Дракон под Расколотой Луной

      “И все же, не поискать ли мне еще какой-то иной путь из подземного города?” – размышлял Довакин, сидя на постепенно исчезающей тушке недавно убитого саблезубого гримм. Тот оказался… не особо сложным противником. Да, он был больше большинства виденных Виктором ранее тварей (за исключением Голиафа), он был быстрее их и заметно агрессивнее, предпочитая постоянно бросаться вперед, но какой-то заметной прочностью не обладал, потому эбонитовый клинок, как и во всех случаях ранее, легко вскрыл черепушку существа. Но как бы там ни было, перед юношей стояла в данный момент более интересная задача – найти подъем наверх. Конечно же он мог подняться там же, где и спустился, вот только Виктор был уверен, что местные жители попадали в подземный город не по огромным трубам при помощи свободного падения глубоко вниз. Должна была быть или нормальна лестница, или те же подъемники, как в двемерских руинах, которые и позволяли жителям подниматься на поверхность и наоборот опускаться вниз под землю. И на поиски чего-то подобного Довакин и отправился.       Первые минут тридцать поисков ничего не дали, следующие тридцать тоже, зато по прошествии еще десяти минут Виктор обнаружил огромные туннели, которые как полагал норд, и были теми, через которые у города осуществлялась связь с Вейлом и некоторыми другими крупными селениями. И в целом юноша даже мог бы попытаться ими воспользоваться, чтобы напрямую попасть в этот самый Вейл, вот только была одна проблемка… В книге писалось, что туннели были перекрыты, чтобы через них с горы Гленн гримм не попадали в другие города. Каким образом их перекрывали не уточнялось, но в любом случае, самым верным и надежным вариантом Виктор видел, что подземные ходы банально подорвали, заваливая те землей и камнями. Потому-то драконорожденному пришлось потратить еще некоторое время, чтобы наконец-то найти те самые подъемники. Найти лишь для того, чтобы понять… что они, даэдра их раздери, не работают. Внешне они конечно выглядели вполне целыми, но когда Довакин зашел во внутрь, то сперва не нашел никаких рычагов или вентилей, чтобы запустить механизм. Чуть погодя его взгляд зацепился за некоторые выпячивания на одной из стен подъемника, которые являлись по всей видимости кнопками, нажимая на которые и запускался данный механизм. Вот только сколько бы раз Виктор в них не тыкал, какие бы кнопки он не тыкал, в какой бы последовательности он их не тыкал – эффекта было ровно ноль. Возможно конечно, что все работало, просто норд так и не смог разобраться с тем, как правильно все использовать, но он все же скорее поверит, что в ходе катастрофы произошедшей с городом, большая часть механизмов (если не все) была попросту выведена из строя. “Хех, а вот у двемеров их механизмы работают и спустя тысячи лет” – промелькнуло в мыслях у норда. “Но в любом случае, что мне делать теперь-то? Идти обратно и подниматься по той трубе? Хотя…”       Задумчиво оглядев подъемник изнутри, Виктор обнаружил на потолке люк. Прыжок, удар и люк легко выбивается могучим кулаком юноши. После чего выбравшись через отверстие, Довакин замечает, как к подъемнику сверху прикрепляется какой-то трос. Весьма крепкий на вид, широкий трос, уходящий высоко наверх. Норд быстро понял, что местные приводили в действие некий механизм, а тот в свою очередь тянул за этот трос поднимая подъемник наверх, ну или соответственно опуская вниз. В данный момент ничего из этого не работало, но Виктору оно было уже не надо. Теперь он поднимется и собственными силами. Хватаясь за трос, норд принялся легко и быстро взбираться по нему наверх. Силы у юноши было немерено, потому подобный способ подъема для него не представлял трудности, даже учитывая, что у него были доверху забитые сумка на плече и рюкзак за спиной. Не более десятка минут, и вот по тросу Виктор добрался до поверхности, после чего он вылез из шахты подъемника и очутился в помещении. Было то помещение все таким же пыльным, потрепанным и запустелым, как и все остальные ему подобные в этом городе. Потому не задерживаясь Довакин выбил Ту’умом каким-то образом еще целую спустя столько времени стальную дверь и выбрался на улицы города-призрака. “Эх, опять сбежалась орда гримм… может если я буду использовать лишь одну руку – сражаться станет веселее?” – подумал про себя драконорожденный, наблюдая за тем, как со всех сторон к нему стекаются десятки беовульфов, среди которых виднеются весьма крупные и даже на вид отличающиеся от остальных тварей особи.

