимая, какую игру задумал этот дьявол?       — Как я могу быть уверена в том, что ты мне не врёшь, Чим? — услышав это сокращение своего имени, Пак вздрогнул.       — Никак. Просто верить мне, — честно ответил он.       Девушка покачала головой.       — Мне нужно время подумать, — тихо ответила Ынгён.       Она увидела, как дыхание парня на секунду задержалось.       — Ты первая девушка, которая требует времени, чтобы обдумывать такое предложение, — небрежно произнёс Пак.       Ынгён крепко сжала кулаки.       — Не хочу быть похожей на других, — Со старалась придать своему голосу максимальное спокойствие. Ей хотелось спросить его о других девушках. О том, что его связывает с Лиён. Но девушка лишь затолкала эти вопросы глубже в свой разум.       Девушка собиралась помучить его с ответом. Ей хотелось понаблюдать за его реакцией.       Чимин откинулся на спинку кресла, смотря на свою Гён из-под опущенных ресниц.       — Хорошо, думай. Но мне нужен ответ через неделю.       — Хорошо, а теперь я пойду. Уже поздно, — ответила девушка и встала с кресла, — спокойной ночи, Чим.       Девушка уже подошла к двери, не ожидая услышать ответ.       — Спокойной ночи, чаги, — едва слышно ответил парень.       Ынгён на секунду замерла, будто хотела развернуться и посмотреть ему в глаза. Но остановила себя. Если она сейчас посмотрит на него, то уже не сможет уйти отсюда. На лице девушки появилась улыбка, и она молча вышла из комнаты.       «Чаги».       Это обращение, произнесённое голосом Пака, будет ещё долго звучать в её голове.