***

“Я… думал это будет сложнее” – прямо-таки светилась на лице Виктора такая простая мысль, после того как он вошел в Вейл. Добрался он до него от горы Гленн без каких-либо происшествий и за весьма короткое время. Стоило ему слегка обойти заброшенный город по кругу, как была найдена дорога, которая видимо и использовалась для въезда в город на телегах… точнее на этом, как его местные называют, автотранспорте (Довакин его еще не видел, лишь какие-то слишком уж покореженные останки на горе Гленн, потому он прям был в нетерпении разобрать, что же это такое и как работает). Следуя по ней легким спринтом, уже через двое суток(учитывая одну остановку на сон) Виктор увидел очертания главного города Королевства Вейл. Весьма мощные даже на вид стены, что окружали весь поистине огромный город(даже из далека Довакину казалось, что возможно это один из самых крупных ранее видимых им городов), а несколько в отдалении, возвышаясь над основной частью виднелись столбы той самой Академии Бикон – места обучения защитников человечества. Подходя к воротам города, юноша был готов… к разному. Как минимум к тому, что у него спросят кто он и откуда, попросят документы, а там не получив их и вовсе попробуют задержать. По крайней мере именно так частенько поступала стража в родном Скайриме, особенно во времена активной фазы гражданской войны, когда каждый мог быть шпионом империи или братьев бури. Но все оказалось куда проще. Лишь только стоило норду приблизиться к стенам города, как ворота на них сами отворились, пропуская того внутрь. А стоящие за ним на входе пара человек лишь уважительно(!!!) кивнули Виктору и не задавая никаких вопросов позволили пройти дальше, а сами удалились по своим делам. Это уже не слабо шокировало Довакина, а уж когда он, идя по улице замечал взгляды прохожих, то и вовсе чувствовал себя несколько не в своей тарелке.       Во взглядах жителей не было какого-то шока, удивления или чего-то подобного, вовсе нет. Не было в них и чего-то символизирующего о том, что считают чужим или каким-то “не местным”, то есть не смотрел на него народ, как смотрели те же жители Вайтрана на редких хаммерфельцев. Наоборот относились к присутствию норда как чему-то привычному, знакомому, но при этом все еще способному вызывать некое… уважение? Ну как минимум несколько детей явственно смотрели на юношу с восхищением во взгляде, тыкали пальцами и что-то оживленно говорили своим родителям. Проходящие мимо девицы бросали редкие взгляды, а если ловили внимание самого Виктора на себе, то мило краснели и мигом отворачивались. Подобное поведение, такое отношение, очень сильно напоминало Довакину то, как относились к Соратникам в Вайтране. Соратники базировались в Йоррваскре, который и находился собственно в самом Вайтране, потому встретить кого-то из их славных воинов на улицах города было делом хоть и не очень частым (все же многие предпочитали проводить время “в поле” выполняя различные задания, да утоляя свою жажду битвы и приключений), но и не особо редким. И когда кого-то из соратников видели обычные жители Вайтарана, то реакция была чем-то схожа: они были привычны, но от этого не переставали быть умелыми воинами, членами легендарного объединения, а потому вызывали уважение, восхищение, дети стремились быть как они, а молодые девицы и юноши были не прочь познакомиться с кем-то из них поближе (временами, когда Эйла шла по Вайтрану, дух перехватывало бывало даже у женатых мужчин). И исходя из своих наблюдений, ощущений и вспоминая прочитанное в книгах, у Виктора были все основания полагать, что и на входе в город, и все местные жители принимали его за одного из охотников. Тех самых воинов-защитников человечества, что посвящали свою жизнь сражению с гримм. Они выполняли различные задания по всему королевству и временами даже за его пределами, рисковали своей жизнью, сражая гримм и спасая деревни и людей, которые жили за пределами надежных городских стен. Например, как жители той деревеньки, которой помог сам Виктор. Там то его тоже сперва приняли за охотника, а ведь выглядел он тогда менее презентабельно, будучи одетым в наспех смастеренные одеяния из животных шкур. “По всей видимости, местные с охотниками пересекаются часто, ну или как минимум не редко их видят. У них есть четкий образ того, как должен выглядеть охотник и под критерии этого образа я кажется попадаю, раз даже местная стража меня за него приняла” – размышлял про себя Виктор. “Кроме того, складывается ощущение, что у этих охотников есть некие привилегии, возможно негласные, но все же. Так я думал, что могут возникнуть вопросы к моему мечу и луку за спиной, все же в некоторых городах Скайрима, стража относилась к открытому ношению оружия кем-то кроме собственно самой стражи слегка напряженно, по крайней мере, если ты впервые в городе и никто не может подтвердить благонадежный ты гражданин или нет. Но здесь кажется подобное никого не удивляет. Да и в город меня впустили без вопросов, словно так и надо.” Размышлял Довакин, идя по улицам Вейла. Но постепенно все лишние мысли из его головы были вытеснены кое чем иным – восхищением внешним видом города и крайней степенью шока из-за него же.       Вейл выглядел совершенно непохоже на все то, что когда-либо видел в своей жизни Виктор. Общая структура города имела много схожих черт с тем, как выглядели руины на горе Гленн. Но здесь и кроется ключевой момент – “руины”. Целый, пышущий жизнью город ощущался совершенно иначе. Толпы людей, в самой разной одежде, огромные здания, с самой удивительной архитектурой. Различные вывески, все вокруг блестит светится, множество самых разных механизмов вокруг. Какие-то из них напоминают двемерские, какие-то вовсе нечто совершенно невиданное. Люди идут по краям дороги, а вот по центру ездят те самые железные механизмы, заменившие повозки и называющиеся автомобили. “Как оно вообще работает? У них же нет магии, это все сделано с помощью этого праха? Но как? И такая скорость, да еще и так много самых разных форм, размеров, цветов…” – думал Виктор, наблюдая за ездой этих “стальных повозок”. С витрин множества магазинов на норда смотрели самые разнообразные товары, начиная от одежды, которая хоть и выглядела для юноши сильно отлично от того, что носили в Тамриэле, но была понятна. До каких-то вещей, которые вводили Виктора в ступор. “Этот плоский предмет показывает изображение? Это как магические зеркала для связи? Как оно вообще работает, для чего нужен этот… телевизор?” – недоумевал Довакин, заглянув через окно в один из магазинов. Там было множество самых разных механизмов, внешний вид и названия которых совершенно не давали норду представление о том, для чего они вообще нужны.       Голова юноши шла кругом. Все вокруг было чуждо, отлично, совершенно непонятно. В потоке столь большого количества новшеств легко было затеряться, позабыв обо всем на свете, но все же Виктор сумел взять себя в руки. Он бывал в тысячах самых невероятных мест, ступал там, где другие могли лишь мечтать оказаться, а также выжил в тех местах, где любой другой умер самой мучительной смертью. “И теперь после всего пережитого меня напугает какой-то, пусть и огромный, город и его диковинки?” – подбодрил себя мысленно Довакин, после чего начал действовать более последовательно. Его главная глобальная цель покаместь – это информация и знания. Любая информация и знания о мире, его устройстве, обо всем новом и неизведанном. Но для того, чтобы получать информацию и изучать окружающий мир в комфортных условиях, нужны были сперва более приземленные вещи, такие как дом, пропитание, а главное – документы. В этом мире они были важны, без них приобрести себе жилье было невозможно, использовать многие блага, как предполагал Довакин, также было бы затруднительно. И как он уже размышлял, здесь просто не могло не быть собственной “Гильдии Воров”. Уж в таком-то огромном городе, где имеется столько стражи на улицах (Виктор был уверен, что те люди в синих одинаковых одеяниях, которые время от времени встречаются ему на пути словно патрулируя улицы – это местные стражи закона), просто не могло не быть преступности и подпольного мира. Это в природе разумных, даже у “Идеальных и великих” Альтмеров были свои преступники и целые преступные организации. Главное было на подобных выйти, а Виктор знал и умел, как это сделать, все же опыт “общения” с гильдией воров у него был обширный. Но прежде нужно было сделать еще одну вещь – узнать хотя бы примерную “ценность” местной валюты. В Скайриме норд хорошо знал, сколько септимов может стоить тот или иной товар, сколько платили стражникам, сколько было в закромах у различных торговцев или ярлов, а потому он хорошо мог понимать, не пытаются ли его нае… кхм… в наглую обмануть ушлые типы из гильдии воров. Сейчас же о ценности этих “льен” юноша не имел никакого понятия, потому не мог знать много ли их у него сейчас, на что он мог их потратить и прочее. Потому Виктор отправился дальше ходить по улочкам города, смотреть цены на более менее знакомые ему вещи(одежда, еда, какие-то инструменты и подобное) и примерно составлять в уме общий уровень цен. В целом можно было обойтись и без этого, но для воплощения плана Довакина для выхода на подпольный мир этого города, нужно было все равно скоротать время до вечера, понаблюдать за кое чем, а главное – юноше хотелось все же слегка разнообразить свой рацион чем-то иным, а не только обычным мясом, даже без специй, да и проходил он как-то мимо места, откуда доносились просто чудесные запахи каких-то сладостей. А Виктор к некоему своему стыду, признаться был сладкоежкой, что могло не особо вязаться с образом сурового нордского воина, которым он выглядел со стороны. Но всем, кто пытался смеяться над его пристрастием (в основном это были меры, какая неожиданность) он пояснил, все свое недовольство подобным. Хорошо пояснил, так, что из них еще долго пытались доставать их же посохи/рукоятки мечей/иное оружие.       Но все же, сказано – сделано. Виктор начал ходить от витрины к витрине, незаметно поглядывая на цены за стеклом. Он также проходил мимо различных лотков и парочку раз заглянул в некоторые магазины украшений и одежды. Довакину в целом повезло, что по всей видимости вход в город сразу вел в некий торговый район, так как количество магазинов было огромно, а их разнообразие тем более. А где-то он видел указатели для выхода к рынку, куда норд тоже точно заглянет. Но пока по увиденному юноша смог сделать вывод… что те суммы, что он вынес из горы Гленн – это много. Это ОЧЕНЬ много. А ведь еще были украшения и иные материальные ценности, которые правда Виктор пока трогать не собирался, потому что он не был идиотом и понимал, что просто так их продать не выйдет. Мало того, что обязательно возникнут вопросы “Откуда?”, так еще и торговаться ценностями только прибыв в новый город, не имея документов и связей – было такой себе идеей, ну разве что, если ты не хочешь заинтересовать местную стражу. Но как уже было сказано, даже лишь с чистыми деньгами, что он раздобыл, Виктор оказался весьма богат. Конечно, если проводить сравнение, то в Скайриме денег у него было несоизмеримо больше (чего только стоит, что он забрал себе все запасы золота и драгоценностей Темного Братства), но даже так обделенным в этом мире норд явно не был. Бумажными купюрами у юноши было что-то около семидесяти пяти тысяч льен, что для Виктора сразу звучало как весьма крупная сумма, потому как такое же количество септимов было маленьким состоянием. И как выяснилось для местных тоже, так для примера обычный хлеб стоил в одном из магазинов от 0,5 до 1 льены за буханку. В помещении, откуда выходили люди с кружками наполненными каким-то напитком (на вывеске еще было написано Кофейня), висела внутри вывеска с ценами на различные напитки и стоили они в районе десяти льен. Украшения же красовались ценами в триста, пятьсот, иногда тысячу льен. Цена на одежду так же была самой разной, но вполне по силам было найти что-то как за пятьдесят льен, так и за несколько сотен. Таким образом проведя мысленный анализ и подсчеты, выходило, что сумма в семьдесят пять тысяч – это и вправду много. Конечно еще нужно было делать скидку на то, что может это один из дорогих кварталов и цены тут завышены, а может наоборот здесь они ниже, нужно учитывать, что еда, драгоценности и одежда далеко не все что покупается в быту и возможно, что на другие категории товаров цены иные и намного выше, но пока выходило, что со своей суммой Виктор мог рассчитывать на весьма многое.       А раз он мог рассчитывать на многое, то первым делом… зашел в магазин где продавали какое-то местное лакомство. Этим делом Довакин преследовал две цели: первое, это тот факт, что ему в любом случае нужно было проверить принимают ли вообще те льены, что он нашел на горе Гленн. А второй целью было то, что Виктору просто захотелось какой-то сладости, так почему не совместить приятное с полезным и проверить возможность расплачиваться на чем-то вкусном? Потому зайдя в магазин, на котором вывеска гласила мороженное какое-то там, у норда сперва разбежались глаза. Под стеклом, у стойки где стоял продавец, находилось множество лотков с разноцветным чем-то, на каждом из лотков находилась картинка, которая изображала или какой-то один фрукт, или их сочетание, или иные продукты, многие из которых Виктору были неизвестны. Но не нужно быть гением, чтобы понять – это то, какие вкусы это самого мороженного имеются. –Здравствуйте, сколько шариков мороженного будете? – обратился к норду продавец, когда очередь дошла к Виктору. –А-а… - поставил юношу в тупик вопрос о количестве “шариков”, но краем глаза заметив, как предыдущий покупатель держит в руках какой-то рожек с тремя разноцветными кругляшками, Довакин быстро сообразил, что от него хотят. – Один, будьте добры. –С каким вкусом? – еще раз поинтересовался мужчина продавец. –Эм… давайте с земляникой, - все же решил выбрать что-то простое норд. Данную ягоду он ел, хоть и всего десяток раз, наверное. Все же в суровых северных краях она почти не росла (да и редко возилась торговцами), а в местах южней и потеплей Виктор бывал не то чтобы часто и дел у него там в те моменты хватало. Но вот сейчас сделав свой заказ, юноша дождался, пока продавец быстро и умело, явно десятки раз отработанными движениями достанет рожок, вытащит емкость с розоватым мороженным, возьмет какой-то странный инструмент (словно очень круглая и глубокая ложка) и парой движений скатает из емкости шарик, который и поместит в этот рожок. – С вас три льены, - закончив наполнять рожок назвал цену мужчина. Услышав ее, Виктор открыл свою сумку и после короткого поиска сумел найти там купюру с числом “5”. Вытащив ее, он тут же отдал купюру продавцу. Тот спокойно принял валюту, открыл какой-то ящичек под прилавком, положил купюру туда, а в ответ отсчитал еще две каждая из которых носила на себе гордую цифру “1”. – Ваша сдача и мороженное, сэр. Удачного дня! – улыбнулся продавец напоследок, после чего обратил свой взор на следующего клиента. Сам же Довакин принял рожок с мороженным и льены, которые тут же положил в сумку. Выйдя из магазина, норд какое-то время смотрел на лакомство в своей руке, после чего… решил просто незатейливо его укусить. Небольшой укус и часть сладости сразу оказывается во рту юноши. Оно было весьма мягким и податливым, а кроме того… и вправду весьма холодным, словно поместили кусочек льда на язык. Только вместе с холодом норд сразу ощутил и весьма насыщенный сладкий вкус той самой земляники. Даже не успел Довакин начать жевать, откушенный кусочек уже быстро растаял и проскользнул дальше. И следом Виктор сделал еще один укус, только побольше. А потом еще и еще. “Вкусно, очень вкусно! В следующий раз нужно взять побольше шариков” – подумал про себя юноша. Идя по улице и доедая свое мороженное, он размышлял над тем, что все прошло успешно и льены найденные нордом при мародоерств… кхм… при исследовании горы Гленн вполне в ходу и их можно использовать. По крайней мере с мелкими покупками проблем возникнуть не должно. А вот с чем-то покрупнее нужно было еще разобраться, а потому Виктор и решил провести эту самую “более крупную” покупку. С таким решением он отправился искать магазин одежды. И весьма быстро его нашел. Ну как быстро… в лучшем случае через полчаса по внутренним ощущениям, но нашел ведь.       В самом магазине не успел Виктор даже немного пройтись по рядам и посмотреть, что вообще тут есть (и понять, что вообще носят в этом мире), как к нему уже через пару секунд подскочила какая-то молодая девушка с маленьким квадратиком на груди, где красовались всего два слова “консультант Ливи”. Подскочила и принялась задавать, наверное, с десяток вопросов в секунду. “Что вы ищете?”, “Какой любимый фасон?”, “Короткий, длинный рукав?”, “Вам для встречи или повседневность?” – вопросы лились как из рога изобилия, а часть слов и вовсе была непонятна, так что неудивительно, что норд был… ошеломлен. Не привык он к подобному поведению в лавках, ой как не привык. И кажется девушка консультант заметила, что клиент не очень выносит ее напор, а потому прекратила говорить и на ее лице появилось слегка виноватое выражение. Воспользовавшись передышкой, Виктор слегка собрал мысли в кучу и принялся отвечать на вопросы девушки… ну те, что он понял и разобрал, а также мог ответить, потому что часть слов, что она говорила, как были непонятны, так и остались не поняты. А вот дальше начался весьма продолжительный и утомительный (ментально) подбор одежды. Виктору было тяжело сформулировать, что именно он хотел, потому как в местном стиле одежды он мало того, что совершенно не разбирался, он в целом в одежде не разбирался. Там на родине он предпочитал носить броню… почти всегда носить броню, снимая ее лишь в редких случаях и в эти моменты он носил в целом почти что попало, не нагой и ладно. Конечно некие познания у него были, да и на высоких приемах ему довелось поприсутствовать, и тогда он был одет вполне прилично и подобающе подобным мероприятиям. Вот только казалось норду, что подобных одежд он тут мало того, что не найдет, так еще и смотреться они в любом случае будут неуместно. Так что по итогу долгих и ни к чему не приведших выборов, юноша решил отдаться во власть девушки консультанта, чтобы она подобрала что-то на свой вкус, а он уже решит, подходит ему такое или нет. Итогом еще одного мучительного получаса стало то, что Виктор обзавелся черными штанами из весьма плотной и прочной ткани, которая при этом весьма хорошо тянулась. Красной футболкой, также черной кофтой-плащом (название, как и собственно сама одежда Довакину совершенно неизвестна была, но выглядела в целом неплохо, да и была весьма удобной), а также темного цвета с красными вставками кроссовками (данное название и тип обуви также были в новинку). Отдал же за все одежды Виктор ровно две с половиной сотни льен. Не мало, но одежда выглядела весьма качественной, да и ощущалась тоже весьма приятно. Да и деньги то были получены весьма легко, потому жалко их не было в любом случае. Главное, что деньги у него легко приняли (правда посмотрели при этом на бумажные льены слегка удивленно, видимо при крупных покупках таковыми уже почти не пользуются), документы никакие не спросили (что было хорошо. Конечно зачем бы им оно было нужно, но мало ли) а это было главное.       Так что после обновления своего гардероба Довакин направился на поиски рынка. Попутно блуждая по улицам, он отметил, что количество бросаемых на него взглядов стало несколько больше, особенно со стороны девиц разных возрастов. Но подобное внимание Виктору не мешало, так что он решил его просто игнорировать, сосредоточившись на своей цели. Правда одной личности и его внимательному взгляду юноша таки решил уделить пристальное внимание.

***

      Кто-то мог бы назвать Грея мелким карманником-неудачником… и был бы совершенно прав. Щипачом все же он был неважным, не хватало ему ловкости рук и моторики, а тот десяток кошельков стащенных им за всю его воровскую карьеру ни что иное как огромная удача. Вот только подобное занятие и не было основной обязанностью Грея. Небольшой рост, грязно серые волосы, совершенно непримечательное лицо рядового обывателя, с невыразительными карими глазами и не особо впечатляющими физическими данными делали его просто идеальным для работы “смотрителем”. Серая мышь, которую никто и не заметит под ногами по первой, а когда подумает все же обратить внимание – будет уже поздно, так как важная информация получена, а сама мышь уже укрылась в норке. Именно так, Грей следил, наблюдал и сливал информацию тем, кто в криминальном мире Вейла стоял повыше. Таких как он было много по всему городу, десятки, если не сотни. Но Грей и не считал себя особо уникальным или незаменимым, он просто делал свое дело и получал за это неплохие суммы. И вот сейчас ему довелось поработать в весьма хорошем месте – Коммерческий район Вейла. Место, где были деньги, очень много денег. Льены тут буквально лились рекой, потому не удивительно, что именно здесь велась самая главная война между полицией и различными “джентльменами удачи”. Несколько лет назад преступный синдикат Семьи Шонг утратил свое полное влияние над Вейлом, от чего преступное подполье города начало рвать от множества внутренних конфликтов и потасовок. Это заметно снизило количество проводимых всеми операций и ограблений, что позволило в свою очередь полиции Вейла прийти в себя, очистить свои ряды и стать намного более грозной силой, чем во времена, когда они были чуть ли не личными шавками Шонгов. Потому сейчас, когда шторм в криминальной среде слегка улегся, а Вейл хоть и поделен теперь между несколькими крупными игроками – Хейем Шонгом и Романом Торчвиком – постепенно начинался новый виток противостояния криминала и полиции. И вот так босс Грея имел тесные контакты с Торчвиком, потому получил его дозволение сделать первый ход в этой “битве”, а именно весьма дерзкое и громкое ограбление ряда ювелирных магазинов в коммерческом районе.       Получается Грей собирал информацию как раз о них? Не совсем. Его наблюдение касалось того, что в соседних магазинах как-то зачастили появляться одни и те же люди, которые словно невзначай подолгу задерживались там, а проходящие по одним и тем же улицам уже в десятый раз патрули полиции были сущей случайностью. “Хах, попробуйте наебать кого-то другого. Топорно работаете, служители закона” – подумал про себя Грей, наблюдая всю эту картину. Было ясно как день, что кто-то слил полиции инфу о том, что готовиться ограбление и потому легавые принялись подготавливаться к аресту. Так что теперь Грею предстояло передать своему боссу, что копы знают обо всем, а он уж разберется. В целом это было весьма рутинной вещью среди криминала играть с полицейским департаментом в игру “А я знаю, что вы знаете, что я знаю, что вы…”. Потому понаблюдав еще немного, чтобы убедиться в своих выводах, сероволосый тихо и незаметно затерялся в толпе. Уже был вечер, а солнце постепенно начинало садиться за горизонт, уступая свое место расколотой Луне. За весь день помимо цирка, устроенного полицией, ничего особо интересного замечено Греем не было, ну разве что он увидел несколько нетипичного охотника… ну если охотников в целом можно называть “типичными”. Все знали, что эта братия хоть и защищает их всех от гримм, но была вся… с особенностями, и это еще мягко сказано. Костюмы всех форм и расцветок, то самое ставшее знаковым трансформирующееся оружие, а также весьма… вызывающее и яркое поведение всегда сопровождают большинство охотников. И вот увиденный сегодня Греем рыжеволосый (фактически почти алый цвет) сразу создавал ощущение охотника, ведь кто же еще будет так легко носить прямо в городе свое оружие? Вот только это оружие как раз в тоже самое время и отличало юношу (и да, он был весьма молод на вид, видимо ученик академии) от остальных коллег по цеху – это были меч и лук, притом на первый взгляд самые натуральные, без каких-либо вторых форм и прочего. Подобным охотники в большинстве уже не пользовались, ну как минимум молодое поколение точно отдавало предпочтение современному оружию. Кроме того, и поведение охотника было слегка… странным, ибо в городе он словно ощущал себя не в своей тарелке, потерянным и дезориентированным. Ходил по улицам беспорядочно, словно постоянно не знал куда шел или терялся, смотрел на многие вещи таким удивленным взглядом, будто видит впервые. Много подобного можно было подметить, потому Грей даже на время отвлекся и понаблюдал за этим странным юношей, но все же, не найдя в нем больше ничего эдакого, решил закончить с походами по улицам Вейла и направиться обратно в логово, доложить о своих наблюдениях. Вновь Грей незаметно скользит в толпе, потом словно проваливается в один переулок, в другой, петляет по ним, поворот раз, два, потом еще один, потом через маленькую улочку, потом пройти через вот это здание, потом выйти на другое авеню, там вновь провалится в боковой проход. Весьма замысловатый маршрут, зато гарантия отсутствия слежки. И вот уже в очередном темном и безлюдном переулке, в который почти не проникал свет Луны, Грей уже собирался наконец-то направится в свою конечную точку назначения… как внезапно чья-то могучая рука хватает его за горло и с силой прижимает к кирпичной стене здания. А другая рука мигом затыкает ему рот. Мысли Грея тут же начинают лихорадочно метаться, а на него самого тут же почти накатывает паника. “Меня поймали? Кто, зачем, почему? Люди Джуниора? Копы? Что им нужно? Да как…” – но глаза сероволосого расширяются в еще большем удивлении, когда он видит перед собой лицо того самого юноши охотника, за которым некоторое время следил. – Вот теперь мы с тобой поговорим, - заговорил весьма низким и очень пугающим голосом охотник. Грей чувствовал, будто каждое произносимое юношей слово было будто бы полно некой внутренней мощи и силы. – Или ты думал, что я не замечу, что ты наблюдаешь за мной? Не знаю, в чем твой интерес, но это в любом случае, сыграет мне на руку Последнюю фразу Грей не понял, но сейчас его это мало волновало. Он лихорадочно думал, как так получилось и что ему теперь делать? Как выкрутиться? Охотники вполне имели право ловить преступников, пусть и не особо часто занимались подобным, оставляя дело полиции. Шантажировать их почти всегда было делом гиблым и бесперспективным, потому что убьют и скажут, что “самооборона”, а им все и спустят с рук. Конечно мало кто из учеников академии или еще совсем юных представителей этой профессии были готовы лишить жизни другого разумного, но Грей видел по этим ярко синим глазам и по этой силе в голосе, что данному типу духа точно хватит его прям тут на месте прирезать. А жить Грей хотел, очень сильно хотел. – Ну так что, будем сотрудничать? – задал вопрос красноволосый. – Кивни, если согласен. И Грей кивнул, не просто, он закивал с такой скоростью, что могла бы отвалиться голова. –Прекрасно, я сейчас дам тебе возможность говорить, но если ты закричишь или не будешь отвечать на мои вопросы, то я в то же мгновение переломлю тебе горло, понял? – с каждым произнесенным под конец словом, казалось, что мир вокруг словно бы дрожал от неведомой силы. Попав под подобное давление ноги у Грея подкосились, в глазах на мгновение потемнело, а сам он подумал, что начнет плакать прям тут, еще не дай близнецы, обмочится. Но все же мужчина сумел удержать себя в руках, все же он варился в криминальном мире Вейла не один год, потому какой никакой запас прочности имел. –Я-я в-все п-понял… - как только юноша убрал руку, заговорил Грей. Правда дрожь в своем голосе он скрыть не смог. –Отлично, для начала я хотел бы узнать, на кого ты работаешь, - хищно сверкнули глаза охотника. – И с подробностями попрошу, с подробностями.